Молчание

***

– Ты нарушил приказ! – несмотря на ледяной тон, в стальном взгляде фон Гранца бушует ярость. Благодаря спутникам Вольфрама, он прекрасно знает, что именно произошло в «Трех холмах». Еще полгода назад, споря с Гвендалем или Юри, фон Бильфельд упрямо и страстно отстаивал бы свою позицию. Обычно эмоции накрывают его с головой, но сейчас, видя расстроенные лица товарищей, он отчетливо понимает, что в недовольстве Адальберта есть весомая доля правды. – Прости. Я не мог поступить иначе. – Не мог, значит? – нехорошо хмурится Гранц. – Тогда вопросов о том, как я должен поступить, не последует. Он сдергивает ремень. Вольфрам знает, что военная дисциплина во многом держится на суровых методах. В его семье подобными не пользовались ни разу, но он не станет спорить с Адальбертом, тем более на глазах у ребят. Бильфельд молча стягивает фамильный мундир, ловя себя на мысли, что в отряде фон Гранца тот смотрится неуместно. Надо заменить его на что-то более подходящее, если, конечно, Вольфрам останется здесь после того, что произойдет. Останется ли… Мадзоку еще не знает, и все же позволяет рукам, ласкавшим его ночами, направить себя к ближайшему дереву. Адальберт такой же вспыльчивый, как и Вольфрам. Естественно, все недомолвки, возникшие между ними, расцветают у мальчика на спине.

***

– Зачем ты так? – позже спрашивает Вельма их грозного и уставшего вожака. – Правила одинаковые для всех, – сурово огрызается Гранц. – Даже, если он не придет? Когда она успела узнать? Хотя что удивительного, разве они скрывались? – Его дело… – Адальберт, я не за Вольфрама беспокоюсь. Вельма – мудрая женщина, старый, испытанный друг, она понимает своего капитана лучше, чем у него самого хватит на это духу. Конечно, мальчишка не придет, после того, что случилось. Нужно быть идиотом. И все же… Само осознание этого факта бесит фон Гранца едва ли не больше, чем затянувшаяся игра в любовь. Вольфрам не вернулся в палатку Адальберта ни в эту ночь, ни во все последующие, хотя днем продолжал вести себя так, будто между ними ничего не произошло. До тех пор, пока на пороге их лагеря не показался лучший мечник великого мао Юури.