Так я умер.
Когда умер, всё было очень темно, куда бы не смотрел — везде было темно, запахов я не чувстовал, даже звука никакого не слышал. А слух у меня хороший, даже слишком. Иногда получалось услышать, как бьется сердце человека, стоящего в нескольких метрах от меня. Это пугало и восхищало. Я не лежал и даже не сидел, я как будто левитировал в пустоте, уже думал что вот, вот мой конец, буду так мучаться всю свою новую жизнь, если это можно так назвать. Живой, но одновременно нет. Вдруг на меня как будто вылили воду, резкий холод пробрал до костей и едкий запах канализации очень сильно ударил в голову, я даже захотел на минуту вернуться туда, в пустоту. В глазах была белая пелена, как будто я не хотел видеть своих спасителей, но даже через пелену я смог увидеть огромные мешковатые плащи с капюшонами, из-под которых были видны лишь вытянутые кончики каких-то разноцветных масок. У одного была ярко-оранжевая, а у другого полностью чёрная. Через несколько секунд я услышал какой-то говор. Невнятный, то ли из-за того, что мне в уши попала канализационная вода, то ли из-за того, что они и вправду так тихо и странно говорили, что разобрать почти ничего не было возможно. Высокий человек в большом плаще осмотрел мои руки и швырнул их на мой живот, в последствии расстворившись в пелене, вместе с другой фигурой. Пелена с глаз наконец спала и я мог видеть всё, что находится вокруг меня: я лежал на краю сливного канала, несмотря на мерзкий запах, громкий звук воды расслаблял и успокаивал, именно это и нужно было мне в данный момент. Я приподнялся на руках, вокруг было много людей, все они выглядели очень мрачно, большинство из них плакали. Вдруг ко мне подошел странный парень, он улыбался, на вид ему было лет девятнадцать, он присел на одно колено и похлопал меня по плечу, после чего сказал: — Слушай, судя по всему, ты тут единственный, кто не сидит и не проливает слезы, — парень буквально сверлил меня своей кислотной улыбкой, которая не сходила с его лица. — Я сейчас начну, — Я сам не мог понять, что это было: глупая попытка пошутить, или я серьезно был готов расплакаться. Внезапно собеседник завопил истерическим смехом. Похоже, мои слова его сильно развеселили: — Ну ты и шутник, мне нравится, — Вновь едкая улыбка, но с добавлением глаз, в которых зрачки почти испарились на фоне белка. Они уставились на меня и стали еще ближе, чем в прошлый раз. — Скажи мне, ты помнишь, как тебя зовут? Может, возраст свой назовёшь? Я начал говорить, но заикнулся на полуслове. Что-то крайне тяжёлое застряло у меня в горле и не дало говорить. Я не помнил своего имени, фамилии, возраста, цвета глаз и даже не помнил, какие у меня волосы. Мне стало страшно: неужели я всё забыл? Или же я и до этого таким был? Может это болезнь такая? Сплошной поток моих мыслей прервали щелчки пальцев, которые двигались из стороны в сторону перед моим взором: — Не беспокойся, это нормально. Не пытайся искать ответы, ты их не найдешь. Ты сейчас как пылинка под диваном, который не сдвигали пару лет. Таких как ты тут много. Лучше пройдись и узнай, что здесь к чему. Как только получишь браслет и свое первое оружие, иди сразу ко мне. Нужна будет твоя помощь, эти нытики никуда не годятся. Человек встал на обе ноги и, начиная пятиться, развернулся в другую сторону. Теперь я мог разглядеть его в полный рост: где-то метр и семьдесят сантиметров, невысокий. Одет, вроде, в рубашку серого цвета. Также шорты ниже колен, тоже серые. И отличающиеся от всего остального оранжевые кеды, они выделялись настолько сильно, что слабовидящий человек мог сконцетрировать внимание и видеть только их, бродивших самих по себе, без хозяина. Я смог без проблем встать, похоже организм смог привыкнуть к постоянному шуму воды и неприятному запаху. Вдруг я вспомнил про недалекое прошлое. Да как я вообще мог забыть?! Я же умирал буквально минут двадцать назад. Я впопыхах начал расстёгивать свою парадную рубашку. Пуговица за пуговицей. На теле не было никаких шрамов. Я не успокоился. Моя рука была вся в крови, даже за большое количество времени раны не исчезли бы. Я вовсе снял рубашку. Ничего. Ни шрамов, ни рубцов. — Да что это вообще такое? — мои эмоции невозможно было передать, да и лицо не особо пыталось. Всё, что бы я не делал, сопровождалось безынициативной гримасой и широкими, как в трансе, глазами. Эмоции были заперты. Я попытался крикнуть. На что-либо, кроме глупой буквы «А», тянущейся пару секунд, я и надеяться не мог. Я застегнул рубашку и начал осматривать местность на наличие точек интереса. Мое внимание привлекла… дверь? И не одна, а множество. Куча дверей, которые находились под землей, в коллекторе канализации. Но одна выделялась, полностью металлическая, с небольшим окошечком, закрытым решеткой из прутьев. На двери краской было написано «оружейная». — Мне стоит туда наведаться. Тот парень говорил про браслет и оружие. Это лишним точно не будет. Пока я добирался до двери, переступил через не менее четырёх людей, которые чуть ли не тонули в собственных слезах. Их глаза распухли и были красными, как бутоны роз. На это было страшно смотреть. Встав перед дверью, я сделал глубокий вдох и постучал три раза. За ней послышалось шуршание, падение чего-то железного на пол и быстрые шаги в мою сторону. В окне показались два чёрных глаза. Чудовище… Кого я призвал своим стуком? Но приглядевшись я понял, что это вовсе не чудовище, а простая маска птицы, которая переливается из оранжевого в белый. Чайка что-ли? — Ты кто? — голос человека под маской был раздражён, однако это не мешало ему быть звонким. — Мне сказали обзавестись браслетом и оружием. — Вот оно что. Браслеты и оружие –это моя специальность. Щеколда с обратной стороны двери проскользила через засов и дверь отворилась. На пороге я увидел человека ростом ещё ниже парня с оглушающим смехом. Метр шестьдесят, не больше. Блёклая кофта с надетым на голову капюшоном, из-за которого даже локона волос невозможно было увидеть, рваные штаны в заплатках, которые явно были ему велики. И обувь… обуви не было? Просто белые носки. — Проходи, — Человек-чайка повел меня внутрь комнаты. Интерьер был весьма скуден. Пару верстаков, стойки с оружием разного качества и огромный стол, который стоял посередине комнаты и как будто молил, чтобы его передвинули в другое место. — Отвернись, — я послушно сделал то, что было велено. Я не хотел тут оставаться больше положенного. Скрежещущий звук металла начал резать мои уши, как листы. Что-то падало на стол с большой скоростью. Шумиха за спиной была причиной повернуться, но я решил сдержать свое несказанное слово и простоять так, сколько было нужно. Звук скатерти, которой накрыли стол, окончил этот меланхоличный ад. — Развернись, — я развернулся. Я был прав, стол был накрыт куском большой тряпки. Я подошел ближе. — Мое дело сделано. Теперь выбор за тобой. Найди оружие, которое тебе по душе, — под тряпкой виднелись небольшие бугорки. Она явно что-то скрывала под собой. Их было не меньше двадцати. Нужно выбрать один из них. Я провел рукой над тряпкой, но ничего, даже малейшего тепла не последовало. — Ну же, попробуй ещё раз. Ты должен почувствовать. — Что? — Свое орудие убийства, конечно же. Если вы созданы друг для друга, то ты даже вслепую сможешь выбрать именно его из тысячи, — из тысячи… Я из двух десятков не могу найти связи. Ладно, закрою глаза и куда упадет рука, то и возьму. Выпадом, весом во всё моё тело, я достиг стола. Я нащупал ручку чего-то: — Это. Руки человека-чайки за секунду отдёрнули тряпку. Моя рука лежала на кухонном ноже. С такой тёплой рукоядью и таким холодным лезвием… Прикоснувшись к нему я ощутил тепло, приятное тепло. Словно я нахожусь в комфортной для себя обстановке. Играла приятная музыка, не хотелось даже уходить. Но что со мной происходит?Обретённое мною бессмертие.
13 июня 2023 г., 17:22
Вот дивлюсь я маньяками: это же как нужно бежать за жертвой, чтобы она сама бежала туда, куда нужно именно им? Допустим, сделают они ловушку, и ведь жертва туда попадет, как бы не бежала и как бы не надеялась сбежать.
Даже грустно как-то: почему именно я попался? Неужели, настолько ожидаемая ловушка на меня сработала? И ведь бежал хорошо, дворами убегал и все равно в этот злосчастный угол попал. Угол, в котором много баков, переполненных мусором и даже выхода нет. Три стены и один проход, который мне он перегородил.
И ведь успел ранить, пока бежал, кровь текла по руке и даже не думала останавливаться, всю рубашку перекрасила в красный.
А теперь сижу, облокотившись одной рукой на бак и смотрю, как он медленно идет ко мне с окровавленным ножом. Хорошая ли у меня была жизнь? В последнее время часто задавал себе этот вопрос: дома и на улице, днём и ночью, один и в компании.
Определённо хорошая, правда короткая, но тут уже даже я не в силах что-то поменять, в глазах всё темнеет. Резкая боль заставляет меня скрючиться, причем боль в разных местах: тело, ноги и удар в голову.
Последнее, что слышал, — это отдаляющиеся от меня, с хлюпающим звуком, шаги, как будто кто-то наступил в лужу крови. Но вдруг я услышал пару других звуков, похожих на шаги, которые шли уже ко мне.