Сделка с демоном (Deal with a demon)

К ночи Ен Мон вернулся в зал храма, но Сяю там мне обнаружил. Демон подумал, что он недождался его, покинул гору Ан, и был уже очень далеко став недосягаемым. Как только мысль об этом пришла, так сразу же и ушла стоило Ен Мону выйти на крыльцо и увидеть спящего Сяю в обнимку с тростью, на которой красовалась зашарпанная синяя ленточка, некогда принадлежащая ему. В день рождения Сяю он повесил её, как украшение, сделав особенно привлекательной, как её новый владелиц. Вот если б сердце Ен Мона продолжало биться, то оно сжалось бы от чувства умиления и сочувствия. Наклонившись демон протянул руку со словами: - Ты всё же остался, - шёпотом произнёс Ен Мон, убрав прядь грязных волос за ушло спящего Сяю. Молодой мужчина поёжился от прохладного ветерка и проснулся, будто ощущал через сон, как кто-то на него смотрит. - Бог сделок? – первое, что сказал он сонным голосом, понявшись и отряхнув одежду. Продолжа скрывать своё присутствие, Ен Мон дал знать о своём присутствии: - Я всё обдумал. Так и быть…я помогу тебе. - Ох! Спасибо. Как же замечательно. Если б мог, то пожал бы вам руку, обнял и расцеловал. Простите за прямоту, но это правда. - Не сомневаюсь, - тихо произнёс Ен Мон, заходя в храм. По щелчку пальцев демона, весь храм осветило множество свечей. Дверь за входящим Сяю заперлась, оставив «Бога» и смертного наедине под покровом ночи в четырёх стена изумительного и роскошного храма. Кроме них, на горе Ан, не было они одной живой души. Сев на колени, Сяю ещё раз поклонился и в вежливом жесте помолился за благополучие Бога сделок. Усевшись на столе для преподношения даров, перекинув ногу на ногу, оперевшись локтем о колено и подперев рукой подбородок, Ен Мон оценивающим взглядом обратился к другу: - Ты думал о том, чем заплатишь за сделку? - Угу. Мне говорили, что плата за то, что я хочу получить, должна быть достой или равной. Цена зависит от того, на сколько велико желаемой. - Тебе не лгали. Всё верно. Как считаешь, за получение одной ноги, чем можно заплатить? - …Не знаю, честно. У меня нет ничего с собой. Ещё с самого начала, как Сяю пожаловал в храм и выронил пипу, демона терзало любопытство, на сколько умело играет Сяю? Ведь до их расставания, он и подавно не видел музыкальные инструменты, не говоря уже о том, чтобы держать их в руках и пробовать сыграть. «Флейта! Точно!» - Ен Мон вовремя вспомнил, как сделал однажды духовой инструмент и Сяю неплохо на нём сыграл. Может на пипе у него тоже хорошо получается играть? - Так, давай сделаем вот как. Плата за твою ногу будет…твоя игра на пипе. Но есть условие. Не бойся, оно довольно простое. Сыграешь красиво - заключу сделку. А если мне не понравится, то я откажусь. Ну что, идёт? - Идёт. Вынувшая из мешка пипа была слегка потрёпанной, но ручная резьба на ней выглядела изящной, интересной и довольно необычно. Тоненькие струны, до упора натянутые по всей длине инструмента, звонко забренчали от легкого касания Сяю, настраивающего инструмент. Скрестив ноги, оперев корпус инструмента на колено и наклонив слегка голову, положив шейку пипы на левое плечо, Сяю медленно вздохнул и, прикрыв глаза, ногтем задел одну струну, затем другую. И так, постепенно переходя к следующим полупрозрачным нитям, образовывался плавный мелодичный звук. Мелодия завораживала дух демона, будто хотела загипнотизировать. Каждая нота, сыгранная с разной интонацией, придавала звучанию инструмента страстный, неповторимый и непонятный оттенок чувств. Через мелодию, Сяю передавал свои самые разнообразные эмоции, обыгрывая воспоминания через музыку. Ен Мон не догадывался, что музыкальное произведение описывает прошлое Сяю и его самого. В звучащей мелодии, произведение имело скрытый смысл. Молодой мужчина повествовал «Богу» о своей первой любви к дорогому другу: печаль и радость, счастье и грусть, смех и крик, плач и возглас отражали ноты. Всё, через что они прошли вместе, пережили и чего могли достичь сообща, если б несправедливость жизни не вмешалась. Конечно же всего этого Ен Мон не знал, но что-то подсказывал ему, что то, что он сейчас слышит от музыканта, связано как-то с ним. Заслушавшись, переполненный непередаваемыми чувствами, демон потерялся в пространстве. Стоило звонкой игре на пипе прекратиться, как Ен Мон вернулся к реальности. Пока Сяю играл с закрытыми глазами, он не видел, как отвлёкшись, Ен Мон случайно выдал своё присутствие. Но заметив сразу оплошность, мигом исправил её за секунду до того, как Сяю открыл глаза. - Как вам, Бог сделки? Отходя от музыки, Ен Мон увлечённо таращился на молодого мужчину, сдерживая себя от образовавшегося жара, что сжигало его всего изнутри. Будто живьём горит в пламенном вихре или тонет в огненной лаве. Странное в этом ощущении было то, что Ен Мону не больно, а приятно. Ощущение оказалось настолько чарующим, неизвестным и до безрассудства, потери здравого смысла и голоса разума, захватывающе, что противиться было бесполезно. Не желая бороться с возбуждающимся желанием, Ен Мон хрипло в спешке ответил: - Превосходно. Вытяни свою руку. Протянув вперёд руку, откуда доносился голос, Сяю обомлел, как только нечто схватило его, обдав холодом, и приняло тёмную полупрозрачную форму человека, не отбрасывающей тени. - Что ты такое, ауч! Подобие человеческой тени достало из синего сгустка тумана кинжал с расписной синей рукоятью, украшенной белыми камнями, серебряными, голубыми, чёрными узорами и сделало надрез на ладони. Проделав тоже самое со своей рукой, из ладони тени выступила красная кровь. Взяв своею окровавленной ладошкой ладонь Сяю, Ен Мон заключил нерушимую сделку на крови между бессмертным демоном и смертным человеком. - Теперь я обязан поцеловать тебя, для завершения сделки. - Погодите… Вы и есть Бог?.. - Это моё ненастоящее обличие. Я не должен показывать свою внешность людям. Потому перевоплощаюсь в подобие тени. Сяю недоверчиво взглянул на тень, но отказывать не стал. - Поцелуй… Сгорая от нетерпения, Ен Мон взял в ладони лицо Сяю и, приблизившись неспешно к его губам, нашептал: - Можешь представить на моём месте кого угодно. Любого человека, которого пожелаешь, я не против. - Кого захочу, значит. Закрыв глаз и разомкнув губы, Сяю тут же представил того самого человека, который возлюбленным для него не сумел стать. Без сопротивления он подался навстречу тени, смыкая губы в неистовом поцелуе. Недолго они церемонились и совсем скоро поцелуй превратился в страстный и упоительный с крепкими возбуждающимися объятиями, от нахлынувшего порыва бешеной страсти, охватившей их обоих. От одного исходило неудержимое желание, а от другого безответная любовь, которая движила им вот уже много лет. Дальше заходить опасно. Они это прекрасно понимали, но останавливаться не хотелось ни тому, ни другому. Осознание от происходящего, что вот-вот один из них шагнёт в пропасть, утянув второго за собой, подтолкнуло Ен Мона и Сяю одновременно разорвать поцелуй, прекратив ласкающие объятия. Переведя дух, Ен Мон в обличии тени исчез. Скрыв присутствие, он напоследок сказав: - Скоро твоё желание исполниться. Ты поймёшь это, как только почувствуешь боль в ладони. На этом наша сделка заключена и последствия её бесповоротны. Расторжению сделка не подлежит. С последних слов, свечи в храме по дуновению ветра погасли, погрузив зал в полутемноту и только свет луны, просачивавшийся через окна и щели, дарил освещение. Идя задумчиво по склону горы Ан, Сяю не мог поверить в то, что во время поцелуя с «Богом» по-настоящему представил другого человека. Он не хотел позволять себе сделать то, о чём грезил днями и ночами, с другим, думая о возлюбленном друге. Как целует с жадностью и любовью, нежно ласкает тело и одерживает вверх над ним, наслаждаясь порочной страстью. У самого подножья горы, Сяю настигла резкая боль в ладони. Всё так, как и говорил Бог сделок. Руку очень сильно кололо и жгло. Не сдержав крик, Сяю издал болезненный вопль, рухнув на землю. Пока ладонь нестерпимо болела, от колена прорастала кость, затем мышцы, вены, мясо и кожа. Появившаяся часть мертвенно бледной ноги обрела живой цвет кожи, наполнившись изнутри тёплой кровью. Удержавшись от потери сознания, щупая настоящую ногу, Сяю улыбнулся. Его желание осуществилось, и он приблизился к своей цели. Теперь стать воином в рядах сильной армии не казалась недостижимой мечтой. Не было пределу его счастью, а благодарность Богу сделок радость стала неизмеримой. Кое-как Сяю попытался подняться и устоять на двух нога, но по непривычки, опираясь на новую ногу, он выглядел как пьянчуга, шатаясь из стороны в сторону. Упав, он упрямо вставал, преодолевая с каждым разом всё большее расстояние. Будто заново родившись, Сяю не переставал ощущать лёгкость и комфорт в полноценном теле. Когда с самого первого дня появления на свет ты лишён половины нужной конечности, кажется, что это нормально, но со временем взросления понимаешь – так быть недолжно. Когда Сяю был новорожденным и маленьким он не чувствовал себя обделённым от сверстников, которые бегали, прыгали и играли на его глазах. А как только ему исполнилось шесть, он всерьёз задался вопросом: почему у него одна нога, а не две, как у всех остальных? На что другие ребята отвечали ему прямо: «Ты инвалид. Посмотри на себя и на нас. Ты даже мяч пнуть нормально не сможешь. Тогда о чём может идти речь? Какие ещё игры с таким калекой как ты, только мешать будешь». Несмотря на обидные слова, Сяю пытался всем доказать, что небесполезный. Мальчик учился самостоятельно играть в менее подвижные игры, но попытки оканчивались провалом. От того, что Сяю не мог постоять за себя, другие дети шпыняли, обзывали и глумились над ним. Всегда несчастный мальчик, ел, засыпал, играл и прогуливался один, думая, что никто его не замечает. Но тогда-то, в серой безрадостной жизни, наполненной обидой и завистью, у одноногого Сяю с кривой неудобной палкой, появился Ен Мон. Их знакомство выдалось запоминающимся для Сяю, став особым воспоминанием. Летом, сидя как обычно на скамейке, Сяю наблюдал за игрой ребят. Один из них особенно сильно выделялся. Сяю пялился на мальчика с низким, длинным, чёрный хвостом. Заглядевшись на брюнета с голубыми глазами, он не успел отреагировать, когда тому подали пас. Мальчик, не раздумывая и не глядя на Сяю, отбил мяч, направив его траекторию полета прямо на него. Бац! Поймав мяч лицом, Сяю накренился назад и упал спиной вперед со скамейки, болезненно ударившись затылком. - Ты в порядке?! Жив?! – обеспокоено крикнул ему тот самый мальчик, спеша к нему. - Ц-цел, вроде, - ответил Сяю. Мальчик помогал ему подняться. - У тебя кровь из носа течёт. Давай я отведу тебя к хозяину Цуя Ёму, он поможет. - Эй, голубоглазка! Бери мяч и иди сюда к нам. Продолжим игру, - позвали мальчика друзья. - Простите ребята, но я должен помочь ему. Из-за меня он пострадал. Другие дети недолью фыркнули. - Сдался он тебе. – Проигнорировав недовольство других, мальчик с Сяю пошёл в сиротский дом. Всё это время, пока Сяю обрабатывали разбитый нос, мальчик не отходил от него ни на шаг – переживал. Когда же Сяю отпустили, он неожиданно продолжил с ним говорить: - Я беспокоился за тебя. Ты как? - Э, - приятно удивился Сяю. Впервые о нём кто-то волновался. – Всё нормально. - Это хорошо. Я, кстати, иногда поглядывал за тобой. Ты всегда ходишь один, тебе не одиноко? - Нет. Я привык. – Скромно сказал Сяю, а про себя добавил: «Неужели кто-то обращал на меня внимание. Я думал, что для всех невидимка, но это не так?..» - И не скучно тебе? – Прервал ход его мысли мальчик, смотря в упор. - Нисколько. - А друзья есть? Хоть какие-то? Вот у меня много-много. - Откуда им взяться? Никто не хочет со мной дружить. - Почему? – На свой глупый вопрос, мальчик получил колкий взгляд, когда Сяю намекнул палкой на ногу. Мальчик сразу почувствовал себя неуютно, и виновато посмотрел в сторону. - Ты ни с кем не общаешься…Не имеешь друзей… Хочешь обзавестись хотя бы одним приятелем? – задорно спросил мальчик, смутив Сяю от столь близкого контакта с его восторженным выражением лица. К нему ещё никто так близко не стоял. - И кто же захочет дружить с там как я? - Хм…дай подумать. Ну, например, я! Будешь со мной дружить? - Ты станешь моим другом? - А почему нет? Не хочешь? - подошёл вплотную мальчик, а Сяю отошёл, не понимая, что тот пытается расположить его к себе. - Я не против, только вот… Я же инвалид. От меня нет толку и со мной скучно. Не хочу, чтобы кто-то побыл со мной немного из жалости, а когда надоем - бросит. - Что ты такой говоришь? Я не стану этого делать. Как я могу бросить друга одного? А в том, что ты не такой как все – не проблема. Как по мне, ты выглядишь особенным, отличаясь от других. И я считаю, что каждый достоит вести дружбу, несмотря на недостатки. Слова, пригревшие душу Сяю, разожги искорки, пробудив огонёк надежды на конец его одиночества. - Как тебя зовут? – Улыбчиво поинтересовался мальчик. - Сяю. - А меня Ен Мон. С это дня будем друзьями. - Протянув руку, Сяю ответил на рукопожатие, улыбнувшись Ен Мону в ответ. Вот, на кого Сяю смог положиться. Вот тот, кто стал для него спасителем и не бросил его, не смотря на инвалидность. Ен Мон всегда был рядом: веселился с ним и защищая от вредных ребят. А порознь они находились недолго, когда Ен Мону поручали сделать какое-либо дело. В такие дни, Сяю дожидался его и, если его друг задерживался, он не держал зла на него, но всегда скучал, хоть и никогда другу этого не показывал. Редко, но мальчики спорили или ругались, как же дружбе без конфликтов. Но почти сразу мирились. Жаль, что это время безвозвратно прошло. Предаваясь воспоминания, Сяю ни разу не вспоминал тот день, когда Ен Мон покинул его, но всегда проливал слезы, когда думал о нём. Хотел бы он изменить прошлое? Да! Однако, Сяю боялся последствий. Чем бы обернулось для него и его друга судьба, если б пожелал у Бога сделки не ногу, а возможность переместиться в прошлое, до того, как всё пошло по наклонной? Сейчас гадать об этом смысла нет. Жребий брошен. Сяю давно сделал выбор и с ним намерен иди до конца. Через пару суток, Сяю уже был на границе будущего клана. Прибыв на территорию, где располагалась армия из тысячи воинов, среди добровольцев он стал самым первым, кого заметили и посветили в военные ряды. Тем временем, когда Сяю принимали в воины, снаряжая оружием и защитой, Ен Мон подглядывал за ним из тени, предчувствуя, как обрёк друга на смерть.