Сделка с демоном (Deal with a demon)

По завершению длительных скачек, всадники прискакали в тихое место, где заканчивался Адский демонический рынок. Сидя долго на жёстком седле, Фан Хэнь не чувствовал пятую точку. Остановка ему была только в радость, ведь он наконец позволил себе размять затёкшие ноги. Частых возможностей покататься верхом на лошади у Фан Хэня не возникало и потому, с непривычки, он ощущал себя плохо от недавней погони. Фан Цимь, убедившись, что преследователей нет, созвал брата и генерал, коса поглядывая на двоих странных компаньонов, перешёптывающихся друг с другом. - Не кажется ли вам, что этот слуга Бога и демон очень подозрительные? – тихо говорил первенец, чтобы те не услышали. - Мне так не кажется. Во всяком случаи, благодаря им мы спаслись. Если бы они хотели нам навредить, вряд ли бы стали рисковать собой, помогая нам сбежать. – Подумал вслух Фан Хэнь. - И то верно, но может они преследую свои собственные корыстные цели? – не унимался Фан Цимь. – А что, если они имеют недобрые помыслы на нас? - На что мы им сдались? Нас ничто и никак не связывает. Лучше поблагодарить за помощь, попрощаться и разойтись с ними, - сказал генерал, не имея ничего против Ен Мона и демона, но не отрицал, что они ему тоже пришлись не по нраву. Пхан Инг был прав. У двоих бессмертных нет причин иметь что-либо общее с людьми, а принять содействие в опасной ситуации с их стороны было приятно. Единственное, что оставалось странным, так это то, что первый, кто протянул им руку помощи, стал демон. Помощь его вызвала подозрение, но в остальном, тот был чист. Всё же мир не без добрых демонов. - Эй, ты! Как зовешься? – позвал Фан Цимь демона в чёрных одеяниях, который гладил лошадь по мордочке. - Ой, я не представился. Прошу простить за невежливость. Я - Ку Джан. Демон фокусов, иллюзий, галлюцинаций и миражей. - Зачем помог? - А что, людишкам нельзя оказывать помощь? Если я демон — это не значит, что такая же бессердечная тварь, как остальные, ненавидевшие смертных. - Гм…А ты…знаком с этим парнем, не так ли? – указал Фан Цимь пальцем на Ен Мона, не успевшего вовремя свалить, дабы его не втянули в разговор. - Я был в неоплатном долгу перед Ен Моном, а сегодня смог отплатить, выведя из лап монстров. - А почему лицо скрываешь? Покажи. Или есть, чего стесняться, потому прячешь его? – Будучи первым и самым красивым юношей на всех Восточных холмах, Фан Цимь самодовольно посмотрел на Ку Джана. Подойдя к демону, он нагло схватил платок на его лице. Не успел первенец снять ткань, как Ку Джан взял его за руку, сдавив запястье. - Моё лицо уродливо. Не стоит вам его видеть – испугаетесь до смерти, - пригрозил тот. Что-то Фан Цимю с трудом верилось, что демон настолько некрасив, смотря в розовые глаза. Весьма прекрасные цветом и формой очи, совершенно уверяли об обратном. Первый наследник не представлял Ку Джана уродом, но по внешнему виду демона можно было подумать, что тот имеет множество комплексов не только из-за внешности. Ку Джан носил чёрное одеяние, полностью скрывающее всё тело. Головной убор, повязанный на волосы, и арафатку*, закрывающую лицо, но не глаза. Мрачный образ демона угнетал Фан Цимя: «И почему тёмных существ так влечёт к чёрному цвету?» Больше не зная, к чему придраться, первенец неудовлетворённо цокнул, отвернувшись. Всё равно этот Ку Джан не нравился ему и действовал на нервы. Присутствие его вынуждало Фан Цимя остерегаться зрительного контакта с ним, ведь он прекрасно помнил сверкнувшийся взгляд демона, которым тот его одарил на выступлении с огненным копьём. Бр-р-р. Настала пора выбираться из адского ранка демонов. Вспомнив, через что пришлось пройти, оказавшись здесь, и приблизительно прикинув, сколько потратят сил и времени на подъём, троица людей сделала удручающие лица. - Представляя, сколько будем подниматься, мне дурно становиться, - взглянув на чёрный жидкий потолок, Фан Хэнь тяжело выдохнул. - Надо привыкать к сложностям, свыкаясь с тем, что ни одно путешествие не обходиться без затруднений. Раздался приглушённый смешок. Ен Мон стоял спокойно, будто его не волновал обратный путь. А Ку Джан, ели сдержав вырывающийся наружу смех, проговорил радостным голосом: - Похоже, вы не знаете кое о чём. Сразу понятно, здесь впервые. - Тогда просвети нас – незнающих, раз ты такой умный, - раздражённо сказал Фан Цимь, сжав челюсть. До чего же демон его бесил. - Как вы уже знаете, есть только один вход на рынок – это прямой спуск через расщелину. Что бы попасть сюда, вы прибывали в свободном падении около часа, а выбрать отсюда можно иным способом. Существует лишь один вход и один выход из Адского демонического рынка. - То есть, на рынок можно проникнуть одним путём, а выйти совсем другим? – Изумился Пхан Инг. - Верно, способы разные. Выйти легче, чем зайти. – Ку Джан встал у каменной стены. – Всего-то следует положить руку к стене расщелины и произнести заклинание «Смертные земли». Тут же, перед Ку Джаном, сотряслась стена, проявляя дыру. Все заметили, что она не пустовала. Внутри неё, шевелилась та самая чёрная жижа, которая находилась над их головами. Жидкость не вытекала из дыры, медленно двигаясь, как обычная вода. Наглядно Ку Джан просунул туда руку, чтобы убедить остальных в безопасности выхода. - Пройдя сквозь дыру, мы окажется на поверхности. Троица удивилась здешнему колдовству, кроме Ен Мона, знающего всё о рынке. Фан Хэнь кое-о-чём догадался, посмотрев на него. - Ен Мон, ты знал об этом выходе? - Да. Я же здесь не раз бывал. - Ну, кто первый пройдёт внутрь? – вытащив руку, Ку Джан сделал поклон, пропуская желающих, но Пхан Инг проявил предосторожность: - Иди ты первый, а я за тобой. - Я следующий, - высказался Фан Хэнь, встав за генералом. Пожав печами, понимая к чему излишняя безопасность, Ку Джан молча вошёл в жижу с хлюпающим звуком. Когда он исчез в черноте, Пхан Инг пошёл следом. Настала очередь Фан Хэня. Медля, второй наследник неуверенно сунул голову. Было ощущение, будто Фан Хэнь погружается в вязкую воду. Внутри дыры царил мрак, хоть глаз выколи. Потом, юноша полностью погрузился в жидкость. Сделав пару замедленных движений, он увидел вблизи просвет. Какого было его удивление, когда, заходя в непонятную дыру, он выбрался, вылезая из небольшой трещины в земле, находившейся неподалеку от разлома. Рядом с ним стоял Ку Джан и Пхан Инг. Генерал помог Фан Хэню подняться, и они стали дожидаться появления Ен Мона и Фан Цимя. Как только юноша вылез из трещины, дыра сразу же закрылась за ним. - А как же!.. - У юноши глаза на лоб полезли от недоумения. Не успел он закончить говорить, как демон объяснил: - Погоди, скоро откроется ещё выход. Через секунду образовалась новая трещина из которой вылез Ен Мон, а вскоре и Фан Цимь. - Видите, всё проще, чем кажется. В следующий раза не усложняй себе жизнь, - подколол наследников и генерала Ку Джан. Над смертной землёй сгустились сумерки. Демон в чёрном откланялся, собираясь уходить. Достав из кармана горсть цветного порошка, он бросил её под ноги и, как истинный фокусник, исчез в розовом дыме. Ен Мон тоже не хотел задерживаться. Собираясь уходить, Фан Хэнь его остановил. - Ен Мон, спасибо за помощь. - Не стоит. Всё же юноша не до конца отошёл от увидено на рынке сине-голубого пламени и замялся. - Ты какой-то странный, - заявил демон, будто не понимал, в чём причина. - Ничего такого, просто…Забудь. Странное поведение второго наследника не только заметил Ен Мон. Старший брат подошёл к младшему и стал рассматривать его на наличие наружных повреждений. «А может его что-то внутри беспокоит, что нельзя проверить?» - задумался Фан Цимь. - Ты точно не ранен? Не пострадал из-за монстров? – заволновался Пхан Инг. - Не волнуйся. Я… я очень сильно хочу вернуться домой. Повторять дважды не пришлось. Фан Цимь с генералом одобрительно покачали головой, и только они хотели выдвинутся в путь, как Ен Мон бросил им в след. - Вы не сможет далеко уйти от разлома, в скоро совсем стемнеет. Находясь на открытой территории, вы как на ладони. Твари из расщелин полезут ночью наружу и, если вас обнаружат - пеши пропало. - А где нам укрыться?.. Здесь же ничего нет! Одна каменистая равнина с хилыми кустиками. – Возмутился Фан Цимь, расставив руки в стороны. - Можно переночевать возле какого-нибудь деревца или камня, скрыв присутствие. Главное - не выдавать себя всю ночь. Это было единственным, разумным и правильным решением. Ночь – пора всякой нечисти. Как только они почувствую, что их время суток настало, то повылезают из недр разлома, чтобы вновь навести страх, суету и панику на смертных. Отойдя на максимально дальнее расстояние, скрыв своё присутствие, наследники, генерал и Ен Мон, оставшийся понаблюдать за состоянием юноши, принялись дожидаться появление злых существ. Стоило последнему лучу солнца угаснуть за горизонтом, стали возникать трещины с монстрами. Неожиданно, какой-то монстр проделал дыру в стене разлома и, образовав трещину, выкарабкался почти рядом с Пхан Ингом. Когда он увидел, что под ним проваливается каменная почва, он резко встал, отойдя на пол шага. В ту же секунду перед ним восстал монстр Фэй*. Чудище не заметило человека и прошло мимо в пару сы*, а генералу вполне хватило этого, чтобы вынуть меч Ланкутин*, приготовившись убить тварь, если та его почует. - Не стоит этого делать. Он, тогда, поймет, что здесь что-то не ладное и будет искать и поверь мне - он найдёт нас, - предупредил Ен Мон, развалившись под полуголым сухим деревом. Спокойно убрав меч в ножны, Пхан Инг сел обратно. Несколько часов с перерывами, монстры вылезали на поверхности, из-за чего все четверо были на стороже, боясь уснуть. Но как только трещины перестали появляться, они успокоились. Генерал стоял на страже, Фан Цимь и Фан Хэнь спали. Ен Мон сидел и любовался звёздным небом, иногда смотря на занятого Пхан Инга. Глубокая ночь являлась не только любимым временем зла и их покровительницей. Она одаривала нечистей силой, от которой те, в сумраке, перевоплощались в более суровых и злых существ. Ночью, силы парня в ультрамариновом одеянии возрастали в многократно. Обретая огромную силу, он становился самым опасным демоном, чем кто-либо из его сородичей. За это, слабые боясь произносить вслух его имя, называя Ен Мона по прозвищам Демоном ночи или Ночной смертью. Ен Мон, в мыслях у других тёмных существ, не то, что бы был демоном Ночного храма горы Ан и демоном сделок - как его прозвали смертные, он считался в бессмертном мире - свирепевшим и безжалостным монстром, которого породила сама ночь: Луной – был его отец, а самая ослепительная звезда на небе, под названием Цисин – мать. Красивая выдумка демонических соратников о рождении Ен Мона, перехвалившая его величие, мощь и красоту, единственная из многих, которая нравилась парню. Демоническая маска, сломавшаяся при атаке на рынке демонов, служила сдерживающим предметом, который не позволял вырваться тёмной энергии, пока та нарастали. Ен Мон без проблем управлял силой, но с маской было надёжней, и никто не мог ощутить его истинную сущность, кому не положено. Ему крупно повезло, что наследники и генерал не раскрыли его. Три ночи Ен Мон провёл с Фан Хэнем без маски, и он спокойно контролировал свою силу, однако теперь же, единственная в своем роде маска, принадлежащая ему, утеряна где-то в глубине расщелины. Как это могло его не злить, ещё пуще разжигая потоки силы. Сейчас, во мраке ночи, демон Ен Мон способен одним только взглядом прикончить людей, но их кровь на его руках была излишней. Потому он ели сдерживал себя, чтобы не совершить убийство. Его глаза наполнились насыщенным синем цветом. Из рук появились синие и безобидные на вид блёстки. На деле, при использовании они становились очень опасными – словно тысяча ядов, слившихся в один котёл. Когда Ен Мон захотел напасть на Пхан Инга, тот стал ходить взад-вперёд. Зная, что парень не уснул, он заговорил, оборачиваясь. К тому моменту демон уже взял под контроль силу, приняв прежнее состояние глаз, и безразлично посмотрел на генерала в ответ. - Ты чего не спишь? – Зевнул он. - А ты почему нет? – Вопросом на вопрос ответил Ен Мон. - Охраняю вас. - Я не нуждаюсь в защите. Мне она без надобности. Глаза Пхан Инг слипались. Усталость одержала над ним вверх, и он в полусонном состоянии прилёг. - Ты утомился. Лучше выспись. - А как же ты? - Я не устал и в принципе не сплю по ночам. Не переживай, генерал, если-то произойдёт, я разбужу, - спокойно улыбнулся Ен Мон. Сорвав тоненькую палочку от ветки, он принялся бездумно водить ею по зеле. Сопротивляясь какое-то время, сонливый Пхан Инг провалился в крепкий сон, стоило сомкнуть на секунду глаза. Незаметно прошла ночь. Ен Мон собирался уйти до рассвета. Уходя, он услышал шорох. Фан Хэнь сонно поднялся, не до конца проснувшись и, не заметив у дерева Ен Мона, куда-то пошёл. Юноша дошёл до булыжника. Присев на него, он размышлял о чем-то, не слыша неспешную поступь парня. - Все же с тобой что-то происходит. – Ен Мон, убрав руки в карманы, приблизился к Фан Хэню. Юноша слишком быстро обернулся, чуть не свалившись с камня. Придержав его, Ен Мон уселся рядышком, а Фан Хэнь отодвинулся от него, находясь у самого края булыжника. - Скажешь в чём дело? Или будешь держать всё в себе? - … - Никакой реакции от второго наследника. Юноша упрямо продолжал хранить молчание. - Эй, второй наследник, ты меня слышишь? – Ен Мон, смягчив тон, впервые позвал его на «вы». - … - Фан Хэнь вёл себя отстранённо, словно тело его было здесь, а душа прибывала в другом месте. Демону это не понравилось. Он немного растерялся, видя удрученного юношу. Вот это перепады в настроении… За всё то время, что Ен Мон провёл с ним, он только и видел улыбающегося юнца-прохвоста, чья лучезарная улыбка затрагивало его за живое. А теперь, он испытал что-то совсем другое. Это было…беспокойство? Но откуда этим чувствам у него взяться, тем более по отношению к отпрыску Фан Шаня?! Не осмысляя свои действия, Ен Мон, пристроился поближе, поднял руку и коснувшись мягкой щеки Фан Хэня, повернул его голову к себе, произнеся со всей нежностью его имя: - Фан Хэнь. Голубые глаза парня столкнулись с широко раскрытыми серыми глазам, у которых расширились зрачки. Цвет очей второго наследника был холоднее стали, не отражая теплый свет, но вот взгляд был полон разгорячённых чувств. Его щёки порозовели, а губы запылали. Их лица впервые были на столько близко, что это не шло ни в какое сравнения с тем, что происходило под сугробом, когда они чувствовали дыхание друг у друга. Дыхание Фан Хэня опаляло лицо Ен Мона. Он, не моргая, смотрел на голубые глаза цвета аквамарина, в которых юноша видел собственное отражение. С боку, если смотреть на Ен Мона и Фан Хэня, могло показаться, что они целуются. Сообразив, Ен Мон убрал руку и немного отстранился, полагая, что действовал чересчур необдуманно. Фан Хэнь молчал какое-то время, а потом решил поделиться своей тревогой. - На рынке…когда мы бежали, был кто-то, кто обладал сине-голубым огнем. - …И что? - Неизвестный нас спас, но я, обернувшись, не увидел никого, кто разжёг пламя. - А ты хотел узнать, кто это был? - В том-то всё и дело…Я всеми фибрами души не хочу это знать. Я испытал ужас в тот момент, когда увидел пламя из кошмара, терзающего меня каждую ночь. Мне стало не по себе от того, что то, что внушало мне тревогу во снах, произошло наяву. Мне снилось то же самое пламя, появляющееся во снах с чей-то зловещей тенью. - Думаешь, этот кто-то, был той самой тенью из твоего кошмара? Ха, вряд ли твой загадочный человек, единственный, кто может управлять синем огнём. Не стоит думать об этом. Всё пройдёт. Тень или кто бы то ни бил, помог нам, так что сомневаюсь, что он хочет тебе навредить. Нас могли с лёгкостью убить огнём при побеге, но это не произошло. Удача была на твоей стороне и спаситель тоже. - Ты прав, - Фан Хэнь, поверив словам Ен Мона, наконец расслабился. – Мне нечего бояться. Тем более сон – это просто сон. Прикрыв глаза, второй наследник услышал знакомую мелодию. «Встреча под луной?» - подумал юноша и не ошибся. Ен Мон играл на чёрном пайсяо. Он в точности играл каждую ноту. Свою прекрасную мелодию было приятно слушать Фан Хэню, особенно, когда её выдувал не он сам, а изумительный парень с чарующим голосом. Вся тревога в тот же миг рассеялся. Фан Хэнь, пододвинувшись, опустил голову на плечо Ен Мона, продолжающего безошибочно исполнять мелодию. Интересно, как давно он успел выучить ноты его произведения? Доиграв мелодию, Ен Мон опустил пайсяо и спросил: - Ну как? Не поднимая головы, Фан Хэнь с восторгом спросил, шутя: - Ен Мон, а ты часом не Бог музыки? Или муза дарящая смертным дивное наслаждение своей игрой на музыкальных инструментах? – вернув прежнюю сияющую улыбку, Фан Хэнь одарил ею Ен Мона, и тот слегка усмехнулся ему: - Ха-ха, если бы… Светлело. Лицо Ен Мона озарило восходящее солнца. Убрав голову с плеча, Фан Хэнь спрыгнул с камня, а демон, развеяв пайсяо магией, наблюдал за бледнеющей половинкой луны. Под влиянием света, он ощущал спад тёмной силы. С ним такое происходит впервые. Неужели достаточно улыбки этого юноши, чтобы демон усомнился в своих действия и передумал творить задуманное? Намерения покончить самолично с сыном Бесподобного лорда казались непоколебимым… до сего дня. Разум говорил оставить в покое невиновное дитя клана Тайонг, ведь второй наследник неповинен и ни в чём не виноват. А вот оскорблённый, униженный и обиженный внутренний демон парня, скалящий клыки, не собирался уступать. Ни с чем не спутав давно забытые человеческие чувства, которые прежде имел Ен Мон, он испытал их вновь. Похоже, во время их беседы стряслось непредвиденное - его изгнанная душа выбралась наружу и вернулась в тело хозяина. Почувствовав, как все добрые чувства обострились при виде Фан Хэня, Ен Мон удручённо схватился за грудь. «Этого не может быть, просто не может. Как так случилось?» То, за чем Ен Мон отправился на рынок, он добыл, но как банально - не успел использовать добытое заклинание, чтобы сделать купол для его души плотнее и прочнее. - Мне пора уходить, - спешно сказал Ен Мон. - Снова уходишь? - Юноша хотел ещё что-то сказать, но не дожидаясь слов Фан Хэня, демон торопливо обратился в синий туман и исчез в проблесках небесных лучей. От автора: Арафатка – традиционный головной убор, пришедший с Востока. Произошел от арабского тюрбана. Чаще всего изготавливается из хлопковой ткани. Фэй – монстр с телом быка и змеиным хвостом. На лбу расположен третий глаз. В китайской мифологии он несёт чуму. Из-за него реки и болота становиться в разы меньше, а трава и деревья высыхают. Обитает на горе Тайшань (泰山 Tài shān), одной из пяти священных гор даосизма. Он упоминается в древнем трактате «Каталог гор и морей» (山海经 shān hǎi jīng). Сы - единицы измерения длины – 1 миллиметр. Ланкутин – перевод: безжалостность - 冷酷无情 Lěngkù wúqíng