The Sun Will Shine

Стивену удалось приблизить их к городу, от которого исходила мощная магическая сигнатура, но они обнаружили, что не могут подойти к этому месту. Все подъездные пути были перекрыты. Там стояли фургоны и военные машины, которые образовали бы непроницаемый барьер для любого, кто не владеет двойным кольцом или другой магией. Но был и другой барьер, который нельзя было увидеть, но Стивен знал, что он есть. Это была та же энергия, которая не позволила ему открыть портал. Он подошёл к одному из фургонов, который, похоже, был заполнен оборудованием для наблюдения, но не успел сделать и десятка шагов, как его остановил человек в бронежилете и с оружием в руках. Они не были военными — по крайней мере, не из тех подразделений, о которых все знали. — Стоять, не с места, — приказал охранник. — Я так не думаю, — сказал Стивен и протиснулся мимо него. Питер и Тор последовали за ним. Брюс находился в больнице и ждал сигнала, чтобы присоединиться к ним. Когда охранник попытался сдержать их силой, Стивен поднял вокруг них щит, который сделал это невозможным. Он повернулся лицом к охраннику и спросил: — Кто здесь главный? — А кто вы? — озадаченно спросил охранник. — Доктор Стивен Стрэндж, Мастер Мистических Искусств. Моя работа — отслеживать магические угрозы для этой планеты, а у вас тут, похоже, прадедушка магических угроз. Охранник выглядел неуверенно, поэтому Стивен повторил: — Кто. Здесь. Главный? Вы не сможете остановить меня, так что лучше скажите. — Сюда, — признал поражение охранник. Когда они подошли к тому же фургону, к которому приближались, Стивен надел свой плащ и одеяние магов. Питер и Тор последовали его примеру и сменили одежду на боевую. Стивен открыл портал для Брюса, чтобы тот присоединился к ним. Их сразу же узнали, и приём был не слишком радушным. — О, ну здорово, чёртовы Мстители. Что вам нужно? — спросил парень в костюме. — Я Мастер Мистических Искусств, и не Мститель, — заявил Стивен и, не переводя дыхания, продолжил. — А ты кто такой? Что здесь происходит? Тор обошёлся без любезностей. Он схватил мужчину за лацканы костюма и притянул его лицом к себе: — У тебя мой брат? — Локи здесь нет, — мужчина выглядел лишь слегка испуганным. Тору потребовалось мгновение, чтобы осознать это. Он был так уверен… — Ты знаешь, где он? Мужчина не ответил, и Питеру пришлось остановить Тора, чтобы тот не ударил парня. — Он не врёт, — нахмурился Стивен. — Это место буквально пропитано магией… Но ни один из магических следов не принадлежит Локи. Он коротко махнул рукой в сторону невидимого барьера, отрезавшего город Вествью от остального мира. Красные нити вихрились и переплетались, мерцая магической силой, настолько сильной, что Стивена это поразило. — Я думаю, что видел это раньше, — сказал Питер. — В Германии? Когда вы все дрались? Ну, не вы, ребята. Никого из вас там не было, но если бы были, это было бы так круто… — Питер… — перебил Стивен. — Я думаю, это Ванда Максимофф, — ответил Питер, переведя дыхание. Стивен задумался. Алая Ведьма. Она была на радаре Санктум Санкторума в течение многих лет, даже до того, как Камень Бесконечности усилил её скрытые магические способности в тысячу раз. Он бы солгал, если бы сказал, что не был несколько напуган. Также, хотя её магия была повсюду, он не чувствовал, что она действительно была там, что было ещё более тревожным. Способность дистанционно поддерживать такое мощное заклинание свидетельствовала о том, насколько потенциально опасной она является. — Ванда Максимофф. Где она? — спросил он снова парня у фургона. — Я не знаю, — заявил мужчина. Тор схватил его так же, как и другого парня. — Скажи нам, или узнаешь, каков я в гневе, — прошипел он. Парень посмотрел на Стивена в поисках помощи. — Почти уверен, что он говорит серьёзно, — небрежно сказал Стивен. — Хорошо… — парень поднял руки, сдаваясь. — Она отправилась с агентом Хейворд в М.Е.Ч. Но я не знаю, где это находится. Тор встряхнул его так грубо, что Стивену пришлось остановить его, пока дело не дошло до сотрясения. — Ладно, ладно, — взмолился парень. — Я знаю только общее местоположение. Я никогда там не был. Большинство из нас не… — ГДЕ?! — надавил Тор. Мужчина дал координаты, но добавил: — Вы не сможете попасть внутрь. — Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся Тор и отпустил мужчину.

***

Три дня. Вот как долго он был у них. Почти на каждой стене висели электронные часы с календарём, и он наблюдал, как тянулось время, пока почти не потерял надежду, что Тор найдёт его. Ему пришлось прогнать мрачную мысль о том, что, возможно, его брат даже не искал его. К настоящему времени даже открыть глаза требовало усилий. После того, как его оставили на шесть часов в тёмной комнате, его отвезли обратно в лабораторию, где ему дали первый анестетик, который они попробовали на нём в больнице — тот, который сделал его неспособным сосредоточиться или полностью проснуться, но оставил его в курсе того, что с ним происходит. Его магия не полностью разрушила аппарат МРТ, и после ремонта они всё равно использовали его на нём. Он не мог кричать, не мог двигаться, не мог умолять их остановиться, пока его кости теряли свою структурную целостность, а жар обжигал его органы. Они думали, что он не мог этого почувствовать, да он и не должен был, поскольку большая часть его тела была лишена чувствительности, но абсолютная неправильность этого была настолько сильной, что его разум создал свою собственную уникальную агонию. Интенсивные магнитные волны от машины привели его в состояние шока, а ожоги легких и кишечника вызвали внутреннее кровотечение. Несмотря на это, передышки не было. Они вводили жидкости и красители, наполняли брюшную полость воздухом, прощупывали, брали образцы тканей, записывали детали, пока он лежал в агонии, не в силах умолять их остановиться и зная, что они не остановятся, даже если он это сделает. Эти глупцы были поражены тем, что он отличается от них, хотя его органы выглядели как их, они функционировали иначе. Им было любопытно, как он может менять пол, и они искали то, чего не было. Он отказался отвечать на их вопросы, в основном из вредности, но также и потому, что не знал, как происходит этот процесс. Ему не часто доводилось заниматься этим, и обычно это было развлечение за счёт Тора. Когда выяснилось, что у него есть органы, которые они не могут определить, — парные, расположенные по обе стороны тела над легкими, — это открытие привело к обследованию, которое они сейчас проводили. Надрез был сделан прямо под ключицей — там он почувствовал, как скальпель прорезает каждый слой: кожу, фасции, мышцы, вплоть до кости. Маленький эндоскоп был вставлен прямо в его грудь, и он бы закричал от боли, если бы мог. Удивительно, но он понятия не имел, о каких органах идёт речь. К этому времени они знали о физиологии йотуна больше, чем он сам, и всё, что они знали, они узнали от него. Их знания дорого ему обошлись. Может быть, он и не чувствовал своего тела, но он знал, что оно подверглось насилию всеми мыслимыми способами. Если придёт время, когда он сможет использовать свою силу и свою магию на полную мощность, они заплатят самым худшим из возможных способов. — С ним намного легче справиться, когда он под действием наркотиков, — сказал один из, — кем они были? Врачами? Учёными? Техниками? — и тихо рассмеялся. — Да, но мне это не нравится, — ответил второй. — Он не похож на другого парня, который был просто кучей схем и другого дерьма. — Ты боишься, что нам придётся расчленить и его? — усмехнулся первый техник. — Чего я боюсь, так это того, что он опасен. Как и его брат. — Ну, я слышал, они нашли Максимофф, так что дерьма скоро станет ещё больше. — Что? — Они нашли Максимофф, так что теперь у нас есть все трое. Сквозь пелену боли Локи попытался сосредоточиться, прислушаться. Пытался понять смысл сказанного. Кем был Максимофф? И был ли он одним из «троих»? — Её сюда везут? — спросил второй техник с оттенком паники в голосе. — Она уже здесь, но пришла добровольно, — ответил небрежно первый техник. — Однако они не смогут удержать её здесь. Она намного могущественнее, чем можно было предположить. Я слышал, что она сильнее Верховного Чародея. — Они должны были держать её подальше отсюда, — заявил второй техник. — Почему это? — Потому что этот чёртов камень здесь… Тот, что дал им всем силу делать то, что они делали! Камень? Здесь? Локи попытался игнорировать ужасную боль в плече и тошнотворное ощущение чего-то внутри него. Он должен был знать, что они говорят. Должен понять… — Они никогда не доберутся до него. Он находится в хранилище на семь этажей под землей. Они даже не узнают, что он там. Локи старался оставаться неподвижным и тихим, чтобы не привлекать внимания к тому факту, что он слушал, но ему казалось, что что-то застряло у него в горле, и ему пришлось бороться с желанием кашлянуть, не только потому, что это предупредило бы их о том, что он в сознании, но и потому, что он не хотел думать о том, как это будет больно делать с трубками в груди и животе. — Ну, если мы с тобой знаем, что он здесь, то это не такой уж большой секрет, — усмехнулся второй техник. Локи больше не мог сдерживать позыв и слабо кашлянул. Боль была неописуемой, и он застонал, несмотря на все свои попытки сдержаться. — Он приходит в себя. Локи почувствовал, как к его верхней части груди приложили стетоскоп. — Мне не нравятся звуки в его грудной клетке, — сказал второй техник с ноткой беспокойства в голосе. — Ну, он больше не наша проблема. Нам приказано избавиться от него. Последовала пауза, прежде чем второй техник сказал: — Танос разорвал его спинной мозг, а затем оставил его болтаться в космосе в течение пяти лет. Как, чёрт возьми, мы собираемся «избавиться» от него? — Я не думаю, что они имеют в виду убить его, просто поместить его куда-нибудь, где его больше никто не увидит. Как в подземельях Асгарда, — подумал Локи. — Как в тюрьме, о которой рассказывал Тор, той, что в море. Он снова закашлялся и почувствовал во рту вкус крови. Это были не просто брызги, он чувствовал, как она свободно течет из задней стенки горла и по губам. Он лежал на боку, иначе бы захлебнулся. — Полегче с этим зондом, — предупредил второй техник. — У него кровь в грудной полости. — У него, наверное, уже во всех полостях кровь. Этот МРТ его сильно потрепал, — прокомментировал первый техник и продолжил. — Эти органы похожи на какое-то нервное сплетение. Я просто собираюсь послать туда несколько импульсов, чтобы посмотреть, стимулирует ли это его к каким-то действиям… Локи почувствовал, как ужасающе болезненный толчок пронзил его грудь, и рука сама собой дёрнулась. Его пальцы рефлекторно обхватили запястье первого техника. Тот попытался вырваться, но мышцы Локи сжались в спазме, и техник закричал от боли и ужаса, когда всё его предплечье оказалось покрыто льдом. Льдом! Нет, не покрыто — оно превратилось в лёд! Конечность была заморожена! Локи видел, как другие Ледяные Великаны спонтанно создавали подобное, но он не знал, как это делается, и уж тем более не представлял, что может сделать это сам. До этого момента. Он нашёл в себе силы отдёрнуть руку и с приятным для его слуха хрустом отломил два замёрзших пальца первого техника. Он снова закашлялся, — и снова кровью, — но сумел прохрипеть: «Катись в Хель!», пока первый техник в прострации смотрел на свою повреждённую руку. Второй тоже был застигнут врасплох, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы отреагировать на беду своего коллеги. Растерявшись и не зная, что ещё делать, он подобрал пальцы и схватил второго техника за здоровую руку: — Нам нужно уходить отсюда. Они поспешили за дверь, оставив всё так, как есть. Локи потянулся вверх и с трудом, почти беспомощными руками, вытащил эндоскоп из груди. К сожалению, после этого осталась дыра, в которую стал втягиваться воздух при каждом вдохе. Сурт! Он услышал гневные крики в коридоре снаружи. В одном из голосов он узнал Мальдонадо, и через несколько секунд она ворвалась в комнату. Она быстро осмотрела его и наложила повязку на рану в его груди, а затем начала удалять все мерзкие вещи, которые были в нём и на нём. Закончив, она с силой бросила все на пол. За всё это время она не сказала ему ни слова и, наконец, просто ушла. Локи знал, что на этом ничего не закончится. Они придут за ним, возможно, скорее рано, чем поздно, и от него «избавятся», если он будет ещё жив. — Проклятье, Тор, где ты? — прохрипел он, закрывая глаза в ожидании неизбежного.

***

За свою сравнительно короткую жизнь Ванда Максимофф пережила немало ужасов, печали, горя, отчаяния и горького разочарования, но ни один из них не тяготил её так сильно, как тоска, которую она испытывала сейчас. Войдя в лабораторию М.Е.Ч., она ощутила это — едва заметный шёпот Камня Разума. Это подпитывало её надежду, что он пока ещё здесь, разобранный и угасающий, но живой. Да, Вижн был живым. Она никогда не согласилась бы с тем, что он был просто набором схем и металла. Но потом она увидела его. Прикоснулась к нему и почувствовала пустоту там, где когда-то была его сущность. Вижн исчез. Камень Разума ещё был где-то там, но в чистом виде, не связанный с живым существом, способным думать, чувствовать, переживать… и любить. Он просто существовал сейчас, вне поля зрения, возможно, вне досягаемости. Ей было всё равно. Ей это больше не было нужно. И всё же, когда она вышла одна, едва сдерживая слёзы горя и ярость, то почувствовала кое-что ещё — сущность, которую оставил Камень Разума. Сущность, которая была в ней, и была в Вижне, и теперь была… здесь, где-то рядом, каким-то образом отделённая и очень одинокая. Она отбросила свои ощущения. Теперь ничто не имело значения, кроме её мальчиков и мира, который она создала для них. Она покинет это ужасное место и заберёт с собой только память о Вижне. Она направилась по узкому коридору, не зная, зачем. Она даже не была уверена, что он ведёт к выходу из здания. Вдруг кто-то встал перед ней. Она подняла голову и увидела кого-то, скрывающегося за чёрным забралом. — Уйди с дороги, — устало сказала она, не заботясь о том, что была груба с этими монстрами. Женщина ничего не сказала, не издала ни звука, только подняла руку и указала на дверь в конце коридора. Ванда посмотрела на неё, нахмурившись. Её инстинкт просто отпихнуть препятствие с дороги быстро рассеялся. Интуиция, как магическая, так и человеческая, подсказывала ей, что нужно посмотреть, что находится за этой дверью. Она кивнула в знак понимания. Агент Гейл Мальдонадо пронаблюдала, как Алая Ведьма направилась по коридору в комнату, которую она сама покинула незадолго до этого. Затем она так быстро, как только могла, вышла из здания, намереваясь оказаться как можно дальше от базы М.Е.Ч.

***

Мальдонадо отсутствовала почти час, в течение которого Локи продолжал кашлять и блевать кровью, начав размышлять о вероятности того, что он действительно умирает, на этот раз по-настоящему. Когда двери распахнулись во второй раз, ему пришлось заставить себя посмотреть. Он ожидал увидеть рой «агентов» в их белых костюмах и чёрных забралах, но вместо этого там была только одинокая женщина с длинными рыжими волосами и без какой-либо защитной одежды. Её глаза горели гневом, но выражение лица быстро превратилось в смесь раздражения и замешательства. Локи ничего не понимал, но ему не нужны были новые неприятности, которые она могла принести с собой, и он ответил ей сердитым взглядом. Они оба заговорили одновременно: — Кто ты, чёрт возьми?