Июньский ноктюрн по венам

В кабинете как всегда стоял гул. Мрачная погода за окном навеивала тоску, поэтому многие, уныло уткнувшись носом в парту, дремали. За первой партой сидели Дима с Кириллом. Позади них нашла себе место Вика, где-то вдалеке уместился Миша. — Количество симфоний Гайдна? — спрашивал Дима, хитро стреляя глазами на друга. —Сто четыре. Давай сложнее, это каждый первоклассник знает, — уныло тянул Кирилл. Его напрягало отсутствие в кабинете Ярослава. Вика протянулась через парту и спустя минуту в волосах Кирилла красовалась синяя заколка. — Что это? — спросил он, оборачиваясь. — Чтобы вашему светлому уму, маэстро, не мешали пряди волос, — улыбаясь, проворковала девушка. — Я сейчас умру от умиления… Кирюша стал как сладкая булочка! — говорил Дима, подавляя смех. — В каком году умер Моцарт? — задал вопрос Кирилл, пристально глядя на друга, качающегося на стуле. — Он умер в 35 лет…1790 год, если не ошибаюсь. — Ошибся. 1791 год, будь внимательнее, — поправил Кирилл. — Глядя в учебник и я могу! — в шутку обиделся друг. — Как звали жену Шопена? — продолжал Кирилл, уже закрыв книжку. — Аврора Дюдеван, более известная под псевдонимом Жорж Санд. Моя очередь… Кому принадлежит цитата «Вдохновение — это такая гостья, которая не любит посещать ленивых»? Дима расплылся в хитрой улыбке. — Самому голубому композитору России, — протянул он, — Петеньке Чайковскому! Позади них слышались фразы вроде «влюблённые голубки, к тому же и зубрилы!», но по большей части им было плевать. — Заткнись, сам ты педик! Вот когда придёт новый учитель — посмотрим, кто останется в дураках! — вспыхнул Дима, оборачиваясь назад. — Не нервничай, они этого не стоят, — после этой фразы Кирилл положил руку поверх руки Димы. Дверь распахнулась. В кабинет вошла совсем молодая девушка. Большинству учеников показалось, что она новенькая ученица, однако, когда та уверенно подошла к учительскому столу и села за него, они убедились, что перед ними учительница. «Да неужели такая молодая и неопытная будет учить нас? Выглядит не старше многих здесь» — мелькнула мысль у Кирилла. У Димы же просто отвисла челюсть: девушка полностью соответствовала его понятиям о «крутости»: преобладал черный цвет, обувь представляла собой грубые военные ботинки, на шее красовался чокер, черные волосы были немного растормошены ветром, а глаза были скрыты темными очками. В классе мгновенно повисла тишина. — Старикова Алиса Марковна. Студентка, сейчас практикуюсь на вас. Надеюсь, мы с вами найдём общий язык, — голос её звучал с легкой хрипотой, уверенно и жестко. Она сняла очки и обвела класс взглядом. — Кому из вас в жизни пригодится предмет музыкальная литература? Дима медленно поднял руку вверх. Единственный. — Задержишься после урока, нужно будет обсудить нюансы. Итак, начнём. Сегодня мне нужно посмотреть, какие знания остались в ваших головах с лета, чтобы знать, как с вами работать… После короткого опроса по знаниям прошлых лет Алиса Марковна написала на доске фразу на латыни. — Кто-нибудь знает, что значит «Carpe diem?» Тишина в ответ. — Лови момент. Сегодня мы обсудим, в биографии каких композиторов есть отклики такого «девиза». Запомните: моя цель — не заставить вас зазубрить все даты и имена из учебника, а научить мыслить и рассуждать. — Звучит, будто нас сейчас будут обращать в буддизм и заставлять употреблять кокаин, — усмехаясь, прошептал Кириллу Дима. Это не скрылось от взгляда учительницы. — Молодой человек, представьтесь…? — Дмитрий Золотов, — недовольно пробубнил парень. — Дима, я прошу тебя сесть к девушке позади тебя. Видимо ваш приятель вас отвлекает. Юноша недовольно пересел к Вике. — Допрыгался, — усмехнулась девушка. — Вы не подумайте, что я строгая, ребята. На самом деле я просто не люблю, когда меня не уважают. Дима, это для твоей же пользы, так ты сможешь полностью погрузиться в урок! В этот момент дверь распахнулась и на порог ввалился Ярослав. — Привет, а что такая красотка делает в этом дерьме? — сразу начал флиртовать с учительницей он, не подозревая об этом. — Как вас зовут, молодой человек? — Это Ярик, — смущаясь и краснея до кончиков ушей произнёс Кирилл. — Но ты можешь звать меня… — начал было парень. — Милославский? — сказала она, глядя в журнал, — садись на свободное место. — Ой, извините… К Шварцу садиться что ли? — спросил пристыженный Ярик. — Не тратьте моё время! — голос Алисы Марковны был как сталь. Наконец, урок продолжился. Кирилл сидел, ни жив, ни мертв. Слова учительницы доносились едва заметным фоновым шумом. На первый план вышло собственное сердцебиение и плавное дыхание соседа по парте. Парню было страшно пошевелиться: казалось, это всё — лишь сон. «Почему Шварц на меня так пялится? Боже, только не это… Только не в этот момент, дружище! Так, Ярик, прекратил живо пялиться на эту красотку. В туалет же она меня не отпустит?» — думал Ярик, периодически опуская взгляд под парту на объект неудобств. Кирилл, стараясь оставаться незамеченным, тоже периодически оглядывал Ярослава с ног до головы. Причинное место не было исключением. У Кирилла сердце ушло в пятки, потому что он подумал, что причина этой реакции — он сам. Ярик на полях в тетрадке быстро начеркал короткую записку и аккуратно подвинул её соседу по парте. «Как её зовут?» «Алёна Марковна» — написал ответ Кирилл, стараясь запомнить каждую деталь в почерке любимого человека. «Ну, отчество мне не пригодится…» — думал в это время Ярослав. — Кирилл, может, ты нам скажешь, каковы основы романтизма в музыке? — фраза учительницы заставила парня выпасть из фрустрации. — А? Что? Простите… — Понятно. Отвечайте, Дмитрий. «Шварц, наш умничка, не смог ответить? Странно.» — перебирал мысли, как карты, Ярик. Кирилл тяжело сглотнул после встречи его серых глаз с бездонными чёрными глазами Ярика. «Пакостная мысль приходит в голову… но упустить шанс и не убедиться в этом я просто не могу» — подумал Милославский и решительно начеркал ещё одну записку. «Поговорим наедине после урока?» Кирилл, прочитав, не поверил своим глазам. Ему казалось, что такое невозможно. Такому, как Ярослав, никогда не будут нравиться такие, Как Кирилл. У него кружилась голова от запаха парня. «Ок» — трясущейся рукой написал парень. В животе ощущалась та самая лёгкость. «Чем чёрт не шутит? Мне ой как хочется развлечься… Не думаю, что Шварц будет против» Рука Милославского скользнула под парту и медленно опустилась на коленку соседа. Нога Кирилла, до этого нервно трясшаяся от волнения, резко замерла. Оба парня продолжали делать вид, что принимают активное участие в уроке: слушают, что-то записывают. Ярик мельком скользнул взглядом по Шварцу: весь его внешний вид дико умилял, в особенности эта милая заколка на его светлых волосах, больше похожих на лёгкие облака. Кирилл смотрел в тетрадь, ощущая поглаживания на ноге. От этого тело как будто пропускало двести двадцать Вольт. Это не скрылось от глаз Димы с Викой. Девушка кивнула в сторону парты друга, а когда взгляд Димы скользнул туда, тот лишь тихо присвистнул. Однако Алиса Марковна продолжала урок, поэтому долго зацикливаться на этом было нельзя. После урока Ярик выскочил из кабинета первым, теряясь в коридоре. Дима остался в кабинете, все остальные ученики неспешно двинулись в сторону гардероба, обсуждая новую учительницу. — Куда намылился? — спросила Вика Кирилла, пока тот нервно кого-то высматривал в коридоре. Парень не заметил её взгляда, явно намекающего на предстоящий серьёзный разговор. — В туалет, можешь не ждать… Как хочешь, — после этой фразы парень скрылся в толпе учеников. Вика закатила глаза и пошла за курткой. — Привет, Вика, а как… как урок прошёл? — рядом из воздуха материализовался Милославский старший. — Миша? Да нормально в принципе, — безучастно отвечала девушка. — Как тебе Алиса Марковна? — продолжал общение парень. — Говори сразу, что тебе нужно. — Мне просто было приятно пообщаться с тобой… Ты не видела моего брата? — Сейчас — нет. Но что он вытворял на уроке с нашим Кириллом…— второго предложения Миша не расслышал. — Что, прости? — Ничего. Говорю, твой брат, должно быть, смылся домой пораньше. В это время Кирилл шёл куда-то наугад в сторону уборной. Ему уже начало казаться, что Ярик жестоко пошутил над ним, подарив ложную надежду. Чья-то грубая рука схватила его из-за угла за запястье, предвещая синяки, и потянула в туалет. Юноша тут же оказался прижатым спиной к холодной стене. Одной рукой Ярослав держал свою «жертву» за шею, а другой — блуждал по талии и не только. От такого прилива адреналина у мальчика перехватило дыхание. Его вечно холодные и бледные руки упирались в накаченную грудь Ярослава. — Ты думал, что я не пойму, Шварц? — решил пойти ва-банк Милославский. Кирилл уже давно напрягался из-за того, что парень обращается к нему только по фамилии, но сейчас ему на глаза пала пелена влюблённости. Счастье, оно ведь так близко, не правда ли? И он сейчас держится за это счастье, такое тёплое и вкусно пахнущее, своими руками. — Ярик… я очень давно влюблён в тебя, — едва слышно просипел Кирилл. На лице парня появилась зловещая, но манящая улыбка. — Ну раз влюблён… будь добр, — в этот момент руки Ярослава переместились на плечи Кирилла и начали с напором давить, вынуждая того встать на колени. Кирилл находился где-то в своих мечтах. Сквозь призму влюбленности ему даже казалось, что освещение в туалете какое-то особенно красивое. В глазах двоилось, но взгляда с лица возлюбленного он не отрывал. Он был готов ловить каждое его слово. Ярик даже не посчитал необходимым закрыть туалет изнутри. Миша продолжал сидеть в холле около Вики. Один ждал брата, другая — друга. Мимо пролетел Дима, сказав, что у него срочные дела. — Уже все разошлись, а этих двоих нет, не стоит ли начать беспокоиться? — спрашивал ни о чем не подозревающий Миша. Вика лишь сжала руки в кулаки и бросив «иди за мной» отправилась наобум искать Кирилла. Когда они проходили мимо туалета на втором этаже, оттуда вывалился, споткнувшись о плинтус, Ярик. Ноги его явно не держали. — Какие люди! — отсалютовал он Вике, проигнорировав брата, и, как ни в чем не бывало, пошёл прочь. — Ширинку бы хоть застегнул, — крикнул ему в догонку Миша. — Ярик, задница ты такая, если я узнаю, что играми под партой дело не обошлось и ты хоть пальцем тронул Кирилла… — вскипела рыжеволосая, тем более если узнаю, что он сейчас там… — Пойди и проверь, смелая такая, — говорил он, уходя, не считая нужным даже повернуться к ней лицом. Двое стояли в тишине несколько секунд напротив мужского туалета. — А ты чего тут стоишь? Шёл бы за братом, — фыркнула недовольная девушка. Миша медленно осознавал, что на этот раз вытворил неугомонный Ярослав. Сорвавшись с места, он влетел в туалет, желая поскорее не найти там никого и не разочароваться в брате. В одной из кабинок, открытой настежь, на полу сидел Кирилл, обнимая руками колени. — Кирилл…? — неуверенно позвал его Миша. Мальчик продолжал сидеть с закрытыми глазами. На его лице не было эмоций. Ни грусти, ни злости, ни радости… полное спокойствие. Миша силой вывел его из кабинки. Когда чуть великоватая парню футболка сместилась, взгляду Миши открылись багровые пятна. Парень ахнул. — Ярослав? — проскрипел он сквозь зубы. — Миша, я никогда не был так счастлив, — после этого Кирилл блаженно улыбнулся. В тусклом свете Милославский смог разглядеть на губах парнишки белые капли. Стараясь скрыть шок, Миша взял дело в свои руки и умыл приятеля. Кирилл не сопротивлялся: он вёл себя как безвольная кукла. «Не хватало Вике видеть такое. Это травмирует её» — думал он, вытирая лицо Кирилла бумажным полотенцем и поправляя на нём одежду. Когда они вышли, Вика тут же набросилась на друга. Однако тот ничего ей не говорил. Не отвечал на вопросы. Не проявлял никаких чувств. В этом не было нужды: Виктория поняла, что произошло, а детали её не интересовали. Кирилл на ватных ногах вышел на улицу, и когда он уже прошёл несколько метров, взгляд его устремился в небо: оказывается, шёл сильный ливень. Вика шла за ним, не переставая покрывать его отборными матами за пофигизм к случившемуся. — Как ты не понимаешь? Эта сволочь заслуживает наказания! Кирилл, тебя изнасиловали! Очнись же наконец! Ему плевать на тебя, он поиграется тобой, как игрушкой, а затем выбросит на помойку. Это разобьёт тебе сердце! — твердила девушка, стараясь догнать друга. Кирилл остановился, взирая куда-то пустым взглядом. — Если бы ты знала, Вика, как я счастлив… Такого чувства не было у меня никогда прежде… Я влюблен по уши… — Придурок ты влюблённый! — Может быть… Зато счастливый.