Глава 7. Ночной парк
25 ноября 2022 г., 21:06
***
В общем, вот что произошло вчера. — В безлунной ночи ты никогда не должен оборачиваться… Было ли это наставлением или же предупреждением? Давным-давно, когда мой нынешний образ жизни был чем-то, чего я не могла представить себе даже в самых смелых мечтах. Однажды ночью, ни с того ни с сего меня обуял дикий ужас, хотелось рыдать. Я побежала в мастерскую к дедушке. Мягко положив свою руку мне на голову, он нежно улыбнулся и был совершенно не похож на того деда, которого я знала. — …ибо красная смерть дышит тебе в спину. Вместо успокоения, меня отправили домой с этими пронизанными безысходностью словами. В ту ночь, я действительно заметила тень, скрывавшуюся позади. Кто-то наблюдал за мной издалека. Постепенно с каждым годом расстояние сокращалось… Пока, наконец, то, что некогда было крошечной точкой, оказалось так близко, что я почувствовала, как оно дышит мне в шею. Конечно, это лишь галлюцинация, детская фантазия. На самом деле там никого не было. Тем не менее в ту роковую ночь, когда все это началось… я определенно почувствовала прикосновение, ласки верной смерти.
***
Детский стишок пронесся в ночи.…High diddle diddle, The cat and the fiddle,
The cow jump’d over the moon;
The litte dog laugh’d…
Как давно это было? Этот смутный эпизод из прошлого, похожий на книгу с картинками, глубоко похоронен в моих детских воспоминаниях. Даже сейчас, темной ночью, дурные слова деда по-прежнему звучали в моих ушах… Как бы громко ни ревел ветер, как бы чарующе ни пела девушка, находившаяся рядом со мной, я просто не мог заглушить их. — Он здесь… — бесстрастный голос Алисы выдавал в ней стороннего наблюдателя будущих событий. Но в парке было пусто, безлюдная тишина нарушалась лишь песнопениями ведьмы и моим тяжелым дыханием. Мы пришли сюда, дабы отпраздновать рождение «новой меня». Хотя, должна признаться, это был не самый благоприятный вечер для моего большого дебюта. Густые и тяжелые облака закрывали звезды словно черные зонтики, сносимые сильным порывом ветра, раздирающим небо. Стрелки на часах в центре парка были направлены прямо вверх, будто бы тянувшись к далекой и эфемерной луне. К сожалению, молочный диск закрыла черная пелена. Свирепость зимнего ветра росла с каждым мгновением. Каждый вдох заставлял меня чувствовать себя так, словно он замораживал меня изнутри. Холод пронзал мои кости, пробежал снизу доверху и вонзился прямо в мозг. Что бы мой разум не оцепенел, а мои пальцы не окаменели, я разожгла пламя своим сердцем и горячими эмоциями. — Я передам тактильную реакцию, удача сопутствует нашей стороне… В таком положении блуждающий огонек воспламенится. Кивнув Алисе, мой взгляд опустился на землю: ноги слабо дрожали, поджилки тряслись и мне пришлось свыкнуться с мыслью, что мои руки сегодня обагряться в теплой крови. Пришлось вздохнуть и признаться самой себе… Если мои эмоции работали, если они еще существовали… Значит, я все еще оставалась человеком. Но хватит, времени на сентиментальность — непозволительная роскошь, сигнал от барьера начал поступать, передавался в меня от Алисы. Невидимая стен, паутиной опоясывала весь парк. Незаметный ковер, уходящий корнями глубоко вниз. А ещё стихи Алисы о Матушке Гусыне, звенящие в ночи. Мое тело стало единым с этими ощущениями, правая рука покрылась мурашками от осознания предстоящих событий. Кто-то вторгся внутрь, в нее! Легкие покалывания поползли по ней, словно муравьи, медленно, но верно целясь прямо в сердце. Хотелось отмахнуться от этого неприятного чувства, убрать дискомфорт, но я ждала более решительной позиции, определенной возможности. Безлунная ночь, тусклые уличные фонари в парке казались потухшими свечами. Муравьи закончили марш, приближаясь к центру, к моему сердцу! Даже закрыв глаза, я могла бы видеть противника, таящегося в ночной тьме. Тридцать шагов позади, в правом углу фигура ползла на четвереньках по кустам, подобно хищной кошке выжидающей момента, когда жертва ослабит бдительность. — Там! Я почувствовала движение врага почти сразу же. Мое тело резко развернулось. Вражеская рука метнулась так, как метают копья прямо в мою голову. Смертоносное орудие, на полной скорости выпущенное в мой затылок, чудом не прошла сквозь темные локоны, часть моих волос опала вниз. Благодаря великолепному восприятию парка, созданным барьером Алисы, мне с трудом, едва-едва, удалось увернуться. На щеке я ощутила легкое жжение, алая капля стекла вниз. Грохот сердца бешеным темпом отстукивал чечетку в моих ушах, могла поклясться, что на миг, смерть коснулась моей души своей хладной рукой. — Зараза… Кровь, циркулирующая со скоростью метр в секунду, превратилась в неведомую стихию. Сердце послужило новым, другой цели, выстраивая все мое тело как единую цепь. Непостижимое движение, которое нельзя было измерить градусами или калориями. Тайна, недоступная человеческой мудрости, обратила меня в ту, кем мне суждено было стать. Пульсирующий огонь жизни, стоящий за каждым чудом, любой сказкой. Мы звали это магической энергией. — Готово… Развернувшись, я бросила взгляд на врага, подняв свою правую руку. Она служила проводником, исполнителем моей воли. Засияв голубым сиянием, таившим магию, но как неопытный пользователь, я могла активировать магию полагаясь лишь на слова и жесты. Магические формулы, начертанные заранее помогли стабилизировать и придать форму идее в моей голове, вытащить образ из фантазии. Все, что мне требовалось, — это добавить топлива. Достаточно просто влить энергию, генерируемую в моем теле. Освобождение, выстраивание, наполнение. У каждого, свой метод, отлаженный годами способ, но в моем случае… было такое чувство, что конечность моя ломалась, трещала по швам. — Гори! В отражении моих, голубых зрачков полыхала объятая глыбовым пламенем чья-то фигура. Его рука свободно болталась, это казалось огромным кострищем. Если б, не человеческая тень, извивающаяся в пламени. Огонь потух неестественно, как и само его появление. Все затихло. — Я проверю труп, а ты пригляди за барьером. Озадачив ведьму, мои звонкие шаги неуверенно направились в сторону неподвижной фигуры, валяющейся на земле. — «Я убила его, я убила его… убила своими руками!» — мысли путались в голове, звучали как бред одержимого. Даже если он — враг, мне все равно пришлось украсть человеческую жизнь. В горле пересохло, словно в пустыне. Это казалось таким нереальным, совсем как во сне, страшном, пугающем — сне. Пришло осознание, что не смогу проглотить горькую правду о том, что сделала, но я все равно отчаянно старалась. Кристально чистый разум твердил, что это враг, так нужно, так правильно! Но тело отказывалось это признавать, прерывистое дыхание, сердце тревожно билось от горки правды, от реалий новой жизни. Не успела опомниться, как кучка пепла оказалась у моих ног. Я настороженно смотрела, опасливо ожидала нового нападения, возможно с долей надежды. Но он полностью сгорел, все было в порядке. Так что же было не так? При одном лишь взгляде на них, останки казались странными, неорганическими. Биение сердца замерло, я осторожно подняла голову фигуры, и… …меня встретила бледная маска, безликое лицо манекена. — Вот же черт! Опять нас провели! Я их прибью, на куски порву! Завопив, я пнула манекен ногой. Серый пепел, отплясывал на ветру, пока труп распадался. Но это был, не труп. Простая марионетка, наши тщательно подготовленные ловушки вновь и вновь ловили воздух! Другими словами, моя настоящая первая схватка оставалась еще впереди… — Тьфу… Так мне никогда не стать… а? И тут нечто непонятное привлекло мое внимание. Тень от горки, чуть поодаль была странной, как будто ее раздувало что-то, чего быть там не должно. Из-за недавних эмоций, мне потребовалось какое-то время что бы осознать, что за «тень» пряталась там. — Кто там?! — очень зря, как мне потом подумалось. Услышав мой голос, человек, одетый в эту слишком знакомую школьную форму, резко повернулся и побежал с невероятной скоростью. Бежал так, словно хотел спасти свою жизнь… Правильнее будет отметить… что именно этим он и занимался. — Лови, быстро его лови! Нас видели! Поспешно окрикнув Алису, я заметила тень удивления на ее лице, она не заметила чужого присутствия в парке. Тем не менее, я тоже не двинулась с места. Как бы неловко это ни было признавать, недавнее сражение лишило меня возможности бегать, ноги казались ватными. — Он же уходит, если мы не поймаем его, то… Здесь не место вежливости, наши дела нельзя знать для посторонних. — Стой! — встряхнув ноги, я бросилась за ним вдогонку. Это действительно был великолепный побег… Свидетель бесследно растворился в темноте жилого квартала. — Черт возьми, почему барьер не засек его?! — разрывая пустоту своим негодованием, я топала ногами, что есть сил. Хоть и временно, но сейчас парк находился в распоряжении Алисы. Внутри лица и голоса людей были расплывчатыми и неясными, словно из сказки. Он мог видеть все, что здесь происходило, он наверняка не мог узнать ни меня, ни Алису… В таком случае у нас еще было время. — Это был парень, определенно из моей школы, эту форму ни с чем не спутать, если он действительно из наших, то в моем распоряжении достаточно методов, чтобы найти его. «И за что мне такое, может проклял кто, а?» — разочарованный крик моей души растворился в ночи, как и незнакомец. — Полный бардак, правда? Алиса равнодушным, отстраненным взглядом смотрела в темноту. Отсутствие эмоций выходило за рамки простой уравновешенности, кажется, но ее сердце походило на холодную, большую глыбу. И это, это серьезно бесило меня… Оглядев мрачный, холод и дремучий парк, хотелось поскорее вернуться домой.***
На подносе стояли две чашечки свежего чая, несколько закусок и остывший ужин. Эдвард тихонечко отхлебывал горячий напиток и пристально глядел на запыхавшегося юношу, одетого в школьную форму, местами запачканную свежей грязью. — Так, что ты там видел? — любопытно спросил мальчик. Глаза Соджиро беспокойно смотрели из одного угла в другой, чего-то опасаясь, поэтому игнорируя пищу и свою форму, парень рассказал всё, что видел двадцать минут назад. И должен признать, он действительно резво бегал. — Слушай, там в парке, сражались два мага, один плевался огнем, а у другого руки будто резиновые… — А, стоп, притормози, какие это такие «маги»? — странно покосился на беспокойного школьника Эдвард. — Как в сказках… По сравнению с горами, это место было волшебным. В таком случае не было бы ничего странного, если бы люди, использующие магию, жили здесь тайно. От одной мысли об этом у Соджуро начали дрожать ноги. Вскоре он понял, что это от страха. В последний раз, такое было, когда он столкнулся лицом к лицу с диким медведем, в далеком детстве. — Что ж… Главной проблемой остаются те слова. Что они имели в виду, говоря «избавиться от него»? — Прикончить. — лаконично закончил мальчик, произнося эти слова немного иронично. — Убивать — не правильно. — тихо ответил незадачливый свидетель. Легкая улыбка исчезла с лица Эдварда. Задумчивые глаза слегка расфокусировались, тень старых воспоминаний мелькнула перед его глазами. Серьезным, командным тоном он приказал Шизуки. — Снимай одежду! — А-а? — не понял тот. — Снимай, кому говорю, если тебя заметили, то круг сужается: школьная форма, худощавый юноша среднего роста, отличные физические показатели и запомни, хотя магов не существует, но всякие там, маньяки — уже другой разговор! И правда, он уже что-то слышал об этом: безумный убийца разгуливал ближе к холму, но что он забыл в парке? Или… Где-то позади раздался шум, из холла послышались шаги, они так глубоко погрузились в разговор что не заметили, как прошло немало времени и… — Мы дома! Взгляд мужской стороны опустился на грязную, школьную форму. — «Вот же…» — выругался мальчик.***
В гостиной звучала сплошная тишь, она угнетала своим тяжелой атмосферой и затяжным, свирепым, голодным волчьим взором. «Какого, этот прыщ судя опять приперся! Ему что, мало изводить меня в школе днем, так еще и здесь, можешь ли ты сквозь землю провалиться, пожалуйста? Я что, много хочу?!» — осыпая проклятья, тяжелый и жестокий взгляд Аоко сверлил работника на полставки. Приусадебный участок Алисы уже давно забыт, не ухожен и в скором времени — там бы вырос дикий плющ. Неплохо было бы нанять садовника, вот только это самое место и было их камнем преткновения. Сама хозяйка терпеть не могла обычных людей, то ли оттого что не доверяла им, то ли оттого что была просто такой по своей природе. Когда Эдвард первый раз увидел этого паренька, то ему показалось что уже где-то видел, его. Сознание вырисовывало картину, кажется Аоко уже давно обсуждала подобного индивидуума. Одним своим естеством он уже выводил ее из себя. Позже классный руководитель назначил им работать вместе, помогая местной церкви. «Просто удивительно, блестяще: не хватала мне одного дурочка, так и святош смогу чаще видеть!» — кажется это звучало как-то, примерно так. Этот человек слишком простоват, как домашнее животное, оно милое и пушистое — отличное от обычных представителей двадцатого века. Такие лишь в сказках водятся, добрый молодец и красная девица, гм… И вот теперь, они смогли решить вопрос его многочисленных подработок, за что школьный учитель хотел, аж расцеловать Аоко, но она явно была против. — «Это то самое, что взрослые называют любовью?» — подумал Эдвард. Если девушка узнает, о чем он думает, то ласково обнимет и немного придушит. — «Так это, твоих рук дело?! Не в этой жизни!» Ее пламенная личность категорически протестует, с этим скользким — водяным? Да не в жисть! Пока они страдали от своей фантазии, пустой взгляд ведьмы опустился на виновника торжества. — Ты… Заметивший это паренек почувствовал, как его сердце упало. Кажется, своим шестым чувством он понял о том, кто был там. Сердце ускорилось, кровь бурно растекалась по венам и артериям, желая выпрыгнуть из тела. — Дорогие мисс, хочу вам сообщить, что сегодня незваный гость пробрался в этот дом. — как бы невзначай отметил мальчик. Глаза ведьмы свирепо уставились на него и слегка расширились. Сердце Эдварда екнуло, он впервые лицезрел эту сторону Алисы. Поняв свою оплошность, ее взгляд потух. — Что? — удивленно вскрикнула Аоко и подскочила. — Кто, это, был?! — наклонив голову, речь девушки напоминала ледяные ветра из северного полюса. Особняк слабое место, драгоценное сокровище для нее, святая земля покоя. Боюсь, это единственное — чем она живет, чем дышит. Смущенно отвернувшись, мальчик перевел взгляд на стоящую девушку. — Она назвалась сестрой Аоко, высокая и гордая особа. Напоминает режиссера за сценой, говорила об игрушках и семейном наследстве. И… кажется она хочет тебя убить, Аоко!
