В отражении прошлого| часть 2.

Софи

      — Куда ты едешь?             Наверное в сотый раз спрашивал меня Уильям. Я собирала свои вещи в это длинное путешествие и в этом мне помогала Кэтрин. Она не хотела меня отпускать, и уговорами просила взять ее с собой. Снег растаял, пришел май, а за ним и первые тычинки на деревьях. Мы с Тимоти и с Бароном решили подождать благоприятного момента и спустя месяц стали думать над нашим планом.             — Карибские острова, Уильям.             Он отложил утреннюю газету.             — И что вы планируете там делать?             — Вернем зеркало.             — Так просто?             — Так просто.             Но я знала, что ничего простого не выйдет, нас наверняка постигнет очередная беда. Нужно быть готовым ко всему. Благо я из будущего прихватила нужные мне медикаменты. К полудню за мной заехал Тимоти.             — Все равно это плохая идея.             — Уильям!             — Я переживаю, и только. Это опасное приключение, Софи, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.             Я обняла его и поцеловала в щеку.              — Я за ней присмотрю, — Тимоти выходит из-за моей спины и пожимает руку Уильяму. — Обещаю.             — Теперь она твоя ответственность, Тимоти, верни ее живой и невредимой.             Мы сели в карету и отправились в Лондон, чтобы встретиться с Бароном. Мы не стали брать много вещей, налегке плыть будет проще.              — А вот и я, собственно говоря.             Барон приоделся и выглядел свежо. На нем новый костюм с узорами разных животных на груди и эта странная треуголка на голове.             — Я похож на пирата? — спрашивает он, закуривая сигару.             — Жалкая пародия, — прошептала я.             — Я купил команду и капитана, а также корабль, мы будем плыть примерно три недели. Вот, возьмите это, вам пригодится.             Он передает нам два медальона со странной гравировкой.             — По приезду туда, нам встретятся местные, нельзя их пугать, я взял справочник на дорогу, хочу выучить их язык. Говорят, это древний народ, они не любят чужих, эти медальоны помогут нам…выжить, мягко говоря. Не потеряйте.             Я убрала его в надежное место и обняла Тимоти за плечо. К причалу мы приехали к вечеру и погрузились на самый огромный и роскошный корабль.             — Добро пожаловать на борт, миледи.             Меня встречает молодой парнишка, он снял свою шляпу и поклонился мне.             — Я помогу вам, — он берет мои сумки и ведет на палубу.             Команда состояла из грозного капитана по имени Стич и его легендарных помощников. Каждый был занят своим делом. На корме корабля я заметила название «Бедный и нищий», очень остроумно. Нам с Тимоти выделили уютную комнатку. Расположившись я легла на жесткую кровать и вздохнула.             — Волнуешься? — Тимоти расхаживал по каюте и раскладывал свои вещи.             — Да. Вдруг у нас не получится?             Я проверила сверток с зеркалом, который положила под матрас. Никто не должен знать об этой вещице. Барон был предусмотрителен и сказал команде, что мы ученые и плывем на раскопки.             — Я не могу гарантировать тебе свободное перемещение по чужой земле, Софи, нас обязательно что-то да и настигнет. Но…я защищу тебя, ценой собственной жизни.             Этого я и боялась. Он готов пожертвовать собой ради меня, как и в прошлый раз. Его могли убить, и готовы были исполнить приказ Гарри, но я ушла, не попрощавшись толком.             Я вышли к ужину, еда была не богатой, но мы знали, на что шли. Когда совсем стемнело, команда стала петь песни и рассказывать байки. Волны качали корабль и медленно убаюкивали меня. я подошла к краю, чтобы посмотреть на горизонт, закат уже пропал, оставался лишь свежий, ночной воздух.             Чтобы плыть без дела, я стала помогать повару на кухне. Готовила закуски и горячие блюда. Тимоти помогал на палубе, подтягивал тросы и драил полы. Барон, как мечтатель, делал заметки в своем блокноте и учил старый язык…аборигенов, как я их называю.             Вторая неделя прошла плодотворной, я прочла свои книги, что взяла с собой и устроилась поудобней на кровати. Сон мой становился тревожным с каждым разом, зеркало будто высасывало из меня всю душу.             Когда я рассказала Уильяму про наш план, мы тут же отправились откапывать зеркало. Оно лежало под мерзлой землей, целое и невредимое. Я все еще боялась смотреть на него, не хотел лишний раз рисковать.             На третьей неделе нас настиг ураган, мы чуть ли не попали в воронку, которая засасывала под себя воду. Волны были большими и страшными, я в это время была у себя и пыталась держаться за самые прочные стены, углы, выступы.             Пришла засуха, дождей не было, мы стали изнеможденными, вода кончилась из-за урагана, и мы стали пленниками собственной слюны.             Под ночь я услышала крики Барона.             — Земля, я вижу землю.             Мы выбежали на каюту, зажгли фонари и свечи, вдали ничего не было видно, некоторые подумали, что Барон тронулся умом из-за сушки, но нет, он был прав.             Мы добрались до острова. Выгрузив все свои вещи, капитан с командой отплыли на соседний континент. Они будут ждать нас. Мы набрали воды у источника, что выбивался из камней в густом лесу и раскрыли карту Барона.             Она вся была исписана, мы нашли точную нам точку и пошли на нее я закинула сумку на плечо, в котором лежали мои вещи и зеркало. Тимоти шел впереди, разрубая длинные ветви и листья. Трава резала мои ноги, щеки высохли из-за жары. В этом платье было нечем дышать. Мы шли день, потом второй, ели ягоды и спали на земле, а к утру были окружены стаей насекомых, муравьи ползали по нам и щекотали наши пятки.             — Мы близко, — говорит Барон.             Я сама это почувствовала, когда вдруг резко услышала шепот, я обернулась, Барон был занят чтением карты, посмотрела на Тимоти, он продолжал идти впереди. Я снова услышала этот странный шепот. Потом пошли голоса, и я поняла…это зеркало отзывалось.             Мы вышли на пустую поляну, земля была рыхлой, нас окружали пальмы. Стало быстро темнеть, но лунный свет продолжал нас вести и мы увидели большой выступ, пригорку, она была усыпана залой.             — Мы на месте.             Могила была усыпана лепестками белых цветов и камней. Горели факелы, но откуда они здесь? Местные жители поклонялись этой ведьме и хранили ее покой. Мне так хотелось покончить с этим, так хотелось поскорей вернуть ей эту вещицу и уйти, и плевать, что сейчас ночь, я просто хочу закончить это… мы вышли на чистую дорожку, она была посыпана песком. Лямка сумки сползла с моего плеча и я подхватилась.              — Готова? — спрашивает меня Тимоти.             — Да.             Мы сделали несколько шагов и на нас накинулись аборигены, держа в руках факелы и пистолеты.             — Кто вы такие? — на ломаном английском спросил нас высокий и седой мужчина.             Барон был удивлен, он закрыл справочник. Она ему уже не понадобиться. Он вышел вперед и достал свой медальон, кивнув нам с Тимоти мы послушно достали свои. Старик подошел ближе и взглянул на нас.             — Вы пришли поклониться Амале?             Амала?             Старик посмотрел на могилу. Так они звали эту ведьму. По коже побежали мурашки.             — Мы пришли вернуть ей дар, — Барон сделал шаг в сторону и позволил мне выйти вперед.             Мне было страшно но я не стала показывать это. Я медленно достала сверток и развернула его. Все жители увидели зеркало и стали что-то шептать, что-то говорить. Но старик не дрогнул. За его спиной стояла сгорбившаяся старушка.              — Wie ben jij? * — произнесла старушка.             Я посмотрела на Барону, но он лишь покачал головой. Что ж, его справочник был лишней тратой времени.             — Она говорит, «кто ты»?             — Меня зовут Софи…             — Je bent een reiziger**, — снова говорит старушка.             — Моя мать говорит, «ты путешественница».             Я проглотила слюну. Тимоти подошел ближе ко мне.              — Вы пришли вернуть зеркало, но Амала не примет ее от рук тех, у которых нет души.             Как это понимать?             — Ваши души должны быть едины.             Старик стали глядеть на нас с Тимоти, присматриваться.             — Он твой суженый? — спрашивает меня он, глядя на Тимоти.             — Да. Он…мой жених.             Я взяла Тимоти за руку, доказательство того, что это правда. Старик заметил мое кольцо на пальце.             — Но вы еще не стали единым организмом?             То есть?             — Он спрашивает, не женаты ли вы, — поправляет Барон.             — Нет, мы еще не женаты, — говорит Тимоти.             Старик отошел к своим людям и они стали оживленно о чем-то говорить. Все это как-то усугубляло положение. Мы втроем напряглись, не хотелось оказаться подвешенной над костром и зажаренной заживо.             — Что ж, — старик снова вышел на свет огней. — Амала не примет вас, пока кровь не сольется воедино.             Он прекратит говорить загадками?! Или нет.             — Мы, как стражи Амалы, примем ваш визит и ваше подношение и сыграем вашу свадьбу.             И он улыбнулся, приглашая нас войти в его деревню.