Сделка с демоном (Deal with a demon)

- Серьёзно? – Изумился Ку Джан, наведавшись в Ночной храм из-за подозрительного чувства, нахлынувшего на него несколько минут назад. – Ен Мона обратно заточили в чёрный мрамор? Чёрт. Был я бы тогда с ним, помог бы сородичу. – Шаркнул он ногой от досады. Кто бы что ни говорил, а отношения между демоном сделок и демоном иллюзий были по-особенному крепкими и имели связь. Что-то вроде крепкой дружбы, основанной на взаимопонимании и помощи. Хотя, по их поведению друг к другу и диалогам в это мало кто верил. Но такая уж у них манера общения. За исключением Ва Шоена, проводившего больше всего времени именно с этими двумя товарищами, он как никто другой отлично понимал странную дружбу Ен Мона и Ку Джана, считая их братьями, а для себя, как самый старший из них – своими учениками. Потому, что ему, что Ку Джану, было не просто смотреть на заключённого Ен Мона, к которому они не успели на подмогу. - В этот раз статуя более крепкая. Слой чёрного мрамора невозможно пробить, не убив пленника внутри. – Поняв с первого взгляда помеху ради высвобождения Ен Мона, Ва Шоень тяжко выдохнул. - Мы ничего не сможем сделать? - Нет. – Внезапно для Ку Джана, Ва Шоень улыбнулся, ответив на вопрос. - Над чем это ты лыбишься? По лицу захотел? - Я, на самом деле, опечален, что Ен Мону опять пришлось стать заключённым Бога, но меня обнадёживает один факт. - И какой же? Ты про его юношу намекаешь? - Угу. Я верю, что второй наследник поможет Ен Мону. Как ни крути, он любит и не может без него. - Думаешь…Фан Хэнь справиться? - Не думаю, а знаю. Припомнив, что творилось между Ен Моном и Фан Хэнем, Ку Джан тоже возложил надежды на юношу, а себе пообещал, что, если второй наследник столкнётся с трудностями на пути к высвобождению друга, постарается помочь всем, чем сможет. Не успели в достраивающемся архиве навести порядок после отстройки, как братья без спросу ворвались в него ища магическую энциклопедию. - В архиве сделали перестановку. И как будем искать энциклопедию? – Развёл руки в стороны Фан Цимь. Он посмотрел на полки с архивной канцелярией, на месте которой, прежде, стоял стеллаж с энциклопедией. - Ты забыл про нашего приятеля из книги? - Точно! Гин Гувэй, иди к нам. По первому зову главы к нему подлетела магическая энциклопедия откуда-то из другого и неизвестного конца коридора. Услышав голос Фан Цимя, Гин Гувэй предстал из открытой книги и поклонился. - Здравствуйте глава Фан Цимь. Мне известно о том, что произошло. Простите, что не выразил свои соболезнования, когда это было необходимо, ведь из энциклопедии я могу выбраться только тогда, когда меня кто-нибудь позовёт. - Ничего. Я принимаю твои слова сочувствия. Гин Гувэй, мы по делу к тебе обратились. Дух засиял, обрадовавшись, что в нём до сих пор нуждались его спасители. - Говорите, с чем вам помочь. - Можешь на страницах энциклопедии найти что-нибудь, что поможет снять любое заклинание Бога? – Заговорил Фан Хэнь, взяв книгу в руки. - Ого, - расширил глаза парнишка. – Вы имеете дело с высшими силами небес. Сомневаюсь, что ещё существует нечто подобное. - В смысле? – Напрягся юноша. - Так как я способен перемещаться по страницам энциклопедии, то без проблем могу и читать их содержимое. Честно скажу, я видел тексты, в которых говорились о тех или иных вещях или заклятиях способных бросить вызов божественной силе, но их смогли уничтожить Боги, чтобы никто с их помощью не бросил им вызов. – Для примера, Гин Гувэй просочился меж несколькими страницами и открыл разворот, где шла речь о разрушенной печати, имеющей силу заковывать Богов и делать из них смертных. Столь мощный артефакт несомненно внушал Богам страх, так что не удивительно, что его испепелили и заперли в шкатулке, которая хранилась на небесах для предосторожности. - Что-то же должно было уцелеть. Может…есть заклинание о котором Боги не знают или не могут найти? – Переживал Фан Хэнь, шустро листая страницы и бегло читая названия. - Простите, но я больше ничего не знаю. – Расстроился парнишка. – Н-но я буду помогать вам в поисках. Фан Цимь похлопал по плечу брата, вспомнив, что теперь у него не так много времени, чтобы помогать Фан Хэню. Долг главы звал его, стоило ему видеть у порога архива мастера Бам Гюна с папкой документов. - Мне надо идти. Гин Гувэй лучше сможет помочь тебе, чем я. - Понимаю. Не напрягайся слишком сильно. Уйдя с мастером, Фан Цимь оглянулся, с подозрением присмотревшись на купол архива. «Почудилось» - подумал он, и с чистой совестью скрылся за воротами дворца. Засев в тихом местечке здания, Фан Хэнь и Гин Гувэй обсуждали некоторые детали для поисков, как тут к ним смело вышел демон в чёрном. - Ты?! – Поднял голос Фан Хэнь, а парнишка с перепугу аж побледнел. - Пришёл храм рушить? - Заняться мне больше нечем, - высмеялся Ку Джан. – Помочь тебе пришёл. У нас общая цель, не вижу смысла биться, спорить и ругаться. - Ты тоже хочешь спасти Ен Мона? - Он упрямый, вредный и характером не мил, но всё же он мой друг. И я хочу его свободы также, как ты. Фан Хэнь сбавил обороты, переключившись на энциклопедию. - Давно здесь? - С момента, как вы пришли. Я прятался на крыше архива, выжидая, когда твой брат уйдёт. Эй ты, - обратился демон к Гин Гувэю, сверлящего его взглядом. – Ты что такое? С человеческий рост, прозрачный, золотого цвета и живёшь в книге. Призрак что ли? Не видел таких раньше. - Меня зовут Гин Гувэй. Я – дух, которого поглотила энциклопедия, но при этом свободный. - Рад встречи с тобой. Моё имя… - Демон иллюзий и обмана – Ку Джан. Да, я знаю о тебе всё, что есть, в этой энциклопедии. Ку Джан не сдержал усмешку, осознав, что дух знает о нём то, чего другим знать не дано. Магическая энциклопедия – тоже несёт в себе опасность. Поразительно, что Боги не стёрли её из мира смертных. - Дух, ты кое-что упустил, говоря об уничтоженных артефактов против сил небес. – Привлёк на себя демон взгляд Фан Хэня. - Что? - Есть в мире людей один предмет, о существовании которого Боги знаю, и всего-навсего не могут отыскать вот туже сотню лет. А мы – демоны, знает где найти, но не можешь добыть этот ценный артефакт. Забавно не права ли? - Скажи, как называет? – Попросил парнишка, вселившись в энциклопедию. - Слеза Тьмы. Той самой из которой порождаются все злые чудища двух миров. Фан Хэнь покосился на уверенного в себе демона, затем на энциклопедию, чьи страницы активно перелистывались духом. С трудом поверив, Гин Гувэй взаправду обнаружил переплёт с название «Слезы Тьмы» и поспешил открыть ей взору юноши. - Демон иллюзий не солгал. Я не знал об этих страницах, так как они уже почти выцвели и не интересовали меня. - Ничего страшного, - подбодрил духа Фан Хэнь. Если бы не ты и не Ку Джан я никогда бы не нашёл этот переплёт. – Юноша в благодарность демону кивнул, и тот принял добрый жест. В истории артефакта говорилось следующее: Более тысячу лет назад прародительница существ, несущих беды и смерть, дала жизнь последующему своему отпрыску, похожего на Хули-цзин*. В своей тёмной жизни, прячась от света, лисица влюбилась в Бога. Попытавшись, однажды, познакомиться с ним, лисица встретилась с Богом в своём истинном злом облике и была отвергнута, ибо между злыми и добрыми сторонами не может быть никакой любви. От горя разум лисицы помутнел. В отчаянии, она стала преследовать Бога, тянуться к безответной любви. И в конце концов безрассудство привело её к плачевному исходу. Бог проклял хули-цзин, сделав лисицу слепой и бесхвостой. Опозоренная, и лишённая дара видеть, несчастная лисица доползла до Тьмы и попросила помощи. Спасая своё дитя от жестокой расправы, Тьма проронила две слезы. Предметом для их сохранения послужили два флакона: в белом была слеза способная забрать жизнь, а в чёрном – снять любое проклятье. Вручив лисице флаконы, хули-цзин сразу поняла к чему вела Тьма. Однако…Она слишком сильно полюбила своего мученика. Нарочно потеряв чёрный флакон в центре океана, лисица хитростью пробралась к Богу и отравила его вместе с собой. - Как печально. – Сказал Гин Гувэй, загрустив. - Трогательная история положила началу охоте на последнюю слезу Тьмы. – Поведал Ку Джан о продолжении. - Многие демоны хотели приобрести флакон, чтобы поторговаться или оставить у себя, как сувенир. Спустя девятисот лет, соратникам удалось определили точное место положения флакона, но ни один из них так и не смог добыть его. - Почему? – Не терпелось узнать Фан Хэню. - Всё просто. Те, кто погружались в океан за каплей - не вернулись. Очевидно погибли. Ну что, второй наследник, отправишь за флаконом? - Да. – Уверенно ответил он, не колеблясь. Решимость юноши приятно удивила Гин Гувэя и дух поддержал его, несмотря на то, что немного страшился за второго наследника. Ку Джан не остался в стороне и уточнил координаты флакона отразив их на пергаменте, так как сама магическая энциклопедия не показывала нужного места положения. Да и в принципе, кроме заголовка, изображения флакона и истории о его появлении больше ничего не было написано на странице. Когда демон покинул архив, дух вернулся в энциклопедию, а Фан Хэнь поторопился к брату. Вспомнив, что сейчас Фан Цимь занят с мастером, он надумал проведать генерала, давненько он его не навещал из-за недавних событий, и за одно попросить об услуге. К приятной неожиданности, спустя длительный промежуток времени с момента их совместного беседы, Пхан Инг первый пришёл к юноше. Он мялся у двери покоев второго наследника, не решаясь постучать. Юноша, заметив Пхан Инга раньше, по пути к нему, наблюдал за генералом, который на поле боя не боялся оказаться на волоске от гибели, а тут нервничал, чтобы постучать и получить разрешение на «войдите». Пхан Инг глядел на дверь, гадая, у себя ли Фан Хэнь. Потрогав ручку, он выяснил, что комната запрета и немного разочаровался. Пхан Инг скучал по нему, сгорая от нетерпения увидеть юношу. А ещё… Генерал ругал и винил себя по причине, что не оказал поддержку в трудный период жизни второго наследника - не был с ним рядом, когда было необходимо после смерти Фан Шаня. Сейчас генерал думал исправить свою ошибку и надеялся на скорый и долгий разговор. Но вот когда он уже стоял у покоев юноши, Пхан Инг замялся. Переборов минутное замешательство из-за лишних мыслей, переполняющих его голову, он незаметно попробовал отворить дверь с помощью заклинания. - Пхан Инг, меня ждёшь? – Услыхав Фан Хэня, генерал осторожно прервал заклинание, повернувшись к идущему юноше. - Здравствуй, Фан Хэнь… - У генерала сузились зрачки от испуга, увидев кровь на одеянии юноши, не успевшего переодеться. Схватив его за руки, Пхан Инг взволновано протараторил: - Ты ранен! Тебе нужна помощь. - Не нужно. Успокойся. Это…это кровь не моя. Я охотился, чтобы избавиться от стресса, и испачкался. - Кажется враньё подействовало на генерала, и как только Пхан Инг отпустил Фан Хэня, он сменил тему разговора. - Давно вернулся с тренировочной площадки? - Вчера вечером. Как ты после похорон? - Мне уже лучше. - Рад слышать. - Не хочешь ко мне зайти? - Эм…как тебе будет удобней. Улыбчиво Фан Хэнь открыл дверь, впустив генерала. Редко, по ночам, от бессонницы, Пхан Инг приходил к юноше, чтобы посмотреть, как он спит, потрогать его за руку, погладить по волосам или оставить невинный поцелуй на щеке. Днём же, эта комната казалась другой, не такой как в сумраке. В чём крылась особенность восприятия комнаты Фан Хэня при ночном и дневном освещении генералу было неясно. Возможно, разница была в том, что ночью многое оставалось скрытным, и Пхан Ингу делалось от этого комфортней на душе, позволяя делать то, что при свете дня он не осмелиться сделать с Фан Хэнем ни за что. - Раз ты пришёл, хочу кое-что тебе сказать. Это важно для меня, и надеюсь ты поможешь мне. – Юноша присел на кровать, положив на колени энциклопедию. - Говори. Всё что угодно я сделаю для тебя. – Генерал не стал садиться рядом. Вместо этого, он напротив Фан Хэня встал на одну ногу, будто собирался давать клятву любви, видя в серых глазах юноши некое волнение. Показав генералу страницу о чёрном флаконе со слезой Тьмы, юноша рассказал, зачем ему понадобилось отправляться за ним в самый центр океана, не углубляясь в детали. Догадливый Пхан Инг уловил недосказанность в речи Фан Хэня, испытав ноющее чувство. Неужели второй наследник что-то от него скрывает, но зачем и что именно? Генерал напрягся, предчувствуя неладное, но не жалея себя, захотел разузнать подробности прежде, чем столкнётся с ними в неподходящий час. - Ты вкратце пересказал ценное свойство слезы и то, что хочешь применить её ради спасения. Но кого ты хочешь спасти? В твоём нынешнем окружение все живы и здоровы. Я чего-то, ведь, не знаю, да? – Второй наследник отвёл взгляд, сжав губы, когда Пхан Инг положил ладонь на его руку. - Не молчи, Фан Хэнь. Скажи мне, зачем так рисковать? Ради кого отправишься в самый цент океана? - Ради любимого. - Лю…любимого? – Убрал Пхан Инг руку. - Пойми, он попал в беду, а слеза – единственный способ его спасти. Я люблю Ен Мона, и так сильно я не любил никого прежде. Пхан Инг, ты – мой лучший друг и я прошу помочь мне в поисках флакона. Без тебя, наш успех в поисках гораздо ниже, чем с целым отрядом искателей. Лестные слова от Фан Хэня генерал пропустил мимо ушей зациклившись на других, не связанных с ним. Он даже не слушал юношу после того, как услышал «я люблю Ен Мона». Не верилось, что тот самый демон, которого Пхан Инг воспринимал никем для себя, стал для Фан Хэня возлюбленным. Не спроста генерал так переживал, спрашивая юношу о подробностях. Лучше бы он остался в неведении. - Без него… тебе будет плохо? - Не представляешь насколько. Всё, чего хотел генерал, это видеть Фан Хэня счастливым, ведь в улыбке и волшебном смехе юноши заключалась его радость. Невыносимо обидно, что по вине своей неуверенности Пхан Инг сам же лишил себя возможности стать единственным кто был бы причиной пробуждения первой и последней любви второго наследника. А ведь у него было достаточно времени и попыток признаться, сказать то, что скрывал несколько лет и возможно все бы сложилось по-другому, в его пользу. - Кххх, - сжал челюсть генерал, опустив голову. Слёзы навернулись от боли. - Чего это ты? Тебе плохо? - Очень. - Что? Прости, я не расслышал. Какой смысл что-либо говорить? Пхан Инг не в силах изменить судьбу и никогда у него не будет достаточно воли, чтобы признаться. Не хватило духа сказать «люблю тебя» раньше, не хватит и сейчас. Сдержав слезы, Пхан Инг поднял голову, заглянув в очи Фан Хэня. - Помогу. Я помогу тебе. Улыбка расцветал на лице юноши, и он обнял генерала, прижав к своей груди его голову. Знал бы только Фан Хэнь, как болезненно страдало сердце и душа Пхан Инга, не простил бы себя никогда за то, что подпустил его к себе так близко. От Автора: Хули-цзин – (Húli jīng дословно «лиса-дух») в китайской мифологии, это лиса-оборотень с волшебными силами. Зачастую хули-цзин меняет обличие лесы на обворожительную девушку и наоборот, причём в людском облике её лисий хвост никуда не девается. Лиса-оборотень является как добрым, так и злым существом, живущим более ста лет.