Глава 2
20 августа 2022 г., 18:56
Софи
Барон глядел на меня, заслоняя собой солнце. Солнце. Нью-Йорк был мрачен в мой уход, но тут солнце и тепло, и я лежала на мягкой заросшей траве. Рядом рос цикорий, который напомнил мне момент. Я огляделась по сторонам, все правильно, я вернулась в прошлое. Мое сердце запело, я будто вернулась домой после долгой поездки. Вернулась к своим друзьям, к своим родным. — Барон! — Что с вами, дорогая моя, давайте я вам помогу. Я встала и убрала лепестки со своего платья. Барон снимает шляпу и кланяется передо мной. Он нисколько не изменился, и я надеюсь что многие, дорогие мне люди остались такими же, какими я их запомнила. — Отвезите меня домой! Я заплакала и прижалась к его груди, такой теплой и родной. Не медля он обнял меня в ответ и стал гладить мою спину. Я продолжала плакать и улыбаться, местами даже смеяться. — Отвезите меня к Тимоти! — я вытираю слезы. — А вы не знаете? — Не знаю, что? Барон мне что-то не договаривал. Он посадил меня в свою карету и дал попит воды. Все мои мысли занимал лишь Тимоти. Я хотела видеть Тимоти. Тимоти. Тимоти. Тимоти. — Что с ним? До пожара еще год, целый гребаный год, что могло с ним приключиться? Если он только не заболел. Я пошарила в кармане и нащупала необходимые лекарства и шприцы с вакциной, которую еще в этом времени не ставили. Все это я достала для Тимоти. — Он ушел на войну! Добровольцем, — душа закричала внутри меня, а меня саму будто стукнули по груди и ребра разлетелись на части. — О нем ни слуху, ни духу вот уже третий месяц. Письма не доходят до адресата, мне очень жаль, дорогая моя Софи, — Барон умел успокаивать меня и взял мою руку. Гладкими движениями он стал массировать мои пальцы и это действительно успокаивало. Я провела огромное время читая исторические книги и проводя в библиотеке все свои выходные. По памяти я пыталась вспомнить события. — 1815 год, — произнесла это вслух. — Война между Франции и Австрии. — Да. Война продержалась всего месяц, или два, но не год и не три, значит он вернется, конечно он вернется, ведь он будет еще жить, пока я не спасу его и не продлю его жизнь. — Расскажите мне все, прошу вас, Барон, расскажите мне все. Из его уст, пока мы ехали к моему дедушке, я узнала много новостей. После моего ухода Тимоти пришлось разнести весть о моей поездке в Индию. Но сам он не оправился от моего настоящего ухода. Он уволил весь персонал, стал жить один и никогда не выходил из своего поместья. Роуз-хилл опустел без хозяйки, а его хозяйкой была я. Он ушел в армию и посвятил себя военному делу. Его забыли так же быстро как и меня. А мои родственники продолжала жить и ждать, когда я вернусь. Мы как раз проезжали мимо Роуз-хилл и я бросила свой взгляд на дом Тимоти, в котором я провела половину своей жизни. — Вы можете оставить меня здесь, мистер Принсли, я дойду сама. — Как вам угодно. Я прощаюсь со своим другом и иду в дом Уильяма пешком, ступая по знакомым тропам. Прохожу мимо знакомой беседки, мимо сарайчиков, мимо сада и мансарды, мимо оранжереи и полянки. Я остановилась рядом с цветами с орхидеями, они прижились тут и выглядели высокими и пушистыми, я присела на корточки и нагнулась для того, чтобы понюхать их. — Леди, отойдите от садика моей жены, сейчас же. Я не успела вдохнуть запах цветка, резко обернувшись и укрывшись от лучей солнца передо мной стоял Уильям, держа в руке корзину с морковкой. — О, Боже! Я молча встаю и пытаюсь сдержать нахлынувшие слезы. Но это не в моих силах. — Софи! Софи! Боже. Корзинка падает с его руки и Уильям бежит ко мне. Я ускоряю свои шаги и бросаюсь к нему навстречу. Он ловит меня и поднимает над землей как пушинку. Кружит вокруг своей оси и ставит на место. — Софи, детка, это правда ты? — Да, это я. Он трогал мои щеки, руки, целовал меня и продолжал твердить мое имя. — Пойдем же, пойдем же в дом. Дом стал краше и будто выше. Как только я вошла в дом, меня окружили дети Уильяма, его жена трудилась на поле и должна вернуться через несколько часов. Меня посадили за стол и налили бокал вина. — Софи, по правде говоря, я всегда надеялся на то, что ты вернешься к нам. Я так рад, я так рад, черт возьми. — Папочка, папочка, кто эта тетя? Ко мне подбегает светловолосая девочка и садится на колени. — Я Софи, твоя тетя. — Я Мэри. — Ее назвали в честь сестры, — говорит Уильям. — Да. Его детей я увидеть не успела, да и жену тоже. Но теперь, все пазлы собраны в одну целую картинку. Я рассказала Уильяму про свою жизнь и про его дневник. — Ты прочла мой дневник? — Да. Ты, конечно, не в курсе всего, но я прочла его до конца, и твоя жизнь, Уильям, была насыщенной и счастливой. — Была! — Прости. — Ничего. Не хочу знать о своей смерти. — Я получила права на землю, все как ты задумал, его правда снесли, но участок остался моим, я переписала все имущество на свою подругу и передала все сбережения ей. Уильям, я не вернусь назад, это окончательно. — Ты уверена в этом? — Абсолютно. По дороге сюда меня встретил Принсли, он рассказал мне о Тимоти. Что ты знаешь о нем, расскажи мне. Еще одной разлуки я не переживу. Сейчас только январь, а война закончится лишь в конце весны. Мне не хватает его, я дрожу и плачу, плачу и дрожу, ведь мы так и не смогли толком попрощаться. Он все, чего я хочу в этой жизни. — Останься здесь, время покажет что к чему. Побудь с нами. Тимоти вернется, раз ты говоришь, что он жив, значит это так, не делай поспешных шагов, Софи. Ты только приехала, тебе нужно время. Мы подумаем, как нам быть и мы найдем способ связаться с ним. — Наверное ты прав. Но оставался еще один вопрос, который убивал меня так же, как уход Тимоти на войну. — Где зеркало? — Я закопал его под новой беседкой. Оно там, ждет тебя. А пока, тебе нужно поспать, твои глаза еле держаться. Я лишь кивнула ему и поспешила поскорей в свою новую спальню. Мэри и мальчик по имени Пол прыгали рядом со мной на кровати напевая песенку, и под их сладкие голоски я уснула.
