Прикосновение

      В небе солнце исправно согревало все, на что падали его лучи. Сухостой шелестел от самого слабенького ветерка. Тихо переговаривались на своем языке насекомые. Редкие птицы пересекали небосвод, и только какой-то хищник упорно кружил над полем, выискивая мелких грызунов. Сквозь кроны сосен ленты света мягко освещали тихое кладбище. А Олег все стоял и стоял, думая о том, что с ним будет дальше и что будет с ней. Ведь он знал ее историю и, пусть и не спешил себе в этом признаваться, сочувствовал девушке, искренне переживал за нее. За эти несколько месяцев он привык к ней.       Привычно спину окатил ледяной ветер. Дама была здесь, смотрела на то, что сам Олег никогда бы не захотел увидеть на ее месте. В голове царил беспорядок, и он не знал, что с этим делать. С одной стороны хотелось сказать "прости", утешить, а с другой - не было желания погружаться в их отношения еще глубже, чем сейчас, потому что девушка сама провела между ними четкую, пусть и невидимую черту, за которую ни разу не переступила. Как будто такая дорога не позволила бы им вернуться назад.       Ничего не решив, парень тихо вздохнул и с опустошенной головой поплелся обратно на остановку. По дороге он размышлял о многом и в то же время ни о чем. Мысли о важном и насущном не стремились проникать в его сознание, а рой мелких почти случайных - не способствовал какой-либо продолжительной умственной деятельности. Впервые за долгое время Олег не думал, а просто плыл по течению, и его организм благодарно откликался на неожиданную передышку. На остановке было тихо из-за разгулявшейся почти погибельной жары. Даже автобус приближался неохотно, будто рискуя расплавить резину на колесах о разогретый грунт.       Путь до дома прошел незаметно, как то самое воодушевление, с которым он ехал к своей цели. Поначалу родители были встревожены состоянием своего сына, но тот, промямлив что-то про "невероятную погоду, от которой даже мозги плавятся", сумел унять их беспокойство. А после... после у Олега была целая половина светового дня на то, чтобы подготовиться к ночи, к тому, как вести разговор в собственном сне. За это время он принял решение о том, что нужно смириться с результатом, каким бы он ни был, если только последствия не затронут тех, кто ему дорог. Парень был готов и к тому, что будет делить сновидения всю оставшуюся жизнь, а может и больше. В какой-то момент даже показалось, что постоянное их общение будет неплохой перспективой. Но вот солнце медленно закатилось за горизонт, прошел семейный ужин, Манька была расцелована в качестве меры моральной подготовки, а книга покойного писателя - прочитана полностью. Настала пора погружаться в дебри малоизученного наукой явления - собственного сна.       На этот раз не было ночной поляны. Вокруг красовался знакомый пейзаж, и даже крест стоял на положенном месте, разве что в полном одиночестве. Олег стоял на некоторой дистанции, дама же - прямо около венков, почти касаясь отдельных ветвей носками своих туфель. Лица ее сначала не было видно парню, но вдруг женщина повернулась, и он заметил, что не было страдания. Дама была спокойна, будто четко знала свое будущее. Он хотел задать ей вопрос, как-то словесно поддержать, но не смог. Ни один звук не покидал его горло, и что бы ни пытался сделать герой, но донести свои намерения у него не получалось. Парень будто снова стоял по другую сторону зеркала. Но вдруг силуэт подошел ближе, на лице ее расцвела улыбка, а рука аккуратно растрепала его волосы, будто успокаивая. Олег чувствовал, что Дама прощалась с ним, но не мог ничего с этим поделать. А между тем она в последний раз всмотрелась в его лицо, провела по щеке ладонью, и медленно отстранилась, будто бы поплыв обратно к могиле. Такой он ее и запомнил: стоящей рядом с деревянным крестом, будто освободившейся от какого-то неподъемного груза.       Улыбнувшись в последний раз, Дама исчезла. А с ее исчезновением прекратилось и сновидение. Дальше шла только темнота.       Утром Олег проснулся разбитым. Почему-то хотелось плакать, высказывать все то, что не смог во сне. Парень позволил себе только первый пункт и тихо провел около получаса в постели, вспоминая ее. Но пора было вставать. Взгляд наткнулся на книгу. В голову пришла неожиданная мысль, которая буквально через минуту захватила все естество. Олег встал, медленно взял ноутбук и создал на рабочем столе новый текстовый документ. Под пиктограммой значилось всего два слова - "Темная аллея". А руки его уже танцевали по клавиатуре, открывая текстовый редактор.

Послесловие

      ... Господин N стоял под одиноким фонарем и размышлял. Его уставшее сознание занимали самые разные вопросы, на которые, увы, он уже не узнает ответа.       Почему дама выбрала именно его? Была ли это причуда случая, или же что-то в нем все-таки выделялось среди других людей?       Зачем позвала за собой на аллею, но при этом не предложила остаться?       Что в итоге с ней стало?       К счастью или к сожалению, но он больше не сможет узнать ответы: посчитав долг выполненным, Алая дама растворилась в темноте аллеи, стоило лишь переступить ее границы. Между тем, огни улицы и гомон толпы разительно контрастировали с темнотой места, к которому был обращен его взгляд. Однако, пусть господин N и был в смятении, одно он знал точно: по своей воле он никогда больше не шагнет во тьму, из которой буквально 10 вдохов назад вышел и в которую его затянула незнакомка (Теперь уж незнакомка ли?). Поэтому, стряхнув несуществующую пыль со своего цилиндра, джентльмен тихо продолжил свой путь по оживленной улице, на которой даже ночью кипела жизнь.

Из послесловия "Темной аллеи" Олега Логина