Неожиданная или ожидаемая

Прошло пару дней с момента их последней встречи в баре. Они больше не виделись, но частенько созванивались, обсуждали всё на свете, как в старые добрые времена. Разговоры были лёгкими и непринуждёнными, а если возникала тишина, то она была комфортной. Парням было о чём поговорить и помолчать. Так сразу и не скажешь, что они не общались долгие несколько лет. Сегодня Кен ушёл пораньше, а значит честь закрыть магазин предоставлялась Сейшу. В помещении стояло безмолвие, гробовая тишина. На улице давно горят фонари освещая дорожку. В это время года мрак быстро окутывал город, который на фоне ночи начинал пестреть ещё ярче. Парень сидел перед байком уже достаточно долго, чтобы понять что он устал и лучше закончить завтра. К тому же, противно тикающие часы на стене подсказывали, что рабочий день можно закончить и заслуженно отдохнуть. Колокольчик над дверью забренчал, оповещая владельца магазина о прибытии нового клиента. — Мы закрываемся. — Спокойно ответил Сейшу даже не оборачиваясь. — Знаю, — Ровный и до боли знакомый голос послышался в ответ. — Поэтому и пришёл. — Парень развернулся к своему собеседнику и встретился с парой хитрых глаз. — Привет, Инупи. — Коконой расплылся в игривой ухмылке, скрещивая руки на груди и глядя прям в изумрудный омут. Инуи, опираясь рукой о байк, встал и пошёл к Хаджиме, почти в плотную, расставляя руки. Коко прильнул к парню, ныряя в крепкие и тёплые объятия. Они простояли так какое-то время грея друг друга. Только вот, непонятно от чего обоим было холодно, может во всём виновата погода, а может и чувство одиночества, которое не покидало парней с момента расставания. — Знаешь, Коко, — Вдруг, шёпотом начал Сейшу, всё так же прижимая друга к груди. — До сих пор не могу поверить, что мы, вот так просто, стоим. Кажется, что когда я сделаю очередной вдох, ты растворишься в воздухе, пропадёшь, словно ты всего лишь иллюзия. — парень стиснул друга ещё сильнее. — Я больше не дам тебе сбежать. — Да я и не собирался. — Мягко улыбаясь и с нежностью смотря в глаза, играючи произнёс Коконой, обнимая возлюбленного за шею. Они слились в долгожданном и сладострастном поцелуе. Язык Инуи протиснулся вглубь чужого рта, касаясь нёба и проходя по ровному ряду зубов. Пока тонкие пальцы Коконоя перебирали белёсые волосы и слегка массировали кожу головы, не позволяя отстраниться. У обоих сердце трепетало в груди, точно маленькая птичка пыталась вырваться из своего плена в виде клетки, только в данном случае препятствием были рёбра. Руки Инупи были расположены на талии парня и несильно сжимали её, в моменты когда Хаджиме покусывал и оттягивал чужую нижнюю губу. — Сейшу, я хочу тебя. — Признался Коко, томно проговаривая слова в самые уста возлюбленного, после чего, его руки переместились на спину, а губы мокрыми поцелуями спустились на шею. От слов и действий парня, по телу Инуи прошлась слабая волна возбуждения, и он сдержанно простонал. Коконой хитренько улыбнулся куда-то в ключицу. Слегка отстранясь и беря лицо партнёра в мозолистые ладони, Сейшу шёпотом проговорил : — Нужно мастерскую закрыть, подожди. — На что губы Хаджиме расплылись в игривой ухмылке, он выпустил парня из объятий. *** Мягкий свет уличных фонарей бьёт через стекло единственного окна в этой комнате. Где-то отдалённо слышался шум холодильника, который тоже стоял в этом помещении. Инупи обнажённый сидит на коленях Коко, обнимая руками его шею. Грудь парня вздымается, дыхание сбитое у обоих, а румянцем покрывает щёки и едва касается плеч. Коконой нежно проводит одной рукой вдоль позвонков, а другой, скользкими от смазки пальцами, аккуратно надавливает на напряжённое колечко мышц. Он поднимает голову и, сначала взгляд проходится по губам Сейшу, которые сейчас похожи на тонкую линию, а затем двигаясь вверх – встречается с глазами возлюбленного, за расширенными зрачками виден тонкий ободок зелёной радужки. Хаджиме осыпает чужое лицо беспорядочными поцелуями – успокаивая, и первая фаланга проходит. Инуи болезненно шипит, а его тело покрывается мурашками. — Скажешь, когда можно. — Шепчет Коко в самые губы, а затем целует их. Парень лишь слабо кивает и мычит. Проходит несколько секунд, прежде чем Сейшу успевает привыкнуть. — Давай. — Проговаривает парень в самое ухо и ближе прижимается к родному телу, из-за чего разбухший и требующий внимания член трётся о чужой. От этого, оба рвано выдыхают. Хаджиме легонько толкается вглубь и, не слыша в ответ недовольного мычания, входит вторым пальцем и останавливается – даёт привыкнуть. Инуи пару раз быстро моргает, пытаясь избавиться от солёной влаги, которая скопилась в уголках глаз, скорее от переизбытка эмоций, чем от боли. Когда первые слезинки-бусинки скатились и упали на плечо Коконоя, тогда парень мельком поцеловал возлюбленного в пушистые белёсые ресницы, размазывая влагу по контуру между шрамом и здоровой кожей. Каждое, даже в мельчайшее, действие Коко было пропитано нежностью и заботой. Он мягко прилегал губами к молочной коже парня – пытался успокоить и показать всю свою любовь, которая скопилась в его сердце за эти годы. А Сейшу доверчиво поддавался на чужие заботливые ласки. Почувствовав, что Инупи сам пытается насадиться на его пальцы, Хаджиме двинулся чуть увереннее, глубже и немного согнул фаланги. Послышался громкий блаженный стон, Инуи прогнулся в пояснице и мелко задрожал. Коконой положил вторую руку на затылок возлюбленного и втянул в ленивый поцелуй. Коко отстраниться и прошёлся взглядом по любимому телу, чтобы узреть своего мальчика во всей красе. На щеках и шеи Сейшу пятнами ложилась алость, губы приоткрыты в немом стоне, изумрудные глаза казались темнее из-за пелены в них, грудь, которая ходила ходуном, ярко выраженный пресс, вставшие от возбуждения соски и член, из головки которого сочился предэякулят. Хаджиме любовно, с вождением смотрел на это произведение искусства. Собственное возбуждение давало о себе знать, но подготовить Инупи было важнее. Он губами обхватил ареол соска, а пальцы развёл на манер "ножницы". Прошёлся языком по соску и цепочкой нежных поцелуев направился вверх к шее, слегка прикусил ключицу, выбивая из лёгких Инуи воздух. — Коко, — Дрожащим голосом позвал он своего возлюбленного, обнимая его лицо ладонями и смотря в хитрые глазки напротив. — Я готов. Хаджиме расплываться в легкой – не как всегда, обычно его ухмылка больше похожа на оскал : надменная, хитря, когда он словно возвышается над тобой – улыбнулся. Вынул пальцы из ануса, раскатал защиту по члену и внимательным взглядом обвёл парня, словно безмолвно спрашивал разрешение на дальнейшее действие. Уголки губ Сейшу поползли вверх, он с нежностью посмотрел в глаза Коко и накрыл чужие губы своими. Отстранившись, Инупи приподнялся с колен партнёра и, помогая себе рукой, попытался насадиться на член возлюбленного. Коконой мягко положил свои тёплые ладони на точёную талию. Парень осторожно вобрал в себя половину длины – растяжка облегчила эту задачу – и запрокинул голову, открывая вид на изящную шею. Хаджиме просто не смог устоять перед соблазном и страстно прикусил чувствительную кожу, оставляя болезненный засос рядом с недавним. Инуи схватился руками за чужие покрытые испариной плечи, чтобы не потерять равновесие от накатившей волны удовольствия, впиваясь короткими ногтями, которые оставляли красные следы в виде полумесяцев, и сладко застонал. Коко сбивчиво вдохнул и выдохнул – пытался контролировать себя. Подождав какое-то мгновенье, когда Сейшу решил, что готов попробовать вновь, то двинулся увереннее. Вся длина оказалась в нём и парень всхлипнул. От чего Коконой гортанно прорычал и положил свою голову на грудь возлюбленного, обнимая его. У обоих сердце отбивало бешеный ритм, настолько, что можно подумать, что у них аритмия. С чувством теплоты пришло и ощущение заполненности, которое приятно отзывалось покалываниями внизу живота. Стенки ануса мягко, но с напором обволакивали член. Упираясь коленями в диван Инупи сделал совсем небольшое движение вверх и снова опустился. Хаджиме слегка дёрнул плечами от действия своего мальчика, обхватил и слегка сжал руками его упругие ягодицы. Взгляд Сейшу помутнел, а картинка перед глазами поплыла от такой ласки. — Мы можем поменять позу, если тебе не комфортно. — С беспокойством проговорил Коконой, проведя кончиком носа по щеке. Парень промычал, отрицательно мотая головой. Инуи начал неторопливо двигаться, то насаживаясь, то на половину выпуская чужой член. Через пару таких действий член начал попадать по простате, вызывая у Инупи всхлипы и скулёж. Почувствовав, что возлюбленный привык, и процесс больше не доставляет болезненных ощущений, Коко подмахнул бёдрами глубже вбиваясь в податливое тело, хрипло постанывая. Парень блаженно вскрикнул, запрокидывая голову и прикрывая глаза. Хаджиме обхватил рукой член своего мальчика и начал надрачивать в такт его движениям. От того как приятно Сейшу сжимался вокруг его члена, от нежных прикосновений и сладких, почти что приторных, стонов, организм накрыл Коконоя с такой силой, что в глазах начали мигать пятна всевозможных цветов. Когда картина приобрела относительную чёткость, он оценил состояние своего возлюбленного. Инуи слегка, почти незаметно, подрагивал от возбуждения, прикрывая глаза и закусив губу. Парень лёгким движением провёл рукой вдоль спины Сейшу. Ноги задрожали от заботливых прикосновений, и он упал на вздымающуюся и покрытую испариной грудь возлюбленного. Коко помог ему подняться и, уложив на диван, расположился между ног Инупи, предварительно сняв презерватив с себя. Проходясь мокрыми поцелуями по внутренней стороне бедра, Хаджиме успел оставить пару алых засосов. Он мазнул языком по всей длине и подольше задержался на чувствительной головке. Сейшу, выстанывая имя возлюбленного вперемешку с матами, пытался ухватиться за обивку диван, но из-за мокрых, дрожащих пальцев, попытка не увенчалась успехом. Властно сжав бедро ладонью, Коконой вобрал половину чужого члена, мастерски подключая язык. И услышав протяжный стон сверху, он резко двинул головой, вся длина оказалась во рту. Не найдя куда деть руки, Инупи прислонил ладонь к губам, от чего стоны получались приглушёнными, что сносило голову в тысячу раз быстрее. Коко сделал несколько поступательных движений, и когда головка упиралась в самую глотку, он напрягал горло, доставляя своему парню пьянящее удовольствие. И через пару таких манипуляций, Сейшу излился в рот парню, попутно выстанывая его имя. Коконой отстранился проглатывая вязкую жидкость и обессиленно упал рядом с возлюбленным, кладя голову на вспотевшую, сильную грудь. Они ещё пару минут провели в объятиях друг друга, восстанавливая дыхания. Хаджиме вслушивался в уже ровное сердцебиение, пока Инупи пропускал сквозь пальцы его мягкие волосы. — Нужно в душ сходить. — Всё ещё слегка хриплым голосом парировал Инуи. — Давай я отнесу тебя, моя принцесса. — Поднял он голову вверх, чтобы встретиться с зелёным омутом уставших глаз, хитренько скалясь. Не получив никакой реакции на своё высказывания, парень нежно улыбнулся и трепетно добавил : — Я люблю тебя, Сейшу. — Окунувшись в обсидиановые глаза, Инупи встретил в них любовь, заботу и искренность. — Я тоже тебя люблю, Хаджиме. — Он крепче обнял возлюбленного, ближе прижимая к своей груди.