The unusual life of eleventh graders

Олег, после того, как Палладий засыпает, убирает все подальше и думает, пойти в другую комнату или лучше остаться тут, для того, чтобы не пугать больного отсутствием, если тому опять приснится кошмар. Поразмыслив немного, решил все же остаться. Олег перелез через Палладия и улегся, обнимая того. Ночью он проснулся от того, что в постели стало очень жарко, он приоткрыл сонно глаза и прислушался, но все было тихо, только частое дыхания Палладия нарушало тишину. Что то заставило его взяться за руку Палладия и ощутить весь его жар. Он вскочил и включил настольную лампу. Свет сразу попал в глаза и ему пришлось долго фокусироваться от быстрого подъёма. Когда смог осмотреть, увидел Палладия с открытыми глазами, лежал и смотрел в потолок. Уже по виду можно было догадаться, что температура опять поднялась. — Почему не разбудил? — Олег переползает через Палладия и спешит к лекарству. Что именно взять для того, чтобы сбить температуру, он не знает. Лекарство, что он вечером давал, закончилось, а другое он не знает. — Само пройдет, — Олег сердится, что за глупое самопожертвование? С каких пор Палладий перестал думать о себе? — Плохо —скажи, не надо молчать, — Олег выходит из комнаты и идет в ванну, где берет полотенце и мочит в холодной воде. Возвращается быстро, Палладий уже съёжился и закрыл глаза. Он подходит к тому и заставляет лечь на спину, кладет полотенце на лоб. Тот немного расслабляется, Олег подходит к лекарствам и опять начинает думать. — У вас есть еще что то? — Олег смотрит на Палладия, когда уже бросает идею, вспомнить, хоть какое-то лекарство. Тот слабо пожимает плечами и хмуриться сильнее. — Я давно не болел. — Лекарство значит просроченное было? — Нет, — звучит хриплый голос, Олег подходит к тому и берет за руку гладя ее. — мама болела. Олег кивает и пока что покидает пространство идет на кухню, чтобы сделать еще чая. Находит в одном из шкафов банку с медом. Берет ложку и зачерпывает его. Несет в комнату, попутно думая, что нужно еще раз сменить полотенце и померять точно температуру. Отдает чашку Палладию, а сам опять уходит в ванну. Когда возвращается, чашка почти пустая, а тот лежит спокойно. Он кладет полотенце и садится на постель, наблюдая за ним. Веселая ночка получиться, но что поделать, он будет сидеть столько, сколько нужно, пока Палладию не станет легче. Так и произошло, когда тот наконец-то смыкал свои глаза, Олег еще немного наблюдал за ним и ложился сам, но обычно они оба поднимались через час и ему приходилось бегать из комнаты в комнату, чтобы хоть что-то сделать, чтобы сбить температуру, он не хотел пичкать Палладия не понятными ему лекарствами. Ближе к утру они оба уснули крепким сном, который не прерывался до двенадцати часов. Когда он почувствовал, что его трогают он сразу открыл глаза и увидел беспокойное лицо Бише, он уже хотел спросить, что такое, как вместо слов он сильно закашлял. Понимание сразу пронзило его голову и он обреченно лег на подушку. — Мы оба догулялись, — говорит тихий голос Палладия и Олег немного улыбается. Голова болит, но он не чувствует себя очень плохо, что бы валяться целый день. — ты как себя чувствуешь? — хрипит, голос осел и резало горло. Кладёт свою руку на горло и гладит. Палладий пару секунд молчит, Олег повернул голову на него и увидел, что тот уже не красный, а вернул себе обычный цвет лица. — Намного лучше, спасибо, — Олег кивает и закрывает рот, что бы громко не кашлять. Тяжело выдыхает, горло неприятно дерет. Палладий это заметил, потому что начал вставать. Олег успел схватит того за руку, прежде чем тот успел подняться. — Ты уверен, что тебе хватит сил? — Олег немного нахмурился и опять согнулся в приступи кашле. Почувствовал, как рука начала гладить его по спине, немного убирая боль. — Лучше, чем мы оба будет лежать. После чего Палладий выходит из комнаты. Олег еще немного кашляет и ложиться уже более спокойно. Сложнее всего это пережить первые два дня, когда ты не можешь даже встать, потом будет легче. Его опять касаются и он резко открывает глаза, не заметил как задремал даже, все же он пол ночи не спал. — Я принес спрей и чай и кашу, — Олег, немного дезориентировано смотрит на Палладия, который что то маячил возле стола. Чувствует запах каши и он привстает. — Ты сам приготовил? — немного глупый вопрос, но он хочет узнать процесс. — Да, правда чуть не убежала! — говорит тот одушевленно и Олег улыбается. Они вместе садятся кушать и пьют лекарства, когда у Палладия появилась больше сил он смог из аптечки достать все нужные им лекарства. Все же им приходится позвонить родителям Палладия и сообщить, что у них происходит, те сразу не стали их слушать и сказали, что приедут завтра. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Палладий, когда заходит в комнату, тот выглядит устало. Олег хмурит взгляд, голова начала раскалываться. — Голова болит, — говорит он все же, в его руку попадает обычное обезболивающие и он его запивает. Допивает чай и ложится. Палладий ложиться рядом и тяжело вздыхает, сейчас опять перетрудится и будет с высокой температурой. Он трогает того лоб, немного горячий. — Полежи отдохни пару часиков. — Кто тогда позаботится о нас? Палладий поворачивает к Олегу и обнимает того. Олег смотрит в эти любимые глаза, что смотрят на него с такой любовью и волнением сейчас. О лучшем и мечтать не стоит, только находиться рядом с этим принцем. — Лошади, — как-то неожиданно говорит для двоих Олег. Он видит недоумение на лице Палладия и прыскает тому в лоб. — Лошади? Что это значит? Олег думает, что даже как то не против покататься на этих прекрасных созданиях. — Хочу покататься на них. Палладий задумчиво смотрит на него и Олег может сказать, как у того лампочка загорается над головой. Что же тот уже успел придумать. — Обязательно! — Но после того, как мы вылечимся. И это следующие их планы: выздоровление и катание на лошадях. Они еще немного болтают и засыпают, все же он не до конца хорошо себя чувствует. Кашель с каждым разом только усиливался, поэтому спать не удалось совсем, как и Палладию, который отказался идти в другую комнату. — Может, что-то сделать, позвонить родителям спросить, что сделать, а если это что то опасное? — Олег прекращает резко поток слов одним движением, достаточно взять того за подбородок и приподнять, заставляя смотреть в его глаза. Олег мягко говорит, чтобы не теребить свое горло и успокоить Бишу: — Успокойся, достаточно чая с медом и спрея, а вот ты должен лежать, температура опять поднимется. Биша головой сначала положительно качает, а потом отрицательно, его волосы успели растрепаться сильно и лезли в разные стороны. — Мне лучше, я сейчас сделаю чай. Олег понимает, если продолжат опять поругаются, лучше уж будет уступить, но тогда тот и правда опять сляжет. Он резко переворачивает Палладия на спину, а сам нависает над ним. Смотреть, как у того эмоции меняются, так приятно. Он ожидал, что тот будет ворчать, но никак, что в следующие секунды его завалят и оседлают бедра. Палладий самодовольно уселся поудобнее, немного ерзая на нем, доставляя дискомфорт. — Ну и что ты делаешь? — спрашивает Олег, когда не может приподняться, выбраться он сможет запросто, Палладий еще не до конца восстановился, а у Олега физически больше сил, но он лежит и ждёт. Кашляет снова, пытаясь отвернуться. — Я пойду за чаем, а ты останешься тут, — Олег ждет пару секунд и кивает, смотрит как у Бише самодовольная улыбка не с ползает с лица, идет довольный из комнаты. Но как и ожидал Олег, даже не смотря на то, что тот был на кухне минут семь от силы, вернулся он вялый и упал бы наверное, если бы Олег вовремя не остановил тот. — Стой! — довольно громко говорит он и Палладий замирает, ставит чашку на стол и Олег вскакивает и прежде чем тот падает, успевает встать перед ним, так что он ловит его. — я подумал, ты все же будешь лежать, а я думать о нас. В этот раз не спорит, чему Олег немного благодарен, кладет их обоих в пастель, у Бише опять температура поднимается, ему приходиться дать градусник. Хорошо, что не сильно, но сбивать нельзя, он свой чай тому отдает, а себе уже идет делать сам. У Олега сил больше, может ходить и делать что-то, но головная боль, будет усиливаться тогда, а не проходить, так что он долго не задерживается, возвращается с чашкой чая сразу. Мягко улыбается, когда видит, как Биша уже спит, укутавшись в одеяло. Рот закрывает, чтобы не разбудить того и решается сделать умнее, просто уйти в другую комнату, он так и делает, аккуратно забирает подушку и одеяло и уходит. Сам тоже ложится и засыпает. Хотя это было сложно назвать сном, кашель не щадил его горло вообще. Пришлось встать, чтобы пойти за спреем, когда зашел в комнату, то увидел пустую постель, посмотрел на время уже пять, а значит он задремал на два часика. Он все же воспользовался тем, за чем пришел и пошел искать, одного непослушного обитателя постели, что каким-то образом, сейчас не в ней. Находит на кухне, как и ожидалось, Палладий клюет носом в чашку, Олег вздыхает и на злиться не может. Все же сдерживается, чтобы не сказать ничего лишнего сейчас. Чуть строже, без отказов, говорит он: — Иди в постель. — Ты сам не пришел, — обиду видно даже не вооруженным взглядом, Олег опять кашляет, сухой кашель невыносим. Он спешит выпеть теплой воды и становится легче. — Вот поэтому, — Палладий не реагирует, но встает и направляется в комнату хлопая дверью. Ну вот как с ним быть, говоришь- обижается, не говоришь тоже! Оставлять все так не хочет, идет в комнату тоже, наблюдает, как тот лег в постель, отвернулся к стенки и дрожит. — У тебя явно бред уже второй день, — говорит он, Олег подходит к тому и поворачивает на себя. Грубо даже очень. Он на секунду замирает, достаточно увидеть такой потерянный взгляд, приводит мысли в порядок и аккуратно обнимает того. Палладий крепко за него хватается, Олег чувствует жар тела, но ничего не говорит. У самого не лучше. Так они долго просидели, пока Олег не почувствовал, как Палладий расслабился в его руках, кладет спящего на подушку и сам ложиться, сразу на бок, чтобы кашель мучал меньше. Он знал, что будет сложно, иногда сложно контролировать характер Палладия в обычной жизни, а тут он болеет. Капризный, чего не отнять так легко. Но оттого с ним не скучно. Смотрит на спокойное лицо Палладия, потихоньку проводит по скуле, спускаясь ниже по шеи, доходя до ключицы, разворачивается и ведет палец обратно, каждый участок горячий. Без подушки не удобно, приходиться тесниться, но он не против. В этот раз сон к нему не приходит, зато он приходит к Палладию, который так и не проснулся до ужина. Олег все же выползает из пастели и идет готовить кушать, заваривает чайник и принимает трапезу один. Пьет лекарства и берет вторую порцию, несет ее в комнату, ставя на стол, и будит Палладия. — Вставай, — Олег говорит не громко, но когда на его слова не просыпаются, подходит к тому и кладет руку на щеку. Горячий опять, хмурится, ведь когда уходил, было все нормально. Он пока Палладия не пытается разбудить, идет за полотенцем и чаем. Олег подходит обратно к Палладию и кладет на того полотенце, что бы сбить температуру хоть немного. Тормошит по-немного и через пару мгновений тот распахивает свои глаза, начиная чаще дышать. — Все нормально, ничего страшного нету. Палладий смотрит на него и тянет руку, Олег ее перехватает и целует. Тот опять ничего не может сделать, кроме как лежать и мучиться от жары. — Выполнишь последнею мою просьбу на сегодня? Лучше ничего придумать не может, у самого мозги не работают уже. Кивок получает и приближается еще ближе, говорит тихо. — Надо покушать и выпеть лекарства. Но в этот раз кивка не получает, он догадывается почему, есть тот не хочет. — Только лекарство, — торгуется тот, он слышит нотки уверенности. Да не кормил бы его, если бы тот не нуждался в еде, ему меньше всего хочется, чтобы Палладий страдал. — На голодный желудок не дам, — все же не соглашается Олег. — Я не голоден. — Ты в последний раз ел в часов одиннадцать. И против этих слов не поспоришь, ел тот давно поэтому никак не может быть не голодным. Олег берет миску и несет ее тому — Хотя бы немного, — просит он, давая ложку тому в руку. Палладий приустает и садится. Миску принимает и начинает медленно есть, всего лишь молочный рис и то сладкий даже. Олег пока встает и направляется в комнату, что бы забрать подушку с одеялом, когда возвращается миска лежит на столе, а Палладий пьет лекарство, запивая чаем, после чего направляется в постель. Смотрит на миску, та почти не опустела. Спорить не начинает, вместо этого еще раз брызгает горло и ложится