В отражении прошлого| часть 2.

Софи

      Спустя три дня пришло известие о том, что война закончилась, по этому поводу в столице намечался грандиозный бал. К нему мы начали готовиться за несколько дней, ведь все знали, что праздника не избежать. Насколько мне известно, на балу будут присутствовать иностранные делегации и я на сто процентов уверена, что этот бал запомнится для всех англичан, и станет полезным для всех молоденьких леди и холостяков, которые все еще находились в поиске.             Мое платье доставили к утру, мы с Тимоти погрузились в карету и поехали в Лондон, где остановимся в его квартире.             — Тебе лучше надеть свою военную униформу и эти награды.             Тимоти кружился около зеркала, пытаясь подобрать повязку на шею.             — Все будут на меня пялиться. Не хочу светиться.             — Почему?              — Хочу этот вечер провести подле тебя, а не с капитанами моего взвода.             — Привыкай, теперь это твой новый круг общения.             — Но я хочу тебя, — он прижимает меня к себе и целует в висок. — Ты прелестно выглядишь.             После сборов, мы встретились с семьей Тимоти и отправились на этот бал, о котором судачили всю неделю. Бал проходил в королевском музее искусств. Все значимые персоны находились исключительно здесь, даже мой учитель был здесь.             — Софи! — Том оказался за моей спиной и подошел ко мне со своим кавалером. — Ты вся сияешь.             Он смотрит куда-то за мою спину и замечает Тимоти.             — Аааа…вернулся?             — Да.             — Ладно, не буду тебя тревожить, встретимся позже.             Я взяла Тимоти под руку и мы прошли к столику, рядом с которым стояли его товарищи, они заметили меня и то, как крепко я сжимала руку Тимоти.             Их взгляды были прикованы ко мне, они считали меня очередной девицей виконта. Я стала вертеть головой в поисках знакомых мне лиц.             Я заметила Поппи в толпе, а также… Генри. Он встретился со мной глазами и поклонился. Я поклонилась в ответ. Как бы досадно не было, Генри держался стойко. Мне, кажется, я должна перед ним извиниться, но за что…за поведение Тимоти?             Зал был украшен золотом а не цветами, для такого количества гостей необходимо пространство.             — Софи!             Я услышала голос Уильяма и обернулась. Он шел к нам с Эммой, махая рукой.             — Тимоти! — я позвала его и он отвлекся от своих друзей.             — Милорд, я наслышан о вашем возвращении, добро пожаловать домой, друг мой.             — Уильям, Эмма, — он поклонился моей семье и пожал руку Уильяма. — После бала я хотел бы навестить вас.             — Мы будем рады, Тимоти, и тебе, Софи.             Мое имя произнес с ноткой жесткости. Меня не было дома почти всю неделю, никаких писем, никаких вестей.             — Не злитесь на нее, Уильям, она была занята.             Тимоти бросает на меня свой взгляд и сжимает мою руку.             — Ну что ж, в любом случае, Софи будет лучше, если она вернется домой.             — Конечно, Уильям.             Начались танцы. К нам подбежали Мэриан и Кристофер, которые первыми пошли танцевать вальс.              — Мэриан переживала за своего друга.             — И зря, Кристофер отличный парень.             — Спасибо, что приглядел за ним.             — Ничего. Как опекун Мэриан, я должен знать, за кого она в будущем выйдет замуж. Он отличный парень. Пойдем танцевать.             — Не боишься, что я наступлю на тебя?             — Нет. Теперь я ничего не боюсь.             Музыка заиграла и мы присоединились к его сестре и Кристоферу. Моя грудь прижалась к его груди и я ахнула, как он меня прижал.             — Ты и вправду вся светишься.             — Я свечусь от счастья, Тимоти.             Я засмущалась и отвела свой взгляд в сторону, около золотой колонны стояла Эбигейл со своей тростью, при виде ее мне стало тоскливо на душе. Она смотрела на меня своими грозными глазами.             — Что такое?             — На днях ко мне приходила одна особа.             — И?             — Она такая же как я, Тимоти, — он нахмурился.- Она так же, как я, связана с зеркалом. Уильям закопал его у себя.             — Я знаю.             — Она сказала, что зеркало нужно уничтожить, но мы…но мы ведь знаем, что нельзя, ведь так?             Он посмотрел туда, куда смотрела я, но старушки уже не было на своем месте.             — Об этом нам стоит поговорить с более опытным человеком, который знает все темные тайны этого зеркала, — Тимоти сильней прижал меня к себе.             — С кем?             — С Бароном. Ведь это он нашел зеркало, а он…скажем так…любитель всего сверкающего.              Верно, с Барона все и началось. Он пометил зеркало и оно крепко засело в истории. Может быть Тимоти прав и он знает куда больше, чем говорил мне однажды.             После танцев, к нам с Тимоти стали подходить разные персоны, здороваясь с нами, узнавая нас, спрашивая наши дела. Я решила оставить Тимоти одного в кругу мужчин и найти себе другую компанию.             — Софи!             — Генри!             Он убрал правую руку за спину, а левой держался за свой пиджак.             — Хочу принести свои извинения, это…было неправильно, явиться в дом виконта. Я действительно должен был все понять.             Неужели.             — Надеюсь он не сердится на меня?             — Нет.             Конечно он сердится.             — Я был не прав, я уезжаю завтра, во Францию, хочу с вами попрощаться.             — Генри, я не сержусь на вас, более чем, я сама хотела попросить у вас прощения, желаю вам доброго пути до Франции.             — Спасибо.             Он ушел, а я подошла к дамам, не хотелось стоять в стороне как одиночка.             — Дамы и господа! — я встрепенулась, когда услышала голос Тимоти.             Все замолкли, музыканты прекратили играть. Тимоти вышел в центр зала, держа в руках бокал.             — От лица всего армейского полка я хочу выразить свою глубочайшую благодарность государству и народу, который поддерживал нас всем, чем мог. Война закончилась, для нас она закончилась. Я многое для себя усвоил, я видел смерть, я видел своих раненных и погибших друзей. У них, конечно же, остались семьи, дети. В такие трудные моменты ты особенно начинаешь вспоминать и думать о своей семье. И я, несомненно, это делал. В моей душе была пустота, ведь на мгновение я потерял свое сердце, — он посмотрел на меня и внутри у меня все перевернулось. — Но когда я вернулся, я вернулся живым, — он продолжал смотреть на меня. — Никогда не забывайте тех, кто вас когда-то покинул, кто был для вас всем миром, а для меня всем миром является… Софи, — все повернули головы в мою сторону. — Ты спасла меня, снова. Я вспомнил, что значит…жить, что значит дышать, я не хочу этого забывать, я не хочу тебя терять, как однажды…я хочу лишь одно…всегда быть с тобой рядом.             Он отдает бокал Кристоферу и начинает медленно приближаться ко мне.             — Я хранил эту вещь очень давно, я хранил ее с того самого момента, когда впервые увидел тебя.             Он опустился передо мной на одно колено и достал маленькую, черную коробочку.             — Теперь эта вещь принадлежит тебе, она всегда принадлежала тебе, и она согревала меня холодными ночами, когда я прятался в окопах.             Он открывает коробочку и всему взору предстает бриллиантовое колечко.             — Софи Бэрроу, ты выйдешь за меня замуж, ты согласна стать моей женой и быть моей виконтессой?             Кажется я забыла как дышать. Губы стали сухими. Ладони вспотели.             — Да, я согласна!             Под громкие аплодисменты, Тимоти надевает на мой безымянный палец кольцо и при сотни свидетелей целует меня в губы.