The Sun Will Shine

Тор угрюмо сидел в больничной палате Локи, уставившись на повреждённый телефон брата. Брюс Беннер, Питер Паркер, Стивен Стрэндж, Ник Фьюри — все они безуспешно пытались найти Локи. Они изучили спутниковые данные с момента похищения в поисках тепловых сигнатур, потоков воздуха и визуальных следов вертолета, но не нашли ничего полезного. На крыше больницы он был виден очень отчетливо, его чёрные очертания резко контрастировали с ярко освещённой вертолётной площадкой. Но как только он поднялся в воздух, он применил какую-то неизвестную стелс-технологию, чтобы стать невидимым. Они даже не смогли определить, в каком направлении он полетел. Ник Фьюри был рассержен тем, что местонахождение базы М.Е.Ч.а не было известно ни ему, ни Щ.И.Т.у. Это было новое агентство, охраняемое в тайне даже от тех, кому были доверены секреты самого высокого уровня. Однако, это не остановило его поиски. Кто-то знал, где находится их база, и Фьюри был полон решимости найти её, даже если для этого ему придётся задействовать какие-то внешние связи — под внешними он подразумевал людей за пределами мира. Они у него были. Несколько, вообще-то. Радиус действия военного вертолёта был таков, что Локи могли доставить в любую точку восточной части США или Канады, а также на несколько Карибских островов. Брюс и Питер разработали алгоритм сканирования квантовых аномалий, предполагая, что он может обнаружить любые щиты, созданные для ослабления способности использовать или обнаруживать магию, или же саму магию. Когда они запустили программу на компьютере в кабинете Кристины, Святилище появилось на мониторе довольно быстро, как и места в Массачусетсе и Новом Орлеане — ничего удивительного. Но была также активность в Нью-Джерси. Стивен знал о парне из Джерси-Сити, который, по-видимому, мог на короткое время преобразовывать свет в материю. Но никто не мог объяснить, почему маленький городок в глуши оказался «горячим» — настолько горячим, что всё, что там было, было почти таким же могущественным, как Танос, когда у него были Камни. — Это должно быть оно, — сказал Беннер. — Но что мы ищем? — нахмурился Питер, изучая изображение этого места на карте Google. На первый взгляд это был обычный маленький городок. Те здания, которые не были обозначены как школа, церковь или предприятие, оказались обычными домами. — Предлагаю взглянуть, — сказал Стивен и попытался создать портал с помощью двойного кольца. Но ничего не вышло. На короткое время появился оранжевый круг с искрами, но затем в центре возник странный фиолетовый свет и втянул края внутрь, пока портал не исчез. Он попробовал трижды. — Что за хрень… Стрэндж постучал по кольцу и попробовал в четвёртый раз, но получил тот же результат. — Что-то меня блокирует, — сказал он в недоумении. — Как мне туда попасть? — холодно спросил появившийся в дверях Тор. — Я пробью себе дорогу, если понадобится.

***

Когда он мог полностью использовать свою магию, Локи мог проецировать образы самого себя, чтобы казалось, что он находится там, где его нет. Он никогда не пытался создать впечатление, что его нет там, где он на самом деле есть. Он задавался вопросом, возможно ли это вообще, но полагал, что это не имеет значения, поскольку даже если бы он мог использовать свою магию в полную силу, он всё равно не мог бы двигаться и не смог бы сбежать. Никто не сказал ему, что с ним собираются делать, не говоря уже о том, чтобы спросить его разрешения. Они просто делали это: инвазивные процедуры по введению трубок и эндоскопов, делали надрезы, брали образцы. К сожалению, он обнаружил, что у него гораздо больше способностей к распознаванию внутренней боли, чем он думал, и он чувствовал всё. Но это ничего не изменило, несмотря на его протесты и откровенные мольбы. Они буквально засовывали что-то, — иногда не один раз, — во все отверстия в его теле, кроме глаз, а те подвергались исследованию с помощью интенсивного яркого света. Он предположил, что в какой-то момент они покраснели, потому что это ещё больше возбудило любопытство его мучителей и побудило к дальнейшим исследованиям. В результате их тестов его зрение помутнело и исказилось. Ему дважды засовывали инструменты в горло, пока он не начинал задыхаться и захлёбываться, а слёзы не потекли по его лицу. В его животе прорезали небольшое отверстие, вставили трубку прямо в желудок и вливали в него какую-то жидкость, отчего его внутренности скручивало и сводило судорогой. Это было не мучительно, — пока что, — но невозможность изменить положение, чтобы облегчить дискомфорт, только усугубляла его. Головная боль, сохранившаяся с момента ранения, разгорелась до непрекращающегося стука в черепе, а лежание на холодной, твёрдой поверхности лабораторного стола вызывало болезненные спазмы в плечах и шее. Он переносил эти унижения молча. Во-первых, потому что не ждал, что кто-то придёт ему на помощь, а во-вторых, потому что не хотел доставлять своим похитителям удовольствие от своих страданий. Агент по имени Мальдонадо стояла у его ног, а вторая женщина с торчащими из-под чёрной маски светлыми волосами осматривала порез на его руке. Он болезненно пульсировал, в отличие от порта, который он даже не почувствовал. — Вы не можете держать его в горизонтальном положении с гастростомой, — сказала Мальдонадо. — Он может захлебнуться. — Он фактически кастрировал Гейнса, так что никакого сочувствия, — ответила блондинка, ткнув пальцем в разрез капельницы. Это было больно, и Локи поморщился, но она, казалось, ничего не заметила, или её это не волновало. — Похоже, у него здесь небольшое воспаление. Запишите это. — Он ценный актив. Сами-знаете-кто не обрадуется, если мы позволим ему умереть, — предположила Мальдонадо. — Танос не убил его. Сомневаюсь, что у нас получится, — рассмеялась блондинка. — Да, но тогда он не был беспомощным паралитиком, не так ли? — она не стала дожидаться ответа, а просто повернулась и вышла. Локи понял, что не хочет, чтобы она уходила. Он начал надеяться, что если кто-то и поможет ему, то это будет она. — А теперь самое интересное, — заговорила блондинка. — Мы знаем, что ты не любишь МРТ, но такова жизнь. — Нет, — Локи пытался говорить спокойно. — Пожалуйста, не надо. — Не волнуйся, — Она похлопала его по плечу. — Мы модифицировали наш аппарат. Он не должен убить тебя. Хотя, возможно, будет больно. Его покатили по короткому коридору в комнату с надписью «Лаборатория визуализации». Когда его втолкнули в дверь, в животе заурчало. В комнате было ещё три человека — лаборанты, все в защитной одежде. Они грубо переложили его на подвижный стол сканера. — Зафиксируйте его голову и руки, — сказала блондинка. — Он не должен больше ничем двигать. — Почему? — спросил один из техников. — Что с ним не так? Один из лаборантов осмотрел трубки в его животе и руке, а также мочевой катетер. — Он не такой, как тот, другой? Это настоящий человек? — У вас уже есть вся необходимая информация. Просто делайте свою работу. Техники посмотрели друг на друга, оба выглядели нерешительными, но сделали то, что им было сказано, расположив его на столе сканера на спине с закреплёнными по бокам руками. Третий пересел за консоль. Локи услышал, как аппарат включился, и в его груди зародилось чувство огромного ужаса. Его магия всё ещё была разрозненной и беспорядочной, но теперь, собрав всю свою волю, он попытался сконцентрировать её. Он использовал всю доступную ему силу, чтобы уничтожить их проклятую машину. Однако на это потребуется время, а его уже затягивало туда. Острая, как кинжал, боль пронзила его череп, угрожая нарушить концентрацию, и его воля ослабла ещё больше, когда он почувствовал, как сильный жар поднимается по его лицу, челюсти и плечам, а затем начинает распространяться по рукам по мере того, как он продвигался дальше в трубу. Боль переросла из жгучей в сильную и, наконец, в невыносимую агонию. Он начал кричать и не мог остановиться. А затем, собрав всю оставшуюся у него силу и волю, он выбросил волну магии. Посыпались искры и раздался скрежещущий звук, а затем всё погрузилось в благословенную тишину. — Что за чёрт… — воскликнула блондинка, когда техники засуетились вокруг, вытаскивая его из машины. — Аппарат взорвался, — сказал один из них. Техник за пультом лихорадочно щёлкал по нему пальцами. — Да, он сгорел. Извините. Я не знаю, как это произошло. — Зато я знаю, — усмехнулась женщина, грубо дёрнув Локи за волосы, и наклонилась ближе. — Не думай, что это конец, ты, маленький засранец. Локи слабо улыбнулся. Он почувствовал, как содержимое его желудка неумолимо поднимается, и единственное, что мешало ему даже попытаться остановить это, было то, что она стояла так близко. Мгновение спустя эта женщина была вся в рвоте. Один из техников быстро освободил его от ремней безопасности и перевернул на бок. Его вырвало снова, а затем и в третий раз, он был не в состоянии поднять голову, чтобы не вызвать у себя снова рвотный позыв. Судя по их реакции, он подозревал, что, возможно, тоже испачкался, что заставило его почувствовать странное удовлетворение, а не смущение. Блондинка с отвращением снимала свою медицинскую форму. Локи подумал о том, чтобы сделать с ней то же самое, что он сделал с агентом Гейнсом, но был полностью истощён. Больше не было магии, которую можно было бы призвать. — Возьмите образцы всего, что из него вышло, а затем попросите кого-нибудь его вымыть, — поморщилась она, а затем ушла. Локи закрыл глаза, слишком измученный, чтобы держать их открытыми, и, должно быть, в какой-то момент потерял сознание, потому что его разбудила струя воды, ударившая ему в лицо. Он снова лежал на металлическом столе, и кто-то использовал шланг с насадкой под давлением, чтобы смыть с него грязь. Его голова была поднята под болезненным углом, и вода заструилась по его волосам, а затем его снова опустили на твёрдую поверхность, тоже мокрую. Вода была ледяной, что, как он предполагал, должно было усугубить его мучения, но он находил это смутно успокаивающим. Горячая вода была бы настоящей пыткой. У него всё ещё горело внутри от аппарата МРТ. Он чувствовал себя слабым, больным и побеждённым. Он задавался вопросом, где был Тор. И предположил, что чем бы ни было место его заточения, оно каким-то образом сделало невозможным для кого-либо его найти. А потом возникла мысль… сколько ещё он сможет продержаться? Его оставили там, на мокрой, твёрдой, металлической поверхности. Часть воды попала ему в нос и в рот, он пытался откашляться, но его грудные мышцы были недостаточно сильны. Позже появилась агент Мальдонадо, неся пластиковый пакет и поднос с лекарствами. — Убирайся к чёрту, — сказала она парню со шлангом. — Эй, я просто делаю… — Свою работу, да, знаю. Убирайся! Она достала бумажные полотенца из диспенсера на стене и вытерла лужи воды вокруг Локи, а затем высушила его, как могла. Но за всё это время она ни разу не взглянула на него и не сказала ему ни слова. Возможно, в её глазах он по-прежнему был «разумным оружием», просто она не хотела видеть его сильно покалеченным. Женщина полезла в полиэтиленовый пакет и вытащила флисовый жилет, который накинула ему ниже талии. Затем достала красную толстовку, которую сложила и положила ему под голову. — Я искала одеяло и подушку, но здесь не больница, — пожала она плечами. Наличие чего-то мягкого, на что можно положить голову, было настолько успокаивающим, что ему захотелось плакать. — Спасибо, — прошептал он. Его горло саднило от рвоты, голос был хриплым. — Тебе больно? — спросила она. Локи уловил лёгкий намек на беспокойство, поэтому решил ответить честно: — Да. Мальдонадо вздохнула и покачала головой. — Я не подписывалась на это дерьмо, — пробормотала она, наполняя шприц из флакона на подносе с лекарствами и вводя его в капельницу на его руке. Локи понятия не имел, что это было, но на случай, если это лишит его сознания, он решил рискнуть и спросил: — Вы… поможете мне? — Я ничего не могу сделать, — ответила она, покачав головой. — Позвоните… моему брату. Она коротко рассмеялась. — Тору? Мстителю? Он убьёт меня. Нет уж, спасибо. Значит, она знала, кто он такой. Вероятно, это было не очень хорошо. Немного смягчив свой тон, она добавила: — У нас здесь нет телефонов. Это запрещено. Она повернулась, чтобы уйти, но дойдя до двери, обернулась к нему и добавила: — Мне очень жаль. Затем она выключила свет, закрыла дверь и оставила его одного в темноте.