Сделка с демоном (Deal with a demon)

На шестой день Фан Хэнь прибыл в Восточные холмы. Постучавшись в ворота дворца, они распахнулись. Вошедшего внутрь второго наследника встретил пустой зал. - Никого? Странно, где все? Трон, на котором сидел его отец пустовал. Пройдя в сад, где чаще всего проводила время его мама, юноша обнаружил там только слуг. Чтобы не мешать их работе по ухаживанию за кустами азалии, Фан Хэнь проскочил мимо них и пришёл в беседку. Он посмотрел на крышу, где когда-то сидел парень в ультрамариновых одеждах, вспоминая его густые длинные ресницы с инеем на кончиках, коралловые губы, которые редко затрагивала улыбка, равномерный голос, звонкий смех и чёрные волосы на снежном фоне. А аромат Ен Мона, не развеявшись спустя долгое время, второй наследник продолжал хранить в своей памяти, словно полностью пропитался непонятным, но упоительным запахом. - Фан Хэнь? Ты вернулся. Юноша увидел Пхан Инга направляющегося к нему. Обрадовавшись, Фан Хэнь обнял генерала настигнув того врасплох. От растерянности он не знал, куда девать руки, но потом, все же, положил их на талию второго наследника. Этот жест Фан Хэнь никак не воспринял, а для Пхан Инга это было непривычно, ведь со стороны они выглядели, как влюблённая одинокая пара под крышей беседки. Пальцы Пхан Инга дрогнули, а шея покраснела. Такие объятия стали их самой первой близостью, которую за одиннадцать лет они оба себе позволили. - Как ты узнал, что я здесь? – спросил юноша, закончив с объятиями. - Стража мне сообщила, что видела тебя у ворот. Я принялся тебя искать и нашёл здесь. - А где семья? - Первый наследник тренируется с того дня, как ты отправился на задание. Госпожа уехала в другой город. За чем, мне не известно. Бесподобный лорд и мастер на очередном важном совещании. Сегодня он освободил меня от присутствия в нём, - Восприняв вопрос Фан Хэня чересчур серьёзно, генерал ответил на него в должной форме, будто отчитывался перед вторым наследником, что выглядело весьма забавно. - А что ты делал всё это время? Занимался военной подготовкой солдат? - Ждал тебя, - без смущения, честно и прямолинейно ответил генерал. - И всё? Пхан Инг улыбнулся, потом спросил, во избежание неловкого диалога: – Ты раздобыл перо Северной птицы? - Да, но я позже всем его покажу. – Для правдивости своих слов, Фан Хэнь похлопал по сумке. Когда генерал и второй наследник вернулись во дворец, они наткнулись на Фан Цимя. Измотавшись после тренировки, он ковылял ногами, а как увидел брата, приободрился. - Давно вернулся? – Подошёл Фан Цимь к Фан Хэню, перестав обращать внимание на усталость. - Недавно. Фан Цимь хотел о много добросить брата, как и сам Пхан Инг. Втроем они зашли в покои второго наследница и тот им вкратце поведал своё приключение. Сдержав обещание, он ни разу не упомянул Ен Мона. Но очень хотел рассказать о нём. Самые страшные события и такие нюансы, как тёплые объятия под снегом с красивым парнем, находясь на волоске от смерти, он не разглашал, чтобы у его слушателей не возникли лишние вопросы. На протяжении всего рассказа Пхан Инг ни разу его перебил, слушая с проникновение, а Фан Цимь изредка вставлял свои слова, немного приукрашая события, расхваливая брата. Из окна послышался звук колес с фырканьем лошадей. Выглянув в окно, наследники и генерал увидели выходящую из повозки молодую Госпожу Мень Усу. - Матушка! – крикнул Фан Хэнь махая руками из окна. Глаза Мень Усу засияли неожиданно, услышав родной голосок сына. Вскинув вверх голову её лицо озарила широкая улыбка. Когда она зашла во дворец, Фан Хэнь с братом и Пхан Ингом поспешили в главный зал. Спустившись вниз, их уже ждала Мень Усу, Фан Шань, вернувшийся с собрания, и мастер Бам Гюн. - Как мы все рады твоему успеху, - Фан Шань, ещё не зная добыл ли сын перо, наперёд был уверен, что сын справился. Все были в предвкушении. Зная, в каком нетерпении родные, Фан Хэнь не стал «тянуть» время. Перед членами семьи он достал из сумки великолепное перо. - Перо этой птицы ещё прекрасней, чем о нём говорят, - округлил глаза Бам Гюн. Все его поддержали кивками, заглядевшись на перо. Взмахнув им, Фан Хэнь убрал его обратно, готовясь к завершающейся части после выполненного задания, где оно понадобиться. В этот же день, когда все собрались на арене, в центре неё Фан Хэнь преклонил колено, стоя перед старейшиной архива Ван Яном, которому он передал перо. Ван Ян, держав перо Северной птицы поздравил от себя юношу: - Молодец, молодой господин. Выполнили задание, как полагается, и теперь вы станете полноправным жителем клана Тайонг. Вслух, юноша поблагодарил старейшину архива, а про себя сказал, немного загрустив: «Жаль, что Ен Мон не видит мою церемонию вступление в роли члена Восточных холмов». Хотя с чего он решил, что тот сейчас за ним не наблюдет?.. На самом деле парень был рядом, просто скрывал своё присутствие. - В этот день, юный второй наследник Фан Хэнь, завершил в срок вторую часть испытания. Отныне и навсегда он становить одним из нас – полноправным жителем клана Тайонг. – Отчётливо разгласил Ван Ян, демонстрируя всем перо Северной птицы. В свободной руке он держал чашу с золотистой водой. Макнув в жидкость большой палец, старейшина архива прислонил его ко лбу юноши, оставив золотой отпечаток краски. – Прояви свою силу нам и раскрой метку клана Тайонг. Сделав, как было велено, вокруг юноши образовался магический круг, сияющий белизной. Появившиеся надписи на круге стали жёлтыми кружась вокруг Фан Хэня. От их свечения золотой свет охватил юношу, окутав его магической стеной, полностью скрыв на пару секунду от зрителей. Затем, раздался всплеск энергии тёплого света. Вспышка чуть не ослепила всех. Как только люди прозрели, перед ними, стоял преобразившийся юноша с ярко-позолоченной меткой на лбу в форме солнца с лучами. Все люди клана после совершеннолетия носили такой символ, и он стал не исключением, ведь в его жилах текла чистая кровь клана Тайонг. Образ Фан Хэнь немного изменился и стал почти таким же, как у всех жителей холмов. Появилась метка Солнца, кончики распустившихся длинных волос стали золотыми, глаза по бокам подчеркивали блески и жёлтые тени. Одежда преобразилась в полностью белоснежное даосское одеяние, с расписными вставками. А на ушах, шеи, руках, пальцах и босых ногах были изображены узоры, которые со временем пропадут. Эта церемония посвящения была как обряд «перерождения». Все дочери и сыновья, прошедшие испытание, проходили через него, преображаясь как внешне, так и внутренне. У всех перехватило дыхание: у детей, стариков, женщин и мужчин. Юноша, который и раньше считался завидным красавцем, стал ещё прекрасней. Да за такую красоту не грех убить! Эту внешность, как у него, нужно запретить во всём мире, но разве это подвластно кому-то? Против природы не попрёшь. Даже старейшина архива, завидев «нового» Фан Хэня, немного растерялся. Быстро «взяв себя в руки», он продолжил, завершая речь. - Носи с гордостью свой титул жителя Восточных холмов и Золотого клана Тайонг. Семья Фан Хэня, находившаяся на балконе, не могла не любоваться всем происходящем. Ранимая и чувствительная Мень Усу проливала слезы, но на этот раз от нестерпимой радости за сына. Фан Шань был горд, переполненный счастьем. Фан Цимь улыбался - его глаза так и горели, вместе с братом. У генерала Пхан Инга ёкнуло сердце. Он почувствовал трепещущееся ощущение во всё теле, отчего немного облокотился о балкон, потеряв равновесие. А мастер Бам Гюн бурно представлял, как брачный зал двора рушится от прибывших кандидаток на смотрины, желая стать невестой и женой второго наследника. Наверху, сидя на краю одной из колонны арены, Ен Мон чуть не свалился. Он уже пожалел тридцать три раза, что вообще явился на посвящение Фан Хэня. Зачем ноги вели его сюда, а он послушно шёл? Сколько еще раз этот юноша будет доводит его до изумления? Предстоит немало времени перетерпеть, чтобы оторопевший демон пришёл в себя. Махнув рукой, он превратился в синий туман, рассеявшись, как дым на ветру. «Лучше бы своей проблемой занялся, а не на него пялился». Со дня посвящения прошёл месяц, затем другой. Наступила осень. Став сильным заклинателем, у Фан Хэня появилось много дел с дополнительными обязанностями. Теперь ему некогда бездельничать. Он часто был в разъездах то с отцом, то с братом и мастером. Юноша перестал видеть родную комнату, не то, что быть там. Вся мебель точно покрылась толстым слоем пыли. К тому же, наверно, Фан Хэнь позабыл где что стоит. Но утомительная жизнь заклинателя была полна смешных, нелепых и запоминающихся моментов. Второй наследник не мог без них существовать, ей-богу. Однажды, Фан Хэня и Фан Цимя пригласили погостить друзья Госпожи Мень Усу и те с радостью приняли их приглашение. Не смея отказываться от гостинцев, братья испробовали вкусные сладости, оставив свои мечи без присмотра. Пока Фан Хэнь болтал с другом матери – господином Гуямом, а Фан Цимь запевал вкусности, малышка по имени Ниён сидела на коленях второго наследника и слушала разговоры. Девочке было пять лет, и она являлась дочкой того самого друга семьи. Когда Ниён наскучило, она сползла с колен юноши и куда-то, заинтересовано взглянув, потопала. - Мне надо отлучиться. Скоро вернусь, - вежливо откланявшись, Гуям вернулся в дом. Допив вкусный саке Фан Цимь посмотрел через плечо брата и сделал старенное выражение лица. Фан Хэнь усмехнулся: - Что-то не так? Ты так выглядишь, будто забыл, как держать меч в руке, - дожёвывая фэнлису*, Фан Хэнь потянулся за ещё одним кусочком, но, когда брат кое-что сказал, его рука так и зависла в воздухе, не добравшись до сладости. - К слову о мече, Фан Хэнь, где твоё оружие? – С напряжением в голосе спросил Фан Цимь, сделав лицо хмурым. - В смысле? Да вот же оно, - не оборачиваясь, сидя спиной к стене дома, он указал пальцем в то место, где он с братом оставил оружие. - Вот там, рядом с твои стоит возле стены. - В том-то и дело. Я вижу свой меч, а твоего там нет. - Э?! – Фан Хэню сделалось нисколько невесело. Он резко посмотрел назад и…его меча Шиман правда не было! Юноша отчётливо помнил, что оставлял его здесь. Пришлось с братом искать свою пропажу. - Смешно звучит, что кто-то впервые, из уважаемого рода, потерял своё оружие, - ругал самого себя Фан Хэнь. - Попробуй признать меч к себе, - подал отличную идею Фан Цимь. Фан Хэнь с помощью магии так и сделал. Послышался детский смех. Не сразу поняв, что это было, братья переглянулись друг на друга и пожали плечами. Вдруг из куста, между ними, всколыхнув их одеяния и прически, пролетел Шинам, а на нём сидела озорница Ниён. Ничего себе! Во даёт ребёнок! Оба юноши остолбенели. Ребёнок уверенно сидел на оружии держась ручками за ножны и хохотала с полным восторгом в глаза. Похоже, что она совсем не боялась. И её не пугал тот факт, что она летает на опасном неуправляемом оружии. Мечи – это не игрушка, особенно для детей. И как Шиман у неё оказался? Еще тогда, когда ей нечем было себя занять, со скуки она решили поиграть с мечом Фан Хэня, исподтишка забрав его с собой, прямо за спиной хозяина. Одумавшись, Фан Хэнь побежал за мечом, Фан Цимь заторможено ринулся за ним. Меч летел очень быстро, резко поворачивая, взлета вверх, то вниз. Оружие кружило и переворачивалось, пытаясь скинуть с себя несмышлёного, но смелого ребёнка, обладающего мертвой хваткой. Она, как змея, сковала руками и ногами меч, не желая отпускать свой аттракцион. Когда Фан Хэнь почти догнал меч, тот неожиданно для него завернул за угол дома, а юноша, не справившись с резким поворотом, отъехал в сторону и влетел в стог сена. Только ноги и торчали из сухой травы. Фан Цимь успел повернуть, крикнув брату: - Окружаем! Вставай с другой стороны дома. - Вот же проблемный ребёнок, - заливаясь смехом, Фан Хэнь встал, снимая с себя сено. Он и сам был когда-то таким бесшабашным и в шутку Ниён называли «младшая Хэнь». Теперь было понятно почему. Не до конца стряхнув с себя сено, Фан Хэнь поджидал Ниён на мече и брата, с другой стороны. Наконец они появились. Фан Цимь что-то бубнил себе под нос запыхавшись. Выставив руки, Фан Хэнь успел ухватиться за летевший мимо меч. Только юноша обрадовался, подумав, что раз поймал меч, тот остановится, он успел сказать «довольно игр!», как внезапно его оружие продолжило полёт, утянув хозяина за собой волоча по земле. - Фан Хэня! Останови свой меч! – Уже бесился Фан Цимь. Было бы это так просто, если бы рука его младшего брата не запуталась в верёвке, что была приделана к ножнам. - Что за переполох? – Выйдя на улицу, Гуям стал свидетелем забавной сцены. Его дочь, верхом на магическом мече - смеётся от души, безнадежно сзади тащился второй наследник, пытающийся высвободить руку, а за ними бежит и спотыкается старший сын Бесподобного лорда. И это он оставил дочку с гостями на пару минут, а тут такой кавардак. Не позавидуешь братьям. Все закончилось тем, что Фан Цимь умудрился сбить аккуратно меч своей техникой, не задев девочку. Но в ту секунду все трое находились неподалеку от грязевой лужи, в которой росли молодые лотосы. Ниён, Фан Хэнь и Фан Цимь не успели притормозить и дружненько свалились в грязь. Вот это была потеха всем на зависть. Гуям приносил глубочайшие сожаления перед измазавшимися с головы до пят наследниками главы клана, а малышка Ниён в знак извинения, вдобавок облила братьев ледяной водой, прячась на крыше дома. Зато, как говориться, сполоснула их одежды. Гуяму было настолько стыдно за дочь, что он, чуть не словил инфаркт. Юноши не ополчились. Они прекрасно знали характер маленькой Ниён и помнили, что каждый их визит в дом Гуяма заканчивался небольшим приключением. Привыкли. Ниён была хорошо обучена и воспитана, но её порядочность с дисциплиной отключалась при Фан Циме и Фан Хэне. Она начинала вести себя нахально только при наследниках, зная, что те не станут её ругать. За это девочка их сильно по-детски любила, называя любимыми гэгэ*. Узнав от сыновей про очередную выходку Ниён, Фан Шань и Мень Усу также повеселились от души, обожая слушать каждый раз их смешные случаи в доме друга семьи. Так в спокойствии протекали дни Фан Хэня, которые почти всегда были неповторимыми по-своему. От автора: Фэнлису* - печенье с ананасовой начинкой. Является популярным десертом на Тайване. Название этого десерта складывается из двух слов и буквально означает «рассыпчатое печенье с ананасом». Фэнли (кит. упр. 凤梨, пиньинь fengli) – ананас и Су (кит. упр. 酥, пиньинь su) - рассыпчатое (сдобное) печенье (из муки с маслом). Песочное печенье в современном Тайване называют «золотым кирпичиком». Также десерт называют пряником, который на Тайване дарят как свадебный подарок. Печенье делают из песочного теста с ананасовой начинкой внутри. Тесто нежное и рассыпчатое, слегка солоноватое, а начинка немного тягучая и сладкая. Получается очень интересный вкус из сладкой начинки с едва уловимым солёным тестом. Раньше начинку делали из восковой тыквы (кит. упр. 冬瓜, пиньинь Donggua), как более дешевого сырья, чем ананасы. Гэгэ* (哥哥 «старший брат») – китайское обращение младшего к старшим братьям.