Пропасть

      Он спал глубоки, беспробудным сном уже какое столетие и, по правде говоря, не собирался вновь просыпаться. В этом уже не было смысла. Не осталось никого кто знал бы правду о нем. Магических родов становилась все меньше. Все потомки уже давным-давно забыли своих великих предков, да и носителей знаменитых фамилий уже не осталось. А он ведь еще помнит, как тогда еще совсем юные, но уже очень талантливые волшебники вдохнули в него жизнь.       Годрик, Салазар, Ровена, Хельга… Сколько лет утекло с тех славных времен? Для каменного замка не так уж и много, но не для людей. Он видел рассвет и закат целых эпох. И он устал… Да, он не человек, он лишь груда камней, но он устал, устал так, как не может устать ни один человек.       Прошло уже около тысячи лет с момента основания Хогвартса, и за это время ему успела наскучить ежегодная рутина замка. Последний раз он просыпался около четырехсот лет назад, в то время у маглов был очередной виток так называемой «охоты на ведьм» и очень многие маглоражденные боялись себя, своей магии. А преподаватели не справлялись, а многие даже и не пытались помочь. А сотни детей, просили, звали, плакали. И ему пришлось проснуться и помогать юным магам. Да, темные были времена. Хотя когда в мире было спокойно?       И вот он снова слышит зов. Громкий, отчетливый, он прорывался сквозь дымку дремы и не давал погрузиться в сон.       «Хоть один человек, который поговорит, поддержит, поймет… Хоть один друг… Только один…» — тихий и душераздирающий плач еще совсем маленькой девочки.       «…друга. Хоть одного, который сможет выслушать, понять и помочь. Хоть один друг… Только один…» - разбитый и отчаянный крик еще такого маленького, но уже очень сильного парня.       Два столь непохожих ребенка со столь схожими просьбами. Он не мог не помочь. И он открыл им дверь, связал их судьбы невидимой нитью.

***

      Медленно открыв дверь, Северус заглянул в новую комнату. На его удивление это оказался не очередной заброшенный класс, не старый кабинет и даже не комната с каким-нибудь хламом, а вполне уютная гостиная. Комната была достаточно большой и светлой, несмотря на отсутствие окон, вместо них на стенах висели гобелены, изображающие различные пейзажи. С одной стороны гостиной стояло несколько больших книжных шкафов, наполненных разнообразными книгами, а напротив находился большой камин, рядом с которым стояло несколько мягких, даже на вид, кресел. Рядом с камином также лежал мягкий, пушистый ковер на котором так и хотелось поваляться. Также недалеко от кресел стоял удобный, крепкий стол, за которым легко могли уместиться человек семь и диван, который явно был сделан в том же стиле, что и кресла. Несмотря на то, что мебель была оформлена в темных тонах, в комнате было светло, теплый слегка желтоватый свет исходил из волшебных светильников, что находились под потолком. Все эти детали делали гостиную очень милой и уютной.       Разглядывая книжные шкафы, Северус не сразу заметил, изменения в интерьере комнаты, а именно еще одну дверь, что появилась прямо напротив той, в которую он сам недавно зашел. Но это исправил вскрик, что раздался со стороны появившейся двери. Герой моментально среагировал на вскрик и резко повернулся в сторону источника звука, мысленно коря себя за беспечность.       Увлекшись интересными книгами, Северус ненадолго выпал из реальности, совершенно забывая обо всех своих проблемах и нерадостных мыслях. Но этот звук отрезвил его, и он моментально вспомнил о недавней встрече со своими неприятелями, думая, что они решили последовать за ним.       Но его опасения оказались напрасными. На полу, рядом с еще одной дверью, лежала девчонка, возрастом не старше его самого. Но жизнь в неблагоприятном районе, а также первый месяц обучения в Хогвартсе научили Северуса всегда быть настороже и ждать подвоха отовсюду. Поэтому он все так же настороженно, с палочкой наготове, начал подходить к девочке. Но подойдя к ней ближе, он увидел то, к чему не может быть готов ни один мужчина, а именно слезы.       Девушка лежала на полу зажмурившись, а на ее щеках блестели еще не высохшие дорожки от слез. Сейчас девочка выглядела не лучшим образом. Из-за слез лицо покраснело, черные волосы, когда-то уложенные в наверняка аккуратную косу, сейчас все растрепались, а одежда вся покрыта пылью и паутиной. От такого зрелища Северус опешил и не знал, что ему делать. Ведь ему раньше никогда не приходилось успокаивать плачущих девочек. Лили при нем никогда не плакала, она была бойкой и веселой и Северус вообще сомневался, что она умеет плакать. А других подруг у него и не было.       А пока герой думал, девочка все продолжала лежать с закрытыми глазами и у Северуса появилась мысль протыкать ее палочкой или попинать, но эта мысль быстро была откинута, как неприемлемая. Конечно, можно было постоять и подождать, когда юная леди соизволит открыть свои очи, но похоже ждать пришлось бы долго. Так что, вздохнув, Северус решил потрясти девочку за плечо.

***

      Приземление было болезненным, но куда более было обидным. Как же ей все надоело. От бессилия в сложившейся ситуации на глазах появились слезы.       А ведь все так хорошо начиналось: добрый великан, волшебная улица, множество всего нового и интересного. А что в итоге? Самым интересным и необычным для этого мира является она. Та, что победила величайшее зло этого мира. И обязана побеждать его и впредь.       Из-за несправедливости этого мира хотелось кричать и крушить все вокруг. Но Лита не могла позволить себе этого. Поэтому она лежала на полу зажмурившись, не желая принимать свою судьбу в этом мире.       Но неожиданное прикосновение к плечу заставило героиню резко подняться и вернуться в реальность. Она находилась в большой и красивой гостиной, а рядом с ней стоял черноволосый мальчишка, которого она раньше точно не видела. Это был невысокий и худой мальчишка с крючковатым носом, черными глазами и немного длинноватыми черными волосами. Его одежда выглядела немного потрепанно, но что удивительно на форме не был отображен герб факультета, да и галстук тоже был не в цветах факультета, а как и в первый день, до поступления, серым. Это было очень необычным, ведь сразу после распределения галстук и нашивки на мантии окрасились в цвета факультета, на который ты поступил.       В это же время с таким же интересом с каким Лита разглядывала мальчика, он также разглядывал ее и удивлялся тем же вещам. Разглядывая Северуса, Лита совершенно не заметила, что ее вещи также сменили красно-золотой цвет на серый.       Их безмолвную игру в гляделки прервали весьма интересным способом. Прямо из неоткуда появился голос. Шел ли он откуда-то сверху или раздавался прямо у них в голове было совершенно непонятно. Он был громким, но немного хриплым будто человек, что говорил долго болел или же недавно сорвал голос из-за чего долго не мог говорить и сейчас слова казались ему непривычными.       «Тот, кто просит Хогвартс о помощи и защите- всегда ее получает. Не зависимо от времени, дети всегда должны быть в безопасности, их тело, разум и душа должны быть в сохранности. Дабы смогли они расти и развиваться в стенах замка, набираться знаний и опыта для дальнейшего пути.       Мои силы уже давно на исходе и многого я сделать не в силах, но вы дети, смогли пробудить меня, и я вам помогу. Это место, известное многим как Выручай-комната, станет вашим убежищем. Здесь я связал прошлое и будущее, дав вам возможность встречаться, учиться и развиваться. Не упустите данной вам возможности.       Но дабы сохранить верное течение времени вам нельзя знать друг о друге ничего: ни имени, ни семьи, ни факультета. Вы Лита и Сев и на этом все, магия поможет сохранить секрет. Помогите друг другу дети, покуда мне старику это делать уже сложно».       Голос затих. Сев и Лита смотрели друг на друга у них была целая куча вопросов, но лишь один из них сорвался с их уст.       — Кто вы? — одновременно выдохнули дети. Они сами не заметили, как во время речи этого странного старика, неосознанно затаили дыхание. И лишь сейчас смогли вздохнуть спокойно.       Но ответа на этот вопрос не последовало, лишь показалось, что от стен прошла вибрация, будто сам замок на этот вопрос усмехнулся, но наверняка это лишь их разыгравшееся воображение.       Какое-то время дети все также стояли не подвижно, замерев на против друг друга. И лишь потрескивание дров в камине нарушало безмолвие Выручай-комнаты.