Море волнуется Арс

— Алло, да, Алён, привет! Это я, Арсений. — Арс стоит перед зеркалом и кусает губы, надеясь, что у его бывшей жены хватит смелости взять в руки их разговор. — Сеня, привет! Как ты там? Звонишь нам редко, работы много? — с Алёной сейчас легко. Раньше такого ощущения не было. Будто Арсений вместе с кольцом снял с себя ещё и груз. — О, да. У нас тут то тур, то съемки. Вообще забываешь про внешний мир. — Ой, сейчас, прости, Сень, не слышу! Тут Кьяра к телефону лезет! — на заднем фоне и правда слышны детские возмущения и уже через секунду в трубке слышится такой родной и любимый голос. — Пап, привет! Ты как там? — слово папа все ещё по ушам режет, но оно сказано с такой нежностью, что Арсений может только расплыться в улыбке. — Привет, солнышко! Работу работаю, вот никак вырваться не могу. Как у тебя дела? Чем занимаешься? — Мы с мамой сейчас Лего собрали! Теперь пойдём в ванную и спать, а то поздно уже. Ты ведь тоже спать пойдёшь? А то откуда силы на работе брать? — Конечно, зайчонок! Ты когда засыпаешь, то и меня сразу в сон клонит, потому что без тебя скучно. Даже если мы в разных странах. — Арсений не любит травить байки, но это же Кьяра, с ней можно быть совсем другим. — Правда? Тогда советую тебе тоже сейчас пойти в ванную, а то уснёшь грязный и потный. Фу!! — где-то рядом в унисон с Арсом смеётся Алёна, заливисто и громко. А потом видимо забирает трубку и говорит сама. — Вся в тебя, я не могу. — а потом уже хуже слышно, потому что она отворачивается куда-то и говорит. — Зайчонок, иди проверь пока в воду в ванной, а я с папой договорю, хорошо? — Смотрю у вас там веселье. — Арсений хмыкает, когда слышит топот маленьких ножек. — Надо бы к вам приехать что ли. — Сень, ты знаешь, что наши двери всегда открыты для тебя. И для Антона. Если ты сможешь из своей работы выбить хотя бы выходные, то Кьяра будет очень рада провести время с тобой. — Да, я знаю, конечно. — Арс пиздит, как дышит. Ему эти слова были так нужны, потому что сам он себя уже окунул множество раз в унитаз и напомнил себе, что никому он в этой Дании не сдался. А сейчас на душе тепло. Антон прав был. Теперь надо всё менять, как и сказал Димка. — Вот мы как раз смотрим билеты через месяц или два. Может приедем. — Мы? С Антоном хочешь приехать? — в голове Алёны проскальзывает сомнение, которое очень напрягает Арсения.  — Ты вроде только что сказала, что в этом нет проблемы… Это так или нет? — Да-да, всё так. Я просто удивлена, что он настолько вовлечён в твою жизнь. Я очень рада. — Знала бы ты, как я сам рад. Алёна, я вот честно желаю тебе найти такого же человека. Вот после стольких лет терпения меня ты правда заслуживаешь прочувствовать это. — Ахах, это очень мило с твоей стороны, конечно. Но пока Кьяру не приняли в школу я себе не могу позволить тратить время на личную жизнь. Ну ты меня и так знаешь, просто не могу и всё. — разговор сходит на нет, Арс понимает, что возможно сказал не самую лучшую фразу, но сделанного не воротить. Но Алёна, чудесная женщина, прокашливается и меняет тему. — А ты вообще видел сколько у тебя времени то? Ну-ка быстро спать, наверняка завтра рано встаёшь! — Интересно, как же ты угадала. Ладно, да, спокойной ночи и вам! Поцелуй ночью Кьяру за меня! — Обязательно!       Когда в телефоне звучат гудки, до Арсения начинает доходить, что он сделал. Он позвонил без предупреждения, просто так, а в ответ услышал такие простые, но важные слова.  — А ты боялся! — сзади подходит Антон и бережно обхватывает его дрожащую руку. — Видишь, они всегда рады твоему звонку. — Мне кажется, что я поседел за пару минут. Ты меня тут не бросишь из-за моего ускорившегося старения? — Так ты у меня и так хот дед, какая разница с каким цветом волос. — Антон сначала улыбается, а потом отскакивает от кулака Арсения — Ау, у меня теперь на плече синяк будет! — Я тебе уже сто раз говорил, что там написано "нот дед", то есть «не дед»! Почему вы все решили читать эту фразу, как хот дед! — Всё просто. Потому что ты и есть хот дед. — Шаст вскидывает руки. — Да всё-всё, успокойся! А то не дай бог ещё сильнее поседеешь! — Иди ты! — Куда? — В детский сад к Савине, там как раз также шутят. — Арсений закатывает глаза и откладывает телефон в сторону. — Будешь чай? — Зелёный с мятой? — глаза Шастуна напоминают глаза кота из Шрека, даже цвета такого же.   Кивок — Неразбавленный с сахаром?  Опять кивок. — Тогда, что вообще за вопросы, конечно буду! — Антон всматривается в спину Арса и уточняет. — Ты все силы на диалог израсходовал? Или что-то случилось? — Да я просто переволновался… Всё нормально! Хочешь посмотрим потом фильм какой-нибудь? — Можем. Но думаю, что нам сначала нужно решить, когда мы едем в Данию.       Арсений у плиты разминает плечи и молча заваривает чай. И только через пять минут, когда кружки стоят на столе, а сам Попов садится на стул с тяжёлым вздохом, он произносит: — Давай на майские? Я как раз к этому времени всё переварю, плюс весь ажиотаж в городах пропустим. На шашлыки всё равно с тобой бы не съездили вместе, а так хоть рядом будем. — Я думал на майские съездить к маме, но хорошо. Давай сегодня тогда и глянем билеты пока не подорожали. — Тебе точно нормально? Ты всегда можешь не ехать. — меньше всего Арсению хотелось бы испортить планы Антона. Он и так его всегда поддерживает, направляет, а Арс тут такой привередливый и ворчливый. — Нет, всё правда хорошо. Поедем в Воронеж тогда в июне или июле, не проблема. — Шаст допивает кружку и громко опускает её на стол. — Но, Арс, дело не в том, что я могу или не могу поехать. Дело в том, что я хочу поехать и быть там с тобой рядом. Понимаешь?       Вместо ответа Арсений просто тянет стул Шастуна к себе и ластится. Руки залезают под футболку, чтобы погреться, а нос блуждает по ключицам, вдыхая запах родного тела.

* * *

      Копенгаген встречает ветром и холодным солнцем. Антон кутается глубже в шарф и куртку, провожая взглядом датчан в одних футболках и лёгких ветровках. До прилета Арсения осталось всего лишь пятнадцать минут, но Шаст уже потихоньку начинает нервничать, закуривая сигарету.       Ему даже поговорить не с кем, потому что Саша, после новости о переносе рейса из Вильнюса, решила тоже приехать позже. Записать кружочек он не мог, сторис запилить тем более. Сыщики в фандоме всё равно все состыкуют и узнают.        Но и молчать тоже нельзя, потому что это подозрительно… Ну вот почему Шастун такая открытая книга, что даже фанаты раскрывают его с микродвижений?       В ход пока что можно пустить излюбленный Арсением метод: а точнее кинуть в глаза «пыль разъёба». У Антона как раз завалялась фотокарточка с празднования шести лет «Импровизации».       От нечего делать Шаст даже придумал простую, но меткую фразу и отправил новый пост во ВКонтакте. Теперь у него точно есть немного свободного времени, пока все откачаются. Время только десять утра, а значит он даже не особо то и «фансервисную» вещь выложил.       Фансервис это, конечно, великая штука! Но сколько бы раз Шастуна не обвиняли в ней, он никогда не понимал, как к этому относиться. Ну то есть он видел жуткий фансервис от ТНТ, но сам то он такой же, как Арсений, ниндзя, чьи тайные послания невозможно разгадать.        Вероятно ему стоит немного поубавить самоуверенности и всё же принять тот факт, что временами он «влюблённая нищенка», но не сегодня. Сегодня он верит, что его послания может разгадать только Арсений, а остальные на просторах интернета даже не догадываются о наличии этих любовных переписок перед их носом.       Стоит его мыслям поплыть в эту сторону, как телефон дважды булькает. Уведомления на соцсети у него давно отменены, а значит это сообщения.        Всё верно, Арсений как раз написал, что сел, а Саша написала, что поднимается из метро. Синхронизаторы хреновы.         Антон отвечает Арсению, что ждёт его на выходе, а сам начинает выискивать глазами темноволосую одноклассницу из Воронежа. Они всегда хорошо общались, но как только она переехала сюда, то все встречи сошли на нет. А тут прекрасный сезон, отличная цель и приятная компания.       Саша не задавала вопросов, потому что сразу знала на них ответ. Поэтому и Шасту не пришлось рассказывать напрямую об их отношениях и их сокрытии. Всё было призрачно ясно в русскоязычном юмористическом сообществе.       Тёмненькая голова нашлась быстро, потому что в отличие от местных граждан, на девушке была красная курточка с таким же красным беретом, выбивающаяся из толпы чёрных, серых и белых красок. Девушка также быстро нашла длинную кудрявую палку в объёмной куртке и поспешила к ней. — Привет! А в сравнении с местными ты не такой уж и гигант кажешься! — Александра улыбнулась и обняла Антона за талию. — Рассказывай, как твои дела? Всё равно ещё ждать твоего компаньона — Да у меня всё прекрасно. Вот планируем исследовать Данию на этих выходных, пошарахаться где-нибудь. Вернёмся обратно и опять за работу. — Антон буднично рассказывает про рутинные вещи и отводит Сашу подальше от толпы. — Ну, думаю, по поводу чего-то конкретного можем уже дома обсудить, если ты не против. А то я что-то устал из-за этой пересадки. Уверен, Арсений тоже. Да и его планы нужно тоже учитывать. — Представляю, вы довольно тяжелую дорогу выбрали, когда существуют прямые рейсы. — Обратная сторона популярности… — Антон на это лишь жмёт плечами, потому что прямые рейсы они даже не рассматривали. Так он бы мог и в сторис выложить фото Арса с подписью: «Еду знакомиться с его дочкой. Нервничаю. Какие советы дадите?» — А ты сама то как? — Да тоже обычно. Зарабатываю и трачу на дорогую жизнь здесь. Ничего особенного. О! Это случайно не Арсений?       В толпе скользит складных мужчина с рюкзаком на перевес, панамкой и плюшевой лисой под мышкой. Он усердно что-то печатает в телефоне, а когда нажимает отправить, у Антона вибрирует телефон в кармане.       Они с Сашей встают прямо на пути целеустремленному Арсению и перехватывают его. — Эй, мы тут! — Арс уже меняет траекторию, чтобы обойти Шастуна, но останавливается. — О, а вы тут так близко! Отлично! Здравствуйте, Александра, я Арсений! — Антон на секунду чувствует касание холодных арсеньевских пальцев и уже наблюдает, как Арсений завораживает девушку. — Я Саша, давай сразу на ты. Мы с Антоном из одной школы, все же не чужие люди.       Завязывается ненавязчивый разговор пока они спускаются в метро и едут к своей станции, Арсений делится впечатлениями от полёта, Саша жалуется на стоимость и крепкость капучино в местных кафе, а Антон просто слушает. Слушает и думает, что пока всё складывается отлично.

* * *

      Арсений дёргает молнию на куртке так, будто она сейчас вылетит, и касается кнопки звонка.  — Ты бы сказал, что всё нормально будет что ли? А то нервно очень… — Арс начинает постукивать ногой, когда не получает ответа в первую минуту и продолжает слушать довольно приятную мелодию звонка. — Я вообще-то с твоей дочкой знакомлюсь. Боюсь, мне возможно ссыкотно больше тебя… — Что, мочой померяемся? — Блин, Арс, вообще сейчас не для таких шуток! — гудок остановился и Арсений решает написать напрямую Алёне. — Хотя я всё ещё помню «ссаный спорт»… Пиздец меня тогда разнесло. — Так, при Кьяре мат отключить, понятно? - Арсений строго смотрит в сторону Антона. — Понятно, товарищ Арсень Сергеич!       Пока они ждут под дверью ответа, Антон притягивает Арсения к себе и, отодвинув телефон в руках последнего в сторону, целует. Долго и желанно. Вот чтобы на пару часов ещё хватило. — Я тебя люблю, у нас всё получится, хорошо? — Арс стоит в оцепенении. Губы чуть покрасневшие облизывает, улыбается уголками, глазами поблескивает. Антон не выдерживает и ещё раз легко чмокает Арсения в губы. — Это тебе для храбрости.       В этот момент пищит телефон. — Алёна говорит, что у них домофон сломался и присылает код. Ты тут подождёшь или наверх со мной? — Я лучше тут постою. Как раз за пределы дома выйдешь и познакомишь нас с Кьярой Арсеньевной. — Да… Не быть ей учительницей младших классов…       Шаст фырчит, как ёж, с этой недошутки и за спину подталкивает Арса зайти внутрь. Тот не сопротивляется и уверенно шагает вперёд.       Пока Арсений что-то там копошится, Антон успевает выкурить сигарету, сжевать жвачку, выкурить вторую сигарету и сжевать вторую жвачку. Остановиться пришлось на третьей сигарете, потому что жвачек больше не осталось, а в прокуренном виде рядом с ребёнком и бывшей женой своего нынешнего не очень-то и молодого человека появляться не хотелось.       И когда пальцы полезли к наручным часам и кольцам, чтобы их покрутить и потеребить, дверь открылась. Сначала перед Шастуном появился Арсений, а следом за ним его ксерокопия.       Когда Алёна смеялась в трубку и говорила, что Кьяра вся в отца, то Антон и предположить не мог, что перед ним сейчас появится маленькая Арсения Сергеевна. Стоит только вспомнить Попова на обложке истории «Квест», омолодить оттуда девчонку и вуа-ля, перед вами стоит уже та самая таинственная дочка импровизатора. — Привет! — Шаст вспоминает, что пялиться на маленьких детей не очень красиво и берет инициативу в свои руки. — Меня зовут Антон. Мы с твоим папой очень хорошо дру-у-ужим.        С такой же интонацией его бабушка намекала внуку про отношения? Вроде также спрашивала «дру-у-ужит» ли он с какой-то девочкой. Или нет? Антон смотрит вверх на Арсений и, получив лишь недоумённое пожатие плечами, добавляет. — Ты ведь Кьяра, правильно? — Да, меня зовут Кьяра Арсеньевна! — Шасту думается, что Стасу нужно взять пару уроков дикции у этой маленькой принцессы, потому что даже он сам хрен произнесёт такое сочетание имени и отчества. — Приятно познакомиться, Кьяра! — но если ребёнку хочется играть во взрослых, значит Антон будет играть с ней во взрослых и пожмёт ей руку. Хотя сейчас он начинает бояться, что не сможет отказать этой девочке ни в чём. Он смотрит в глаза и видит Арсения. Невозможно такому отказать. — Куда Вам хочется сходить, Кьяра? — Папа говорил про зоопарк. Я там уже была, поэтому покажу вам, как там все устроено. — Кьяра живет в иностранной среде уже очень долго, но разговаривает на языке лучше некоторых Ириных племянников. Или это Антона начинает затягивать волна симпатии к этой шустрой девчонке? — Мы только за, милая. Я там ещё ни разу не был! — Арсений стоит слишком напряжённо для отцовского общения и вообще не двигается. Вероятно боится, что дочка, почувствовав шевеления, перестанет держать его за руку. — Ты знаешь куда идти? Или лучше по навигатору? — Ты серьезно готов доверить шестилетнему ребёнку дорогу? Пап, ты чего? — а вот тут то Антон и окончательно влюбился в неё. Ей всего шесть, но язвит она уже на уровне Арсения. Невероятно. — Тебе я даже свою жизнь доверю, солнце. — Ну ты то хоть скажи, Антоша, чтобы он мне сказки тут не рассказывал. — две пары голубых глаз уставились на Антона: одни, которые повыше, в панике, а вторые с великим взглядом «Я познала эту вашу жизнь». — Ещё бы он кому-то жизнь доверил, когда он даже из маминой кружки воду не пьёт.       Антон уже не может сдержаться и хохочет. Если её посадить рядом с Позом и Косом, то мужчины с радостью в будущем отдадут ей титулы главных душнил. А этот возвышенный язык лишь прибавляет комичности ситуации.  — Ты лучше расскажи, что за животные у вас в зоопарке есть? — О-о-ой, там много всего! Но самое главное, там есть кролики, которых можно брать на руки! — Кролики, которых можно брать на руки?! Арс, туда нам надо! — Антон подбегает к Арсению с другой стороны и кладёт руку на талию. Обычный для их отношений жест, но Арс аж дёргается от неожиданности. Странная реакция, поэтому Шаст наклоняется к уху. — У тебя всё нормально?       Арсений лишь кивает и аккуратно спрашивает у дочки про главный вход. Та указывает ему на арку и на чистом датском читает название. Оказывается, там написано «Зоопарк. Главный вход», и Арс в этот момент понимает две вещи: первую, у него очень смышлёная дочь, а вторую, чистый датский язык - это язык для Стаса, потому что для беглого разговора нужно полное отсутствие дикции. Они не читают больше половины слова, так ещё и придумывают новые звуки! Даже французы не такие вредные!       Билеты стоят огромных денег, как и всё в этой стране, но хорошо, что Кьяра всё ещё проходит по скидке. Арсений не жмотится, но платить 1400 рублей за каждого взрослого в зоопарк тоже не особо хочет. В том же московском зоопарке почти в два раза дешевле, так и дети до совершеннолетия бесплатно проходят.       Он опять чувствует чью-то руку на спине, но уже выше.  — Точно всё нормально? Ты слишком молчалив. Мне кажется, даже Кьяра чувствует это напряжение. — Шастун заглядывает ему в глаза, глубоко-глубоко. Туда, где сейчас все нервы завязались морскими узлами, где голосовые связки перетянуты, как струны гитары, и сердце бьётся, будто мужчина убегает от бешеных собак. — Расслабься. Я рядом. — Пап, Антон, а куда мы сначала пойдём? — девочка прерывает долгий зрительный контакт, из-за чего Арс лишь больше начинает нервничать. Он продолжает держать ее за руку, но детская ладонь постоянно выскальзывает. Арсений даже понять не может, это он у Шастуна потеющие ладошки перенял, или это Кьяра так волнуется.   — Я слышал, что тут есть жирафы. Мы можем к ним сначала пройти. — Арс поворачивает голову в сторону Антона и с улыбкой заканчивает. — Я люблю жирафов.       Антон смеётся, вместе за ним смеётся Кьяра, хотя совершенно не понимает почему. И только в этот момент Арсения немного отпускает. Он по прежнему не верит в происходящее, он все также боится сказать хоть какое-то слово. Арс просто хочет сейчас смотреть на двух самых важных людей в его жизни. — Жирафы тут уже взрослые, а поэтому очень длинные. Такие же длинные, как Антон! Пошли покажу! — Шаст не удивится, если эта девчонка уже сама все поняла и так их открыто стебёт, он просто представляет, как ее друзья, возлюбленные и одноклассники будут мучаться с этой сучливостью. Прямо, как и он с Арсением.        Жирафов находят очень быстро. Их клетка стоит прямо в самой середине зоопарка, а длинные шеи видно ещё до главного входа на территорию. Когда они подходят поближе, Кьяра просится сесть куда-то повыше, чтобы лучше разглядеть длинных животных. И Антон уже было тянется к девочке, чтобы утащить ее к себе на плечи, как ловит на себе взгляд Арса. Тот по прежнему сам не свой, но качает головой и предлагает дочке залезть на него.        Кьяра не отказывается, просит лишь папу сесть пониже, а Антошу подержать лису, привезённую отцом из Москвы. Она быстро закидывает ноги на широкие плечи Арсения и командует ему встать. На ее коленках очень крепко держатся арсеньевские руки и, Шастуну кажется, что возможно даже слишком крепко. Но девочка счастлива. А это главное.  — Смотри, пап, я выше Антона теперь! — Кьяра по-детски тянется к Шасту, обнимает того за голову и притягивает себе. Зажатому Арсению лишь остаётся слушать стук сердца мужчины и наслаждаться моментом.       Кьяра очень спокойная. Она не нервничает, лезет обниматься и не может перестать говорить о разных историях последних лет. Арсению же от этого не по себе. Неужели она не в обиде на него? Он же целых два года не приезжал…       Даже Антона она приняла легко. Даже сейчас, держа за руку папу, она что-то очень уверенно рассказывает Антону, на что последний очень серьезно кивает. Арс даже не сомневается, что Шастуну правда интересно послушать про эту новую игрушку. Ещё пару дней назад он сам Арсению про какую-то игру рассказывал и предлагал посмотреть вместе мультик, а сегодня нашёл себе собеседника по интересам.       Также Арсений вспоминает, что «дети любят без причины». Так же Антон говорил? И понимает, что родители тоже любят без причины. Любовь между ребёнком и родителем безвозмездна, и если он может это показать Кьяре, то он сделает всё возможное, лишь бы она не сомневалась в его абсолютной любви.       Вот почему бы сейчас, например, не вспомнить об этом? — Свет мой, я тебя так люблю. — Арсений опускается рядом с дочерью на корточки. Смотрит в такие же голубые глаза, как и у него самого. — Ты же знаешь об этом, да? — Пап, ну что за вопросы такие? Конечно, знаю. — Кьяра наваливается на него всем телом и обнимает. — Я правда очень по тебе скучала, мама не врала. — Твоя мама никогда не врёт. И я скучал, малыш.       Арсений готов обнимать ее вечность. Он готов чувствовать хватку и тепло ее рук каждый день. Но если бы не Антон, который стоит с билетами и морковками для кроликов, его бы здесь не было. Если бы не Антон, то он бы вероятно от этого всего сошёл с ума. И главное, если бы не Антон, то Арсений никогда не почувствовал бы себя целым. Таким, какой он есть сегодня.