Сделка с демоном (Deal with a demon)

В дождливую ночь, Сяю внезапно проснулся от грома грозы. В потёмках он поднялся с кровати, сильно перепугавшись. Грозы Сяю боялся с раннего детства, и когда пугался, Ен Мон забирал его к себе в кровать, напевая колыбельную. Вот и сейчас Сяю протянул руку, будя друга, чтобы залезть к нему. На соседней койке нащупав остывшую постель, мальчик сонно встал, потирая глаза. - Ен Мон?.. - Сверкнула молния за окном, на секунду озарив всю комнату. Перед Сяю возникла пустая койка с мятой простынёй, одеялом и подушкой. Думая, что Ен Мон пошёл на кухню попить воды, Сяю направился туда, но там его не обнаружил. Обойдя весь сиротский дом, мальчик нигде не нашёл друга. - Куда же Ен Мон делся? – Задумчиво произнёс он, как вдруг услышал голос Цуя Ёма. - Что ты делаешь здесь в такое время? Почему не спишь? Мальчик обернулся и, сделав невинное лицо, ответил: - Ходил в туалет. - …Возвращайся в комнату, - сказал Цуя Ём. Дождавшись, пока Сяю уйдёт подальше, мужчина проследил за ним до самой комнаты. Когда Сяю заходил внутрь, Цуя Ём, прячась за углом, посмотрел через открытую дверь на койку Ен Мона. С помощью фонарика, которого Сяю взял с собой, хозяин смог разглядеть пустующую койку мальца. - Очень странно, - шёпотом произнёс Цуя Ём, уходя к себе. Вернувшись под утро, Ен Мон как обычно проскочил тихо в комнату, не заметив слежки, и нырнул под одеяло. Думая, что и в этот раз не облажался, мальчик устроился на койке, но тут.... Резко с него стянули одеяло и, прижав рот, вдавили в матрас. Все остальные дети продолжали крепко спать, за исключением одного – Сяю, который на протяжении всей ночи, находился в ожидании возвращения друга. - Опять за своё? – сердито проговори он, стараясь сохранять тишину. Это было весьма сложно сделать от переполняющей тревоги и злости. – Ты ходил куда-то, практикуя магические заклинания, я угадал? Поверить не могу… Как ты можешь так поступать? Когда в последний раз в зеркало смотрелся? Ен Мон, твои глаза стали другого цвета, кожа потеряла телесный оттенок. Ногти отрасли, став острыми. А когда ты смеёшься или улыбаешься - становятся заметны клыки, хотя прежде их не было у тебя. Ты во что-то превращаешься, Ен Мон. Неужели не чувствуешь этого? Подросток не ответил. Он правда не особо обращал на себя внимание. Как только Сяю раскрыл ему глаза, Ен Мон по-настоящему почувствовал себя совершенно другим существом. Убрав ладонь от рта друга, Сяю приложил её к не подымающей груди. - Сердце не бьётся, и ты не дышишь. Знал? - Знал. - И ничего мне не сказал… - сразу поник Сяю. - Всё это последствия владения запретной чёрной магией. Жалеешь, что стал таким? - Ничуть, - бесстрастно ответил Ен Мон. Обида подкралась незаметно в самую душу Сяю. Для него Ен Мо изменился. Нет теперь того озорного мальчишки с радостными искрами в глазах. Будто чужой человек подменил его друга и притворяется им. Кого Ен Мон пытался обмануть? От кого старался утаить действительность происходящего? Сяю и Ен Мон с малого возраста неразлучны. Зная отлично друга, Сяю не составляло труда «читать» Ен Мона, как открытую книгу, зная о нём абсолютно всё. Нынешний Ен Мон, замкнувшийся в себе, стал непонятен ему. Такого Ен Мона он никогда не знал. Что с ним стало? У Сяю от безнадёжности чуть не вырвался жалобный скулёж. Посмотрев отчаянно в глаза голубовато-синего цвета, смотрящие, будто сквозь него - это стало для Сяю последней каплей. С пробуждение остальных ребят оставалось немного времени. Поднявшись, он взял трость и вышел из комнаты раньше всех, боясь смотреть в глаза с нечеловеческим взглядом, от которого дрожь проходит по всему телу. Сяю впервые испытал страх. Никогда бы он не подумал, что его настолько сильно испугает самый близкий друг. Пока все проснувшиеся дети не вышли из комнаты, Ен Мон не вылезал из-под одеяла, говоря всем, что плохо себя чувствует. Оставшись в комнате один, он посмотрел в зеркало и ужаснулся от своего же отражения. Мальчик выглядел совсем иначе. И как же теперь показаться перед всеми в таком образе? До сего дня, Ен Мон ещё походил на человека, но сегодня, он чересчур изменился, и разве что слепой не заметит его перемен во внешности. Не появившись ни на завтраке, ни на обеде, Ен Мон напряг Цуя Ёма. Сяю бродил один, отпугивая от себя сирот своим хмурым видом. Поинтересовавшись у других детей, что с Сяю и Ен Моном, хозяину дома сказали, что Сяю с утра в дурном настроение, а голубоглазка, кажется, заболел. Цуя Ём был ответственным за здоровье всех детей и не мог не навестить больного. В последние дни ему не нравилось поведение Ен Мона и кроме, как проведать мальчика, хозяин сиротского дома хотел задать пару вопросов. Зайдя в комнату, Цуя Ём посмотрел на заправленную койку мальчика - само помещение пустовало. - И где же больной? Повернув голову к открытому окну, Цуя Ём выглянул наружу. Его взгляд приковала спина убегающего знакомого ребёнка, прячущего голову под головным убором. - Куда это он собрался? Мужчине надоело находиться в неведении. «Что творит этот подросток?». Слишком подозрительно ведёт себя Ен Мон и сбегает куда-то по ночам, приходя к утру, крадясь, как вор. Цуя Ём уверен - мальчик скрывает что-то и ему натерпелось узнать, что именно. А один случайный момент, Цуя Ёма привёл в недоумение. На днях мужчина увидел, во время игры детей с мячом, блеснувшие яркой синевой глаза Ен Мона, когда он подавал пас. Настолько синева испугала его, что Цуя Ём в шоке обронил тарелку. Никто из ребят больше не заметил синевы, увлечённо наблюдая за сильным пасом голубоглазки. Это было ненормально и, чем дольше он наблюдал за Ен Моном, тем сильнее его постигало дурное предчувствие. Вечером, когда Ен Мон вернулся, чтобы взять побольше свечек для гробницы, Цуя Ём приготовился проследить за ним, скрытно карауля мальчика возле ворот сиротского дома. Как он и ожидал, подросток снова ушёл из дома рано ночью, не подозревая о слежке. Ен Мон не заметил Цуя Ёма. Он привёл его к самому проходу в пещеру. Видя, как мальчик скрывается под землёй, Цуя Ём помедлил, но всё же на свой страх и риск тоже спустился в тёмную дыру. Спуститься мужчина не успел, замерев на последних четырёх выступах. Когда внезапно зажглись свечи, в центре нарисованного магического круга, Цуя Ём увидел мальчика, листающего книгу и бубнящего заклинание. У хозяина сиротского дома пропал дар речи. Неужели то, что он видит, происходит по-настоящему? Зрение его не обманывало, хотя лучше бы это были галлюцинации. Вокруг Ен Мона образовался синий сгусток тёмной энергии. Взмахом руки подросток потушил некоторые свечи и снова зажёг их, щелчком пальцев придав огню голубой цвет. - Он изменил цвет пламени?.. Кошмар... Что же ты творишь, ребёнок? – шёпотом мямлил Цуя Ём, не ожидав, что запрет нарушит самый послушный из сирот. Увидев заклятия наяву - не захочешь на пушечный выстрел подойти к человеку, способного поменять природные явления. А посмотрев на место, куда угодил, Цуя Ён чуть не упал в обморок. Ен Мон поменял книгу на свиток и зачитав предложение, направил на себя магические надписи, возникшие из свитка. Они проникли внутрь его тела, а дальше вспыхнул свет и настала тишина. Ен Мон посмотрел в зеркало, взявшее с собой, и расстроено шмыгнул носом. - И это заклинание не вернуло мой естественный образ. Откуда не возьмись, послышалось падение мелких камушков, где-то на поверхности. Ен Мон встрепенулся от и обратился в синий туман, быстро поднявшись со словами: - Кто здесь? На каменной равнине, кроме него было ни души. Не заподозрив о присутствии постороннего, подросток вернулся в пещеру, а до смерти перепуганный Цуя Ём, который в спешке случайно свалил камни, карабкаясь наверх, прижался в одному из каменных глыб, задержав дыхание. Про себя он молили, чтобы его не нашли. - Это нельзя просто так оставить, - отойдя от испуга, Цуя Ём поспешил в город Чижао. Долго Ен Мон мучился над закланием по возвращению прежнего лика и хоть немного, но смог придать своей коже и глазам прежний цвет. Теперь можно было смело ходить среди жителей города не боясь показываться себя. Решив сегодня не засиживаться до глубокой ночи, Ен Мон собрался возвращается обратно, но как обычно немного задержался развлекаясь со своей магией.