The Sun Will Shine

Врачи хотели подсоединить датчики, зонды и провода, прикрепленные к его голове, к какому-то портативному записывающему устройству, которое можно было бы прикрепить к его инвалидному креслу. Оно будет отслеживать мозговую активность и, возможно, укажет на какую-то причину судорог. Локи, конечно, отказался от этого. Он не хотел привлекать дополнительное внимание к своему положению. Кресла было достаточно. Кроме того, если Таносу не удалось убить его, он не был слишком обеспокоен тем, что это сделает какая-то болезнь. Что ж, возможно, он был слегка обеспокоен, но только потому, что Стивен Стрэндж и Кристина Палмер были обеспокоены, и, как бы ему ни было неприятно это признавать, он стал уважать их мнение. Он также не хотел встречаться с молодым Паркером опутанный проводами от медицинских приборов. К сожалению, его мидгардский стиль уже был скомпрометирован свободной, обычно облегающей одеждой и отсутствием обуви. С помощью своей магии он мог бы легко исправить это или, по крайней мере, спроецировать более внушительный образ в подходящем костюме и обуви. Тор предложил купить все, что он захочет, но, будучи Тором, он не понимал, что, во-первых, карты Visa должны быть погашены в какой-то момент и, во-вторых, его склонность к джинсовым брюкам и мешковатым курткам оставляла серьезные сомнения в его вкусе. Его сиделки были возмущены его просьбой о том, чтобы его встреча с Паркером была приватной, что потребовало от него указать на очевидное: то, что он теперь так мало пользуется их простыми услугами, еще больше подчеркивало, что он пациент, а не заключенный. (По крайней мере, пока — ему все еще нужно было поговорить с адвокатами.) Они согласились из чувства вины. Он настоял на том, чтобы его переместили с кровати на кресло до прихода Паркера. Он все еще чувствовал себя неуверенно и плохо из-за последствий припадка и/или приема лекарств, но для того, чтобы высказать свою точку зрения, было необходимо находиться в кресле, а не в кровати. Молодой человек прибыл ровно в четыре часа, жонглируя двумя стаканчиками из Старбакса, в одном, предположительно, был кофе мокко, в другом — какая-то красная смесь со льдом и плавающими в ней кусочками фруктов. Локи было любопытно, что это такое, но он решил, что это не имеет значения, поскольку он все равно никогда бы не стал пить такое. Паркер был меньшего роста, чем ожидал Локи — явно все еще мальчик. Он дружелюбно ухмыльнулся и без всякой необходимости представился: — Привет, я Питер. — Добрый день, — кивнул Локи, насколько позволял подголовник. Питер протянул ему стаканчик Старбакса, а затем растерянно поморгал, когда понял, что произошло. — Извините, я забыл, что вы… Я имею в виду, я знаю, что вы не можете… Он огляделся в поисках места, куда можно поставить стакан. — Как вы собираетесь это пить? — спросил он, а затем снова смутился. — Извините, это был глупый вопрос, я не имел в виду… — Итак, — Локи посмотрел на него. — Ты видишь проблему? Питер тупо уставился на него, но только на секунду. Ребенок был, по всем признакам и внешнему виду, чрезвычайно сообразительным. Его глаза загорелись пониманием. — Нам нужен держатель для стакана! — он указал на стул и нахмурился. — Или, вернее, держатель для всего. Локи представил, что видит, как в мозгу мальчика крутятся шестеренки, даже когда он небрежно вытащил соломинку из контейнера для воды на прикроватном столике, сунул ее в стаканчик Старбакса и протянул Локи, чтобы тот сделал глоток. На самом деле Локи не хотел этот напиток — он даже не был уверен, что это такое, и попросил его, просто вспомнив, что видел его в меню «Старбакса», — он попросил Питера принести его, только потому что это был необходимый реквизит. Но мальчик вел себя так, словно его действия не вызывали ни малейшей неловкости, и он сделал глоток. Это было на удивление приятно. Питер отставил оба напитка в сторону, а затем начал более внимательно осматривать кресло. — Да, я думаю, если мы сделаем здесь модификацию… — он указал на подлокотник, — то сможем найти место для чашки и способ поднести ее к себе, а также запрограммировать сенсорную панель для работы с ней. Теперь, когда он явно заинтересовал парня, Локи сказал ему: — Есть еще две модификации, которые я хотел бы сделать, если это вообще возможно. Несмотря на то, что Питер был невысокого роста, Локи все равно приходилось напрягать глаза, чтобы посмотреть на него. Питер быстро заметил это и пододвинул стул, чтобы сидеть на уровне его глаз. Это действие идеально вписалось в следующую просьбу Локи. — Спасибо, — прокомментировал он. — Я обнаружил, что большинство не знает, что люди в… моей… ситуации… постоянно вынуждены смотреть вверх. Это было бы долгожданной… адаптацией… если бы ты мог это исправить. И снова на мгновение пустой взгляд, за которым последовала искра истинного понимания. — Вы хотите, чтобы стул поднял вас. Это было скорее утверждение, чем вопрос. Прогресс. Локи попытался кивнуть. — В положение стоя, если ты можешь это сделать. Но он согласился бы просто на то, чтобы иметь возможность поднять сиденье. Питер значительно опередил его. — Нам придется соорудить какое-нибудь укрепление — или утяжеляющую систему, чтобы вы не опрокинулись, но да, да… Да, я думаю, это действительно выполнимо! Локи начал считать мальчика довольно очаровательным, поэтому почувствовал небольшой укол вины за то, что играет с ним, как с рыбой на крючке. Юноша стремился угодить, показать свои способности, исправить неудовлетворительную ситуацию. Локи это понимал. Ему было несколько сотен лет, но как ас, он был не настолько далек от подросткового возраста, чтобы забыть, на что это может быть похоже. — И последнее предложение, если позволишь? — Да, конечно! — сказал Питер. — Было бы невероятно удобно иметь возможность дотянуться до… — Рука робота!!! — забежал вперед Питер. — Да, роботизированная рука, которая может… например, взять чашку и принести ее вам. И чтобы продемонстрировать это, он поднял оба стакана Старбакса и отпил из своего, одновременно предлагая Локи еще глоток. Но затем его энтузиазм несколько угас. — Наверное, мне следует рассказать об этом Брюсу… это, в основном, его замысел и… — Давай просто оставим это между нами, хорошо? — предложил Локи. У него были свои причины не желать участия Беннера. Точнее, одна причина. Питер нахмурился на это предложение. — Ничего тайного, уверяю, — сказал Локи, хотя это была не совсем правда. Он вздохнул. — Просто сейчас конфиденциальность в приоритете. Он надеялся, что взгляд, направленный на Питера, был устрашающим. — Слишком много людей пытаются лезть в мои дела. Питер кивнул. — Да, это, наверное, отстой… Но мне придется забрать кресло, — нахмурился он. — Я скажу им, что нужно внести коррективы, что оно неудобное. Питер забеспокоился. — Это правда? Локи рассмеялся. Такое очаровательное создание, этот Питер Паркер. — Я не знаю. Я едва чувствую что-либо. Но они в это поверят. Вернее, поверит Тор, а он не позволит остальным усомниться в этом. Ему придется провести еще больше мучительно скучных часов в постели, но он просто скажет им, что ему плохо. Это даже была не совсем ложь. Головная боль немного утихла, но все еще давала о себе знать. — Ну… хорошо, — сказал Питер. — Думаю, я могу начать сегодня вечером, если вы хотите, чтобы я взялся за это сейчас? — Это было бы приемлемо, — сказал Локи, но затем задумался, как ему встать со стула, чтобы Питер мог уйти с ним. Питер снова оказался на высоте положения. В буквальном смысле. Он знал, что личность парня как Мстителя — это Человек-паук, но не поинтересовался, какие уникальные способности способствуют такому прозвищу. Мальчик подпрыгнул и прилип к потолку вверх ногами. Чтобы произвести впечатление на Локи, требовалось многое — в конце концов, он был богом, — но, признаться, это зрелище было действительно достойным внимания. — Я подниму вас, — предупредил он Локи. — Не бойтесь. Я очень сильный, как и это… Он указал на какое-то вещество, похожее на щупальца, которое, казалось, исходило из его запястья — конечно же, паутина! Локи сомневался, но позволил паучку продолжить. Он оказался в паутине и осторожно опустился на кровать. Затем, каким-то образом, паутина развязалась. — Это… необычно, — прокомментировал он. — Я знаю, ладно? — весело сказал Питер. Затем с помощью паутины он подвесил напиток Локи к потолку так, чтобы соломинка оказалась как раз в том месте, где он мог его допить, что, как он подумал, ему очень хотелось сделать. Питер заметил, что в коридоре есть камеры наблюдения, и забеспокоился, что кто-нибудь начнет расспрашивать его, когда он будет выталкивать за дверь пустое и явно дорогое инвалидное кресло. Он проверил, открывается ли окно в комнате. Оно не открывалось, но он легко снял створку и выпрыгнул наружу, таща кресло так, словно оно почти ничего не весило. — До встречи! — помахал он рукой, а затем установил створку на место и запечатал окно. Локи сделал еще один долгий глоток своего кофе мокко. Вопросы, конечно, будут, но он даст на них самые краткие ответы, а потом заявит, что устал и нуждается в отдыхе. Это было почти правдой, но как бы он ни устал, он чувствовал, что сделал значительный шаг вперед. Он посмотрел на телевизор, по которому показывали одну из ужасно скучных криминальных драм, которыми был одержим Мидгард. Чуть ниже экрана он увидел нижний контур серебряного шара, в котором хранился его сейдр, который благодаря дорогому, прекрасному, блестящему Питеру Паркеру скоро перестанет быть недосягаемым для него.