Космос в глазах

«Жизнь становится короче с каждым днем. Зачем сдерживаться?». (Котаро Исака. Поезд убийц)

На работе царила атмосфера оживленная и почти праздничная. Саша из отдела продаж заключил второй важный контракт всего за два месяца, и костюмеры с дизайнерами сходили с ума. Максим тоже был взмыленным. Он трудился без устали и два раза за неделю забыл пообедать. Тимур сперва был категорично настроен к тому, что Максим попросился поесть с ним, но после успокоился. Максим не болтал, ел быстро, с вопросами не лез, поэтому уже целых полторы недели они обедали вдвоем. Начался июль. На улице стояла жара, а Тимур привычно стал убирать лезущие в лицо волосы в маленький хвостик. Максиму такая его прическа то ли нравилась, то ли нет, но пялиться на Тимура он стал больше. - Ты Мише своему написал? - спросил Тимур, отвернувшись и аккуратно запихивая в себя оливье. - Две недели прошло, как мы его нашли. - Это ты его нашел. И да: я ему написал, - сказал Максим. - И что? - Что-что, завтра вечером увидимся. Доволен? Максим проворчал последнее слово. Тимур пожал плечами и продолжил есть свой оливье. Они запустили сайт. Тимур сделал дополнительный сайт для девушки Коли. Жизнь текла размеренно и верно. Тимур все чаще думал о том, чтобы завести себе собаку или кошку. Думал и сразу передумывал, поскольку за животным нужен был уход, а Тимур иногда пропадал в недрах компьютера и забывал про мир реальный. А если снова придется спешно переезжать? Может, тогда рыбку или черепаху? Оливье закончился. Тимур сыто размяк в кресле. Максим кашлянул, привлекая внимание: - Тим, в кино сходить не хочешь? - Ты же сегодня с тем парнем встречаешься! - удивился Тимур. Он повернулся к Максиму и обнаружил, что тот положил голову на стол и глядел на него боком. Выглядел он так невинно и мило, что Тимур едва не поддался искушению подойти и погладить Максима по голове. Максим ему нравился. Иногда Тимур вспоминал их пьяненький вечер в этом кабинете. Он думал, что согласился бы даже на секс в тесной и грязной каморке с половыми тряпками. С Глебом такого не было. Глеб всегда был королем этого мира, с ним нельзя было выбирать или иметь мнение. Глеб сам решал, где, как и сколько раз, а, когда Тимур отказывался кивать как болванчик, дело становилось добровольно-принудительным. Тимур совершенно не хотел ни с кем встречаться. Страх въелся в него, как пятно жира в обивку кресла. Тимуру нравился Максим, и Тимур собирался бороться с этим на регулярной основе. Когда нет отношений, жизнь легче. Когда никто не привязывает к себе, не давит волю, не унижает морально и физически, жизнь легче в разы. - Ты смотришь на меня так, словно хочешь убить, - пожаловался Максим от своего стола. - Неправда. Голос у Тимура прозвучал хрипло. Он подумал, что ему стоило бы обзавестись страшной одеждой и походить в ней какое-то время на работу, чтобы отбить у Максима желание задерживать на нем взгляд. Максим любил смотреть. Тимур понятия не имел, куда тот смотрит, если ничего не видно. Но тот как начал смотреть в первый рабочий день, так и через два месяца не мог остановиться. - Какими были твои прошлые отношения? У тебя же были? - спросил Максим. - Были, - сказал Тимур. - И? - Что — и? - Какими они были? - настаивал Максим. - Ты поэтому такой колючий? - Я не колючий, сам ты колючий. - Вот об этом я и говорю. Тимур поерзал на стуле и отвечать отказался.

***

Рабочий день оказался из разряда безумных гонок. В середине дня прибежала взмыленная Ольга. Заявила, что у нее выключился компьютер и нет никакой возможности включить его обратно. Максим с сарказмом помахал Тимуру рукой, видимо, полагая, что Тимур попал, но тот только ухмыльнулся. О проблемах Ольги с проводами и ногами знали все местные собаки. Дойдя до ее стола, он воткнул кабель поглубже в блок питания. Компьютер радостно заурчал, и на экране показалась заставка. Тимур сурово кивнул Ольге, а та искренне и изо всех сил поблагодарила. У Максима с работой было тяжелей. Он пахал как конь. После Ольги к ним приходили восемьдесят раз и всякий раз по душу Максима. То эскизы приносили, то врывались с криками: «Ты еще не сделал? Не делай!». Тимур боялся, что под конец дня кто-нибудь просто-напросто снесет дверь. Ажиотаж царил нешуточный. Тимур увлекся разработкой приложения для свадебных нарядов. Время текло как быстрая река. Тимур смотрел на часы несколько раз и всякий раз удивлялся тому, сколько времени минуло. Когда он уже донельзя уставший глянул на часы в последний раз, чтобы убедиться, что пора пойти домой, то с ужасом увидел: уже восемь часов. Рабочий день закончился давно. - Эй, Макс, мы тут засиделись, - произнес Тимур. Ответа не последовало, и Тимур позвал снова: - Эй, Макс! Максим устало снял очки и выдохнул весь трудовой день в воздух. - А сколько времени? - спросил он и отчаянно зевнул, хрустнув челюстью. - Восемь. Ты как хочешь, а я иду домой. Тимур выключил компьютер и встал. Максим, зевая, проделал те же операции. Они вместе подошли к двери, и Тимур дернул за ручку. Дверь не открылась. Тимур понял, что она защелкнулась, пока здесь как у себя дома сновали дизайнеры. Он повернул замок, снова нажал на ручку, и та осталась у него в руке. Тимур тупо уставился на нее. - В смысле? - спросил он, словно ручка могла ответить. - Что там? Максим заглянул за плечо Тимуру, чтобы понять, из-за чего возник затор, и тоже уставился на ручку. Они стояли как два барана, рассматривали ручку. Такого пристального осмотра не удостаивались и картины в картинной галерее. Потом Максим захихикал. Тимур испуганно дернулся подальше от такого звука и уставился на Максима, который от избытка работы рехнулся. - Ты больной? Нам надо дверь вскрывать! - воскликнул Тимур. Максим, смеясь, глянул на окно и захихикал еще истеричней: там стояли решетки. - Вот дерьмо, - сказал Тимур. Он вынул смартфон, чтобы набрать номер Ольги. Та ответила после пятого гудка, сказала, что ушла в половине седьмого, и на работе уже никого не оставалось. - Мы оставались, блин! - рявкнул Тимур в трубку. - Ну и дураки, - ответила Ольга строго. - Мне-то что делать? - У меня ручка от двери отвалилась. Мы тут заперты, дверь заклинило. Пусть кто-нибудь что-нибудь сделает, а! Ольгин стон пронесся по планете. - Приеду со слесарем, - сказала Ольга. - Господи, да что ж все... И она отключилась. Тимур прислонился спиной к стене и обнаружил, что Максим оказался неприлично близко. Настолько близко, что до Тимура доносилось его дыхание. - Мы тут заперты, - сообщил Максим негромким, интимным голосом. - Ага. Тимур ненавидел был запертым. Глеб часто практиковал это. Максим не знал о проблеме Глеба, поэтому подался вперед и погладил бока Тимура, прижимая его к стене еще плотнее. - Какого хрена ты делаешь? – не слишком любезно спросил Тимур. - Мелодрам пересмотрел? - Как ты относишься к сексу без обязательств? - Уже с сомнением. Тимур посмотрел на губы Максима. Он помнил, что они горячие, как пожар. - Да ладно, у нас минимум час, - Максим наклонился и выдохнул в ухо Тимуру. Тот прикрыл глаза и наклонил голову, почти сдаваясь, а губы Макса прочертили невесомую дорожку по его шее: от футболки до волос. - Макс, хватит, - пробормотал Тимур. Он не хотел, чтобы Максим останавливался. Ему нравилось все, что с ним делали: как стояли, как дышали, как прикасались. - Ты же хочешь, - мурлыкнул Максим, улавливая настроение Тимура. - У тебя завтра свидание с тем... с этим... Максим коснулся рукой его талии и мягко укусил за шею, тут же зализывая укус. Тимур вцепился в волосы Максима, прижимая ближе. Они снова пошли к столу. Тимура, однако, спиной уже не разворачивали. Он сел на столешницу, разведя ноги, и Максим устроился между ними. - Можно снять эту глупость? - спросил Максим. Этот вопрос вызывал в Тимуре анафилактический шок и несварение желудка. - Нет, нельзя! - прорычал он. - Тим, ну это же неудобно, - попытался воззвать к гласу разума Максим. - Я не испугаюсь, честно. Пусть у тебя там хоть тысяча шрамов. - Там две тысячи и еще столько же гнойных язв! - взвился Тимур. Он попытался встать. - Не хочешь по-моему, тогда пусти! Максим уперся руками ему в бедра и заглянул в глаза. Тимур уставился в ответ. - Окей, давай в маске, - смирился Максим. - Твои правила. Я просто хотел бы знать, с кем сплю. - Со мной. Этого мало? Максим снова потянулся к нему, и Тимур не стал сопротивляться. Максим гладил его ноги и целовал то, что было позволено целовать. Тимур снова подставлялся под ласки и думал, что последний раз в губы целовался с Глебом года четыре назад. Глеб ненавидел поцелуи. - У тебя завтра свидание, - снова сказал Тимур. - Я в курсе. Плевать на это свидание. - У нас с тобой ничего не будет, - сказал Тимур. - Это без обязательств. - Конечно, - подтвердил Максим с некоторой заминкой. Джинсы с него Максим снял почти незаметно. Тимур забылся в ощущениях и не заметил, как остался обнаженным ниже пояса. Потом настала очередь футболки. Максим водил ладонями по его телу, припал губами к соскам. Тимур запрокинул голову и глухо простонал слова одобрения. Ему хотелось вжать в себя Макса как можно плотнее, но он сдержал порыв и ухватился за волосы. - Кто ведет? – спросил Максим. - Я, - сказал Тимур. - Я уже начал. Ты в другой раз, котенок. От «котенка» Тимур выпал из реальности. Максим, пользуясь этим, стащил бедра Тимура ближе к краю, задрал ноги и, щедро полив смазкой пальцы, принялся наспех растягивать. Тимур задыхался от напора и наглости. Локти дрожали, ноги тоже. Он весь был как желе. Когда все внизу уже пылало от жажды, раздался звук разрываемой упаковки и шелест латекса. Максим раскатывал презерватив, глядя на Тимура с такой грязной уверенностью в своих действиях, что Тимур подавил вздох отчаяния, смотря в глаза, где плескался и разливался разврат. Макс принялся толкаться. Тимур подумал мимолетно, что нужна бы еще растяжка, но Максим уже входил, тяжело дыша от удовольствия. Тимур, жадно хватая ртом воздух, расслабился и сам насадился до конца, скребя ногтями по столу. - Ты часто это делал раньше? – спросил Максим. – В роли пассива ты смотришься идеально. - Заткнись, - прошипел Тимур, но краснеть было некогда. - Это правда. - В следующий раз я тебя поимею, - пообещал Тимур, покачиваясь от неглубоких, пробных толчков. - Идет, - согласился Максим и вошел в Тимура до упора. Тому показалось, что он увидел звездочки перед глазами. Обхватив ногами Максима, он вцепился руками в край стола, а Максим, дав ему отдышаться и привыкнуть, принялся двигаться. Они оба не выдержали и двух минут, как подростки. Максим вцепился пальцами в бедра Тимура и кончил с долгим выдохом. Тимур последовал за ним, едва ощутив прикосновение. Они восстанавливали дыхание несколько долгих мгновений. Тимур повалился на стол. Он был липким и грязным во всех смыслах, но ему было плевать. - Не смей больше звать меня котенком, - сказал Тимур. Задница ныла, когда он приподнялся и сел. Он собирался вытереть себя чем-нибудь, чем угодно, хоть тряпкой, которой смахивал пыль, но тут до него дошло, что Максим смотрел на него с хитрой улыбкой и оглаживал член, готовясь к новому раунду. Внутри Тимура что-то сладко заныло. Его хотели вот так сразу. Его хотели без допинга. Это было настолько приятно, что Тимур начал возбуждаться от одной этой мысли. - Извини, - сказал Максим без сожаления в голосе. – Можно второй заход? - У тебя спермотоксикоз? Тимур хамил по привычке. Он хотел второй заход. Он хотел так же грубо и быстро, как в первый. Максим только горестно пожал плечами и заметил: - У тебя шикарное тело. Ты знал? - Шикарное? – тупо повторил Тимур. - Волшебное. Как мечта грязного извращенца. От талии можно рехнуться. - А под грязным извращенцем ты себя подразумеваешь? Максим только улыбнулся краешком губ. Тимур не стал ложиться, позволил войти в себя сидя и обнял Максима коленями. Тот вцепился в его бедра, словно от этого зависела жизнь. Карие глаза уставились в глаза Тимура, когда он входил второй раз, и Тимур, кусая губы, громко простонал, изгибаясь. Максим выглядел как голодное животное, когда на его лице появилась улыбка от звуков, издаваемых Тимуром. Он сжал пальцы на бедрах, резко толкнулся, снова выбивая стон. Руки Тимура обвились вокруг шеи Максима. Лицом он уткнулся ему в грудь, бездумно целуя и облизывая все, что мог нащупать щекой, подбородком и носом через маску. Он был готов спросить у вселенной, каким образом парень мог хотеть его так скоро, если не имел возможности увидеть лица. А Максим хотел, и Тимур ощущал это всем телом. Хотел так, что хрипел и дышал с присвистом, вбиваясь хаотично и глубоко. Они двигались как кролики в порнофильме, если бы те снимали свои собственные. Тимур оставлял синяки на руках и шее Максима, мял мышцы, плохо соображая, что делал и чем занимался до этого. Пот струился по вискам. Он был готов плакать и кусаться, когда Максим замедлялся и переходил на слабые толчки. - Нет, еще! – он пяткой ударил Максима по ноге. И Максим продолжал, а Тимур ни секунды не считал себя нимфоманом, потому что он заслужил расслабиться и получить от жизни хоть что-то иногда. Он имел на это право! Имел право трахаться на рабочем месте и елозить задницей по столу. Удовольствие расползлось по телу ослепительной вспышкой оргазма. Он сжал Максима, и тот закрыл глаза, кончая. На бедрах Тимура алели следы от пальцев, а сам он, едва дыша, второй раз упал на стол, отбивая локти о жесткую столешницу. - Боже, какой кайф, - признался Максим. – Тим, а после какого раза мне можно будет тебя увидеть? - Если ты меня увидишь, станешь импотентом, - произнес Тимур. Он, наконец, слез со стола, более липкий, чем после первого захода. - Ты преувеличиваешь. Даже если ты в шрамах, это же не страшно. Можно лазером поправить. Ты не пробовал? - Я боюсь лазеров и врачей. - Тим, ну ты как ребенок. Тимур угукнул, соглашаясь с этим утверждением. Когда он уже надевал футболку, рука Максима вдруг остановила его. - Что это? Он смотрел на спину Тимура и выглядел растерянным. Тимур сглотнул. Он помнил тот день с Глебом, как будто это было вчера. - Ты про шрам? Ничего особенного, - сказал Тимур и закончил одеваться. – Просто мой бывший пырнул меня ножом в спину, а его папаша зашивал в гостиной. Крови было! Всю машину залил, пока везли. Максим онемел.