Пропасть

      Шло время. Теплых дней становилось все меньше. Тучи все чаще застилали собой просторы неба. Не редко шли дожди. В замке все больше детей подхватывало простуду и спешило в больничное крыло за бодроперцовым зельем. А после они старались закутаться потеплее, чтобы больше никогда не пить эту гадость. Но все эти изменения проходили мимо двух первокурсников, что дружно сидели за книжками у большого камина, в своей уютной гостиной, на восьмом этаже. Да, это те самые Лита и Сев, что своим желанием смогли преодолеть время.       Сейчас дети вместе готовились к промежуточным экзаменам, которые должны состояться незадолго до рождества. Лита корпела над учебником по зельеварению, не забывая вставлять нелесные эпитеты в адрес своего профессора. Сев же читал конспект по трансфигурации, делая вид что совершенно не слушает свою соседку по столу. Но на самом деле очень злился на такого не компетентного преподавателя, хотя он и считал, что их профессор зельеварения не на много лучше.       С их первой встречи прошло уже больше двух месяцев. И стоит сказать, что друзьями они стали далеко не сразу. В знаменательный день их знакомства, дети так и не сказали друг другу ни слова. Они были слишком ошарашены навалившейся информацией, да и не собирались они дружить только потому, что кто-то сказал им это делать. Так что, еще раз окинув друг друга изучающими взглядами дети разошлись в разные двери спеша по своим гостиным, тем более что как раз в это время по всему замку раздался звон колокола, оповещающий о начале отбоя.       Врожденное упрямство одной и природная недоверчивость другого сыграли свою роль. Дети не могли довериться друг другу просто так. Но не зря же их крик смог пробудить сам Хогвартс, магия их связала и им суждено было встретится вновь.       Уже вечером пятого октября они столкнулись вновь. Соблазн, спрятаться от окружающих в месте, где никто не сможет найти, но где ты с комфортом сможешь устроиться и выполнить домашнее задание или почитать интересные книжки, был слишком велик. И ни один из этих двоих не смог его преодолеть.       Но они все также продолжали не замечать друг друга. И возможно их отношения никогда не сдвинулись бы с мертвой точки если бы не вмешался случай…

***

      31 октября, 1991 год.       Лита никогда не любила Хэллоуин. Этот день был ее личным кошмаром. Она никогда не могла смотреть на то, как детишки, переодетые в чудовищ, бегают по соседям и с радостными улыбками кричат: «Кошелек или жизнь!!!». Да все это является лишь шуткой, развлечением… Но вот только для ее родителей предложение: «Ребенок или жизнь?» — уж точно не было смешным. А их выбор она никогда не забудет.       В этот день ее всегда одолевала меланхолия вперемешку со вспышками злости. Они с тетей и дядей никогда не праздновали Хэллоуин и сегодня Лита тоже не собиралась делать исключение. Поэтому отсидев положенные пары, Габриэлла вместо того, чтобы отправиться со всеми на праздничный пир, стала в одиночестве бродить по школе. Она бы и рада была посидеть в одиночестве в комнате или гостиной факультета, но надолго там не остаться одной, а в выручай-комнате мог находиться Сев, так что героиня отправилась гулять по ныне пустынным коридорам замка. Правда наслаждаться одиночеством у нее получилось недолго, проклятая способность находить неприятности.       Кто бы мог подумать, что именно сегодня погулять по замку также решит и тролль? Сначала Лита лишь почувствовала едкий удушающий запах, что шел с той стороны, где находился один из туалетов для девочек. Но не успев это как-нибудь прокомментировать, героиня услышала громогласный грохот и сопутствующий ему громкий не то визг, не то крик. В этот момент, не раздумывая, Габриэлла бросилась к этому самому туалету.       Первое что бросилось ей в глаза это верещащая Грейнджер, что в попытке как-то спрятаться залезла под раковину, вряд ли конечно бедная раковина способна как-то укрыть ее от тролля, что стоял прямо посреди туалета. Ну да, вот раковина разрушена, а Грейнджер все так же вереща залезла под следующую. Вокруг уже валяются осколки от разрушенных туалетных кабинок, вода хлещет из покореженных труб. И если Лита хочет хоть как-то защитить школьное имущество, то надо что-нибудь делать.       Первая мысль позвать преподавателей хоть и была здравой на первый взгляд, но была откинута как вероятно кровожадная. Так что, заметив прямо под ногами тролля дверь от одной из разбитых кабинок, Габриэлла не стала медлить.       — Вингардиум Левиоса, — постаралась четко и громко произнести Лита, но голос все равно дрогнул, но это не помещало резко повести волшебной палочкой в сторону, а повинуясь этому движению дверь и стоящая на ней нога тролля также отъехали в сторону.       Тролль начал терять равновесие, его повело в сторону, мокрый кафельный пол не способствовал сохранению равновесию, и вскинув руки с огромной дубинкой вверх, тролль с оглушающим грохотом свалился на пол, а выскользнувшая на лету из рук дубинка приземлилась аккурат ему на голову. Все это действие заняло лишь несколько мгновений, но вызвало за собой резкую оглушающую тишину. Туша тролля оказалась прямо перед Литой, и к удушающей вони тролля добавился еще и металлический запах крови, от которого начала кружиться голова. Даже Грейнджер, что до этого не переставала кричать сейчас замолкла и с круглыми глазами смотрела на медленно распространяющееся от тролля красное пятно крови.       В гробовой тишине, что нарушалась лишь журчанием воды Лита легко смогла услышать топот нескольких пар ног, что быстро приближался к ним. Адреналин отступил, а шок и накативший наконец страх сделали свое дело, и героиня провалилась в спасительный обморок. Успев увидеть лишь испуганное лицо профессора Снейпа, что первым забежал в злополучный туалет или же ей это лишь показалось.

***

      Пришла в себя Габриэлла в больничном крыле, видимо прошло не так много времени, потому что она как раз смогла услышать, как директор и профессора покидают больничное крыло. Она лежала в своей одежде на больничной койке, видимо ее не собирались оставлять здесь на долго, на прикроватной тумбочке лежала ее волшебная палочка и стоял стакан воды. Взяв стакан в руки, она заметила, как сильно они трясутся, и только сейчас поняла, что она сделала. Она ведь могла умереть. Тролль это тебе не мальчишки-ровесники, которым всегда можно дать в глаз. Тролль — это огромное магическое существо, с которым не каждый взрослый волшебник сможет справиться, и она не смогла бы ей просто повезло, невероятно повезло. Страх и понимание своей беспомощности могло бы перерасти в настоящую истерику, но в этот момент в помещение зашла мадам Помфри и увидела, что Лита пришла в себя.       –Ну и наворотила же ты дел, милая, — подошла к Габриэлле целительница, — убить взрослого тролля и не получить никаких повреждений! Не каждый аврор на такое способен! Как ты себя чувствуешь? —спросила она, выписывая над Литой непонятные узоры своей волшебной палочкой.       — Все хорошо, — заторможенно ответила Лита.       — Тогда ты можешь идти. У меня нет оснований держать тебя здесь до утра, — сказав это, мадам Помфри направилась в свой кабинет.       Лита чисто механически встала с кровати, взяла свою волшебную палочку и ушла из больничного крыла. Не замечая, что из-за спины ее окрикивает Грейнджер, которую в отличие от нее решили оставить в больничном крыле.       Ноги сами привели Литу ко входу в выручай-комнату, а появившаяся как обычно дверь казалась спасением. Открыв дверь, она вошла в комнату и проигнорировав приветствие Сева, что сидел за столом и что-то писал на пергаменте, но оторвался от него, когда она вошла и кивнул ей, прошла к камину и с ногами забралась в кресло. Она сама не заметила, как начала сначала глубоко дышать, затем ее начало трясти, а после начались всхлипы. Здесь ее и накрыло, она плакала, плакала от страха, шока, нервов и никак не могла остановиться. Истерика все усиливалась и неизвестно сколько бы это еще длилось, но тут ее обняли, как всегда, обнимал ее кузен в детстве, когда ей было страшно, обняли и поглаживали по голове и спине в успокаивающем жесте.

***

      Сегодня выручай-комната встречала его тишиной не было ни шелеста страниц, ни уже привычного бурчания на преподавателей от Литы. Не удивительно, ведь сегодня же праздник. Так что в одиночестве Северус разложил свои учебные принадлежности и начал писать эссе по травологии, не забыв взять несколько книг с книжных шкафов по этой теме. Увлекшись написанием эссе Северус, не сразу заметил появление двери. Но заметив Литу уже по привычки кивнул, а подняв голову сразу понял, что что-то не так.       Лита не ответила на приветствие, она даже не обратила на него никакого внимания, она выглядела бледной и напуганной, она быстрым шагом, почти бегом, добралась до кресел перед камином и с ногами забралась в одно из них. Это было совершенно на нее не похоже. Она могла быть тихой и увлеченной, когда читала интересную книгу, могла быть зла и раздражена, когда делала задания по зельеварению, могла быть веселой и радостной после хорошего дня, полетов на метле или хорошей отметки за сложный тест, но такой Северус ее еще не видел. Лита была бледна, глаза были широко распахнуты, ее пробивала едва заметная дрожь. Что же с ней случилось?       И тут Северус услышал всхлипы. Сначала тихие, как будто неуверенные, они становились громкими и надрывными. Эти слезы точно не могли быть вызваны плохой оценкой или чем-то подобным. Случилось что-то серьезное, страшное. И он Северус должен помочь. Он не может оставить ее одну.       — Лита… — позвал ее Сев, вставая из-за стола.       Но она не ответила, наверное, даже не услышала.       — Лита, — уже громко позвал Сев стоя прямо перед ее креслом.       Но и сейчас ответа не последовало. Она сидела в кресле прижав колени к груди и уткнувшись в них лицом стараясь тем самым заглушить всхлипы, ее трясло. Северус судорожно думал, что же делать? Как помочь? Вот был бы у него сейчас флакончик успокоительного, но за ним нужно бежать аж в больничное крыло, да и вряд ли его дадут первокурснику просто так. Но что-то же делать надо.       И тут Северус вспомнил свое детство. Как успокаивала его мама, когда ему было больно и страшно. Как она брала его на руки, обнимала, гладила по голове и говорила, что все обязательно будет хорошо. И тогда он постепенно успокаивался, ему было так спокойно, он чувствовал себя в безопасности. Но здесь другая ситуация и поможет ли это ему он не знал. Это была бредовая идея, но другой у него не было.       Сев сел на подлокотник кресла и осторожно обнял Литу. Сначала она замерла и притихла и Северус подумал, что он смог ее успокоить. Но потом она резко обхватила его руками, уткнулась лицом ему куда-то в плечо и заревела с еще большей силой. Северус опешил, но неосознанно начал поглаживать ее по спине и волосам. А затем и вовсе начал нашёптывать, что все будет хорошо и баюкать как маленького ребенка.       Так они и уснули вместе в одном кресле. Маленькая испуганная девочка и такой же маленький, но куда более разумный, чем любой другой взрослый мальчик.       Увидь их сейчас кто-нибудь из однокурсников, то никогда бы не узнали. Никто и никогда не видел Литу столь уязвимую и никто и никогда не видел Сева таким заботливым. Но выручай-комната бережно хранит секреты каждого, и тайна этих двоих тоже останется здесь навсегда.       На следующий день Северус проснулся первым и не теряя времени побежал в больничное крыло за зельем от головной боли, потому что наверняка после вечерней истерики у Литы будет болеть голова. Соврав про то, что зелье нужно одной старшекурснице, которую вчера бросил парень Сев сумел взять не только зелье от головной боли, но и зелье чтобы снять отек с глаз. Взяв все необходимое Северус, поспешил вернуться в выручай-комнату.       Лита все еще не проснулась и оставив зелье на небольшом столике рядом с креслами, Северус принялся доделывать свое недописанное эссе по травологии. Ведь всего через пару часов ему его сдавать. К тому моменту как он уже сворачивал эссе и убирал все в сумку Лита наконец-то начала просыпаться.

***

      Спать было не удобно. И открыв глаза Лита поняла почему, она уснула в кресле в Выручай-комнате и хоть кресла и были удобными, но они явно не предназначались для сна. Но что она тут делает? Начав подниматься, она поняла, что у нее болит голова, да и глаза, кажется, опухли. Она что плакала?       Воспоминания прошлого вечера нехотя стали всплывать в сознании: Хэллоуин, тролль, кровь, больничное крыло, выручай-комната, Сев и объятья… Неужели она плакала перед Севом, а он ее успокаивал?       — Как ты? — послышался немного обеспокоенный голос Сева.       Лита резко обернулась из-за чего голова опять начала болеть. Сев заметил это и протянул ей флакон с каким-то зельем.       — Оно против головной боли, должно помочь, я взял его в больничном крыле. Лита взяла зелье и выпила, головная боль почти сразу прошла.       — Спасибо, — тихо поблагодарила Лита. Ей было немного стыдно за свое вчерашнее поведение, да и взъерошенный вид Сева говорил о том, что, наверное, он тоже уснул здесь вчера. И вместо того, чтобы привести себя в порядок принес ей зелье. Она правда была ему благодарна.       — А это поможет снять оттек с глаз, — протянул Сев второй пузырек с зельем.       Взяв и второй пузырек, Лита неожиданно даже для себя обняла Сева и еще раз его поблагодарила.       В этот момент раздался звон колокола что означает что завтрак уже начался, а значит уже через час начнется первая пара. Сказав, что ему надо идти, Сев выпутался из объятий и направился к выходу из выручай-комнаты. При этом он явно выглядел смущенным.       — Тогда увидимся вечером! — крикнула Лита ему вдогонку и кажется услышала утвердительное угуканье в ответ.       После ухода Сева из их гостиной, Лита тоже не стала задерживаться и отправилась в ванную умываться и наносить зелье, а потом надо поскорее идти на завтрак пока ее не хватились.