Дыхание Мотылька

Даже умение летать сейчас не помогало Паймон догнать убежавших далеко вперед подруг, но усилием воли она заставляла необъяснимые силы толкать её тело быстрее. Рассказ об инциденте с Джинн выдался слишком обрывочным — скорее всего, Эмбер и сама знала далеко не все подробности, однако Люмин решила не выяснять этого, чтобы сэкономить время и темп дыхания на бегу. Эмбер казалась более спокойной, но покорно следовала скорости, которую задавала подруга. По пути она обращала внимание на горожан, удивленно оборачивавшихся на девушек. Вполне понятно — не каждый день увидишь почетного рыцаря и скаута, так спешащих куда-то. Не предвестник ли это беды? Парочка старых знакомых героини даже настороженно подняла глаза к небу, на счастье, такое же спокойное и светлое, как и несколько минут назад. Как и всегда, никаких драконов. Вопреки своим ожиданиям и надеждам, магистра Ордо Фавониус, в её кабинете не застали. Люмин постояла несколько секунд в дверном проеме, изучая обстановку и пытаясь привести дыхание и бешено бьющееся сердце в порядок. — От лица Ордо Фавониус, приветствую ва… — обладательница нежного голоса запнулась, обернувшись к гостям. На лице её промелькнуло узнавание. — О… Почетный рыцарь, скаут Эмбер, здравствуйте. Девушка поправила подолы своего платья и, наконец полностью забыв про стеллажи с книгами, села за рабочий стол, переключая всё свое внимание на подруг. Она старалась держаться отстраненно, видимо, чтобы скрыть волнение, хотя дрожащий голос и слегка растерянный взгляд всё равно выдавали её. — Ноэлль? — потрясенно выдохнула троица. — Правда странно видеть меня здесь, да? — с нотами обреченности в голосе спросила она, оглядывая комнату. — Ну, в общем-то да… — у Люмин в голове роилось множество вопросов. Видеть Ноэлль, горничную, мечтающую стать рыцарем, за столом в кабинете магистра было возможно гораздо более удивительным, чем в первый раз увидеть стража руин. Путешественнице стало стыдно от своих мыслей, но она не могла не признать перед самой собой тот факт, что Ноэлль здесь выглядела совершенно не в своей тарелке. Что же такое могло произойти, что горничную, которую не допускали к рыцарскому экзамену, посадили на место Джинн? Конечно, другие рыцари не оставили бы её без поддержки, но вдруг Ноэлль тоже нужна помощь? — У вас что-то случилось? Я с радостью передам вашу просьбу Кэйе или Лизе. — Так ты… Что-то вроде секретаря? — адреналин, гоняющийся в крови Люмин, вызывал желание закричать, что, вообще-то, это вам нужна помощь, но сдержалась. Все-таки не только ее нервы сейчас на пределе. — Д-да. Господин Кэйа и госпожа Лиза доверили мне бумажную работу, пока сами занимаются более опасными делами. Это на самом деле не так сложно, и если это то, чем я могу помочь… — А Джинн? — выступила из-за спины Люмин Эмбер. — Джинн… А, так вот зачем вы здесь, — закивала Ноэлль. — Она в соборе Барбатоса, кажется некоторое время ей придется провести там. — О Архонты, — обреченно вздохнула лучница. — Все так плохо? В голове обеих рисовались пугающие сценарии, о которых вслух говорить никто не осмеливался. Одно было ясно и без слов: так не может продолжаться долго, нужно что-то делать с трудоголизмом Джинн. Только вот, что, если девушка, казалось, усвоила свой урок давно, но стоило только накопиться работе, как она полностью в ней утонула? — Не думаю. Джинн, конечно, не хорошо, но главную роль в её отсутствии сейчас играет Барбара. Навряд ли она отпустит магистра теперь так просто. Эмбер схватила подругу за руку и потянула в сторону выхода из кабинета. Обе устали, а слова Ноэлль оказали успокаивающий эффект, а потому на дороге к собору девочки сбавили скорость. Мысль о том, что за Джинн ухаживает именно Барбара, тоже грела. С её выдающимися способностями и надежными теплыми руками любой даже тяжело больной пациент точно будет в порядке. Сколько раз Барбара так спасала Люмин и ее спутников в путешествиях — по пальцам не сосчитать. Каждый раз мягкое прикосновение воды ощущалось незабываемым и непередаваемым ощущением растекающейся по телу жизни, заменяющим собой боль от ушибов и порезов. А уж то, как на привалах после долгого пути Барбара пела — её бархатный голос мог взбодрить любого, и точно так же мог помочь уснуть. До сих пор Люмин считала ее незаменимым в путешествиях спутником. С любовью она вспоминала их посиделки в ресторанах Ли Юэ, когда каждый кусочек еды в приятной компании, таял во рту вместе с накопленной за дни усталостью. Когда они в последний раз виделись с Барбарой? Тогда даже молчание рядом с ней казалось комфортным, многое ли поменялось? Оказавшись в просторном зале храма, Люмин почувствовала легкий трепет. Она не относила себя к людям, робеющим перед Архонтами — да и это было бы странно, когда они сами считают её близкой подругой. Однако спорить с тем, что есть в атмосфере таких мест что-то завораживающее, было невозможно. У девушки никогда особо не было времени оглядеться здесь и оценить архитектуру. Витражные окна пропускали солнечные лучи нехотя, преобразуя их в цветные линии, складывающиеся на полу в цельные рисунки. Свечи с благовониями обеспечивали почти натуральное на вид дневное освещение, запахи настырно пытались овладеть чувствами. Высокие стены эхом отражали легкие постукивания каблучков по полу идущих мимо рядов лавочек двух грациозных фигур, не отбрасывающих здесь тени. Девушка надеялась встретить здесь служительниц, но вокруг не было ни души, у которой можно было бы спросить дорогу. — Интересно, чем они заняты? — даже Эмбер перешла на шепот. Подруги резко повернули головы от неожиданности, встретившись широко раскрытыми глазами, когда по собору пронеслась жуткая мелодия. Люмин отвела взгляд первая, озираясь по сторонам в поисках источника звука, но эхо не позволяло его определить. Как назло, путешественница не взяла с собой никакого оружия на случай опасности, но на всякий случай все же встала в боевую стойку, Паймон поспешила спрятаться ей за спину. Если это какой-нибудь разбойник, решивший под шумок обогатиться за счет двух юных леди, он определенно выбрал неудачную цель. Рука Эмбер мягко опустилась на плечо подруги. Лучница указала в направлении выхода, и Люмин увидела выходящего из-за скамьи барда с лирой. Медленно, уверенно и весело, наслаждаясь происходящим. Кроме возмущенного пыхтения Люмин, только его ребяческий мелодичный голос разрезал тишину вокруг. Ах, неужели, милый бард, Твои белые зубы страшней, Чем у серого волка, Когда твои речи нежней, Даже самого мягкого шелка? Ах, милый бард, Как же, скажи, сумел Испуг ты навести на тех, Кто даже перед смертью смел? Неужто на душе их тяжкий грех? — Венти, это не смешно! — забыв о приличиях от подобной выходки, Люмин перешла на крик. — Правда? Это только потому что вы не видели себя со стороны, — захихикал бард. — Паймон бы так обозвала этого бродяжку, ух! Обязательно бы придумала, если бы мы не спешили увидеть Джинн! — вторила возмущениям компаньонка. — Что-то случилось с Джинн? — Нет, мы всего лишь пришли помолиться святому Барбатосу, — Люмин сложила руки на груди, пристально глядя на друга. — Очень приятно слышать, что у меня всё еще много верных паломников, — довольное выражение лица Венти ни на секунду не омрачилось от сарказма девушки. Наоборот, казалось, ему нравится продолжать пикироваться. — Путешественник? Эмбер? Доброго вам здравия, — на громкие голоса в зал вышла одна из сестер. Заметив других спутников девушки, она поздоровалась и с ними. — Полагаю, вы пришли проведать магистра Джинн. — Как она? Что с ней? — хором посыпали вопросами друзья. — Состояние Рыцаря Одуванчик в норме, она пришла в себя. Я понимаю ваше желание поскорее увидеть ее, но вам придется немного подождать. Прямо сейчас она уже принимает посетителя, и они просили дать им время для приватного разговора. — Интересно, кто бы это мог быть? — заговорщически спросил Венти, не ожидая ответа, будто уже сам знал его. — Спасибо большое, сестра, — поклонилась Эмбер, присаживаясь на скамью. Люмин, последовав примеру друзей, благодарно кивнула женщине и погрузилась в свои мысли. Под взглядами ожидающих она нервно ходила из стороны в сторону, меряя шагами пол и тщательно подбирая слова, которые могли бы убедить Джинн взять хотя бы небольшой отпуск. В таких вопросах повышенное чувство ответственности магистра брало верх над рациональностью и делало её непреклонной. На каждый аргумент в пользу большего времени на отдых, Джинн всегда находила контраргумент в пользу нужды горожан и самих рыцарей в ней. Тем разговоры и заканчивались. Девушка отчаянно всплеснула руками в мысленном диалоге с собой. — Может, присядешь? — предложила Эмер. — Ждать, возможно, придется долго. Люмин благодарно взглянула на подругу и плюхнулась рядом с ней. Ритмичный стук каблучков по полу — единственный звук, до сих пор нарушавший тишину — тоже затих. Повисшее в воздухе молчание напрягало не меньше. — Хей, Джинн большая девочка, — Венти легким потоком ветерка коснулся щеки подруги, случайно растрепав несколько прядей волос. — Твои слова достигли сердец многих, но оставь в сторону роль спасителя-героя на минутку. Люмин была бы и рада, её разум даже соглашался с бардом, но как при этом можно отставить в сторону беспокойство о друге? Как Лиза каждый день видит усердно работающую Джинн? Интересно, такая картина заставляет ее побороть лень и предложить магистру помощь? Ждать пришлось не так уж и долго, вскоре сестра показалась снова и, таким же абсолютно нейтральным тоном, пригласила компанию пройти за ней. По пути Эмбер успела ввести в курс дела и Венти, охотно отвечая на его возникающие в процессе вопросы. Джинн лежала в одной из комнат, которые совершенно ничем друг от друга не отличались. Не считай проходящий здесь двери, пожалуй, легко бы заблудился. Она и правда выглядела уже оправившейся от обморока. Люмин не представляла, как выглядит её подруга в более тяжелом состоянии, но её всё же радовал тот факт, что на лице женщины был виден живой румянец, а в глазах — сияющие искорки радости от вида знакомых, дорогих ей лиц, столпившихся в дверном проеме. Путешественница на пороге сперва несколько растерялась, на что ей реагировать в первую очередь. Она перевела взгляд на Венти, молча вопрошая, правильно ли она поняла предшествующую этой сцене его фразу, но он отреагировал всё той же довольной кошачьей ухмылкой. Что ж, пронеслось в голове Люмин, наверное, стоит просто принять это как факт. Никто не сошел с ума, и она видит именно то, что видит. Сидящего у постели Джинн Дилюка, крепко держа её за руку.