forgotten love.

— Чонгук~а, просыпайся. Утро уже, — пожилая женщина подходит к кровати, ладонью касаясь плеча внука. — Ну ба, ещё чуть-чуть, — омега недовольно морщится и поворачивается на другую сторону. — Ну уж нет, — со строгостью в голосе проговаривает женщина, — Чонгук, к нам сегодня придут гости. Поэтому давай вставай. — Бабуль, ну гости же придут к тебе, а не ко мне, — начинает хныкать Чонгук. — Во-первых, не только ко мне, но и к тебе. А во-вторых, вставай, мне нужна помощь. — Уф, хорошо, — Чонгук снова утыкается лицом в подушку, но всё равно через пять минут встаёт.

***

Чонгуку всего пятнадцать лет, но он уже остался без родителей. Два года назад его родители разбились в автокатастрофе. Все родственники отказались забирать к себе тринадцатилетнего омегу. И когда совсем юного Чонгука забирали в детский дом, неожиданно появилась бабушка. Сохён была мамой отца Чонгука, мальчик видел её всего пару раз, но другого выхода не было. И вот уже два года Чонгук живёт со своей бабушкой, но ему даже нравится. После того, как бабушка забрала к себе Чонгука, они переехали к ней в деревню. Но за эти пару лет друзей Чонгук так и не нашёл, хоть он и пытался. Но расстраиваться он и не думал, он каждые пять дней в неделю ходит в школу, и на минуточку он отличник, и это ещё одна причина из-за чего Чонгука недолюбливают. Но у него есть цель, ради которой он будет усердно работать не смотря ни на что.

***

Омега невольно вздрагивает из-за холодного воздуха и такого же пола, всё-таки на улице не июль месяц, а холодный ноябрь. Чонгук хватает со стула тёплую кофту и накидывает. На смену холоду сразу же приходит долгожданное тепло. Тяжело вздыхая Чонгук идёт на поиски бабушки, которую он находит на кухне. — Ну наконец-то встал, я уже думала снова идти к тебе, только на этот раз со скалкой. — Я предвидел это и встал, — улыбается Чонгук и садится за стол, — Что кушать будем? — с неким предвкушении спрашивает омежка. — Ничего, — спокойно отвечает женщина. — Что?! В смысле ничего? — Ну вот так вот. А знаешь почему мы ничего не будем кушать? — разворачивается лицом к внуку, в её глазах Чонгук видит отблески злости, от чего становится не по себе. — Почему? — тихо интересуется Чонгук, будто бы боясь ещё сильнее разозлить. — Потому что ты вчера забыл сходить в магазин, хотя я тебя весь вчерашний день просила! — Упс. — Упс?! Чонгук, я тебя сейчас пристукну чем-то! Быстро собрался и пошёл в магазин, — со злостью выкрикивает Сохён. — Ай, бабуль, больно же, — Чонгук потирает свой затылок по которому только что прошлась рука женщины. — Тиранша, — тихо пробурчал Чонгук себе под нос, надеясь, что его не услышали. — Что ты сказал, паршивец мелкий? — видимо не достаточно тихо. — Я побежал, пока, — Чонгук быстро вскакивает со стула и бежит на выход из дома, хватая оставленные бабушкой на комоде деньги.

***

Чонгук выходит из дома одетым явно не по погоде. Очередная его глупость. На нём тонкие спортивные штаны, чёрная футболка и поверх надета более тёплая серая толстовка. Но даже в ней он всё равно чувствует прохладу ноябрьского утра. До магазина от силы минут пять, поэтому Чонгук идёт совершенно не спеша. Сегодня суббота, тем более ранее утро, поэтому на улицах нет никого. И Чонгук ловит себя на мысли, что это к лучшему. По правде говоря, Чонгука в деревне невзлюбила большая часть детей. Одна часть полностью игнорировала существование омеги, вторая — презирала, но была одна группа альф, которые на дух не переносили Чонгука. Один раз после школы они выловили его возле пруда и знатно потаскали по земле. После их «встречи» у Чонгука на лице было пару ссадин, а на рёбрах красовалась большая гематома, которая не могла зажить около двух недель. Такие ситуации происходили не часто, но всё-таки они были. Бабушке омега ничего не рассказывал, смысла не было, да и сердце у неё было слабое, чтобы выслушивать о «приключениях» внука.

***

Купив необходимые продукты, Чонгук покидает магазин. Пройдя чуть больше половины дороги он заметил брошенного на обочине щенка. Пройти мимо него Чонгуку просто не позволила совесть. Он аккуратными шагами подходит к нему, боясь спугнуть,но щенок явно не видя угрозы, сразу подбегает к омеге. — Ой, что же мне с тобой делать? — хриплым голосом говорит Чонгук, поглаживая щенка за ушком, — Меня же бабушка убьёт, — щенок словно чувствуя настроение омеги начинает жалобно скулить. — Ну как же я могу тебя бросить. Ты же такой миленький. Ладно, была не была, пойдём со мной. Чонгук берёт в одну руку щенка, а во второй держит пакет с продуктами. Щенок сразу же тихо пристраивается на руках у омеги, и кажется, даже засыпает. — Бабуль! — кричит Чонгук, как только заходит в дом. — Что уже случилось? Матерь Божья, что это такое, Чонгук? — Сохён хватается за голову, а Чонгук чувствует, ничего хорошего его не ждёт. — Бабуль, пожалуйста,давай его оставим, умоляю. Я буду сам за ним смотреть, честно. Пожалуйста-пожалуйста. Прошу тебя, — Чонгук со слезами на глазах смотрит на бабушку где-то в душе надеясь, что женщина всё-таки разрешит оставить маленький комочек счастья дома. — Что мне с тобой только делать? Не дай Бог, он мне где-то нагадит — сразу же будет выставлен за двери, понял меня? — фыркает Сохён и уходит на кухню. — Спасибоооо! Я тебя так люблю, бабуль! — Чонгук с криком подскакивает на месте, а после подбегает к Сохён, целуя её в щёку. — Я пойду к себе в комнату, и придумаю для него имя. — Ой, иди уже. К нам через час придут гости, не забудь, — но Чонгук уже не слышит. — Теперь это твой новый дом. Как же мне тебя назвать? Может Микки? — щенок в руках Чонгука только выворачивается и он отпускает его на пол. — Чувствую тебе не нравится. Ладно, тогда может Кью? Нравится? Ну всё, значит будешь Кью, — Чонгук снова поднимает щенка на руки, в этот раз он не выворачивается, наоборот, сидит тихо. Чонгук кладёт Кью на кровать, а сам отходит к столу. На столе он забирает книгу и снова возвращается к кровати. Омега аккуратно отодвигает щенка и ложится рядом, полностью погружаясь в какую-то незамысловатую историю. За чтением новой книги Чонгук не замечает как засыпает.

***

В комнате что-то падает, заставляя Чонгука и Кью подпрыгнуть на кровати. Маленький Кью сразу же начинает защищать своего нового хозяина, громко лая, если это можно так назвать. — Т-ты кто? — Ой, прости-прости. Я…я хотел посмотреть рисунки на... полочке. А…а книжки, они упали и вот, — пареньку на вид было лет 16-17. — Мг, а как ты сюда попал? — Чонгук уже встал с кровати и сейчас сидит рядом с мальчиком, помогая собирать разбросанные по полу книги. — Мне твоя бабушка сказала сюда идти. У них там с бабушкой какие-то серьёзные дела. Наверное снова какого-то деда увидели и сейчас обмениваются информацией, — посмеиваясь говорит мальчик. — Да или снова какая-то женщина не уступила место в маршрутке и сейчас они пытаются понять кто это был, — уже во весь голос смеётся Чонгук. — Это ты точно подметил. Кстати, я- Тэхён, — всё ещё смеясь говорит парень. — Я-Чонгук. Приятно познакомится. — А ты омега, да? — с не скрытым интересом спрашивает Тэхён. — А ты как узнал? — Чонгук удивлён, неужели у него на лице написано, что он омега? — У тебя запах слишком сладкий, у альф таких не бывает, — Чонгук на это лишь фыркает и встаёт с пола, чтобы поставить книги на место. — Не обижайся, у тебя классный запах, правда. — Ага, — по голосу Чонгука можно было понять, что он обижается, но виду явно не подаёт. — Ты обижаешься? — Говорю же нет, нормально всё, — Чонгук закончив расставлять книги на место, возвращается на кровать, где тихо спит Кью. — А как его зовут? — Тэхён также закончив с книгами, подходит к кровати, но не садится. — Кью.- кратко отвечает Чонгук. Смотря на то, как Тэхён неловко топчется на месте, Чонгук подвигается на кровать, приглашая сесть рядом. — Спасибо. О, это «Среди тысячи слов»? — Тэхён обращает внимание на лежащую рядом книгу. — Да, ты её читал? — с удивлением в голосе спрашивает Чонгук. — Конечно, это же просто произведение искусства. — Читаешь сопливые романы о любви? — уже с насмешкой спрашивает Чон. За разговорами ребята не замечают, как ночь сменяет день. Весь вечер они разговаривали на различные темы. Оказалось, Тэхён переехал сюда совсем недавно, он старше Чонгука на пару месяцев. И теперь с понедельника Тэхён переходит в класс Чонгука. Его радости не было предела, у него наконец-то появился друг, к тому же альфа. Когда в комнату заходит бабушка Тэхёна и сообщает о том, что им уже пора идти домой, и Тэхён, и Чонгук сильно расстраиваются. Но мысль о том, что они увидятся завтра явно греют душу.

***

С момента их знакомства прошло пять лет и никто из них ни разу не пожалел о том, что они познакомились. За эти пять лет они стали лучшими друзьями, Тэхён никогда не давал Чонгука в обиду. Но и за эти пять лет в сердце у Тэхёна начались просыпаться явно не дружеские чувства к невинному и прекрасному Чонгуку. — Чонгук~и, ты где был весь день? Я приходил к вам домой, но тебя там не было, — с беспокойством спрашивает Тэхён. — А, ну я был с Субином, — тихо отвечает Чонгук, отводя взгляд в пол. — Это тот альфа с соседней улицы? — в глазах Тэхёна видно злость и раздражение. — Да, Чонгук? Ответь мне! — Ты чего? — Чонгук никогда прежде не видел злого Тэхёна за все пять лет их дружбы. — Чонгук, ответь мне, — Тэхён больше не кричит, но продолжает настаивать на своем, да и в его голосе слышаться нотки строгости. — Да, это тот альфа с соседней улицы. — Что ему от тебя нужно? — почти рычит Тэхён. — Он просто показал мне одно место в лесу и всё, — Тэхён медленными шагами подходит к Чонгуку, который совершенно ничего не понимает. Омега шагает назад с каждым новым шагом Тэхёна и в планы Чонгука совершенно не входила оказавшаяся сзади стена. — Тэхён, стой, — Чонгук полностью вжимается в стену, пытаясь унять страх в теле. — Чонгук, я не хочу чтобы ты разгуливал со всякими альфами, — Тэхён говорит уверенно, явно не сомневаясь в своих словах. — Что ты имеешь в виду? — взгляд у Чонгука растерян, он совершенно не понимает к чему клонит его друг. — Чонгук, послушай меня, только не перебивай, ладно? — получив слабый, неуверенный кивок, Тэхён продолжает. — Я и сам не понимаю, что со мной происходит. Но с уверенностью могу сказать, что…ты мне нравишься, Чонгук. Очень сильно нравишься. — Нравлюсь, как друг? — Чонгук не поднимает глаз на альфу и продолжает смотреть в пол. — Боже, что же ты такой глупенький, Чонгук. Ты нравишься мне, как омега. И я хочу с тобой встречаться, — Тэхён аккуратно подцепляет пальцами подбородок Чонгука, заставляя посмотреть в глаза. — Скажи мне, только честно. Я тебе нравлюсь, Чонгук, хоть немного нравлюсь? — в голосе Тэхёна слышится страх и ужасное переживание. — Я…я, Тэхён, — на глазах у Чонгука выступают капельки слёз, которые вскоре катятся по щекам. — Я всё понял. Да,прости. — у Тэхёна в глазах словно что-то разбивается, он с грустью улыбается, отходя от Чонгука. — Конечно, как я мог только подумать, что я тебе тоже нравлюсь. Какой я дурак, — Тэхён истерично смеётся, ещё раз смотрит на Чонгука и уходит из комнаты. Чонгук стоит на месте ровно две минуты осознавая всю серьёзность ситуации. Осознание того, что Тэхён может быть с каким-то другим омегой ужасно режет по сердцу заставляя Чонгука очнуться. Тэхён уже скрылся из вида. Чонгук бежит не смотря под ноги, в голове только один вопрос, где может быть Тэхён? Дома его нету, в их любимом месте тоже. Остаётся только беседка у реки. Чонгук не раздумывая бежит туда, и слава Богу, Тэхёна он находит именно там. — Тэхён! — Чонгук кричит на весь берег. — Чонгук? Что ты здесь делаешь? — Тэхён искренне недоумевает, что Чонгук делает здесь. — Я...я... Тэхён, ты мне не не нравишься. Точнее, нравишься, очень нравишься. Честно, — Чонгук плачет, не скрывая эмоции. — Тэхён, я хочу с тобой встречаться, очень-очень хочу. — Чонгук. — сказать, что Тэхён в шоке, не сказать ничего. — Прости меня, Тэхён. Ты...ты плачешь? — Да, я просто очень счастлив. Я тебя так люблю, малыш. Очень люблю. — Я тебя тоже очень люблю, — Тэхён притягивает к себе Чонгука, крепко обнимая. — С этого дня мы встречаемся, слышишь, Чонгук? — Слышу, и я очень рад, — бурчит Чонгук в шею альфе. — И не забудь сказать об этом противному Субину! Пускай не пускает на тебя слюни, — Чонгук его легонько бьёт по спине, тихо посмеиваясь в шею. Тэхён отстраняется от Чонгука, заглядывая тому прямо в глаза. В них Тэхён видит звёзды, планеты, кажется, он видит в этих глазах целую Вселенную. Он аккуратно касается ладонью щёчку омеги, оставляя вторую на талии. Тэхён притягивает омегу ближе к себе, продолжая смотреть в глаза. Не спеша он наклоняется к губам Чонгука, еле ощутимо касаясь. Чонгук так и замирает в руках Тэхёна, если бы его не держала крепкая ладонь альфы, он бы попросту свалился на землю. Щёки омежки быстро приобретают красноватый оттенок, заставляя Кима улыбнуться. В следующее мгновенье Чонгук сам тянется к Тэхёну, притягивает ближе к себе за шею и целует. Тэхёну понадобилось десять секунд, чтобы понять происходящее. Он сразу же перетягивает на себя инициативу. Тэхён поочерёдно посасывает губы Чонгука, заставляя того тихо хныкать. Целует нежно и аккуратно, совсем не напирая, словно боится спугнуть. Чонгук в его руках млеет и не сдержано стонет, когда Тэхён проникает языком в приоткрытый рот Чонгука. Альфа как с цепи сорвался, продолжая с усердием вылизывать его рот и Чонгук от этого готов превратится в лужицу. Но альфа продолжает удивлять, неожиданно для Чонгука, Тэхён начинает неспеша посасывать язык омеги, заставляя того громко простонать и сильнее ухватится за плечи альфы. Капельки слюны скатываются по подбородкам, оставляя влажные размазанные полосы. Когда воздуха катастрофически перестаёт хватать, они отстраняются друг от друга, тяжело дыша. Но никто из них не жалуется, скорее наоборот, оба находятся в эйфории. — Я люблю тебя, Чонгук~и, большего всего на свете, — счастливо улыбаясь говорит Тэхён, обнимая Чонгука за талию. — Я тебя тоже люблю, Тэхён~а. Больше им ничего не надо.

***

Пять лет счастливой и беззаботной жизни. Кажется, их конфетно-букетный период знатно затянулся. Но Чонгук не против, ему наоборот, нравится. Точнее, нравилось. Пару месяцев назад Тэхёна как подменили. Домой приходит злой, на Чонгука попытавшегося выяснить, что случилось, рычит. Последняя попытка нормально поговорить закончилась мягко говоря херово плохо. Тэхён снова пришел домой весь на нервах, ужинать не захотел, а Чонгук ему ещё и ляпнул, что он вообще-то старался и весь день на кухне провел. И понеслась. Слово за слово и ссора из небольшой переросла чуть ли не в мировой конфликт. Чонгук тогда знатно обиделся на Тэхёна, за все обидные слова сказанные хоть и в порыве злости, но все же его парнем. Нет, Чонгук не сопливая девочка, которая будет обижаться по пустякам. Просто Тэхён задел за больное. Дело в том, что недавно Тэхёну пошел третий десяток, а ребенка всё ещё нет. К кому они только ходили. У врачей были, но ничего утешительного не услышали. Доктора лишь руки разводили, говоря, что ничего поделать не могут. У Тэхёна всё отлично, а у Чонгука букет непонятно откуда взявшихся болячек, которые препятствуют беременности. И ЭКО делать пытались, но ничего. Всё бесполезно. Ничего не выходит. От отчаянья даже к знахарям пошли, а те говорили, мол будет ещё всё, но когда не уточняли. Тэхён тогда вылетел из «конуры» шамана ничего не сказав. До дома они тоже молча ехали. Лишь по приезде Тэхён не просто вспылил, а высказал всё, что душе угодно было, совсем не заботясь о чувствах Чонгука, который сжавшись сидел в углу дивана, выслушивая недовольства в свою сторону. А когда Тэхён плюнув на всё скрылся за дверью спальни, слёзы сами покатились из глаз. Чонгуку оставалось лишь прикрыть рот ладонью, дабы заглушить собственные всхлипы и жалкое поскуливание.

***

И вот. Снова всё идёт к ссоре, причины для которой до безумия смешны. Тэхёна пригласили на день рождения на который он без Чонгука идти не захотел, сославшись на то, что все будут со своими омегами, а он позориться один не поедет. А Чонгуку с утра плохо было: голова кружиться, живот болит, тошнит, как никогда прежде. Но Тэхён продолжал настаивать. Выхода не было, пришлось идти собираться. — Чонгук, сколько можно? Мы уже опаздываем! — недовольно причитает Тэхён, пока его парень продолжает сидеть в спальной комнате. Час уже прошел. — Ну сейчас, ты можешь не раздражать, — слышится по ту сторону закрытых дверей. Тэхён краснеет от злости, у него сегодня такой важный день, а Чонгук. — Это я тебя раздражаю?! — не выдерживает Тэхён, теряя последнюю каплю свой сдержанности. — Да это ты меня раздражаешь! Я же попросил тебя собраться к шести вечера, а сейчас без двадцати восемь! Ты меня подставляешь! Как до твоих куриных мозгов не доходит! Тэхёна чуть дверью не сносит, когда Чонгук её настежь открывает. Его лицо перекошено в гримасе злости и обиды. — Ну и отлично. Если ты настолько мной недоволен, то можешь найти того, кто будет лучше меня, — и знал бы Тэхён, насколько сложно Чонгуку дались эти слова из-за которых сердце колотиться в бешеном ритме и руки как не свои потеют. — Пф, как тебе будет угодно. Может хоть этот кто-то сможет мне родить ребенка, а не... Звонкий удар прерывает их ссору. Тэхён ошарашенно смотрит перед собой, держась за краснеющую щеку. Чонгука потряхивает от злости, боли, обиды и других чувств, что он так долго хранил в глубинах своей души. К Тэхёну лишь через несколько минут приходит осознание смысла, сказанных им лично слов. Отрывая глаза от стены и смотря на омегу, он никак на расчитывает увидеть перед собой Чонгука.. находящегося на грани истерики. А ещё удивляют слёзы, которые не переставая катились по щекам. Чонгук никогда перед ним не плакал. — Замолчи! Не смей мне этого говорить! Чонгук кричит, бьёт Тэхёна в грудь, пытаясь вырваться из крепких объятий в которые тот его заточил. — Прости. Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Я люблю тебя, Гук~и. Прости меня идиота. Тэхён радуется, когда Чонгук в его руках затихает, лишь иногда тишину разрезают глухие всхлипы. Только вся радость исчезает, когда он слышит, еле слышное, хриплое: — Давай разойдёмся. — Нет! — неожиданно громко выкрикивает Тэхён, пугая громким голосом омегу. — Тэхён, хватит, — Чонгук убирает его руки от себя и отходит на несколько шагов, смотря заплаканными, красными глазами на Кима. — У нас ничего не выходит, ты же видишь. Прекрати мучать нас обоих, прекрати делать больно себе и мне. Ты хочешь полноценную семью — я тебе её дать не могу и не смогу даже в будущем. Но я хочу, чтобы ты был счаслив, чтобы у тебя были дети,твои родные по крови дети. — Пожалуйста, Чонгук, не делай поспешных решений. Давай всё обсудим, — Тэхён не делая резких движений, аккуратно, шаг за шагом подходит к Чонгуку, который не успевает никак среагировать и вновь оказывается в кольце сильных рук. — Я не могу так, Тэ. Мы постоянно ссоримся, ты домой приходишь злой и раздраженный, а я так не могу. — Я изменюсь, слышишь? Только дай мне ещё один шанс… Нам. — Я не знаю, Тэхён.

*две недели спустя*

Чонгук просыпается от мягких, слегка потресканных губ на своей шее, которые плавно перемещаются на ключицы. — Тэ-э, прекрати, — недовольно стонет омега, стараясь спрятаться в одеялах, но от Тэхёна это не спасает. — Не могу, ты слишком привлекаешь, — Чонгук громко вскрикивает от неожиданности, когда Тэхён его бессовестно переворачивает на живот, залезая на него сверху. — Тэхён, ты тяжёлый, слезь, — кряхтит омега в подушку, пока Тэхён съезжает вниз, почти на пятки залезая и за собой, как ни в чём не бывало, тянет одеяло. — Тэхён, ты скотина бездушная, холодно же. — Я тебя сейчас согрею, — хмыкает Тэхён и не сдерживаясь облизывает губы, смотря на прекрасную картину, открывшейся перед ним. Бронзовая кожа переливается в лучах утреннего солнца, проникающего сквозь шторы. Небольшие темные пятнышки украшают участки кожи около шеи и лопаток– следы их любви. — Тэ, у меня всё ещё болит тело после вчерашнего, — пытается найти отмазки Чонгук. Альфу это всё ещё не останавливает. Тэхён ладонями нежно массирует кожу плеч, не спеша спуская руки с каждым движением ниже. Больше внимания он уделяет пояснице, зная, что у Чона она до ужаса чувствительная. Не сдерживая внезапный порыв, он прикасается губами к милым ямочкам на пояснице, выбивая из Чонгука приглушённый стон. Руки опускаются на мягкие ягодицы с небольшой силой их сжимая и разводя в сторону, а потом возвращаясь выше, к спине. Чонгук не сразу чувствует, как с его ягодиц пропадает последний элемент одежды, а на смену им приходят вновь горячие большие ладони. Тэхён уже не жалея мнёт нежную кожу, вдавливая подушечки пальцев, оставляя после себя красные следы. Не выдерживая, Тэхён приподнимает бедра Чона, вынуждая встать на четвереньки, упёршись ладонями и плечами в подушку, а коленями в мягкий матрас. Альфа внутри Тэхёна жалобно скулит, когда он видит дырочку, что подрагивает от холодного воздуха. Чонгук хнычет ощущая палец, что плавно проскальзывает внутрь. Бедра сами, невольно, толкаются назад, пытаясь полностью насадится на палец, но он исчезает также внезапно, как и появился. — Тэхён, пожалуйста. — Что пожалуйста, Гук~и? М? — Тэхён ухмыляется и хватает ладонями вертящийся зад, что пытается заставить наконец действовать. — Возьми меня, Тэхён~а. Прошу, не мучай. — Конечно, как захочет мой малыш. Тэхён срывает с себя боксеры, откидывая их на пол. Член с характерным звуком ударяется о низ живота, заставляя Тэхёна зашипеть от этого ощущения. Чонгук несдержанно стонет, когда чувствует в себе горячую плоть. Тэхён заполняет его одним рывком, выбивая очередной стон, когда головка каждый раз вдалбывается по простате. Комнату заполняют громкие шлепки бедер о ягодицы, несдержанные крики и стоны, перемешанные с диким рычанием. Запах витающий в воздухе заставляя сходить с ума. Горький аромат Тэхёна идеально подходит к сладкому Чонгука. — Чонгук, давай попробуем ещё раз, — хриплым голосом басит на ухо омеге Тэхён. К Чонгуку находящемуся в предоргазменном состоянии не сразу доходит суть сказанных Тэхёном слов. Но когда же все-таки доходит, по коже пробегает противный холодок. — Тэхён... — Пожалуйста, Гук~и, умоляю. Последний раз. Чонгук медленно явно со страхом, но кивает. Голова с громкими стонами валится на подушку, Тэхён со стоном в последний раз в него толкается, входя полностью, не оставляя между телами никакого пространства. Чонгук чувствует внутри узел, что набухает с каждой секундой и выплёскивает в него раз за разом все больше спермы. Внутри вместе со страхом сидит маленькое зёрнышко надежды. Потому что, может хоть в этот раз у них получится.

***

Чонгук чувствует неладное, когда уже полторы недели подряд его завтрак оказывается в унитазе. Желудок словно с ума сходит, не желая принимать почти никакую пищу. Тэхён в отличии от Чонгука, сразу же поехал в аптеку и по приезде всунул тому в руки небольшой пакет. Его даже открывать не было смысла и глупому было ясно, что лежало внутри. Руки дрожат, пока он достает небольшую упаковку. Смотря на тест, Чонгук готов отдать всё, лишь бы увидеть на нем долгожданные две полоски.

***

— Чонгук, ну что там? — дрожащим голосом спрашивает Тэхён, тихо открывая двери. На полу, прижавшись к ванне, сидит заплаканный Чонгук, держа в руках тест. — У нас не получилось, Тэхён. Здесь снова одна полоска. Тэхён долго смотрит на тест, действительно видя на ней всего одну единственную красную полоску. Да, у них снова не получилось. И вряд-ли уже когда-то получится. Не сказав ни слова, Тэхён вылетает из ванной комнаты, громко хлопая дверью. Чонгук за ним не гонится, понимает, что это конец. Это был последний их шанс на спасение. *** Домой Тэхён возвращается поздно. Почти через сутки. В доме слишком тихо, не работает телевизор в гостиной, в ванной не слышно звуков воды, в спальне та же пугающая тишина и непроглядная темнота. Лишь на кухне он находит лежащую на столе записку, которая в скором времени оказывается скомканой и выкинутой в урну с мусором. » Тэхён, я знаю, что наши отношения были обречены на провал, ты и сам это видишь. Ничего не выходит. Я со спокойной душой могу сказать, что мы пытались. Пытались не один день, и даже не один год. Я хочу сказать тебе спасибо за всё. Ты подарил мне те моменты, которые навсегда останутся в моей памяти и так же подарил незабываемые воспоминания. Они всегда будут греть мою душу. Я хочу сказать тебе спасибо просто за то, что ты появился в моей жизни. Без тебя она была бы чертовски скучной. И я хочу тебе пожелать обрести настоящую семью. Найди человека с которым ты будешь счаслив и того, кто сможет подарить тебе замечательных деток. Я не жалею, что ухожу. Ведь знаю, что дальше было бы только хуже. Не хочу быть для тебя обузой. Будь счастлив, Ким Тэхён. »

*Три года спустя*

— Прими мои соболезнования, Гук~и. Мне очень жаль. — Спасибо, — бесцветно, тихо и холодно бросает Чонгук, кланяясь женщине, которую он видит третий раз за всю свою жизнь. Люди неспеша расходятся, покидая кладбище. Вскоре оставляя Чонгука одного стоять напротив могилы единственного близкого человека, которого больше нет в живых. Чонгук протягивает ладонь к фотографии на памятнике, пальцами касаясь лица женщины, что широко улыбается. Разум продолжает отрицать происходящие, даже если это видят собственные глаза. На лицо падают непонятно откуда взявшиеся холодные капли. Небо за считаные секунды из ярко-голубого стало темно-серым. — Наши предки считали, что если в день, когда человек умирает идёт дождь, то это означает, что умерший человек попадает в рай. Ведь дождь смывает все его грехи, — вещает негромко парень, стоящий сзади омеги. — Мне говорили, что если идёт дождь, значит небо плачет за умершим человеком, — Чонгук разворачивается, смотря в глаза «незнакомцу». — Что ты здесь делаешь? — Мог бы для начала и поздороваться. Всё же сколько лет мы не виделись, — Чонгук с рыком хватает парня за ворот рубашки притягивая к себе. Глаза злостью наливаются, а руки чешутся, чтобы начистить лицо светловолосого альфы. — Я тебе задал вопрос. ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ? — Пришёл на похороны бабушки. Очевидно же. — Вспомнил, что у тебя бабушка была? Тебе не кажется, что ты слишком поздно очнулся? — Чон отталкивает от себя альфу, так что тот почти падает, но каким-то чудом успевает удержаться на ногах. — Я знаю, какое я дерьмо, Чонгук. Знаю, что поступил как ублюдок, бросив тебя и бабушку одних после смерти родителей. Но ведь все имеют право на второй шанс. — Все, но не ты, — Чонгук не оборачиваясь покидает кладбище, оставляя альфу одного, наедине с собственной совестью. Чонсу брата понимает и винить его не смеет. Сам виноват. Его никто не выгонял из родительского дома, никто не выгонял из страны из которой он после смерти родителей благополучно свалил и конечно же никто не заставлял его бросать маленького Чонгука в ужасном месте под названием детский дом. Чонгук прав. Чонсу сам всё испортил. — Я всё исправлю, бабуль, — Чонсу сгибается пополам в поклоне, не замечая слезу, что незаметно соскальзывает с ресниц.

***

— Какого чёрта ты здесь забыл? — грубо спрашивает омега, смотря на Чонсу, который с чемоданом стоит на пороге дома. — Мне не где жить, поэтому я буду жить здесь, — альфа не церемонясь проходит в дом, отталкивая от входа Чонгука у которого вены на лбу вздулись от злости и слишком нахального поведения брата. — Ты забыл у меня спросить можешь ли ты тут пожить? Не забывай, хозяин здесь я. — Я могу пожить здесь некоторое время? — язвительно задаёт вопрос Чонсу, уже предвидя грубый отказ. — Нет. Ну вот. Не ошибся. — И всё же я поживу, — Чонгук в этот раз подозрительно смотрит в глаза и молчит. Альфа сглатывает, ожидая очередной словесной взбучке. Но его ожидания не сбываются. — Делай, что хочешь, — бросает омега, скрываясь за дверью одной из комнат. — Что ж, надеюсь это можно считать разрешением.

***

Чонгука брат раздражает. Пускай не так сильно, как месяц назад, но всё же раздражает. Он не мешает, наоборот, помогает по дому: убирает, а иногда и завтраки готовит. Чонгук откладывал этот разговор как мог. Но поговорить нужно было. Чего бы это не стоило. Чонсу в этом был солидарен, поэтому, уже через несколько минут оба брата сидели в кухне за круглым столом. — Я так понимаю, я буду говорить, а ты слушать? — ответа он не слышит, но он уверен, что было глухое, еле слышное мычание. — В первую очередь, я хотел бы извиниться перед тобой. Я очень виноват, Чонгук. Перед тобой, перед родителями, перед бабушкой. Я не должен был уезжать в другую страну, бросая тебя на произвол судьбы. Я был слишком юн, мне всего-то двадцать было. Что с тобой делать, я и подумать не мог. Поэтому. — Поэтому, ты как ни в чем не бывало, укатил в Испанию со своим омегой, — заканчивает за старшего Чона брат. — Да, о чём сейчас очень сожалею. Если ты думаешь, что мне легко, то нет. Мне также, как и тебе больно из-за смерти бабушки и родителей. Я знаю, что поступил с тобой, как мудак. И сейчас я прошу прощения, — Чонгук удивлённо распахивает глаза, когда Чонсу встаёт со стула, и становится на колени. — Прости меня, Чонгук. — Чонсу.. — омега и сам не выдерживает, падая на пол рядом с братом, обнимает того за плечи не сдерживая слёз. — Я прошу тебя только об одном. Ты больше никогда меня не бросишь. — Я и не собирался, Гук~а.

***

— Чонгук! У меня к тебе дело, — кричит на весь дом альфа. Галстук никак не поддается, выводя из себя. — О Боже, какой же ты безрукий, — не сдерживаясь смеётся Чонгук, смотря на то, как Чонсу неуклюже старается завязать галстук. — Так уж и быть, иди сюда, помогу тебе. — Где ты научился их завязывать?! — удивлённо выкрикивает альфа, смотря на идеально завязанный галстук. — Ахах, не важно. Было время научится в мои-то двадцать восемь, — загадочно смеётся омега. — Ах, вот именно,тебе уже двадцать восемь, а мужа и детей всё ещё нет, — Чонгук сразу меняется в лице. Былая улыбка исчезает, а на смену ей приходит незваная грусть. — Я что-то не так сказал? — Что? Нет-нет, всё в порядке. Вспомнил грустный фильм, — отмахивается Чонгук, наново натягивает на губы улыбку. В этот раз полностью фальшивую. — Ладно. Кстати, не хочешь пойти сегодня со мной на корпоратив? — Корпоратив? Не знаю даже, — в голове терзают сомнения, а в груди, как никогда прежде бьёт тревога и волнение. — Собирайся иди, а то сидишь дома, тухнешь перед телеком круглые дни. Отпуск-это не болезнь, проводи его с пользой. Жду тебя в машине через десять минут. Не видя особой причины отказывается от внезапно появившихся планы на вечер, Чонгук идёт в спальню. В гардеробе, как и ожидалось, вещей много, а надеть нечего. Но в глаза бросается синяя рубашка.

***

Люди шепчутся, когда в помещение входят двое Чонов. Альфа одет в черный костюм, того же цвета обувь и галстук. Пшеничного цвета пряди небрежно разбросаны по лицу, прикрывая глаза. Младший Чон не уступает брату. Черные кожаные джинсы, что соблазнительно обтягивают бедра, синяя рубашка, словно на Чонгука сшита была, прекрасно подчеркивающая его талию. Образ дополняли черные оксфорды от Brunello Cucinelli, а также идеально ровный пробор между волос, пряди разделены на две половины, открывая лоб и черные, как ночь глаза. — Чонгук, ты бы оделся по скромней что ли. Взгляды всех альф на тебе, — фыркает старший Чон. — На себя посмотри, — в тон бросает Чонгук, вызывая у брата ухмылку. Оба хороши. Скрывать нечего. — Не напивайся. С альфами не шатайся. Далеко не уходи — я хочу тебя потом кое с кем познакомить, — даёт наставления Чонсу, а сам мыслями уже с рыжеволосым омегой, который подмигивает альфе. Чонгук на это закатывает глаза, забирая из подноса официанта бокал с шампанским.

***

— Господин Мин, рад Вас видеть, — кланяется в приветствии Чонсу. — Что ты, не стоит. Мы же не в офисе, — по доброму смеётся мужчина, хлопая по плечу альфу. — А что это за прекрасный омега с тобой, неужели решил образумится? — Ахах, нет, что Вы. Это мой младший брат — Чон Чонгук. — Доброго вечера, господин Мин, — здоровается омега, уважительно склоняя голову. — Боже, какой прелестный омега. Полная противоположность тебя, Чонсу, — говорит мужчина, вызывая смех у всех стоящих поблизости. — Простите, я вас покину не надолго.

***

Чонгук входит в уборную тяжело выдыхая. Сил нет совсем, подобные мероприятия всегда быстро его утомляли. Набирая в ладони прохладной воды, Чонгук умывает лицо в надежде снять напряжение. Закрытая на замок, как думал Чонгук, дверь хлопает, не на шутку пугая. — Привет, Чонгук~и. Давно не виделись, — медленно тянет альфа, всё ближе подходя к удивлённому и напуганному омеге. — Тэхён? Что ты здесь делаешь? — Чонгук прижимается к холодной плитке спиной, выставляя перед собой руки, когда альфа оказывается совсем близко. — Да вот, веселился знаешь ли, а потом смотрю знакомое лицо. Я сначала думал, что обознался, оказалось, что нет, — вытянутые Чонгуком руки оказываются в крепких Тэхёновых. — Я скучал, Чонгук. Горячее дыхание обжигает нежную кожу шеи, вызывая табун мурашек по коже. Тэхён не выдерживает, прикасаясь губами к быстро бьющейся венке втягивая сладкий аромат. С персиковых губ Чонгука слетает тихий стон, в последствии чего щеки приобретают алый оттенок. — Вижу не один я скучал, — хмыкает Тэхён, отрываясь от шеи и смотря в глаза омеги. — А ещё я вижу, что твой нынешний альфа не удовлетворяет тебя, раз ты готов лечь под первого встречного. Тэхён не удивляется, когда по щеке прилетает обжигающий кожу удар. Чонгук смотрит на него с презрением, потирая ладонь. Тэхён невольно ловит с этого флешбэки. Три года назад, Чонгук точно также ударил альфу. — Что? Я сказал что-то не так? — Это мой брат, придурок, — Чонгук и сам не понимает, почему оправдывается перед альфой. Просто, чтобы очистить своё имя? Или из-за того, что Тэхён принял его родного брата за его альфу и приревновал? Точно не второе. Наверное. — Какой ещё брат? У тебя нет брата, — фыркает Тэхён, смотря как уголок губ Чонгука ползет вверх. — Есть и если бы ты внимательно меня слушал, то вспомнил, что ещё при нашей первой встрече, я тебе рассказал о том, что мой старший брат уехал заграницу, бросив меня в детском доме. А вместо того, чтобы порыться у себя в памяти, ты ляпнул первое, что пришло тебе в голову. В принципе, как и всегда. Чонгук вскрикивает, когда чувствует на своей талии руки, что прижимали его к горячей груди. Тэхён молчит, Чонгук тоже рушить тишину не спешит. Понимая, что вырываться омега не намерен, Тэхён расслабляет ладони, опуская их на мягкие бедра. — Руки убери, — спокойно произносит Чонгук, стараясь убирать наглые руки, но снова его руки перехватывают и прижимают к холодному кафелю. — Не могу. Ты сводишь меня с ума, — честно признается альфа, наклоняясь к шее омеги и вдыхая такой родной и головокружительный аромат. Губы с шее переходят на острые скулы, оставляя несколько еле ощутимых поцелуев. Чонгук головой крутит в надежде уйти от губ. Хотя, кому он лжет. Он и сам с ума сходит. Тело помнит запах и ласки Тэхёна. И сейчас готов лужецей растечься. — Твое тело отзывается на меня, — констатирует очевидное Тэхён, поглаживая руками худые ребра, задевает пальцами соски, выбивая из омеги очередной мелодичный стон. Чонгук не понимает, как это происходит: как он оказывается сидящим на столике, а между его ног уже успел встать Тэхён, сжимая ладонями скрытые штанами ягодицы. Не выдержав напряжения, Чонгук зарывается пятерней в слегка кудрявые волосы альфы, притягивая его к себе и впиваясь в его губы грубым поцелуем. Языки сплетаются в диком танце, выбивая из лёгких весь воздух. Руки омеги беспорядочно шарят по телу альфы, вытаскивая из классических штанов белую, идеально выглаженную рубашку, дёргая её за края. Пуговицы хаотично рассыпаются по полу, но сейчас это мало кого волнует. Чонгук не помнит, как одежда покидает его тело. Помнит лишь два пальца, что обводят судорожно сжимающийся вход, дразнят, но не входят. Омега хнычет, виляет бедрами привлекая внимание. Тэхён вгоняет пальцы резко, грубо, не боясь причинить боль. Чонгук от долгожданной заполненности выгибается дугой, раскрывая губы в которые сразу же с дикостью вгрызаются. К двум пальцам добавляется третий, продолжая растягивать. Но вскоре все три пальцы исчезают из горячего нутра, а взамен им входит твердый член, что ничем не хуже. Губы Чонгука растягиваются в немом стоне, пока Тэхён грубо в нем двигается. Тело дрожит, предчувствуя скорую разрядку. Сперма толчками выходит, пачкая живот Чонгука, Тэхён же с рыком притягивает его к себе плотнее кончая глубоко внутрь. Чонгук, слишком разморенный, этого не замечает.

***

— Ты куда пропал? Ты же отлучался всего на пару минут, а тебя не было около часа. Признавайся, где ты был? — забрасывает вопросами Чонгука Чонсу, пока они едут домой. — Плохо мне было, с унитазом обнимался. Тебе все в подробностях описать? — бессовестно лжет Чонгук, смотря в окно машины на ночной город. — Нет уж, спасибо, — фыркает старший. — Кстати, кто тот альфа, который возле тебя тёрся? — Что? Какой ещё альфа? Никто возле меня не тёрся. Да и к тому же, туалет там общий! Ой. — нервно выкрикивает омега, с потрахами себя выдавая. — Ахах, вот ты и попался. Давай рассказывай, я же вижу, что это не всё. — Нечего рассказывать, просто секс, не больше, — тихо бубнит Чон, пока альфа от шока чуть в аварию не попал. — Просто секс?! В общественном туалете?! — ошарашенно кричит Чонсу, размахивая руками. — Боже, да чему ты удивляешься. Мне двадцать восемь лет, у меня потребности есть! — Но не с незнакомым же альфой, а вдруг у него болячки какие-то! — Он и не незнакомый, — фыркает Чонгук, не видя, как брови брата ползут вверх от слишком большого объема информации. — О май гад, мне срочно нужно выпить. И да, спать ты не пойдешь, пока все мне не расскажешь, — кивает сам себе альфа, получая от Чонгука обречённый, недовольный взгляд.

***

Чонгук рассказывает всё, не скрывая ничего. Начиная с детства и заканчивая сегодняшним днём. Чонсу до последнего не верит. Как это все могло быть с его младшим братом? Чонгук не сдерживая слёз ревёт в голос, впервые за долгое время выплескивая все, накопившееся эмоции. — А ты к врачу ходил? — в ответ лишь кивок. — И что они сказали? —Ложиться в больницу на лечение. — А ты что? — Ничего, не могу решится. Да и ради кого, у меня даже альфы нет. — Как это альфы нет? А этот, как его, Тэхён. Ты же его любишь и он тебя любит, в чем проблема? — говорит очевидное Чонсу, поглаживая Чонгука по спине. — Проблема в том, что я ему нахер не сдался, — выносит заключение Чонгук. — Ну да и именно поэтому он приревновал тебя, подумав, что я твой альфа, — закатывает глаза Чонсу, — Послушай меня, Гук~и, я тебе, как альфа говорю. Любит он тебя, вот и ревнует. А прошлое оно ведь уже в прошлом. Нечего его ворошить. Думай о будущем. Завтра же поедем в клинику. — И когда ты таким умным успел стать, — Чонгук смеётся, слушая возмущения от брата. Чонсу прав. Он должен думать о будущем. К черту прошлое.

***

Две недели Чонгук не решался пойти в больницу. Боясь не понятно чего. Хотя Чонсу уже на следующий день нашел клинику в которой и сам бывал частым гостем. И вот спустя ещё несколько дней Чонгук все же собрался с мыслями и взяв Чонсу под руку поехал в больницу. — Чон Чонгук, омега, двадцать восемь лет. Всё верно? — спрашивает бета, вбивая информацию о Чонгуке в базу данных. — Да, всё верно. — Отлично, вы можете пройти в кабинет 305, доктор Ли будет Вас ожидать. — Спасибо, — Чонгук пытается унять дрожь в теле, Чонсу рядом успокаивающе поглаживает то по голове, то по спине. Подходя к нужному кабинету альфа желает ему удачи, оставаясь ждать в коридоре.

***

Врач долго задавал вопросы, так же долго его осматривал. А после спокойно выдал, что в лечении Чонгук не нуждается, потому что.. — Вы беременны, господин Чон. Срок почти две недели. — Что? Вы не ошибаетесь? Это точно не ошибка? — не веря в слова доктора, переспрашивает омега. — Да, я уверен. А теперь присядьте, я Вам выпишу список нужных витаминов, купить вы их сможете в любой аптеке. Уже через пять минут Чонгук оказывается выставлен за двери. Чонсу с беспокойством смотрит на брата, что падает на пол коленями, захлёбываясь слезами что-то бормоча себе под нос. — Чонгук, что случилось? У тебя болит что-то? Врач не компетентный? Мы сегодня же можем пойти к другому специалисту. Ну же, посмотри на меня, — Чонсу поднимает его лицо за подбородок, вытирая влажные щеки. — Я беременный. У меня будет ребенок. — Что? Но почему ты плачешь? Разве ты его не хотел? — спрашивает альфа, помогая встать с холодного пола омеге, сажая его на кушетку. — Я рад, просто всё ещё не верю. — Так, всё, прекращай лить слёзы. Нужно это отпраздновать. А ещё нужно обрадовать счастливого отца, — с улыбкой тянет Чонсу, смотря на замершего Чонгука. — А ты что думал? Я уверен, что этот твой Тэхён будет рад. Чонгуку очень хочется верить в то, что Тэхён обрадуется этой неожиданной новости.

***

Чонсу от него не отстаёт. Постоянно носится по пятам, продолжая настаивать на том, что Тэхёну о ребенке сказать нужно. Но Чонгук с разговором тянет, хотя и номер и адрес альфы у него есть. Чего он боится, не понятно. Хотя нет, причина в полное ясна. Страшно, что Тэхён не примет его и ребенка не признает. — Ладно, была не была, — Чонгук натягивает на себя белую толстовку с принтом розового кролика, предупреждает брата о своем уходе и неспеша закрывает дверь квартиры.

***

Чонгук мнется около двери, не находя в себе силы позвонить в звонок. От чего-то на сердце тревожно. А вдруг Тэхён его не ждёт, а вдруг он не один.? Чонгук не будь тряпкой, возьми себя в руки и дерзай. Два нажатия на звонок, сорок секунд ожидания (Чонгук посчитал) и двери щёлкают, а перед омегой появляется.. не Тэхён. Неужели перепутал квартиры? Потому что, перед ним стоит красивая девушка. Беременная девушка, что приветливо улыбается Чонгуку. Это же не то, что он думает? Быть не может. У Тэхёна есть беременная девушка. Ну да, на что он рассчитывал.. хах, глупый. — Ой, ты же Чонгук, да? — голос внезапно пропадает, поэтому в ответ лишь кивок. — Я Миён, двоюродная сестра Тэхёна, он мне твои фотографии показывал, — объясняет девушка. — Миён, кто там? — кричат из дома, судя по всему это альфа, но все же не Тэхён. — Тут омега Тэхёна, — также громко кричит в ответ девушка. Чонгук стоит в дверном проходе, глупо хлопая ресницами и открывая рот словно рыбка, стараясь набрать в лёгкие побольше воздуха. Омега Тэхёна? Он правильно услышал.? — Проходи, не стой на пороге. Тэхён поехал в офис, но скоро вернётся. А мы пока попьем чай, — Миён подталкивает его вглубь квартиры, заводя его на кухню. Они разговаривают буквально обо всем начиная с погоды и заканчивая ее беременностью. Кстати, о своей Чонгук пока умолчивал. Как оказалось Миён с мужем приехали ненадолго погостить к Тэхёну, да и вообще ко всему семейству Ким. Когда входная дверь хлопает и слышится голос Тэхёна, Чонгук теряется. Миён идёт встречать брата, говоря Чонгуку, что все будет хорошо, но он так не думает. Все фразы заготовленные ранее забылись, а в горле образовался ком. Но слова и не требуются, ведь Тэхён решает всё за двоих. — Миён, я женюсь. Он от меня больше не убежит. Кольцо я уже купил, поэтому собирайся, мы едем. — Тэхён, к тебе пришли, — прерывает его Миён, взглядом указывая на кухню. Тэхён удивлен, ведь гостей не ждал. Но удивлённие растёт ещё больше, стоит ему увидеть кто к нему пришёл. — Чонгук? Ты как здесь оказался? — А я...я уже ухожу, — Чонгук вскакивает со стула, проносится мимо ошарашенного альфы в попытках убежать. Но Тэхён оказывается куда проворней, чем думал Чонгук (или не думал вообще). — Ну уж нет. Я больше не позволю тебе убежать. Тэхён хватает убегающего омегу за запястье и тянет на себя заставляя прижаться к своей груди. — Три года назад ты ушел — я места себе найти не мог. Из ресторана ты тоже убежал, но сейчас ты не уйдешь. Мы сядем и спокойно поговорим, бегством проблемы не решишь. Они заходят в комнату Тэхёна, Чонгук здесь не часто бывал, но эту комнату из сотни других узнает. Руки омеги всё ещё сжаты в крепких Тэхёновых. Чонгука сажают на мягкую кровать, а сам хозяин комнаты остаётся стоять напротив. Минуты тянутся до невозможности долго и молчание никто не решает нарушить. Лишь тяжёлое дыхание слышно в тишине. — Я так понимаю, ты говорить не будешь, — вопрос скорее риторический и ответа на него не ждут. — Ладно, тогда скажу я. Оставлять тебя я больше не собираюсь. Я хочу чтобы ты стал моим мужем, Чонгук. За эти три года у меня было время всё переосмыслить, поэтому мое решение как никогда полностью обдуманное и о нём я не пожалею. Я знаю, что ты всё ещё любишь меня, Гук~и. Также я прекрасно понимаю причины по которым ты ушёл. Прости меня за это. Я тогда испугался, отчаянье накрывало с каждой минутой всё сильнее. Не буду скрывать, мне так хотелось детей...Наших с тобой детей. За своими переживаниями я совсем забыл о тебе, забыл о том, что тебе ни чуть не легче. Прости. Сейчас я полностью отвечаю за свои слова и я действительно хочу создать с тобой семью, Чонгук. Мне не важно, что у нас может никогда и не быть своих детей. Мы можем взять ребенка из детского дома и будем любить его, как родного... — Уже есть. — тихо отзывается Чонгук, закрывает лицо ладонями не сдерживая слёз. — Что? — не понимая, переспрашивает альфа. — Я беременный, Тэхён. У нас будет малыш.. Тэхён, когда до него доходит смысл услышанного, подхватывает Чонгука на руки, начиная кружить по комнате. — Ты не шутишь. — наконец-то понимает Тэхён. Не шутит. Чонгук действительно беременный. — Нет, — вытирает ладонью слёзы Чонгук и просит Тэхёна поставить его на землю. Тэхён бережно накрывает ладонью ещё плоский живот, радуясь тому, что у них получилось. Смотря на протянутую правую ладонь Чонгука, Тэхён не верит своим глазам, а после и ушам. — Твое предложение всё ещё актуально? — Да, — шепчет Тэхён, надевая на безымянный палец омеги золотое колечко с гравировкой « Forever » изнутри, — теперь ты никуда от меня не убежишь, Ким Чонгук. Всё же счастливый конец может быть там, где его никто не ожидает. Чудо может случится там, где уже и не надеятся на его появление.