Тринадцатая

      В замке было тихо и скучно, поэтому тринадцатая бригада разнообразила досуг по своему разумению. Сначала, конечно, был праздник. Обсудив некоторые вопросы, молодые люди решили отмечать дни рождения по тушкам, а не по сознанию. Потому был праздник — день рождения Светланы, точнее, Гермионы, конечно, но свое местное имя девушка не приняла. А с ее родителями еще предстояло разбираться. И, видимо, Слону как единственному представителю психбригады. Впрочем, до лета терпело еще.       День рождения начался традиционно, продолжился весело, а закончился нежно. Откуда доктору Вите удалось добыть любимые цветы своей девочке, Коновалов так и не понял, с уважением посмотрев на Альперовича, местного имени, кстати, тоже не принявшего. Здешние свои наименования бригада учла, но и только. Рефлексы, мысли и сознание у них были свои собственные, поэтому молодые люди называли друг друга так, как привыкли.       — Тортик… — задумчиво проговорила девушка. — Спасибо вам, ребята!       — Все-таки, скучновато, да, Малыш? — поинтересовался доктор Витя.       — Скучно, да, — согласилась Света. — А давайте местных эльфов сестринскому делу учить?       — В смысле, инъекции, клизма? — поинтересовался Коновалов, на коленях которого уютно устроилась привычно дремавшая Луна. — Кстати, ребята, посмотрите котенка…       — Откат у нее, — объяснил доктор Витя, — такое бывает, Слон. Даже у здоровых, учитывая, что, по сути, у нее есть только ты…       — Понял, — погладил девочку Слон. — Я не против учить домовиков. Могу им даже вязки показать.       — И десмургию, — задумчиво произнесла Светлана. — Дикки!       — Дикки тут! — сообщил появившийся эльф. — Что может сделать Дикки?       — Приведи нам еще с десяток таких же, — попросил доктор Витя. — Будем вас учить, хоть какое-то развлечение…       — Дикки сделает! — сообщило существо, исчезая. Слон хмыкнул.       Луне было очень комфортно в руках Рона, хотя его называли и иначе. Она буквально растекалась, чувствуя его тепло, доброту, ласку. Даже то, как ее называл сильно изменившийся за лето гриффиндорец, дарило столько нежности, что напоминало о детстве, заставляя ощущать себя очень маленькой. Что будет дальше, Луна не думала. За годы, прошедшие с момента смерти мамы, девочка отвыкла думать о завтрашнем дне и строить планы, она просто проживала день за днем.       Домовики оказались благодарными слушателями, схватывая буквально на лету. Прослушав и сдав суровым целителям теоретическую часть, решили перейти к практике. Для практики нужны были жертвы, ибо далеко не все можно было обосновать профилактикой. Витаминный комплекс в инъекциях — вполне можно было, а вот клизму… Но выход подсказали вороны.       — Мальчики, синенькие читают за едой, значит, питаются… — начала говорить Света, но была остановлена мужем.       — С упором на гастрит и обстипации? — тактично поинтересовался доктор Витя. — Хорошая мысль. Тут нужна профилактика — гастрит совсем не смешная болезнь. Дикки!       На факультете умников происходило что-то странное. Вечером, когда наступало время отбоя, то одна, то другая из обидчиц Луны исчезала из спальни, чтобы… хм… Получить лекцию от домовика и… хм… профилактические мероприятия. Лекция о вреде чтения за едой, а потом собственно клизма убеждали лучше порки, по мнению многих. Эльфы набивали руку, вскоре перейдя и к мужскому полу. Жить стало чуть-чуть веселей. Особенно Свете, потому что надо было следить, чтобы домовики тыкали наконечником куда положено, а не… Не в другое место. Девушкам. Потому что попасть «не туда» сильному полу было сложно, хотя домовики старались.       — Не скажу, что жить стало намного веселее, — произнес Слон, сладко потянувшись. — Но наблюдать за ними интересно, да. Кого следующего осчастливим?       — Можно свой факультет, — проговорил доктор Витя. — А то разбаловались… Впрочем, учитывая, что нас не трогают…       — Попробовали бы, — усмехнулась милая девушка, — они и Луну уже не трогают.       — А что, трогали? — сильно удивился не знавший таких подробностей Коновалов.       — Пробовали, — кивнул доктор Витя, — Малыш Хиггинсу устроила сеанс ЛФК на основе йоги. Свернула в позу «верный пес держит себя в чистоте». Теперь желающих нет, хотя девчонки впечатлились…       — Угу… — все понял Слон и процитировал: — Почему животные лижут свои половые органы? Потому что могут.       — Где-то так, да, — кивнул доктор Витя, которому драйва «суток» все-таки не хватало. — Связываться с нами уже не рискуют, ибо «заденешь Поттера днем — получишь клизму ночью», домовики «наказывают» без команды.

***

      Октябрьский день был промозглым. Весь Хогвартс попытались выгнать из замка, но… МакГонагалл была все еще в Мунго, а Гриффиндор выгоняться на холод не захотел, как, впрочем, и Слизерин. Умники заявили своему декану, что они не Гриффиндор, и если уж львы никуда не пошли, то пусть Дамблдор сам на улице торчит, если такой умный. Все-таки профилактика простудных заболеваний общеукрепляющим курсом сказалась. Простуд действительно стало в разы меньше, потому что общеукрепляющее внутримышечно — это больно. Запомнив эту простую истину, вороны начали лучше одеваться и следить за собой. В общем, не удалось Великому Светлому, месяц искавшему Снейпа и Грюма, выгнать школьников под холодный ветер. Из-за чего феерическое прибытие гостей видели только Хагрид и Филч.       Вошедшие в зал представители школы Дурмстранг вызвали тихое подхихикивание Светы, моментально распознавшей прообраз формы славян, а на француженок глаза девушки загорелись праведным огнем. Легко одетые дамы давали возможность провести профилактику всего — от цистита до ИППП. И вот пока школьники сверкали глазами и роняли слюну, милая девушка вместе с мужем набрасывала план профилактических мероприятий.       — Они у нас Хогвартс надолго запомнят, — очень по-доброму улыбнулась девушка, подмигнув сидевшей за тем же столом Луне. Профессор Флитвик почему-то не возражал, а вороны решили не вспоминать о том, что девочка вообще-то на их факультете.       — Кстати, надо подумать, как котенка с нами забрать, — проговорил Коновалов, в задумчивости завязывая вилку морским узлом.       — Ну и что! — донесся до них голос какого-то дурмстранговца. — Я тоже так могу! Ай!       — Пойдем, поможем, — вздохнула Света, вставая из-за стола. — Хотя от глупости мы не лечим.       — На… Зачем ходить-то, Малыш? — поинтересовался доктор Витя, одним движением палочки выдергивая вилку из руки славянского юноши, и прошептал: — Дикки, перевяжи!       Доктор Альперович знал, кого звать. Единственный из всех «учеников», эльф делал всегда слишком много, поэтому в данный момент молниеносно сотворил очень неплохую реплику египетской мумии, отправив пациента затем в Больничное крыло. Дурмстранг явно впечатлился. Впечатлился и Дамблдор, таких способностей от домовиков не ожидавший. В момент приветственной речи Великий Светлый думал, видимо, совсем не о гостях, потому улыбка его казалась нарисованной.       Очень недобро смотревший на доктора Витю Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор взбесил Свету. К концу месяца девушку было очень легко довести до бешенства, но своих она по привычке не трогала. Директор своим не был по определению, поэтому ему предстояла очень веселая ночь. Кроме того, Света планировала наложить диагностику, чтобы ни в коем случае не сделать плохо пожилому человеку.       — Вить, глянь, — позвала девушка мужа. — Значит: общеукрепляющий, профилактика обстипаций, профилактика диабета, запрет на любые мгновенные перемещения, ножками пусть ходит для профилактики инфаркта… Что еще забыла?       — Нормализация питания, диета по часам, — напомнил доктор Альперович. — Профилактика того же инфаркта — запрет на нервотрепку… Слон?       — Предупреждение лунатизма, — вспомнил Коновалов. — Ночью к койке пристегивать надо. Это, кстати, можно ко всем применять… Но пока не будем.       — Пока, думаю, хватит, — кивнула Светлана. — А то как бы старичок не расстроился… А, стоп! Профилактика педикулеза же еще!       — Точно, — кивнул Виктор. — Остричь бороду в ноль и обрить голову, а то дедушка старенький, мыть это хозяйство не может, надо ему помочь. Педикулез — штука опасная, от него такие болячки развиваются, что любо-дорого. Дикки!       — Дикки сделает! — эльф, радостный от возможности помочь «бедному директору», схватил список профилактических мер и пропал.       Торжественный ужин шел своим чередом. Директор Дамблдор даже не подозревал, каким у него будет вечер и ближайшее время, ибо профилактику ему расписали до лета, очень уж не любила Света, когда на любимого так смотрели. Уже и Кубок вынесли, что-то там протарахтели — скорачи не слушали. А потом разбрелись по койкам вместе со всеми, и только Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор предчувствовал что-то странное…

***

      Эта ночь стала самой страшной ночью в жизни Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора. Только он присел на кровать, снимая мантию, как вдруг оказался в воздухе, настолько хорошо зафиксированным, что магию не мог использовать никакую. Когда с его головы осыпались все волосы, Дамблдор испытал такой ужас, какого не испытывал при виде русских. Но как будто этого было мало… Какая-то сила принялась награждать Альбуса болью, потом что-то вошло в Великого Светлого сзади, добавив острых ощущений, и в довершение всего — его пристегнули к кровати, с которой до утра Дамблдор встать так и не смог. Очень хотелось убежать или переместиться куда-нибудь, но домовики на приказ перенести не реагировали, а Фоукс куда-то делся.       — Ну что значит, «куда-то делся»? — заявила маленькая девочка, играя с красивой птичкой. — Это теперь мое!       — Играй, малышка, играй, — улыбнулась Мия, не видя ничего плохого в том, чтобы ребенок поигрался.       Утро началось с вопля, полного отчаяния, и попытки упасть в обморок. Попытка оказалась неудачной, но ударившийся лбом о зеркало Дамблдор мгновенно позеленел, потому что лекции скорачи читали с обычными шуточками, как людям, а у домовиков с чувством юмора тяжело, поэтому присказку «в любом непонятном случае — мажь зеленкой» они очень хорошо запомнили. Перед зеркалом сидел зеленый директор в состоянии, близком к сопору, но так как ни одно из профилактических действий не причинило ему вреда, то попа целителей осталась интактной, в отличие от психики директора. Думать об «убить Поттера», Дамблдор уже не мог. В голове его играла «Рио-Рита» и хотелось потанцевать. Но сидеть и танцевать одновременно Дамблдор не мог…

***

      Субботнее утро было вполне динамичным, по мнению тринадцатой бригады. Дикий вопль, в котором угадывалось отчаяние, пронизал, казалось, весь замок, но бежать на помощь разбуженная бригада не спешила — мало ли от чего вопит, судя по голосу, мужчина, может, тестикулы дверью прищемил.       — Дикки, что случилось? — поинтересовался доктор Витя, поднимая с пола укладку.       — Директор себя в зеркало увидел, — сообщил появившийся домовик. — Он вчера так переживал, что Дикки его смазал зеленкой.       — Какое место? — не поняла Света спросонья.       — Всего директора, — пояснил исполнительный эльф, вызвав громкий хохот супругов. В открывшейся двери появился Слон в трусах.       — Чего у вас такое? — поинтересовался Коновалов, он такого давно не слышал.       — Дикки помазал зеленкой директора, — сообщил ему задыхавшийся от смеха доктор Витя и, увидев в глазах непонимание, объяснил: — Всего директора.       Тринадцатая бригада на завтрак опоздала, отчего пришлось завтракать прямо по месту проживания, чтобы не терять времени, поэтому фееричного явления директора, кое-как укрывшегося маскировочными чарами, не видела. Впрочем, до вечера было ещё далеко…