[ au, действие которого происходит в 1854 ]

Жаркое полуденное солнце дарило свои лучи улицам Лондона, но жители мегаполиса не были столь рады милости природы. В конце июля, когда все вдоволь получили витаминов, прогрели косточки и накупались, жара становится невыносимой. Мы изнывали, прятались в тень и прикрывали тела от обжигающих прикосновений небесного светила. Я бежала по Бонд-стрит, придерживая шляпку – единственное средство защиты от солнца, доступное простому секретарю. Я была вынуждена помочь утром матушке и теперь страшно опаздывала, надеясь, что мистер Хиддлстон не будет огорчен моим отсутствием. Мой начальник являл собой статного мужчину среднего роста. Его волосы, цвета топленого шоколада, всегда игриво выглядывали из-под шляпы, а завитушки и кудряшки словно подмигивали всем, кого видели. Он одевался со вкусом, в самых изысканных магазинах, следуя последнему слову парижской моды. Всегда говорил к месту, его замечания были точны. Он был обучен лучше любого лорда, манерами не уступал королю, но, все же, он не принадлежал ко двору. Сэр Томас Хиддлстон был авантюристом и часто отправлялся в путешествия по всему миру. Я была его верным секретарем уже несколько лет, но мне ни разу не удалось отправиться с ним в приключения. Я смиренно ждала своего начальника в нашем офисе на Бонд-стрит, а он привозил небольшие сюрпризы из каждой поездки: обычно это бывали символичные статуэтки, в редких случаях – предметы обихода. Я забежала по ступеням вверх, преодолевая за несколько секунд два лестничных пролета. Они вывели к просторному кабинету на втором этаже. На входе висела табличка: «Томас Хиддлстон, ученый». Без какой-либо специфики, что могло сбить случайных прохожих с толку. Но таким он был: разносторонним, легким на подъем, берущимся за любое дело. Непостоянный – скажете вы, а я отвечу – увлеченный. – Сэр, мистер Хиддлстон, прошу прощения… – я открыла дверь и буквально влетела в кабинет, заставая начальника врасплох. Мужчина дернулся, рассматривая что-то в его собственное изобретение, похожее на микроскоп. Он ничего не ответил, жестом указывая на мой рабочий стол. Кабинет визуально можно было поделить на пять частей. Первая – умывальня: здесь располагалась небольшая тара с водой и таз. Иногда эксперименты сэра Томаса заходили слишком далеко, и нам приходилось тушить возгорания. Здесь также располагалась небольшая газовая плита, на которой мы грели чайник. Вторая часть – мое рабочее место. Оно было скудным, но комфортным, и представляло собой простой деревянный стол, самодельный стул, который мистер Хиддлстон соорудил для меня, и необходимые письменные принадлежности. Третья часть – рабочий стол сэра Томаса, где он проводил большую часть времени и находился прямо сейчас. Это был широкий, длинный стол, занимавший треть помещения. На нем хранились разнообразные склянки с химическими жидкостями, приборы научно-технического прогресса и механизмы, которые мистер Хиддлстон соорудил и сконструировал сам. Я даже сделала специальную полочку для его чертежей – он увлекался самим процессом создания, любил прорисовывать каждую деталь. Четвертая часть кабинета представляла собой миниатюрный диван, собранный из поддонов. Матушка сшила для дивана три подушки, но их оказалось слишком много – настолько мал он был. Временами, когда сэр Томас увлекался созданием чего-нибудь нового, он мог оставаться ночевать в кабинете. Наконец, пятая часть была наименее примечательной, ведь это была парадная. Ей отводился лишь один квадратный метр, прямо перед дверью. – Пришла почта? – Мой голос раздался в тишине, пока я просматривала новые бумаги, появившиеся на столе. Несколько конвертов и парочка чертежей – их нужно было внести в картотеку и аккуратно сложить. – Там есть конверт на мое имя, что в письме, \Т.И.\? – Томас не отрывался от своей находки. – Минуту, сэр. Нож для бумаги помог мне разрезать боковую сторону, и я вынула аккуратно сложенное письмо. От бумаги пахло цветочными духами с нотками восточных пряностей. Ароматы соединялись в долгоиграющем танце, создавая затуманивающую мозг комбинацию. Запах символизировал свободу, изысканность, приключения. Глаза быстро пробежались по аккуратному почерку. Буквы создавали ровные линии, словно писавший использовал линейку. Чернила не марали бумагу, а впитывались без разводов. Сам материал, из которого сделано письмо и конверт, был плотным - такие не купишь за несколько шиллингов. Они стоят гораздо дороже. – Что там? – Хиддлстон оторвался от изобретения, переводя свой взгляд на меня. – Некая леди Карлайл желает вас видеть, сэр. Она пишет, что ее муж отправился на раскопки в Египет, но от него нет вестей уже несколько недель. – К чему ей я? Пусть обратится к детективу! – Не знаю, сэр. Она пишет, что настоятельно просит сэра Томаса Хиддлстона отправиться к ней в особняк на Блитфорд-роуд. Говорит, это вопрос жизни и смерти. Томас вздохнул и потер переносицу. – Что ж, тогда мне стоит поймать карету и отправиться к леди Карлайл. Мужчина подскочил с места и в два счета обошел длинный стол. В парадной накинул жилетку и, поклонившись, удалился. Я вновь осталась одна и не смогла сдержать вздоха. Что-то было в наших отношениях, тревожащее меня: зачем заводить секретаря, если везде ты отправляешься один? Неужели сэр Томас не любит заниматься бумажной работой настолько, что именно для нее нанял помощника? Я вновь вздохнула и отправилась в умывальню – мне не помешает горячий чай с мелиссой. Сэр Томас вернулся спустя три часа. Его глаза горели, словно он выйграл приз своей жизни. Руки нервно дрожали, и по улыбке на губах я поняла: он взволнован, взбудоражен. – Что случилось? – Я поднялась из-за стола, осматривая Хиддлстона удивленным взглядом. – Мы едем в Египет, \Т.И.\! – Мы? … Вы берете меня с собой, сэр? – Я застыла на месте, не веря в происходящее. – Да, милая моя, да! Леди Карлайл оказалась очень интересной женщиной. Оказывается, ее муж – известный археолог и мой давний приятель. Шесть месяцев назад он отправился исследовать гробницу недалеко от Каира, но что-то произошло, от него нет вестей. Вы знаете остальное, милая, – Томас небрежно кинул жилетку в сторону, усаживаясь на мой рабочий стул. – Он убит? – Именно это и предстоит нам выяснить, дорогая \Т.И.\. Он замолчал, и я недоуменно смотрела на него. Много информации сейчас обрабатывалось в моей голове. Казалось, она вот-вот даст сбой, и я начну нести чепуху. Вопросы роились в голове, жужжа, как рой пчел. – \Т.И.\, почему вы еще здесь? – Сэр Томас недоуменно посмотрел на меня, отходя в сторону. – Что вы имеете в виду? – У нас поезд через четыре часа! Скорее бегите домой собираться! – Четыре часа? – Мое лицо отразило весь спектр эмоций: от конфуза до безумства. – Сэр… – Скорее! Я кивнула головой, прихватила шляпку и побежала в сторону выхода. Мистер Хиддлстон рассмеялся, наблюдая за моим рвением. Этот мужчина полон сюрпризов. С нескрываемым чувством гордости и удовольствия я бежала вниз по улице, надеясь, что путешествие в Египет окажется для меня судьбоносным. Ох, если бы я только знала, насколько!