Йон

— Ага, — глубокомысленно изрек Асо, глядя на списки групп. И ещё раз повторил: — Ага. Там, на стенде, висело три огромных списка с фамилиями прошедших предварительную аттестацию студентов. Всех их поделили на три группы в зависимости от показанных способностей. Сам он вместе с девушками попал в группу под названием «1-а» и теперь раздумывал, что ждать от такого подарка судьбы. С одной стороны, скорее всего, это была сильная группа, с другой — спрос с них наверняка будет гораздо выше, чем с двух других, значит и свободное время уменьшится. — Чего замер, — толкнула его в бок Тсуджихара. — На фамилию свою никак не налюбуешься? Пошли получать форму и документы оформлять — нам еще заселяться, а первый урок уже через пару часов! Быстрей, быстрей! Подгоняющими движениями Саори погнала парня от стенда к административным помещениям. Ухмыляясь, Кьёка последовала за ними. Глядя на этих двоих, да и на окружающих, впрочем, можно было не сомневаться, что время учебы в академии скучным не будет. Первый урок оказался вводным. — Вы здесь не хакама протирать! — вещал Тода-сэнсэй. — Вы здесь — учиться и совершенствовать свои навыки до тех высот, до которых только и сможете дотянуться! Чтобы перешагнуть их и идти дальше, не мысля себя без развития! Вы будете работать и работать над собой, без устали, ежедневно, пока не сможете за долю секунды расправиться с любым пустым! Не тешьте себя ложными надеждами: немногие из вас на самом деле достигнут этих высот, но стремиться к ним вы обязаны! С тех пор, как вы переступили порог этой академии, дороги назад не существует! — Красиво заливает, — шепнул Кьёке рядом сидящий Асо. Девушка чуть пихнула его в ответ, не горя желанием привлекать внимание ретивого преподавателя. Какой-то парень по другую сторону от Суйгецу со щелчком зевнул. На задних рядах раздался тяжелый вздох. — Расписание занятий вы найдете на стенде, рядом с тем, где сегодня висели списки. Советую на них не опаздывать, — после этой фразы учитель обвел аудиторию таким взглядом, что часть студентов ощутила явственную потребность сползти под парты, а некоторые попытались ее исполнить. — Сейчас вы проследуете в хранилище асаучи, где получите свои клинки. Помните! Чем скорее вы узнаете имя своего занпакто и поймете его, тем выше ваши шансы попасть в желаемый отряд на офицерскую должность! Те же, кто будет пренебрегать занятиями в академии и занятиями с занпакто, пожалеют, что решились стать шинигами! Это стезя для ответственных, тех, кто будет упорно трудиться и не побоится идти на встречу опасностям! Свободны! С облегчением вздохнув, студенты академии поползли вниз с амфитеатра парт к выходу. — Кажется, моя учеба закончится быстрее, чем я думала, — хихикнула недалеко от Кьёки блондинка с коротким каре, обращаясь к своей подруге. — Брось, Соо-чан, — протянула ее спутница. — На вводном всегда пугают, это не мешает студентам наслаждаться жизнью. Ну и учиться, конечно. Очередь в хранилище выстроилась знатная. Кажется, одна из групп освободилась раньше них, и теперь в коридоре стояла толпа народу. Саори прислонилась к стене, оперевшись на нее ногой и лениво из-под ресниц отслеживала очередь. Не желая зря тратить силы, Ёшинори устроился прямо на полу, не обращая внимания на свою новенькую форму. На вопрос Кьёки он только отмахнулся, сказав, что уже завтра она перестанет быть новой, как только их поваляют на хакуда. Очередь двигалась довольно быстро, и когда подошло их время, Кьёка, получив асаучи, с интересом стала разглядывать плетеную рукоять сине-фиолетового цвета. Жаль было, что на пробуждение занпакто требуется время: Кьёке не терпелось узнать, какой силой обладает этот меч цвета ночного неба. Закрепив асаучи на поясе и подождав, пока приятели получат и полюбуются на свои, девушка направилась к выходу из здания. Их ждало дзандзюцу. Две жизни назад, давным-давно, Кьёка часто бывала в додзё вместе с Ннойторой. Тогда, в Токио, она и подумать не могла, что когда-нибудь навыки, заложенные в неё черноволосым бестией, понадобятся ей в профессиональном плане. Сейчас же, вспоминая уроки, данные ей когда-то Джиругой, девушка лишь радовалась, что её случайный учитель был достаточно безжалостен, чтобы вбить в её инстинкты необходимые стойки и варианты защиты и нападения. С ним иначе было нельзя. На полигоне их ждал невысокий молодой мужчина с недлинными, убранными в высокий хвост темными волосами, лицо которого обрамляли две выпущенные из хвоста прядки. На первый взгляд казалось, что занпакто у него нет, и лишь потом, приглядевшись, внимательный наблюдатель замечал, что его рукоять выглядывает не у бедра, а над плечом учителя. — Класс, — сказал он и обвел взглядом выстроившихся в шеренгу студентов. — Меня зовут Шимада Эйчи. С вами же мы познакомимся непосредственно в бою. Сегодня вы получили свои асаучи, и пока что не будете их использовать на занятиях. Начнем с тренировок с боккэнами, к асаучи будете переходить после получения специального разрешения от меня, когда ваш уровень техники позволит вам не прирезать себя и окружающих. Если вы думаете, что хорошее владение кидо позволит вам избегать в будущем использования дзандзюцу и при этом занимать высокие офицерские должности, то вы сильно ошибаетесь. Я прослежу за тем, чтобы вы либо не позорили имя шинигами, либо попросту не стали ими, потому что провал моего экзамена автоматически означает вылет из академии. Тот, кто считает, что мастерски овладеть мечом слишком сложно для него, может сразу развернуться и уйти, чтобы не тратить ни моё время, ни своё, ни своих сокурсников. Надеюсь, мы друг друга поняли. Закончив, он взмахнул рукой, отступая в сторону, и приглашая первых смельчаков на пробный поединок. Немного помявшись, вперед выступил паренек, казалось, бывший еще ниже учителя. Он взял с подставки боккэн и, коротко поклонившись учителю, моментально исчез с глаз сокурсников. Шимада-сэнсэй усмехнулся и тоже буквально растворился в воздухе, на деле же задействовав весьма высокую скорость сюмпо, мелькая то тут то там. Студенты не знали, куда смотреть, пока соткавшийся из ниоткуда смельчак, растерявший свою скорость, не улетел спиной в ограждение, продолжая сжимать в руке боккэн. — Следующий?

***

— Оох, — Ёшинори потянулся, разминая руки и откинулся на спинку стула. — Дописал, что ли? — подняла голову от пергамента Кьёка. — Где там, — пожаловался парень, запрокинув голову. — Ещё половина осталась. Что за жара… Они сидели в библиотеке академии, проклиная запрет на вынос книг и, как и большинство студентов, строчили доклады. — Сейчас бы в парк… — Допишем и пойдём. Нагинацу-сэнсэй не будет прощать не сделанные задания в угоду погоде. — Тебе легко говорить, — покосился на неё Асо, — у тебя вечером не стоит отработка по кидо. — Сам виноват, — подала голос молчавшая до того Саори, не отрывавшая взгляда от скользящей по бумаге кисти, — не надо было прыгать выше головы, пытаясь поразить учителя, и подрывать себя вместо мишени. Асо поморщился. Неправильно сработавшее хадо оставило мало что от его репутации отличника демонических искусств — разве что торчащие во все стороны волосы. — Скажи это себе, когда в очередной раз будешь пытаться завалить Мияко в рукопашке. — У меня это хотя бы получается. — Изредка. — А всё-таки! — Дети, успокойтесь, — ухмыльнулась Суйгецу, наблюдая за их перепалкой. С диаметрально противоположенными характерами, эти двое не помогли не сцепляться. Девочки в группе делали ставки, когда они начнут встречаться. — Тц, Кьёка, — шикнул на неё Асо. — Ага… Но я бы на твоём месте так не храбрилась. Пусть у меня на вечер запланировано не кидо — у меня на него запланировано хохо. Так что кому ещё жаловаться. — Ты сама взяла дополнительные занятия! — Конечно, — с усмешкой посмотрела на него Суйгецу. — Потому что в деле шинигами скорость значит едва ли не больше, чем все прочие умения. Ты можешь быть превосходным мастером, но какой в этом толк, если ты не успеешь за противником? — Ха. Ты прям как будто в какой-то элитный отряд стремишься… — Это вряд ли. Не думаю, что хотела бы строить свою карьеру во втором. — А в каком? Думала уже над тем, куда пойдешь после выпуска? — Ты куда так торопишься, Ёши-кун? — снова подняла голову от книг Тсуджихара. — Мы пока только на втором курсе. — Плох тот шинигами, который не выстроил свой путь заранее, — поучительно наставив на нее палец, обернулся к Саори беловолосый парень. — Ты, стало быть, выстроил, — фыркнула девушка. — Конечно… — Ага, теперь главное, чтоб корабль мечты не разбился об айсберг реальности. — Да чтоб вас, вот заладили! — недовольно отвернулся от подруг Асо, зарывшись в бумаги. — Бу-бу-бу. Девушки насмешливо переглянулись. Дразнить друга чётко выстроенной схемой жизненного пути вошло у них в традицию. Немного подождав и поняв, что парень принципиально сейчас не будет отвлекаться, студентки тоже вернулись к докладам. Несмотря на субботнее утро, понедельник неотвратимо нависал и никуда не собирался отступать.

***

«Концентрируя реацу в ногах, ни на минуту не забывайте о том, где вы, в какой точке пространства находитесь, — учила их на самом первом занятии Ишимото-сан. — Сюмпо — это не ваша неотъемлемая способность ходить по воздуху. Это навык, требующий предельной концентрации. Если вы потеряете её хоть на мгновение — вы упадёте. За время учёбы вы обязаны отточить навык постоянной концентрации до такого автоматизма, что даже при очень серьёзной ране, вы смогли бы противостоять в схватке противнику используя сюмпо». Когда ноги изрезаны в кровь, сосредотачивать на них внимание становится в десятки раз сложнее. Кьёка вскинула асаучи, утирая левой рукой кровь из разбитой губы. Кажется, это всё же традиция — выпускать на первую тренировку новичков в мире живых неучтенных пустых, кто выживет — будет знать. Под таким углом меч держать не стоило, только иначе не получалось — когда пытаешься выжить сама и защитить упавших товарищей не до фехтовальных изысков. Хотя Шимада-сэнсэй ей бы за это голову отвертел. И ладно бы, главное, чтобы это не сделал наседающий на группку третьекурсников пустой. — Хадо номер 32: Окасэн! По лезвию растекается большой жёлтый шар, улетая в противника горизонтальной дугой. Пустой отмахивается хвостом, ударяя в землю рядом с девушкой. Взрывная волна подкидывает небольшие фигурки и швыряет их об дерево. Встать не получается, но дело сделано: пустой не пережил атаку. Девушка пытается остаться в сознании оценить повреждения, сосредоточиться на лечебном кидо: веки опускаются вне воли хозяйки, на грани сознания слышатся крики и вой монстров. Глаза открываются с трудом, хотя свет вокруг не режет — света толком почти нет. От удивления Кьёка приподнимается на локтях, обозревая пространство вокруг. Так, наверное, выглядит космос для какого-то исполинского существа, смотрящего на скопления звёзд издали. Само пространство, на котором она очнулась, представляет собой кусок скальной породы посреди мерцающей бесконечности. — Ну здравствуй, — раздаётся сбоку, и Кьёка резко садится, оборачиваясь к собеседнице. — Ты… — Я давно ждала нашей встречи. Славно, что ты запустила кидо с меча — это позволило мне наконец к тебе пробиться. Кьёка полностью разворачивается, скрещивая ноги, и рассматривает… кого? гостью? или она сама гостья в этом мире? или они обе — хозяйки. — Рада нашей встрече, — наконец, говорит она. Её собеседница одета в мерцающее, как окружающее пространство, кимоно, на ногах — гэта. Она смеётся, прикрывая рукавом половину лица, только глаза блестят. — Ты знаешь, как меня зовут? Кьёка улыбается. Да, сейчас она знает все. Действительно, что ещё, какое ещё могло бы быть у неё занпакто, с её-то талантами в прошлой жизни. — Конечно, Ринтоки. Это честь для меня. Занпакто смеётся, запрокинув голову, звезды смеются в унисон. — Я так много могу! Я расскажу тебе.

***

— И не говори, что группа быстрого реагирования сработала быстро, — послышались на горизонте сознания голоса. — Если так, нам не пришлось бы откачивать едва дышащих третьекурсников! — Но Кучики-доно, мы сделали все возможное! Ответ, последовавший за сказанным, было не расслышать, но и так стало понятно, что приставленный к ним офицер шестого отряда, недавно окончивший академию, разносит в прах руководство опергруппы. — Я закончил! — повысил голос, что с ним случалось крайне редко, их недавний семпай. — Камей-кун, присмотри тут за всем. — Есть, Кучики-доно! — раздался голос ведущей группы. Кьёка с трудом повернула голову, желая рассмотреть, где она находится, к ней тут же подскочил шинигами в форме четвертого отряда. — Лежите-лежите, не вставайте! Здесь уже со всем разобрались! — Потери… есть? — со второго раза спросила девушка — горло было напрочь высушено. — Не беспокойтесь, все под контролем! Значит, есть. Суйгецу закрыла глаза, понимая, что более подробно ей сейчас ничего не сообщат, а предметно выяснить, что с её друзьями, она сейчас не сможет. Следующий раз девушка приходит в себя уже в палате. Там светло и практически все койки заняты. Сходу не понять, кто где лежит, но когда сил становится чуть побольше, Кьёка различает в стороне белые волосы друга и на противоположенном конце комнаты — чёрную макушку подруги. Живые. Сейчас это кажется самым важным.

***

Тренировки по хохо выматывают, заставляя работать на пределе своих возможностей. Кьёка Суйгецу не позволяет себе сдаться, видя в скорости и выносливости единственное спасение. Будут они — будет возможность и сразиться на мечах, и метнуть кидо. Последние два она тоже не оставляет без внимания, неустанно фехтуя и проводя вечера на полигоне кидо. Все дни у Кьёки чётко расписаны: с утра у нее дзандзюцу с молодым Шибой. Занпакто он владеет превосходно, и стал одним из первых, кто узнал имя своего меча. Кьёка знает, что лучшего партнёра ей здесь не сыскать, и без экивоков подходит и просит его о помощи. Кайен не отказывает, и с тех пор сокурсники встают на пару часов раньше. В обед, в перерывах между теорией и практикой, Кьёка носится по Сейрейтею как ужаленная, отрабатывая техники хохо. День, когда получается познать необходимый ритм дыхания, становится для неё спасением. После ужина девушка идёт на полигон кидо. На пару с Асо она учится создавать высокоуровневые хадо и бакудо без заклинаний и без потери силы. За полчаса до окончания, они устраивают традиционный поединок, после тренируя уже лечебные кидо. Этот вид техник у них получается уже на автомате. — Куда ты так спешишь? — спрашивает её однажды староста курса на год старше. — Сейчас не военное время, чтобы так выматывать себя, не тридцать лет назад. — Однажды я уже оказалась в ситуации, когда едва смогла выжить, Исе-семпай, — улыбается Кьёка. Они идут по весеннему парку, над головой склоняются ветви цветущей сакуры. — Я больше так не хочу. Нанао хмурится. Она помнит ту историю и то, как быстро её замяли. В самом деле, периодически, такие эпизоды случаются, и чудо, что в тот раз пострадало не так много студентов. — Пусть так. Но ты ещё студентка, веселись, пока есть время. — Веселюсь, — улыбается Кьёка. — Через пару дней у Саюмэ-чан день рождение. Мне кажется, она позвала всю академию. Вы идёте, семпай? — Иду, — Нанао, наконец, тоже улыбается. Улыбка на спокойном лице невероятно ей идёт. — Надо насладиться последними неделями свободы перед выпуском. — Уже решили, куда пойдёте? — К дяде, — девушка вздыхает. — К дяде? — удивляется Суйгецу. Она не слышала, чтобы скромница-Исе состояла с кем-то из капитанов в родственных отношениях. Хотя, может, поэтому и не слышала. — К дяде, — подтверждает Нанао. — В восьмой. На этой цифре Кьёка удивлённо распахивает глаза и выдаёт прежде, чем успевает подумать, но, впрочем, не жалеет: — В восьмой? Я была там какое-то время перед поступлением. — Правда? — удивляется Исе. — Расскажи! Она поудобнее перехватывает прижимаемые к груди учебники, второй рукой ловит под руку Кьёку, и уволакивает ту на одну из скамеечек, скрытых густыми развесистыми кронами. Через несколько дней они заваливаются навестить знакомых в восьмой отряд вдвоём.

***

В казармах было весело. Лейтенант с небольшим отрядом отбыла с поручением в мир живых, а капитан смотрел на творящуюся сутолоку благодушно сквозь пальцы, вскоре исчезнув где-то в стороне тринадцатого отряда. Идиллия. Кьёка лежала, закинув ногу на ногу на снова пустующей второй кровати в комнате Тозавы, ныне одиннадцатого офицера, и нежилась под потоком ветерка, дующего из приоткрытого окна. Йоши лениво перебирала наряды — у нее был выходной, и девушка недолго сопротивлялась уговорам бывшей соседки и племянницы капитана. Упомянутая племянница в данный момент отиралась в штабе, выясняя сроки окончания миссии на Грунте, потому что Кьёраку слишком удачно от неё ускользнул, и задать вопрос непосредственно руководству не представлялось возможности. Вытянув, наконец, из шкафа одно из своих кимоно, Йоши приложила его к себе и повернулась к лежащей на кровати девушке. — Ну как? — Идеально, — чуть приоткрыла глаза Кьёка, рассматривая своего первого в этом мире тренера. — Возьми к нему голубой оби. — Точно, — протянула Тозава, поворачиваясь к зеркалу и разглядывая себя. — И вот эти шпильки. — Девочки, вы готовы? — за сёдзи послышался сначала тихий стук гэта, а потом дверца отъехала в сторону, являя взорам одетую в нарядное кимоно Нанао. — Почти! — крикнула из-за дверцы шкафа Тозава, завязывая пояс. Потянувшись, Кьёка встала с кровати, расправляя складки собственного кимоно. Фестиваль цветов проходил каждую весну, и девушки старались туда выбраться регулярно, но, как выяснилось, поодиночке. Суйгецу обычно ходила вместе с Асо и Тсуджихарой, но в этом году они, наконец-то, прекратили ломать комедию и начали встречаться, упорхнув на фестиваль вдвоем. В дни фестиваля Сейрейтей преображался до неузнаваемости. Все улицы, фонари, ограды поместий и заборы отрядов были украшены цветами. На просторных ранее улицах расположилось множество палаток и домиков, где продавали всякие мелочи: украшения ручной работы, сумочки, перчатки, кимоно и веера. Девушки гуляли между прилавков, спуская стипендию и зарплату на милые сердцу безделушки. То тут то там прямо на улицах давались небольшие представления, разыгрывались сценки из легенд и мифов, старинных сказок. Рядом с одной такой девушки остановились, глядя, как завернутый в шелка парень в маске китсунэ соблазняет детишек пойти другой дорогой. Сказание было интересное, дети шли навстречу своей судьбе, откуда-то издалека прилетел грохот взрыва. — Что там? — подняла голову Тозава, кладя руку на рукоять меча. Она, как и все шинигами, не расставалась со своим занпакто даже на праздниках. Студентам же до выпуска носить их с собой запрещалось. — Может быть, Шиба запускают фейерверки? — предположила Исе. Она ещё с первых курсов старалась везде увидеть мирное решение. — Пойдёмте, посмотрим, — потянула девушек за собой Кьёка. Не став тратить время, сорвавшись в сюмпо, они по крышам помчались к источнику шума. Окружающие тоже не теряли времени, и прибыв на место девушки увидели оцепление из дежуривших шинигами. Увидев среди отдающих распоряжения офицеров знакомое лицо, Тозава сделала приятельницам знак подождать, и рванула вперёд. Девушка, к которой она торопилась, как раз закончила отдавать распоряжения, повернулась в сторону прибывающей толпы и нахмурилась. — Сайто-семпай! Блондинка перевела взгляд на окликнувшую её Йоши и еще сильнее свела брови. — Тозава-кун, хоть ты не создавай здесь толпу. — Что здесь случилось? Я могу помочь. — Ты не при исполнении. Но хотя бы уведи кого сможешь, — шинигами, разворачиваясь, поманила знакомую вслед за собой, и девушки увидели у нее на плече шеврон лейтенанта седьмого отряда. Ждать им пришлось недолго. Появившаяся из толпы Тозава хмурилась и не отвечала на вопросы, пока они не отошли на достаточное расстояние, попутно прихватывая приятелей и знакомых, уверяя, что ничего интересного там нет. Лишь в казармах, куда увела девушек Йоши, они смогли немного поговорить. — Там яма, большая такая воронка от взрыва, — сказала одиннадцатый офицер, садясь на свою кровать. — Никто не знает, что там рвануло — вроде не было ничего. Седьмые сдерживают любопытных — это их участок на время фестиваля, — и скоро этим всем займется второй отряд. Поэтому не надо туда лезть. Не стоит попадать под раздачу. Исе кивнула. Она на опыте своей семьи знала, что такое разборки благородных кланов. Кьёка такой опыт не имела, зато имела другой и с девушками была согласна. — Надо проверить, как там Асо с Саори, — Суйгецу встала. — Я хочу вернуться на праздник. Если там всё делают для того, чтобы все сочли это обычным происшествием, стоит и вести себя обычно. А сейчас фестиваль, к тому же мы его ждали. — Ты права, — поднялась Нанао. — Мы вернемся. Йоши встала следом. Когда они вернулись к палаткам, представления продолжались как ни в чем не бывало, дым над западным сектором развеяли и ничто особо не напоминало о происшествии получасовой давности, лишь смутные догадки, что тот район наверняка укрыт сейчас щитами, внутри которых, скрытые от посторонних глаз, работают бойцы омницукидо.

***

Голоса на фоне выделялись отдельными фрагментами, Кьёка вертела головой, пытаясь сверить со списком в руке выданную ей подответственную группу. Ей с Асо, Кайену, Изуми-куну и Мияко поручили сопровождать пять групп третьекурсников, получивших назначение на свою первую полевую практику. Помятуя о происходивших периодически на первых практиках эксцессах, Суйгецу старалась максимально внимательно подойти к организации безопасности своей группы. — Все в сборе? Посмотрите на выданные вам карточки — на них будет номер вашей подгруппы. Найдите своих товарищей и выстроитесь колонной. Начальники подгрупп — проверьте рации. Место сбора — точка F4 пятнадцатого района северного Рукона. Оттуда отправляетесь согласно координатам, выданным начальникам подгрупп, — десять пятикурсников кивнули семпаю, подтверждая наличие оговоренных координат. — После зачистки сектора возвращаетесь на базу. На всё дается два часа. Вопросы? Вопросов не было. Переглянувшись с сокурсниками, которые также заканчивали давать распоряжения своим группам, Кьёка махнула рукой: — Отправляемся! Северный Рукон представлял собой густые леса, затеряться здесь ничего не стоило. Хотя пятнадцатый район не восьмидесятый — здесь всё равно следовало быть аккуратнее. Отличное место для тренировки будущих шинигами. Очертив место штаба и раздав последние указания начальникам подгрупп, Кьёка просканировала вверенную им территорию и дала добро на начало операции. Когда подопечные скрылись в закрепленных за ними направлениях, Суйгецу взлетела на дерево, держа включенной рацию и не снимая ладони с рукояти меча. Спустя почти шесть лет в академии и пять — плотных занятий хохо, девушка могла спокойно стоять и на воздухе, удерживая себя концентрацией рейши, но предпочитала сейчас тратить свой фокус внимания на сканирование окружающего пространства и отслеживания малейших всплесков любой неподотчетной энергии. Заканчивался первый час, никаких тревожных сигналов не поступало ни от подчиненных ни от руководителей других групп, но девушка не позволяла себе расслабляться — слишком живы были воспоминания трехлетней давности, слишком много подобных примеров помнила из того прошлого, когда сама была духом меча и знала то же, что знал Соуске. Яркая вспышка серо на западе сработала спусковым крючком. Ослабленные специальным отрядом пустые просто не должны были иметь в своем арсенале серо достаточной мощи — это был уровень шинигами, но никак не студентов академии. — Третья подгруппа, что у вас? — Кьёка активировала рацию, проверяя все пространство в очередной раз и срываясь в сюмпо. Энергии пустых выше нормы не улавливались. — Третья подгруппа! Поняв, что ответа она не дождется, Суйгецу стиснула зубы и переключилась на общий канал своей группы. — Все подгруппы третьей группы! Повторяю, все подгруппы третьей группы! Возвращайтесь на базу и, при необходимости держите оборону. Начальники подгрупп, защищайте подчиненных. Направляюсь в сектор третьей подгруппы. В ухе запиликала рация, оповещая о входящем по каналу командования. — Кьёка, что у тебя? — раздался в наушнике голос Асо. — Незапланированно сильный взрыв серо. И я не чувствую, что рейацу этого пустого выше нормы. Так не должно быть. Что у вас? — Не знаю. Оборвалась связь с одной из подгрупп, направляюсь к ним. — Ты тоже объявил сбор на базе? — Остальные рапортовали, что у них все в пределах нормы, я не стал их собирать. — А что у остальных? — Тоже что-то происходит. Рукон как взбесился. — Погоди, а если нас специально уводят… Мне нужно кое-что проверить. — Кьёка? Кьёка! Не обращая внимания на оклик друга, девушка затормозила, потянув занпакто из ножен. — Вращайся, Ринтоки! Круг первый: Коору Тсуташюнкан. Мир разбился на осколки и замер. Не теряя ни секунды, которой больше не было, Кьёка рванула в сторону дислокации третьей подгруппы. Взрыв серо, вспышку от которого она видела с дерева, образовал ровную выжженную полянку на месте глухого леса. Куратор подгруппы лежала без сознания, ударной волной впечатанная в ствол дерева. Ещё трое пытались атаковать нависшего над ними пустого, последней участницы подгруппы нигде не было видно. Кьёка сплела руки, выпуская из них столб синего пламени. — Тот, кто носит маску из плоти и крови, кто повелевает всем сущим, кто парит на крыльях, кому даровано имя человеческое! Двойной лотос в стене синего пламени высечен. Да обрушится бездна великого пламени на далёкие небеса! Путь разрушения 73: Сорэн Сокацуй! Не то чтобы Кьёка была уверена в том, что у нее хватит мастерства использовать данное заклинание, но пустой расправился с одной из лучших пятикурсниц, Райкохо нельзя было использовать из-за взрыва и обступивших пустого студентов, а Хайен мог уничтожить возможные улики, которые бы могли объяснить текущее положение вещей. Но полная концентрация, полный же текст и замерший противник сделали свое дело, заставив пустого разлететься на частицы. Опустившись рядом с лежащей Канаги, Суйгецу накрыла её Сакэцу и Хакусуи, пуская зеленую энергию лечебного кидо. Закончив, девушка оглянулась, и рванула в сюнпо обратно, на базу — первый круг её шикая все ещё держался лишь непродолжительное время. Надо было успеть. Она успела. Только Кьёка отменила шикай, возвращая времени его привычное течение, как на стянувшихся на базу студентов выползло пятеро пустых. — Поднимаем щиты! — командует Суйгецу, и часть старшекурсников вскидывает руки вверх, формируя из нескольких Энкосэнов один большой щит, укрывая младших. Кьёка выскальзывает из ограждения, рука плавно поднимается на уровень груди. — Рассыпься в прах, черный пес Ронданини! Сожги себя, вырви свою глотку! Бакудо номер 9: Хорин! — из ладони, подчиняясь воле хозяйки, вырываются пять плетей, устремляясь к пустым; вторая рука поднимается на уровень первой, пальцы растопыриваются, вызывая желтое пламя, скользящее по связующим нитям: — Разбросанные кости зверя! Пик башни, алый кристалл, стальное колесо. Помчитесь и обратитесь ветром. Остановитесь и обратитесь ничем! Свист летящих копий да наполнит пустой замок! Хадо номер 63: Райкохо! Пустых откидывает взрывом назад, на секунду задерживает, и это дает шанс студентам атаковать. Кьёка выдыхает и нажимает на рации тревожную кнопку: — Командующий третьей группой Суйгецу Кьёка. Нападение пустых на базу, запрашиваю поддержку. В ухе тревожно пищит, но сигнал проходит, она слышит это по шорохам на том конце. Им остается продержаться совсем немного.

***

— Немного не так я себе представлял выпускную практику, — откидывается на траву рядом с обнявшей колени девушкой Ёшинори. — А как, позволь спросить? — тянет Кьёка. Она знает, что его отряду тоже досталось и сильно. Ещё она знает, что способностью её занпакто могут заинтересоваться. Останавливать время, пусть и на короткий промежуток — шутка ли. Сейчас она сделала вид, будто шикай делает её быстрее — они сделали вид, что поверили. Надо скорее освоить следующие круги — Ринтоки говорила, что второй позволяет настолько ускорить время жизни цели, что она сгорает за считанные секунды. Можно будет выдать за разрушение и пользоваться в основном им. А первый круг — постараться, чтобы все забыли даже то, о чем не знали. — Ну что-то более безопасное, — шевелит пальцами блондин. Кьёка усмехается. — Помнишь наше первое поле? Это тоже была чья-то практика. Выпускная. И потом, это не более чем случайность. Все было тщательно выверено. Мы сами проверяли. — Ты сама себе не веришь. Суйгецу молчит. Это совершенно не важно — во что она верит. Важно лишь то, о чем говорит. Сейчас их будут тестировать на лояльность и кто тест не пройдёт — дальше второй офицерской десятки не продвинется. Поэтому она молчит и, повернув голову, смотрит на Асо. Он разглядывает её какое-то время, а потом усмехается.