Третий лишний

КИМ КИЦУРАГИ - "Какие мысли, детектив?"  Ландеры согласились подождать, пока вы проводите краткий брифинг. Ким опирается спиной о прогретую солнцем стену. Ты уселся на корточки и пялишься в землю, пытаясь игнорировать клубок мыслей, которые склеились с тобой как жвачка с клоком волос.  ТЫ - "Тяжелые. И не по делу. Хотя и по делу тоже тяжёлые. Хрень какая-то, зачем мы вообще это делаем? Может, в баллистику позвоним - и дело с концом? Подтвердят нам наличие отпечатков, и пакуем Верде."  ЭМПАТИЯ - Ты себя никогда не простишь, если закинешь за решетку невиновного человека. А ты абсолютно уверен в ее невиновности, хоть все играет против Анники.  ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА - Твои эмоциональные привязанности и моральные ориентиры - это не то, что можно прикрепить к материалам дела, как правильно заметил твой коллега. Правосудие слепо и верит фактам. А факт в том, что Анника Верде на данный момент - единственный и самый вероятный подозреваемый. Бритва Окамма или как там мадам Фуко сказала?  КИМ КИЦУРАГИ - "Согласен. Это было бы разумно." Лейтенант звучит неуверенно, смотрит в блокнот и постукивает ручкой по его обложке.  ЭМПАТИЯ - У него тоже закрались сомнения. Но он, в отличие от тебя, не может осознать их природу.  ЛОГИКА -  И где Глас Мусорской не прав?  ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА - Ещё раз меня так назовешь, и я за себя не отвечаю... ЛОГИКА - Это не я придумал, так повелось.  ДРАМА/ГРУБАЯ СИЛА - Эй, это отличное прозвище, лучшее, что мы породили!  ТЫ - "Но ты не уверен?" Ты поднимаешь усталый взгляд на напарника. Ещё даже половина дня не прошла, а ты уже чувствуешь себя так, будто весь день таскал мешки с цементом. Вот это называется старость, да?  СИЛА ВОЛИ - Нет. Это глупость. Выпей свой чай и съешь, что тебе предложили.  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - Я вообще не знаю, как ты умудрился игнорировать ту прелесть, что лежала у тебя под носом. Хотя чего я удивляюсь, ты и вот эту худощавую прелесть игнорируешь уже год.  КИМ КИЦУРАГИ - Ким переворачивает страницу своих записей, склонив голову набок. "Вы дурно на меня влияете, детектив." Он захлопывает книжку и поправляет очки. "Я думаю, нам нужно закончить опрос и, как вы и предлагаете, связаться с баллистикой."  АВТОРИТЕТ - Опять он говорит *этим* тоном. Сколько можно уже это терпеть.  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - А мне нравится. Ещё бы чуть-чуть пониже и поближе, и совсем было бы хорошо…  ЛОГИКА - А я предлагал отскабрезить все сразу, кто же меня слушает.  КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ - Это только увеличивает энтропию Серости, множа бесконечные вероятности.  ТЫ - Тебя порядком достали внутренние диалоги, и ты мотаешь головой, охлестывая щеки убранными в хвост волосами. Ким уже не раз говорил тебе постричься, но это *твой* стиль, что бы твой друг об этом ни думал. При попытке встать ты слышишь хруст, будто кто-то надломил у тебя над самым ухом залежавшееся печенье. Это всего лишь твои суставы. "Может, сейчас позвоним, или разделим обязанности? Последнее сэкономит нам время."  КИМ КИЦУРАГИ - Твой напарник одобрительно кивает. "На мне радиосвязь."  ТЫ - "Я не сомневался. Сам бы после такого не захотел с ними общаться, о сын Ревашоля." Ты улыбаешься с поджатыми губами и получаешь в ответ только фырканье лейтенанта, но морщинки в уголках его глаз выдают подавленную улыбку.  Перевыполняешь норму на сегодня!  *** ТЫ - Ничего полезного ты так и не узнал. Показания сходятся во всем, кроме истерики неудавшихся новобрачных. Ты списал это на личную заинтересованность своей бывшей. Как оказалось, Марго была довольно близка со всеми членами семьи Ландер на протяжении 5 лет. Это породило другой вопрос, который не давал тебе покоя с самого начала разговора.  ТЫ - "Мистер Ландер, я забыл упомянуть полученный от вас чек. К сожалению, с учётом того, что ваша дочь находится под следствием, мы не можем принять это пожертвование."  РАУЛЬ ЛАНДЕР - Мужчина нахмурился и осмотрел своих домочадцев. Анника так и не появляется, покорно ожидая, пока ее пригласят на отдельную беседу. "Я не выписывал никакого чека, детектив. Могу я уточнить сумму этого пожертвования?" ТЫ -  "60 тысяч реалов." РАУЛЬ ЛАНДЕР - Хозяин дома задержал дыхание, переваривая сумму. Хорошо обеспеченные люди прекрасно знают цену каждого сентима. Мужчина постукивает костяшками пальцев по столу. "И кто из вас, мои дорогие, решил без спроса воспользоваться семейными активами? Обещаю, я даже голоса не повышу, если вы скажете начистоту. Как видите, РГМ в любом случае не может принять такую сумму от... Подозреваемых." Особый акцент на последнем слове он сопровождает методичным долгим взглядом на каждой из трёх женщин. Но они удивлены не меньше.  МАРИЯ ЛАНДЕР - "Милый, мы все это время были вместе, никто из нас физически не мог выписать этот чек. Разве что Анника..." Женщина прикрыла рот рукой, испугавшись своего заявления.  ФИЛИППА ЛАНДЕР - "Мам, ну ты то куда? Глупости не говори. Доступ к активам только у па, тебя и меня. А я совершенно точно не буду кидать шестьдесят штук в *мусорку*."   Девушка ухмыляется собственной шутке и щурится на тебя. Вот только тебе не до смеха.     АВТОРИТЕТ - Все богатеи мерзкие по своему. Что Фуко, что Ландер - одного поля ягоды. Заносчивые, лицемерные и лживые. Не верь ни единому их слову. Стой на своем.  ТЫ - "Я думаю, что нам не помешает переговорить с Анникой. Можете пригласить ее?"  РАУЛЬ ЛАНДЕР - "Я схожу за ней." Ты киваешь и всё-таки кусаешь безумно вкусное пирожное с малиновым кремом и фисташками. Ммм, вкус роскошной жизни! КИМ КИЦУРАГИ - Лейтенант возвращается в помещение и кивает тебе на выход. "Прошу прощения, но мне нужно переговорить со своим коллегой наедине."  ЭМПАТИЯ - Читать по его лицу не получается, он спокоен и собран, а твои мысли сосредоточились на вспыхивающих искрах вкусового оргазма. Забыв приличия, ты встаёшь со стула, облизывая пальцы. Рита хихикает в ответ на этот жест.  КИМ КИЦУРАГИ - Он даже не стал выходить на улицу, вы просто встали в коридоре и прикрыли дверь в гостиную. Твой напарник наклоняется к тебе ближе. "Они обнаружили отпечатки госпожи Верде и незначительные следы коррозии." В сердце что-то кольнуло. Ким тоже выглядит неспокойным. Это приговор.  ТЫ - Небольшой повод для радости в виде возможности сказать Жану *я же говорил*. Только в целом ситуация удручает.  "Стало быть, пакуем? Это, наверное, уже не важно, но чек, оказывается, никто из этих ребят не отправлял. Или никто не признается."  РАУЛЬ ЛАНДЕР - "Вызывай скорую, Мари! Филиппа, тащи жгут! Не стойте, быстро за аптечкой!" Командный, хоть и дрожащий голос хозяина дома выбивает тебя из колеи. Вы с Кимом бросаетесь в прихожую.  СУМРАК - Ты знаешь, что произошло. Тебе несложно представить себя на ее месте. Какой-то частью ты бы даже хотел быть там, наверху, в ванной, полной теплой воды, медленно угасать сознанием, погружаясь в пучину вечного сна.  КИМ КИЦУРАГИ - "Что случилось?" А вот твой друг происходящего искренне не понимает. И, наверное, это хорошо.  РИТА ЛАНГЕР - Подросток сидит, обхватив колени руками и пряча голову. Из этого человеческого комка слышны тихие всхлипы. "Ани… Ани опять..."  ТЫ - Происходящее плывет перед тобой как в замедленной съёмке. Крики, топот ног, слезы. Вой кареты скорой помощи. Белые халаты санитаров, оставляющие за собой шлейф. Бледное тело Анники Верде на каталке. На лице застыла печать вины. Ты знаешь это выражение лица. Видел себя с ним в зеркале, когда подносил бритву слишком близко к горлу.  СУМРАК - У нее больше мужества, чем у тебя.  СИЛА ВОЛИ - Скорее меньше самообладания. Ее психика не справилась. Твоя - живёт и функционирует.  ЭМПАТИЯ - Потому что есть ради кого.  КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ - Что было бы, если бы ты потерял Кима? Или Жана? Чем бы ты стал? Какие разрушения учинил? Был бы это бесшумный уход или театральное представление?  ДРАМА - Сие действо нагоняет тоску и душит скорбью. Прошу, милорд, покиньте эту сцену.  КИМ КИЦУРАГИ - Лейтенант чуть бледнее, чем обычно. Крепко сжимает твое плечо, так же безмолвно наблюдая эту сцену.  РАУЛЬ ЛАНДЕР - "На сегодня опрос окончен, детективы." Бросает на ходу старший Ландер и уходит вслед за санитарами.  ТЫ - Ты киваешь неизвестно кому.  МАРИЯ ЛАНДЕР - Женщина держится, хоть и глаза у нее на мокром месте. Пора уходить.  ТЫ - ”Пожалуйста, сообщите, как будет известно о ее состоянии?...” Предвосхищая возмущение, ты поясняешь: “Прошу как человек, а не как детектив."  ФИЛИППА ЛАНДЕР - "Уходите, мистер Дюбуа. Мы позвоним."  ТЫ - Ты так и не смог озвучить, что если она выживет, то остаток жизни проведет за решеткой... *** ТЫ -  До участка вы едете молча. Несмотря на неприятную спираль с отсылками на твое прошлое, тишина в компании Кима комфортна. А для него так и привычна. Единственное изменение - это чуть больше беглых взглядов в твою сторону, чем обычно.  КРЫЛО СИ - Твоя кисло-каменная рожа бросаются в глаза всему отделу.  МАК ТОРСОН - "Эй, коппернадо, а где пицца обещанная?" То ли простодушие, то ли расчет, но совершенно неуместный вопрос Мака вырывает тебя из размышлений на тему жизни и смерти.  ТЫ - "Будет, как зарплату получу. Могу сам испечь, но только крылу Б придется расследовать массовое отравление в крыле Си." Твоя попытка отшутиться звучит угловато. Спасибо, хоть Жана на месте нет. Ты видел его в курилке, зато он тебя не заметил. Ким ушел в уборную, так что вас всего четверо. На твоём столе скопилась огромная пачка материалов, разобранных по аккуратным кучкам. На каждой бумажка с идентификатором: "Акционеры", "Купри Корпс", "Анника Верде", "Йосим Фуко", "Ландер-Моторс", "Другое". Трант с Жаном постарались на славу. Но тебе совершенно не хочется этим заниматься. Да и незачем теперь.  СИЛА ВОЛИ - Работа есть работа, Гарри. Это может отвлечь. У тебя ещё три часа до конца рабочего дня.  ЧЕСТЕР МАКЛЕЙН - Рыжий сержант уселся на краю стола своего офицера и пролистывает какую-то папку. "Маллен, как всегда, кормит только надеждой на светлое будущее. Так и с голоду помереть недолго. Чего случилось- то? Куда Голденбоя потерял?"  ЖЮДИТ МИНО - "Ты обедал сегодня, Гарри?" И только сержант Мино беспокоится за твое бренное тело. Разум уже не спасти, но это тот минимум, который она может сделать, обезопасив не столько тебя, сколько всех вас.  ТЫ - Ты мотаешь головой, уставившись на стопку с именем "Анника Верде".  СУМРАК - Холодные объятия тревоги, такие родные, просачиваются сквозь ребра грудной клетки, тонкими костями пальцев лезут в ткань лёгких. Тебе сложно дышать.  ЖАН ВИКМАР - "Только не говорите, что он ОПЯТЬ?"  Твой друг возвращается в кабинет почти бесшумно, устало плюхнувшись на свой неудобный стул. Двумя пальцами он упёрся в виски и сполз по спинке принимая полулежачее положение.  МАК ТОРСОН - Лысый пожимает плечами, возвращаясь к своей писанине. "Понятия не имею, зашёл вот и молчит как партизан." КИМ КИЦУРАГИ -  Следом за Жаном возвращается и Ким, так же молча плывет по офису, пока не приземляется на стул напротив тебя.  ЧЕСТЕР МАКЛЕЙН - "И этот туда же. Вы чё, шлепнули кого-то, что ли? Так радуйтесь, Архитип бы уже всему участку растрезвонил!"  ЖЮДИТ МИНО -  Женщина опускает плечи и шумно выдыхает.  Она не будет навязываться слишком сильно - к тому же, уже вечер, и не только ты устал от этого дня.  КИМ КИЦУРАГИ - Он смотрит на тебя долго и неподвижно, будто просит какой-то сигнал.  ЭМПАТИЯ - Твоя тревога и жажда влить в себя сотню-другую миллилитров спирта слишком оккупировали все другие мыслительные процессы. Функция чтения по лицам временно недоступна.  ЧЕСТЕР МАКЛЕЙН - " ...И тишина".  ЖАН ВИКМАР -  "И мертвые с косами стоят, да. Чего доебались-то, свою работу делайте! Это ж чудо божье, Маллен - и молчит. Радоваться надо!" Жан все ещё злится из-за случившегося утром. Принять извинения и принять тебя - две разные опции. Со второй у него проблемы уже очень давно. Твой напарник все же встаёт со своего стула и подходит к столу, где как воды в рот набравши уселись вы с Кимом.  ЖАН ВИКМАР - "Что там?" Шепчет Вик, наклоняясь к тебе.  ТЫ - Ты горько ухмыляешься, бессмысленно пролистывая бумажки из архива. "Все. Закрыто дело. Пальцы есть."  ЖАН ВИКМАР - Мужчина возмущённо-вопросительно поднял бровь и перевел взгляд на Кицураги. "Тогда я совсем не понял, чего вы такие смурные. Реально кого-то шлёпнуть пришлось?"  КИМ КИЦУРАГИ - "Нет. Подозреваемая решила свести счёты с жизнью во время опроса свидетелей. Ее состояние неизвестно." Сухо отвечает лейтенант и тоже изучает одну из многочисленных бумажек.  ТЫ - Тебе тут даже эмпатия не нужна. Такое проезжается и по Жану тоже. Лицо резко вытягивается, приобретая горькую серьезную мину. "Неизвестно, выживет или нет. Дело закрыто в любом случае."   МАК ТОРСОН - "Чудные какие. Как будто не в Джемроке работаете. Такое сплошь и рядом, чё ж теперь, из-за каждого шибздика расстраиваться?"  ЛОГИКА - Ты не можешь отрицать, что зерно истины в словах твоего коллеги присутствует.  СУМРАК - Но он не был по ту сторону, он не знает, как силен зов пустоты, когда ты стоишь на балконе многоэтажки, когда берешь в руки нож, чтобы разделать рыбу, когда лезвие сверкает под светом тусклой лампы, упираясь кончиком в случайную артерию. ЭЛЕКТРОХИМИЯ - Нам пора воспользоваться предложением красавчика.  СИЛА ВОЛИ -  Ты уверен, что тебе это так нужно?  ТЫ - Ты тяжело вздыхаешь. "Забей. Пройдет. Есть что-то, о чем мне следует знать?" *** ТЫ - Путь до дома немного прочищает голову. Ким сказал, что будет позже, решил встретиться с Алисой. От этого стало горше в другой степени. Почему он не захотел говорить с тобой? Ты понимаешь, что лейтенант существует не в социальном вакууме и у него тоже есть друзья, знакомые, его мужик, в конце концов. Сложно понять, как среди всего этого нашлось место тебе. Тебе в нем явно тесно.  ГРУБАЯ СИЛА - Как насчёт пробежаться, чемпион? Это всегда помогает.  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - Какой бежать? Нас на сегодня другие планы, и они куда веселее, чем бессмысленное переставление ног.  КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ - Что, если бы тебе все же нашлось место попросторнее?...

ПОЛУЧЕНА МЫСЛЬ:

  "Там, где нас нет"

В какой-то из теоретических вероятностей ты мог бы стать для Кима всем. Как и он для тебя. Но тебе сложно это представить, ты запретил себе это - и двигался дальше. Сейчас ты наедине со своим одиночеством и бесконечным желанием прервать порочный круг. Но что, если удача улыбнется тебе снова? Что ты будешь с ней делать?  ТЫ - Ты уже не спрашиваешь свои голоса, зачем они продолжают тебе носить такие бесполезные мыслительные проекты. Ты просто хочешь уже лечь куда-нибудь и нажраться.  СТАРАЯ ПЯТИЭТАЖКА - Твой дом, как и всегда, встречает своих жителей эпилептическим миганием еле живой лампочки. Из подъезда несёт мочой, дешёвыми сигаретами и плесенью. Пружина двери с мерзким скрипом пропускает тебя внутрь, чтобы по инерции захлопнуться, вызвав хриплый лай чьей-то псины. Кто-то опять наставил мешков с неизвестно чем у пожарного выхода. Ты вжимаешь голову в плечи.  Лестничные пролеты продолжают обрастать цитатами из народного творчества. Рядом с бессмертным "Нахуй милицию" появилась новая надпись, почерк явно детский: "117 квартира пидоры". Неудивительно, что Ким детей не любит. На третьем этаже тебя ловит соседка снизу.  СОСЕДКА СНИЗУ - "Вечер добрый, голубчик, не поможешь?" Ты видел эту женщину множество раз, и даже один раз вы с ней ругались, когда ты ее случайно затопил, но ее нейтральное выражение лица и неопределенный возраст так и не дали тебе узнать, что же это за человек такой.  ТЫ - "Вечера. С чем нужна помощь?" СОСЕДКА СНИЗУ - "Да картошки вон взяла, думала, дотащут до квартиры, а они вона как, бросили в подъезде. Не заметил, не спёрли? Я звонить пошла сыну, а он трубку не берет. Ты вон какой лоб здоровенный, помоги пожалуйста, с меня не убудет. Хочешь - бутылкой, а хочешь - тебе картохи отсыплю."  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - Вечер начинает становиться лучше. Ты знаешь, что выбрать!  СИЛА ВОЛИ - Нет. У тебя есть заначка, и ты можешь использовать только ее. Таков уговор.  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - Напомни, кто тебе корону вообще выдал? Я ему уебу.  СИЛА ВОЛИ - ОН и выдал.  ТЫ - "Хорошо. Я помогу!" На другом уровне тебе приятно, что понадобилась твоя помощь. Наконец-то это тело пригодилось хоть кому-то. Для твоих сильных рук и спины эти мешки не стали каким-то супер-испытанием, но эндорфин от работы, проделанной быстро и эффективно, скрасил вечер. СОСЕДКА СНИЗУ - "Тебе сырой дать, или может, пожарить? Я смотрю, ты одинокий мужик, готовить-то некому." И слова этой женщины только что слили в унитаз полученные от помощи приятные эмоции.  СУМРАК - Волк-одиночка, профессиональный канатоходец с факелом надо лбом. Это твоя роль, смирись с ней. Не отвечай им, иначе погибнешь.  ТЫ - "Спасибо. Сырой." ТВОЯ КВАРТИРА - Теперь на кухне у тебя лежит мешок картошки, захламляя и так крохотное пространство. Ты понятия не имеешь, что с ней делать. Вареная картошка тебе никогда не нравилась, а жарить ты ее не умеешь. Непременно превратится в обугленные кусочки крахмала.  Кран на кухне харкает ржавой водой. Замечательно, горячую отключили. Ты ведь не посмотрел на объявления у подъезда. Обычно там одна реклама сомнительных товаров и ещё более сомнительных услуг, но иногда все же попадаются важные новости.  ТЫ - Переодевшись в домашнее, ты расчехляешь заначку. Небольшая бутылка хорошего коньяка. Она твоя. Ты выпьешь ее. Только под присмотром Кима.  Ты не знаешь, пришел он уже или нет, поэтому просто идёшь в их квартиру. Даже если его нет, ты все ещё можешь поговорить с Патриком, его рабочий день заканчивается в четыре.  КВАРТИРА 121 - Дверь приоткрыта, Патрик, видимо, ждёт Кима. Из-за двери ты слышишь голос.  "Да не переживай ты так, нормально все. Угу. Знал бы ты, как я этого жду. Тебе чертовски идёт эта майка. Ха-ха, очень смешно. Я этого не говорил. Без нее тоже шикарно." ТЫ - Ты нервно сглатываешь. Значит, тебе все же не показалось. Патрик… Ему изменяет. Не твое дело, не твое дело, не ТВОЕ ДЕЛО! Почему же тогда так больно и тревожно? ДРАМА - Это поистине удручающая ситуация, мессир. Ваш ангел-хранитель не заслуживает такого обращения. От того ваше доброе сердце обливается кровью.  ТЫ - Ты аккуратно стучишь в дверь, и голос замолкает.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Кто там?"  ТЫ - "Эй, привет! Ким не предупредил?" Ты просовываешь голову в щель приоткрытой двери. Патрик развалился на диване в одном халате, телефонная трубка зажата между плечом и ухом, в руках - альбом для набросков.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "До связи тогда, у нас гости. Давай, пока!" Он кладет трубку на место. "Привет, Гарри. Да, предупреждал… Только где его самого носит?" Мужчина фыркает, глядя на тебя, ладонь упёрлась в щеку.  КВАРТИРА 121 - Планировка отличается от твоей наличием гостиной и балкона, которым тебя обделили. Ты уже не удивляешься тому, что она почти так же запущена, как и твоя. Тебе казалось, что Ким-то уж точно будет содержать свое жилище в чистоте. Но, как оказалось, его педантичность носит исключительно практический характер. Кристально чистыми он содержит только кухню, ванную и свое рабочее место. Во всем остальном доме царит хаос, учиненный Патриком - и никто из этих двоих ничего с этим делать не собирается. Тебя все устраивает.  ТЫ - "Он тебе не звонил ещё? Они вроде как с Алисой встречаются."  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Мужчина меняет положение на сидячее и кладет  блокнот на журнальный столик, пристально изучая твое лицо. "Как будто он мне отчитывается. Ты с ним работаешь, из него лишнего слова не вытянуть. "  ЭМПАТИЯ -  Ты, видимо, ещё не в курсе, но конфликт себя не исчерпал. Патрик все ещё зол на твоего друга.  ТЫ - Ты неловко стоишь в дверях, не зная, куда приткнуться.   ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Проходи, располагайся. Я переодеться отойду." Ты киваешь и используешь время, чтобы рассмотреть их квартиру.  ВИЗУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ - Ничего не изменилось с твоего последнего визита. Машинка Кима все так же пылится под столом, а на самой столешнице аккуратно сложен кусок шикарной синей ткани, что он урвал по огромной скидке, когда вы занимались делом о "Семи котах", и недоделанные лекала. В самом углу комнаты стоит холст Патрика. На нем - очертания мужской фигуры. Он рисовал Кицураги. Рядом с диваном в центре гостиной валяются коробки из-под сеольской лапши, разные куски бумаги, тюбики с краской и журналы. На полках пылятся книги, к которым никто не прикасался уже очень давно. Ты даже видишь там свою "Эдем". Ты дал ее Киму, хоть сам и не дочитал: слишком мрачная, на твой вкус, да и язык математики - явно не твое. Ему такое больше по вкусу.  На журнальном столике стопками сложены блокноты Патрика.  САМООБЛАДАНИЕ -  Ты не можешь противиться своему любопытству. А учитывая, что мужчина твоего друга, видимо, улетел переодеваться на другую Изолу, ты даже не станешь укорять себя за попытку убить время.  ВИЗУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ - Блокнот А4, с крафтовой тонкой бумагой, предназначенной для набросков мягким карандашом. Ты пролистываешь страницы. Огромное количество набросков, выполненных парой быстрых штрихов. Или, по крайней мере, тебе так кажется. Они схематичны, но улавливают положение и позу. В основном обнаженная мужская натура - кто бы сомневался - но попадаются и женщины, случайные образы людей, которых Патрик, видимо, поймал в общественном транспорте или в парке, и даже страниц пять обнимающихся и целующихся людей. Эти наброски невольно заставили тебя покраснеть. Одна страница заставила тебя пожалеть о сделанном. На ней изображён Патрик, ударяющий по лицу… Сам себя.  ЭМПАТИЯ - Ты сейчас увидел то, что не должен был увидеть. Кусочек чьей-то души, не предназначенный для посторонних глаз.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Дверь в гостиную открывается и ты вздрагиваешь, тут же захлопнув блокнот.  "О, ну хоть кому-то интересно, чем я занимаюсь! По-хорошему, мне бы на тебя злиться, что берешь мои вещи без спроса, но, честно, я уже рад даже такому вниманию. Достань третий верхний, он поинтереснее." Мужчина переоделся в простенький спортивный костюм и серую футболку. И опять она ему не по размеру. Ты делаешь вывод, что он носит такие вещи специально, чтобы подчеркнуть рельеф грудных мышц. И когда он только успевает ходить в зал?  КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ -  Возможно, в святая святых квартиры Кицураги есть ещё одна комната со спортивным инвентарём, о которой ты не знаешь. Ты там никогда не был.  ТЫ - Неловко кашлянув, ты садишься на диван и достаешь другой блокнот. Патрик садится рядом с тобой и кивает с лёгкой улыбкой.  ЭМПАТИЯ - Этот человек жаждет внимания, как ты жаждешь забытья.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Теперь-то чего стесняться. Смотри уж. И бутылку поставь, чтобы я ее видел. Китс убьет меня, если ты переборщишь." Внимательный взгляд художника углядел очертания коньячной тары в глубоком кармане твоей домашней ветровки.  СУМРАК - Неловкость только нарастает, когда на поверхности озера твоего сознания всплывают пузыри образов: Патрик обнимается с каким-то типом. Патрик гладит волосы этого человека. Патрик говорит по телефону весьма неоднозначные вещи. Предатель. Что мы говорим предателям?  ГРУБАЯ СИЛА -  "Познакомься с моим другом, мистером кулаком!" СИЛА ВОЛИ - а) Мы не лезем в чужую личную жизнь б) Никого не бьём  в) Не делаем поспешных выводов.  ГРУБАЯ СИЛА - Вставляешь нереалистичные условия и удивляешься, почему это все через gluteus maximus. У нормальных мужиков должны чесаться кулаки. А ты из нас бабу сделать пытаешься!  ДРАМА - Насилие - не выход, и к тому же, у нас есть поводы для скорби почерней. Почему бы не отболеть их, ваша светлость? Мне показалось, мы за этим здесь.  ТЫ -  Голос, которого остальные кличут многоликим задел саднящий нерв, и что-то в тебе жалобно пискнуло. Рука сама тянется к бутылке.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Оу, мое творчество тебя так расстроило, что без поллитра не справиться? Что случилось, Гарри?” Мужчина опережает тебя, пряча бутылку в куртку, и пристально смотрит на твое резко изменившееся лицо.  САМООБЛАДАНИЕ - Ты не видишь необходимости прятать свое состояние, с учётом того, что партнёр твоего друга - натура сочувствующая, хоть и вспыльчивая. Не препятствуй естественной реакции.  СИЛА ВОЛИ - Плакать - это нормально.  АВТОРИТЕТ - Да, да, как обычно, ни капли самоуважения.  ГРУБАЯ СИЛА - И мужества тоже. Купи себе уже платье.  ТЫ - Всхлипнув, ты прячешь лицо в ладони. "Меня бросила женщина, я вынужден отправить человека, который не виновен, за решетку, а этот человек пытался покончить с собой, вызвав у меня аналогичное желание. Я дико хочу нажраться как тварь, сломать что-нибудь и звонить в Мирову всю ночь. Я безнадёжен, Патрик. Это, кажется, никогда не изменится..." Слезы потянули тебя на откровенность. В отличие от Кима, мистер Велобос реагирует на такие проявление как на что-то само собой разумеющееся. Аккуратно обнимает тебя за плечи и поглаживает.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Нда, скверно все, дружок-пирожок. Ты правильно сделал, что пришел. Ну, слушай, ты, по крайней мере, не пошел с крыши прыгать или опустошать ближайший бар. Мне кажется, неплохое достижение, как считаешь?"  ТЫ - У тебя в голове не укладывается, как это человек может предать Кима. Или он так хорошо делает вид, что понимает людей?  ЛОГИКА - Ты вообще ничего не знаешь об их личной жизни. Но из солидарности ты на стороне своего друга.  ЭМПАТИЯ - Во взаимоотношениях всегда две стороны. И у каждой свои причины.  ТЫ - Короткий кивок, и ты угловато вытираешь лицо ладонями. "Прости, опять слякоть развел. Уже который раз. "  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Объятия прерываются, и он по-дружески треплет твои распущенные волосы. "Ой, да не заморачивайся ты так. Я знаю, что у вас в РГМ мачизм во все поля, но менее живыми вас это не делает. А живые плачут, злятся и грустят. Может, Китсу эту мысль тоже донесешь?" Он усмехнулся и повернулся к двери. "О, легок на помине. Вечера, милый!" Патрик открывает твою бутылку, делает маленький глоток, не сводя взгляда с лейтенанта, и передаёт бутылку тебе.  КИМ КИЦУРАГИ - Ким только вздохнул, наспех разуваясь. Через плечо у него перекинут плащ РГМ. Стоп, это твой плащ! "Начали без меня?" Твой напарник бросает плащ на спинку стула у своего рабочего стола и, не дожидаясь ответа, исчезает за дверью уборной, оставив ту приоткрытой. Он тоже не знал, что воду отключили, и на фырканье крана смачно выругался.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Семеро одного не ждут, пусть нас тут всего двое. Мы,  кажется, договорились, если ты задерживаешься - предупреждай! "  СУМРАК - Беги. Спрячься в свое гнездо. Первый камень сорвался с обрыва, но за ним - оползень. Он сломает твои кости, если ты не уйдешь с дороги.  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - Никто никуда не пойдет, пока весь жидкий янтарь из этого "кубка" не перекочует в нашу кровеносную систему.  ТЫ - Впервые за долгое время ты согласен с электрохимией, делая большой глоток коньяка. Спирт в сочетании с сахаром обжигают язык и небо, но тебе нравится это ощущение, как и грядущие волны тепла, на которых тебя будет качать приятная нега угнетенной ЦНС .  КИМ КИЦУРАГИ - Твой друг переводит взгляд с тебя на Патрика и обратно, трёт переносицу и кивает. Молча. После чего уходит на кухню, и ты слышишь, с какой силой он ставит на плиту чайник.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Китс, я с тобой говорю или где?" Мужчина закидывает голову на спинку дивана. Он раздражён, и скрыть это не получится.  КИМ КИЦУРАГИ - "Я тебя услышал, Патрик. И я звонил тебе, но линия была занята." ТЫ - Тебе очень хочется спародировать сегодняшний выпад Честера с "мам, пап, не ругайтесь", но лейтенант Кицураги испепелит тебя взглядом за такой пассаж.  "Ребят, может в настолки поиграем? " Ты избрал тактику перевода внимания. Но она не работает. Напряжение в воздухе можно пощупать.  КИМ КИЦУРАГИ - Ким садится за свой рабочий стол, не глядя на вас. Плечи напряжены так сильно, что ты видишь микродвижения косых мышц под полупрозрачной белой майкой.  "Я хотел зашить твой плащ, Гарри. У РГМ и так скверная репутация, и слухов о том, что офицеры настолько бедны, что ходят в лохмотьях, нам не нужно. Хоть это и недалеко от истины." Он ругается себе под нос снова, когда обнаруживает, что машинку заклинило. "Патрик, я же просил тебя разобрать ее!" ТРЕПЕТ - "Я же просила тебя заменить эту чёртову лампочку! " Белокурая женщина с силой бросает кухонное полотенце на стол. Мужчина со стеклянными глазами подносит горлышко пивной бутылки к губам и выдувает воздух, пытаясь извлечь свистящий звук.  " У меня не было времени," - тихо отвечает он.  "У тебя оно есть сейчас, сделай хотя бы это! Господи… Зачем я вообще с тобой связалась?!"  САМООБЛАДАНИЕ - Слезы подступили к горлу так же неожиданно, как и принесенная ветром картина. Смутно, но ты узнаешь ее. И тебе становится безумно больно. Ты тихо воешь сквозь рыдания.  КИМ КИЦУРАГИ - Лейтенант оборачивается на звук и вздыхает. "Гарри..."  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Художник прячет тебя в очередные объятия, и ты пользуешься этим убежищем, ткнувшись лицом в широкую грудь Патрика. Он похлопывает тебя по спине. "Тебе не кажется, что так себе гостеприимство - приглашать в дом твоего друга и игнорировать то, с чем он пришел?"  ЭМПАТИЯ - Он одновременно тебе сочувствует и злится. Ты - не его проблема. Он не твой друг, но достаточно вежлив, чтобы не отказать человеку в беде. Невольно ты стал камнем преткновения для этих двоих.  СУМРАК - Невольно? Нет, дорогой, ты делаешь это специально. Забыл уже, чего ты *действительно* хочешь? Чтобы эти двое стёрли друг друга в порошок, а ты бы собрал его и вылепил себе скульптуру идеальной жизни, где есть только ты, Ким и славная Ревашоль. Ты эгоистичный ублюдок, Гарри. Смирись с этим.  ТЫ - Все твое тело дрожит от рыданий, давление поднялось настолько, что кажется, будто у тебя сейчас выпадут глаза, ты жмуришься сильнее. На сморщенном лбу выступают капли пота. Это провал.  КИМ КИЦУРАГИ - Твой напарник встает со стула и садится рядом с тобой. "Да, ты прав. Извини, я очень устал за сегодня. Тяжёлый день. Гарри, эй, посмотри на меня!" Пальцы Кима аккуратно массируют твое плечо. ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Как и каждый..." Еле слышно бурчит под нос художник. Ким это игнорирует.  ТЫ - Ты отрываешься от Патрика. Заплаканная красная рожа - это не то, что ты хочешь демонстрировать лейтенанту Кицураги. Но больше у тебя ничего нет сейчас. Усиленное моргание прогоняет только больше слез. Откуда в тебе столько жидкости - загадка. КИМ КИЦУРАГИ - Ким достает один из своих платков, протягивает тебе и прокашливается. "Во что ты хотел бы поиграть?"  *** ТЫ - Они не дали тебе напиться до беспамятства, но ты рад даже возможности просто не сопротивляться своим желаниям.  Только неясный фоновый страх за себя подрагивает на краю сознания. Откуда он взялся, тебе неведомо.  После неприятного эпизода вечер прошел хорошо. Вы решили сыграть в эволюцию (ты любишь странных зверей), а для Патрика это стало подспорьем нарисовать несколько эскизов выдуманных тварей. Киму же нравилось просчитывать максимально эффективную эволюционную тактику, так что никто не сомневался, что победа будет за его универсальным существом.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Мужчина что-то увлеченно рисует, согнувшись над своим блокнотом в три погибели так, что даже если бы ты очень захотел, не смог бы подсмотреть. "Я вот что думаю, Гарри… Если тебе так патологически не везёт с женщинами, попробуй другой вариант. В Кампусе намечается что-то наподобие вечеринки с рок-концертом и показом мод. Андерграунд-френдли. Хочешь сходить с нами?"  КИМ КИЦУРАГИ - Лейтенант тут же поднял голову от своего блокнота, где считал очки. “Нами?”  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Художник утыкается лбом в блокнот и тяжело вздыхает. "Милый мой, я тебе две недели назад об этом говорил. И ты согласился. И нет, мы не пили в тот вечер, и это даже было не перед сном. Ты идёшь."  ТЫ - И снова ты третий лишний. Тебе хочется сжаться, свернуться в клубок, как это делают ежи. Да только игл у тебя нет, чтобы защититься от зубов двух пассивно-агрессивных хищников.  КИМ КИЦУРАГИ - Твой друг поправляет очки и бросает взгляд на часы. "Уже поздно, я думаю, нам пора отходить ко сну. В любом случае, я выиграл," - и для подтверждения своих слов он демонстрирует таблицу. Тебе в принципе все равно, выиграл ты или проиграл. Возможность убежать от себя сама по себе ценна.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Старое-доброе избегание. Китс, ради бога, я пытаюсь помочь *твоему* другу. Ну что, пойдешь, Гарри? Познакомлю тебя с парочкой милых джентльменов, не знаю начнет твоих вкусов, а вот ты явно в их лиге.”  ЭКВИЛИБРИСТИКА/КООРДИНАЦИЯ - ДА, ДА, ДА!  ЭЛЕКТРОХИМИЯ - А если нам там ещё нальют и дадут облапать кого-нибудь - то это полное диско!  КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ - А упомянутый показ под позволит тебе почерпнуть что-то новое для усовершенствования твоего неповторимого стиля.  ТЫ - "Я в деле. Когда?"  ПАТРИК ВЕЛОБОС - Мужчина широко улыбается и приобнимает Кима за плечи. "Видишь? Он полон энтузиазма! Не планируй ничего не вечер субботы. Тебя это тоже касается, дорогой." Он целует лейтенанта в щеку. Уши твоего друга, кажется, не могут стать краснее, а лицо бледнее. Ему ужасно неловко.  КИМ КИЦУРАГИ - Он уже в который раз поправляет очки и встаёт с пола, отряхивая штаны. "Кхм, хорошо. Я собираюсь выйти на балкон. Присоединишься?"  ТЫ - Он обращается к тебе. Ты активно киваешь.  ПАТРИК ВЕЛОБОС - "Куряги. Я в душ тогда. Доброй ночи, Гарри." ТЫ - Вопреки твоим ожиданиям, вы просто курите.  ЭМПАТИЯ - Слова вертятся у него на языке. Но это и вправду был тяжёлый день. Комфортное молчание - это то, в чем он сейчас нуждается.  ТЫ - На твоём пьяном языке слова скачут как шальные блохи. Тебе хочется высказать все: и про измену Патрика, и про отмороженность Кима, и про Дору, и про Марго, и про смерть.  САМООБЛАДАНИЕ - Ради него ты будешь молчать. Опьянение слишком легкое, чтобы ты мог оправдать прорванную плотину слов.  КИМ КИЦУРАГИ - Он снимает очки, свесившись с края балкона, и смотрит куда-то вдаль. Ореховый дым медленно сочится из приоткрытого рта, серыми полупрозрачными муренами взвиваясь в толщу ночного неба.  ДРАМА - И серп луны томительно туманен, белесым светом обрамив сей стан.  ТЫ - Ты не можешь оторвать взгляд. Досада жжется. Почему ты не Патрик?! Ты бы хотел сейчас выхватить кисть и грубыми широкими мазками запечатлеть этот образ печального ангела, спустившегося на грешную землю. Но ты - Гаррье Дюбуа. Твои руки могут разве что ломать вещи и таскать тяжести. Бесполезные гипертрофированные грабли! Тебе не скрыть тяжёлый вздох.  КИМ КИЦУРАГИ - Твой друг легонько тыкает тебя локтем в бок. "Эй," - тихо говорит он, выдыхая последнюю затяжку.  ТЫ - Ты возвращаешь ему жест. "Эй." КИМ КИЦУРАГИ - Ким кивает тебе и прищуривается. Он же ничерта не видит. Наверное, вид тебя в качестве абстрактной размазни - это что-то веселое. Лейтенант еле заметно улыбается. "До завтра, Гарри. Тебе пора."  ДРАМА - ...Блажен кто верен миражам и привидениям... ТЫ - Ты не помнишь, откуда ты знаешь эту песню, но голоса в твоей голове затянули эту унылую мелодию все как один.  "Доброй ночи, Ким.”  Ты вылетаешь из квартиры своего друга, чтобы выплеснуть накатившую волну отчаяния через тихое напевание под нос. "... для кого ночные бденья блажь испорченной крови. Пожалуй да, прощай, как говорится, мимо денег Чекань свою монету не спеша, не мучаясь живи."