The Sun Will Shine

Щ.И.Т. получили доступ к системе М.Е.Ч., и Фьюри отправил Кристине Палмер файл, содержащий всю информацию, которую они узнали о физиологии йотунов. Запись была полной и включала описание процедур, которые были проведены для получения данных. Она поморщилась, читая файл. Злобное пренебрежение М.Е.Ч. к тому факту, что Локи был разумным существом, способным чувствовать страх и боль, было выше её понимания. Да, в прошлом Локи причинил боль многим людям, но не так должны были поступать «хорошие парни». Она показала файл Стивену. — Это была пытка. Другого слова для этого нет. Стивен прочитал данные и почувствовал такое же отвращение к методам М.Е.Ч., как и Кристина. Возможно, стоит позволить Тору вернуться и разрушить это место. Воздействие высокой температуры от МРТ изменило состав костей Локи, сделав их пористыми и хрупкими. Когда Кристина спросила Локи, как он получил переломы, он сказал, что упал — буквально самая жалкая и распространённая отговорка, которую она слышала от жертв насилия в отделении скорой помощи. Но в данном случае это, скорее всего, было правдой. У Локи не было причин покрывать своих мучителей. У мага явно были и другие травмы, но без возможности провести необходимые диагностические тесты невозможно было определить, насколько они обширны. В лёгких у него была жидкость, а уровень сатурации был пограничным. Имелись признаки внутреннего кровотечения, и хотя, похоже, у него не было от этого никаких негативных последствий, это, скорее всего, было вызвано заклинанием Ванды Максимофф. Как будто её магия наложила временную «заплатку» на его симптомы, которая могла ослабнуть или раствориться, как только магия исчезнет. Когда это произойдет, им придётся лечить эти последствия и надеяться, что в конце концов он исцелится сам. Это было серьёзным ударом. В целом Локи держался молодцом. Он медленно восстанавливал чувствительность и функции своих рук и верхней части тела, и, хотя всё ещё был зол и обижен, смирился с тем, что ему необходимо полагаться на других в вопросах ухода за собой. Его психотерапевт, Элайджа Брэйден, даже сумел найти с ним общий язык. Но теперь всё это было разрушено. Локи больше не верил, что находится в безопасности, а знание того, как легко с ним могут расправиться, усугубляло то, что служило божественным эквивалентом посттравматического стрессового расстройства. Злой, испуганный, травмированный Локи был опасен — почти разрушенный Нью-Йорк уже продемонстрировал это. Но всё, что могли сделать Кристина, Стивен и Ник — это попытаться сделать всё возможное, чтобы исправить то, что сломал М.Е.Ч. Кристина не была хирургом-ортопедом, и они со Стивеном обсуждали необходимость консультации с одним из них, прежде чем делать операцию Локи, но процедура была простой, её делали несколько раз в день только в этой больнице. Как специалист по неотложной помощи, она часто ассистировала в процедуре. Локи был весь в ожогах — сами по себе они не были особенно серьёзными, но они должны были быть болезненными, и к тому же оставался риск заражения. Поскольку в местах, где обычно накладывается гипс, были необработанные участки, Кристина сделала запрос на 3D-печатные слепки. Их можно было легко снимать и заменять для обработки ран, а повязки могли оставаться сухими или влажными по мере необходимости. Локи уже был под действием успокоительного, когда его привезли в отделение скорой помощи. Тор отказался оставить его даже с хирургической бригадой, поэтому им пришлось подождать, пока его почистят. Ник Уэст снова был их анестезиологом. Он знал, что искать, и, как и раньше, чем меньше людей знали, что Локи был пациентом, тем лучше. Кристина забеспокоилась, когда её скальпель разрезал плоть Локи так же легко, как если бы он был человеком. Это облегчило процедуру для неё, но для него это было ненормально. Обожжённая кожа и лежащая под ней фасция были тонкими и нежными, как папирусная бумага. А когда обнажилась кость и Кристина поскребла её зондом, она была ещё больше встревожена, обнаружив, что та легко соскабливается. Хирургическое сверло не встретило сопротивления, и когда девушка попыталась установить стабилизирующие винты, то поняла, что они не выдержат. В итоге она использовала хирургический клей, чтобы зафиксировать всё на месте, и надеялась на лучшее. К сожалению, это был «плюс» к тому, что Локи не будет ходить в ближайшее время. После закрытия разреза она наложила 3D-гипс на его лодыжку, а затем на левое запястье. Она смогла свести этот перелом вручную, так как лучевая кость была цела. Тор с любопытством изучал гипсовые слепки. Он никогда не сталкивался с подобными приспособлениями, поскольку переломы костей — это не то, с чем имеют дело асгардские целители. — Они будут причинять боль? — спросил он. — Нет, — заверил его Стивен. — Как раз наоборот, поскольку сломанные концы костей больше не могут двигаться. — Кости Локи сейчас очень хрупкие, — сказала ему Кристина. — Тебе придётся быть очень осторожным, перемещая его. — Они сделали это с ним? — спросил Тор, едва сдерживая гнев. — Не напрямую, но да, это скорее всего результат применения к нему аппарата МРТ, — объяснил Стивен. Он не стал добавлять, что был совершенно уверен, насколько это было мучительно больно. Ник удалил дыхательную трубку, которую он установил во время операции, но заменил её кислородной канюлей. — Ему нужно будет находиться под наблюдением по крайней мере сорок восемь часов. Мне не нравятся звуки в его лёгких. Скорее всего, у него развивается пневмония. — Пневмония? Что это такое? — нахмурился Тор. Кристина постаралась объяснить ему это. Удивительно, но Тор был смутно знаком с этим состоянием в общих чертах. — Асгардцы могут заболеть, когда вдыхают воду. Это оно? Кристина не была уверена, но Стивен ответил: — Если симптомы такие же, знают ли ваши целители, как их лечить? Тор кивнул, но заметил: — Однако Локи не асгардец. — Но асгардские целители раньше лечили его, не так ли? — спросила Кристина. — Когда мы были маленькими и слабыми… и глупыми, — сказал Тор с намёком на улыбку. — Но только Локи не болел. — Ну, теперь он болен, — заметил Ник. — Мы сделаем всё, что в наших силах, но, к сожалению, у нас нет возможности узнать, какое лечение работает для его физиологии. — Мне придется уйти отсюда, — сказал Тор после долгих раздумий. — Могут ли Мстители защитить его, пока я не вернусь? — Они могут… — сказал Стивен. — Но вопрос в том, станут ли? — Это слишком большая просьба, — согласился Тор, зная историю Локи со Мстителями. Кристина и Стивен согласились, но Локи был, по сути, занудным младшим братом самого популярного спортсмена в школе. — Я почти уверен, что они сделают это для тебя, — сказал Стивен. Тор кивнул и потянулся за своим телефоном, забыв, что оставил его, когда ему разрешили находиться в операционной. — Сейчас мы переведём его в послеоперационную палату, — сказал Ник. — И попросим кого-нибудь принести твой телефон.

***

Локи не просыпался после операции, хотя действие наркоза должно было закончиться. Как и было обещано, Стивен и Вонг использовали свою магию, чтобы перенести всю палату Локи в нью-йоркское Святилище. Затем Стивен создал невидимый портал у дверей настоящей палаты в больнице. Медперсонал проходил через него, даже не подозревая, что переносятся через двадцать кварталов города из одного места в другое. Тор стоял рядом с братом, размышляя о том, что ему предстоит сделать. Он поговорил с Беннером, и тот согласился, что его план возможен, если использовать квантовый туннель, который он создал для Стива Роджерса, чтобы вернуть Камни Бесконечности. Сама машина была надёжно спрятана в месте, известном только Беннеру и Питеру Паркеру. Стивену Стрэнджу сообщили о плане Тора, так как его помощь будет необходима. Как не удивительно, он не считал, что это плохая идея, но предупредил Тора о необходимости соблюдать осторожность. — Убедись, что те, кого ты приведёшь, будут одни, — предупредил он Тора. — И что ты сможешь контролировать их, если понадобится. Нам не нужно ещё одно вторжение. Он также напомнил Тору, что во Вселенной, всё ещё переживающей коллективную травму, полученную в результате Скачка, нельзя полностью доверять самой реальности. Для плана Тора требовалась ДНК Локи, и Беннер уже собирался взять образец крови, чтобы Тор отправился с ним. Стивен был прав — то, что он планировал сделать, было связано с огромным риском, как для него, так и для Локи. Но он должен был попытаться. Локи, которого он видел перед собой, был раздражающим, удивительным, непредсказуемым, блестящим существом, которого он называл братом. Локи всегда был стройным и светлокожим, но выглядел сильным и живым. Теперь же он был так худ и смертельно бледен, что больше походил на труп. Он всегда был жизнелюбивым, даже когда замышлял свои пакости, плёл интриги, да и вообще был озорником. Теперь же он боролся за каждый вздох, не в силах пошевелиться, и даже несмотря на добрые намерения и старания мидгардских целителей, страдал и испытывал боль. До инцидента с М.Е.Ч. всё шло хорошо. То, что они сделали, заставило Тора понять, как важно было доставить брата туда, где ему не грозили бы такие мучения от этих мидгардцев, которые считали его своим врагом и хотели отомстить. Большинство из них не знали и им было плевать, — он не мог заставить их поверить, — что Локи изменился после Рагнарёка. Он мог бы сбежать на «Властителе» и найти новые миры для завоевания, грабежа и правления, но он решил вернуться в Асгард и сражаться на его стороне. Только благодаря ему стало возможным эвакуировать население Асгарда. Только благодаря ему Новый Асгард вообще существует, и они, по крайней мере, понимали, что это спасение дорого обошлось их принцу. Тор тяжело вздохнул и нежно погладил брата по тёмным волосам. Возможно, он никогда не будет здоров. Или в безопасности. И всё же он доверял Мстителям, своим друзьям, защищать Локи в его отсутствие. Когда он попросил их приехать, только король Т’Чалла выразил сожаление, что не сможет выполнить просьбу, но это было нормально. Ваканда уже сделала для Локи более, чем достаточно. Через несколько часов с помощью Стивена и его порталов, герои были на месте. Клинт Бартон занял позицию на крыше. Он был единственным, кто присутствовал во время нападения на Нью-Йорк. Понятно, что он не хотел видеть Локи или вступать с ним в контакт, но у него были стрелы, начинённые достаточным количеством взрывчатки, чтобы сбить ещё один вертолет, если до этого дойдёт дело. Скотт Лэнг и Хоуп ван Дайн стали в буквальном смысле жучками на стене комнаты Локи, а Питер Паркер прикрепился снаружи здания, откуда он мог наблюдать за наземным входом на Бликер-стрит. Джеймс Роудс, который всё равно собирался посетить это место, занял удобное кресло в комнате Локи, где обычно сидел Тор. «Железный Патриот», как и Локи, получил травму спинного мозга. Технология Тони Старка вернула ему подвижность, так же, как все надеялись, вернет её и Локи, когда, — и если, — он будет достаточно силён. Сэм Уилсон и Баки Барнс прибыли последними. Они будут охранять коридоры Санктум Санкторум на случай, если кому-то удастся прорваться сквозь заслоны, установленные волшебниками, и подойти к комнате Локи. Тор был удивлён, встретив Сэма Уилсона в форме Капитана Америки. Он не присутствовал при передаче щита, но, посмотрев на мускулистую фигуру Уилсона, решил, что форма ему очень идёт. — Поздравляю? — неуверенно произнёс он, взяв Уилсона за руку. — Вердикт ещё не вынесен, — криво улыбнулся Уилсон и похлопал Тора по плечу. — Итак, что здесь происходит? — Есть агентство под названием М.Е.Ч. Они похитили моего брата и пытали его. — Значит, месть? — Нет. Это будет позже, — поклялся Тор. — А пока я должен найти для него помощь. Ваши целители сделали всё возможное, но этого недостаточно. — Что это значит — найти для него помощь? — присоединился к разговору Барнс. — Куда ты собираешься? — Хотел бы я сказать вам, друзья мои. Но я не уверен, что смогу туда добраться. Вернусь, как только смогу.