Идеальная
16 сентября 2022 г., 15:14
Джинкс часто задаёт спонтанные вопросы. Не потому, что ей нужно что-то узнать, а просто ради самого разговора. Силко уже привык к её болтовне, и не удивляется, когда она откидывает принесенный им список целей для устранения, немного крутится на стуле, размышляя о чем-то, и выдает:
— А я красивая?
Джинкс встает и медленно поворачивается по кругу, давая себя рассмотреть, чтобы вынести решение. Очередная игра.
Но Силко принимает правила и со всей серьезностью сосредотачивается на том, что видит: порванных штанинах, сапогах с чужой ноги, синеющих на бледной коже татуировках, растрепавшихся волосах, ссадинах, размазанной саже и пятнах от бог весть чего по всему лицу и рукам, — и на том что не видит, но знает: мозолях на ладонях, облупленных ногтях, морщинках у рта, глубоких тенях на лице и красноватых темных мешках под глазами. И на ярких голубых глазах, чистых, как небо, которого здесь не увидишь.
Джинкс заканчивает крутиться и мнётся с ноги на ногу, вглядываясь в его лицо и пытаясь прочитать ответ до того, как он его озвучит. И то, что она знает, каким будет этот ответ, Силко тоже известно.
Он привлекает её к себе и проводит рукой по щеке, и она ластится, как зверек. Морщинки на лице разглаживаются, когда она доверчиво приподнимает брови и продолжает прислушиваться.
— Идеальная.
Джинкс ухмыляется и наваливается на него, кладет голову на плечи и что-то довольно бормочет. Что-то вроде "да, я у тебя такая".
А потом неожиданно приподнимается на носочки и целует в щеку, да так крепко, что краска остается на ее губах, обнажая его мертвенно-серую кожу. Это не первый их поцелуй, но они случались считанные разы и по очень-очень особенным поводом. Не просто так, как вот сейчас.
Джинкс отстраняется и берет его лицо в руки. Она проводит по шрамам, то надавливая, то поглаживая, и слои пудры рассыпаются под ее пальцами. Силко прикрывает глаз от ласки, а она склоняет голову в разные стороны и неотрывно глядит на него. Она делает это из какого-то своего исследовательского интереса, хотя чего она там не видела.
Чёрно-красный глаз Силко, оставший открытым, смотрит вопросительно.
— Ты тоже. — Тихо и весело отвечает она. Настолько тихо, что даже извечное эхо пропасти, где она живёт, не подхватывает этих слов.
А потом игриво ерошит ему волосы и вдруг оказывется у стола, бегло читая имена своих целей.
— Мне надо осторожнее и потише, или можно...
Он касается собственого лица там, где только что были ее руки.
— Ты правда так считаешь?
— Ага, — бросает Джинкс через плечо.
— Мало кто с тобой согласился бы, — усмехается он.
Шуршание бумаги останавливается, и Силко видит, как напрягается ее спина.
— А что, важно еще чье-то мнение? — голос Джинкс наполнен детской ревностью.
Силко подходит и кладет руку ей на плечо, как бы приобнимая.
— Нет. Важны только мы с тобой. Только ты... и я.
Он не видит её лица, но по характерно склоненной голове и хмыканью понимает, что она улыбается.
— А что до них, — добавляет Силко, указывая на список, — то можешь вволю повеселиться.
