Неожиданная или ожидаемая

И встреча — дрожью по спине,

Сердечный стук, ладоней холод.

О чем ты? Брось, слова — пусты,

Они — всего лишь только повод

Хоть на мгновенье задержать,

Взглянуть в глаза…

Вдруг все вернется?

И все, ушедшее давно,

Тревожной болью всколыхнется...

Жюли Вёрс — Любовь искали и не находили.

Машина медленно припарковалась возле гигантского клуба, который, казалось, уходил в небо, делая в гуще тёмных туч дыру. Два парня, довольно крепкого телосложения, вышли из автомобиля. Сейшу и Д(о)ракен предпочли бы поехать на таких привычных, родных для них байках. Друзья часто им говорили, как езда на этих металлических лошадках опасна, что они уже не подростки чтоб так разъезжать. Но если и есть в этом мире то, от чего эти двое никогда не откажутся, байки занимали почётное второе место. Строгие костюмы, которые прилегали к телу и немного стесняли движения. И как разные секретные агенты, вообще, умудрялись в них бегать?Отросшие белые локоны Инуи, подхватываемые прохладным ветром, доходили до плеч и иногда лезли в лицо, щекоча его. Чёрные волосы Кена были собраны в небольшой аккуратный хвост с выпущенными передними прядями. Здание выглядело шикарно, из окон сочился свет, также, в них можно разглядеть пляшущие силуэты людей. Снаружи клуб смотрелся ярко, богато, изысканно. Он ослеплял, притягивал своей необычностью и величием. Но парням эта мишура, лишённая какой-то простой души красота, была чужда. Сейшу и Д(о)ракена на светское мероприятие, проходящее в этом клубе, пригласили пара влиятельных и авторитетных людей. Небольшой магазинчик друзей очень разросся и получил свою известность. И на этой встрече, парни должны были встретиться с рекламодателями и спонсорами. По большей части, всё это нужно было Кену. В семье пополнение. Беременность стала для Эмы и Кенчика – праздником, подарком свыше. Инуи к этой поездке относится скептически, но бросать друга не хотел. Парни постояли с минуту, которая длилась точно долгие часы. Они собирались с мыслями, с духом. И наконец вошли. Охранники без проблем их впустили. Сейшу и Д(о)ракен тут же ощутили звуковую волну и грохот басов, которые отозвались вибрацией по всему телу. Прожекторы и софиты, мигающие всевозможными цветами, неприятно били по глазам. Очи, непривыкшие к подобному, непроизвольно сужались. Инупи уже в миллионный раз успел пожалеть, что приехал на эту встречу. Кен слегка потрепал друга за плечо и кивнул в сторону бара. Смысла говорить что-то не было. Из-за музыки слова терялись, да и парни уже научились понимать друг друга без лишних разговоров. Около барной стойки скопилось приличное количество людей. Но места были, и Сейшу присел на стул. Д(о)ракен остался стоять в метре от друга, расположив локти на стойке. Через неопределённое время к Инуи подошёл бармен. Инупи пил алкоголь редко. Но, если это и случилось, то в компании друзей или в гордом одиночестве. Парень заказал себе газировку. Поставив напиток рядом с рукой Сейшу, бармен подошёл к Кену. Тот, в свою очередь, решил немного расслабиться и заказать коньяк "Хеннесси V.S.O.P". Инуи, невольно, обратил внимание на танцпол, где пластично двигались привлекательные девушки, и немного не умело парни.Большая часть людей были одеты откровенно и стильно. Когда к Д(о)ракену подошёл мужчина, Инупи уже успел осушить свой стакан. Сейшу уже его видел, когда этот человек приходил к ним в магазин, но разговаривал он всегда с Кеном. Нет, Инуи не было плевать на магазин. Он также понимал ценность денег, но то сколько парень получал – было достаточно. Сейшу занимался любимым делом; которое его одевало, кормило. И ему не нужно большего. Незнакомец вытянул руку и сдержанно улыбнулся. Видимо, приглашая пройти с ним и что-то обсудить – догадался Инуи. Рюгуджи посмотрел на своего друга, Сейшу встал, и они, вместе с мужчиной, направилась к двери. В другом помещении было поспокойнее и посветлее. Окинув взглядом комнату, парень увидел : женщин, одетых в элегантные, роскошные платья; важных мужчин в дорогих костюмах, которые что-то бурно обсуждали, попивая свои напитки. Музыка была лёгкой и воздушной – классика, которой Сейшу отдавал предпочтение, ведь только с помощью неё он мог расслабиться, только она не вызывала, а даже нейтрализовала периодические головные боли. Хоть, помещение было просторным, Инуи, из-за количества людей, было тесно и неуютно. Мужчина и Д(о)ракен направилась к столику в углу комнаты, и парень нехотя последовал за ними, по пути стащив у официанта шампанское. Сейшу не очень любил пить, но сейчас это было необходимо, как глоток свежего воздуха, после нескольких часов проведённых в мастерской. Парень надеялся, что хотя бы так заполучит внутренний покой. Когда все, трое, присели на диван, Инупи отпил немного игристого, которое приятной горечью обожгло горло и двинулось вниз, и уставил стеклянный взгляд куда-то в толпу. Он не особо вслушивался в разговор Рюгуджи и незнакомца. У Кена и Сейшу уже был разговор на темы по типу : "Что думаешь о расширение магазина?", "Можно заказать рекламу" и т.д. Инуи сразу сказал, что пусть друг делает то, что посчитает нужным. Парень бесцельно всматривался в толпу, пока не выцепил из неё силуэт. Инупи не мог точно сказать чем он его зацепил. Длинные серебристые волосы, некоторые пряди, как-то по-особенному, красиво ложились, словно снег осыпал плечи. Фигура была грациозной и принадлежала мужчине. Сейшу упёрся в неё взглядом, точно от этого зависила его жизнь. И, судя по всему, человек почувствовав этот пронзающий, пробирающий до костей взгляд, обернулся. Лицо Инуи, до ныне изображавшее только холодное безразличие, сейчас изменилось. «Коко,Коко,Коко...» — единственное чем была заполнена голова. Его лучший друг, которого он не видел несколько лет, о котором больше ничего не знал, сейчас стоит и смотрит в его, Сейшу, светло-зелёные глаза, загоревшиеся надеждой. Всё нутро, тело рвалось к Хаджиме, требовало поговорить, узнать, может даже обнять. Инуи думал, что давно похоронил воспоминания о тех славных временах когда они были вдвоём, о прикосновениях своего друга и... о чувствах к Коконою. Инупи, отставив полупустой бакал на стол, встал и легонько, чтобы несильно отвлечь Кена от разговора, тронул за плечо. — Я отойду. — Глухо произнёс парень. — А... Хорошо. — Не сразу, мягко сказал Д(о)ракен и продолжил обсуждение с мужчиной. Парень уже потерял из виду Хаджиме. Сейшу осторожно приближался к толпе и всматривался в лица, он был похож на хищника, выслеживающего свою жертву. Пройдя толпу, Инуи зашёл за поворот и двинулся дальше. В проходе, где оказался парень, было несколько дверей и, практически, не было людей, а даже если были, то занимались своими делами — обсуждением какой-то проблемы. Не надеясь больше встретить бывшего друга, Сейшу остановился и уже принял решение вернуться к Кену. Развернувшись, он почувствовал, как кто-то тянет его за руку. Не успев оглянулся, глаза Инуи встретили полутьму. Единственным освещением в комнате были окна, в которые проникал свет ночного города. К губам прижались чужие. В нос ударил мягкий, масляный запах кунжута и кофе. От шока Инупи не решался что-либо сделать. Поцелуй был до одури нежный, боязливый, словно человек и не ждал, что на него ответят. А волосы незнакомца щекотали лицо. — Инупи... — Томным голосом с ноткой приятной хрипотцы, произнёс Коконой. Очи Сейшу, наконец, привыкшие к мраку, разглядели знакомые черты. Хаджиме отодвинулся от лица парня. — Ты почти не изменился, разве что волосы отрастил. — Скрестив руки на груди и отодвигаясь, проговорил Коко, на губах была не улыбка — оскал. — Коко... Ты... — Всё, что получилось выдавить из себя. Инуи от шока не знал, что говорить, думать. Он стоял с широко открытыми глазами опираясь о стену, точно если отойдёт, ноги не выдержат — рухнет. Парень слегка коснулся пальцами губ, на которых ещё чувствовал горячий поцелуй. Они стояли настолько близко друг к другу, что чувствали тепло чужого тела. Коконой расставил руки по бокам, опираясь о стену и, как бы, закрывая Инупи пути отхода. Парень почувствовал, как старый друг уткнулся головой в его грудь. — Сейшу, — Это не первый раз когда Хаджиме называет Инуи по имени. Но это было настолько редко и давно, что все воспоминания можно уничтожить, сжечь, превратить в пепел, но он всё помнил. Каждый грёбанный день, парень может назвать любую деталь: время, место, во что каждый из них был одет, погоду – неважно, главное, что Инупи помнил. — Прости... — И Коко запнулся. Всё это время он не отрывал взгляд от пола, от точки где-то рядом с их обувью, а в горле стоял ком. Сейшу устремил взгляд в потолок, а руки безвольно болтались вдоль тела. — Я всегда видел в тебе Акане, просто не мог смириться. Смириться с тем, что её... нет, что она умерла. Я гнался за выгодой, думал, что так проще, что деньги – это ответ на всё. Прости... — По лицу Коконоя скатилось пара слезинок и упали на пол. Он ели сдержал всхлип. — Хаджиме, — Инуи загрёб парня в утешительные объятия и слегка пригладил его волосы, пропуская пряди сквозь пальцы, даря нежную, ласковую улыбку. Они словно окунулась в прошлое. — Всё в порядке. Тебе не за что извиняться. — Ты снова пошёл за мной. — Как-то тяжело выдохнул Коконой, ближе прижимаясь к забытому, но такому родному телу, дарящему необходимое тепло. Он утыкается подбородком куда-то в изгиб шеи, в сердце начинает тесаться любовь. — Инупи – дурень. Спасибо. Даже через одежду они чувствовали, как гулко стучат сердца, словно в пустоте. — Я все эти годы думал о тебе – не об Акане. Мне хочется быть с тобой, но это слишком опасно. Я не хочу причинять ещё больший вред. — Хаджиме очертил дорожкой нежных поцелуев скулу и прошёлся несколькими по чувствительной шеи. Услышав какое неровное и рваное дыхание стало у Сейшу, он оставил небольшой алый засос. — Коко... — Инуи вцепился в кроваво-красный пиджак, блаженно и сдавленно выстанывая, прикрывая глаза окутанные пеленой. — Инупи, — Коконой отстраняется и взглядом оценивает внешний вид возлюбленного, улыбается и щурит свои лисьи глазки. — Тебя Кен искать будет. Щёки у обоих парней горят, румянец давно завладел их лицами и шеей, но из-за мрака в комнате сложно разглядеть алость на их мордочках. Оба уже дышат часто, сбивчиво. Сейшу выпускает Хаджиме из крепких объятий и позволяет немного увеличить расстояние, но совсем не значительно. — Вернёмся? — С грустью в голосе спрашивает Коконой поправляя одежду и волосы. — Ага. — Тихо соглашаться парень. — Коко. — Зовёт его и щёки в ладони свои горячие берёт, губами к чужим тянется. Поцелуй выходит нежный, тягучий, до одури сладкий. Наконец, они отодвигаются друг от друга, прозрачная ниточка слюны обрывается. Дверь неспешно открывается, и парни выходят. Не хочется расставаться. Желание, побыть вдвоём хоть ещё секунду, снова почувствовать чужие уста на своих, ощущать тепло другого тела, давило изнутри. Но надо возвращаться, Д(о)ракен будет переживать. Сейшу и так уже задержался. — Инупи, — Обращается он к другу, тормозит его у поворота за руку. — Я к тебе приеду. — Говорит Хаджиме уверенно, а у самого щёки пунцовые, смотрит в чужие глаза с надеждой. — Буду ждать. — Кратко произносит Инуи и улыбаться так легко, точно каждый день они так разговаривают, словно не было никаких недомолвок между ними. Они расходятся. У обоих к горлу подступала горечь, оседала где-то в груди из-за чего дышать становилось проблематично. От ощущения жилистого кома в горле начинало подташнивать. «Но это, ведь, не в последний раз?» — Проносилось в головах. Они такие разные, но так тонко и точно чувствуют друг друга, как-будто у них невидимая связь, вероятно, сама судьба благословила их.