Андроид-4419. Персональное имя — Ли Феликс

      — Чонхо отравился. Чан остановился как вкопанный посреди своего номера, мигом забыв, что хотел сделать. Когда он впустил Сану к себе, он и не ожидал, что она начнёт с такой новости вместо приветствия. — Нашли его в своей кровати с пеной у рта и полупустой баночкой каких-то таблеток в руке. Главный лекарь сказал, что помогать ему уже поздно. У Чана задёргался глаз. Если бы Чхве выжил, Крис бы сам, собственными руками его придушил от злости. — Уже всю Корпорацию на уши поставили, но ты из своего номера практически не выходишь, так что я подумала, что нужно рассказать тебе. Да, Чан не выходил из номера. Его Суд должен, наконец, состояться завтра, и у него не было абсолютно никакого желания выходить наружу. Но он и не подозревал даже, что вокруг творится.       Он был зол. Ужасно зол, расстроен и близок к истерике. — Сука, — Бан подошёл к своему столу, упираясь кулаками в столешницу и сжимая челюсти. Глубоко вздохнул носом, пытаясь успокоиться, но облегчения это практически не принесло. Сана позади подобралась взволнованно, видимо, собираясь спросить, в чём дело, но передумала. Чонхо убил себя. В это было так трудно поверить, но, тем не менее, это произошло. Причём неожиданно для всей Корпорации. Многие, конечно, замечали, что в последнее время состояние одного из Смотрителей ухудшилось, но никто и не думал, что дойдёт до самоубийства.       Но Чан переживал не по этому поводу, нет. Ему было бы плевать на смерть Чонхо, как бы жестоко это ни звучало, если бы не одно очень весомое "но". Феликс. Именно из-за Чонхо Крис отправил своего андроида сам не зная куда, именно из-за Чонхо Ли сейчас находился в бегах. Если бы Бан только знал, что Чхве съедет с катушек настолько, что осмелится убить себя, если бы только знал... Феликса можно было бы оставить здесь в таком случае. — Твою мать! — Чан одним резким движением руки скинул со стола всё, что на нём было: лампу, книги, канцелярию — всё, и Сана позади него испуганно подпрыгнула, прикрыв рот руками. — Твою мать, Чонхо! — он со всей силы ударил кулаком по столу, практически не почувствовав боли. Сана подбежала к нему, немного опасливо касаясь его плеча, чтобы успокоить. Она никогда ещё не видела друга в таком состоянии, даже не ожидала, что он вообще так умеет, и поэтому и не подумала, что её слова могут произвести на Криса такое впечатление. — Чан-и, хэй, успокойся, пожалуйста. Он её даже не услышал. Ударив по столу ещё раз, перевернул его, и Сана испуганно вскрикнула, уже виня себя в том, что рассказала Крису об этой новости. Но она правда не ожидала, что он так отреагирует. — Чан, прекрати, пожалуйста! — она силой развернула его лицом к себе, чтобы он посмотрел на неё, и взволнованно вцепилась в его плечи. — Успокойся! — Как, блять?! Зачем?! — он извернулся, освободившись от чужой хватки. — Этот мудак отравился, и, блять, я... — он тяжело вздохнул, задрав голову. С его губ слетел неверящий смешок. — Я отправил Феликса наружу из-за него, я вообще без понятия, где он теперь и всё ли с ним хорошо, а Чонхо, блять, сдох, — он почти прорычал последние слова, отвернувшись от девушки и зарывшись руками в волосы. — Я просто хотел уберечь Феликса, твою мать, но теперь из-за того, что этот придурок отравился, я не смогу жить нормально! Я и так каждый грёбаный день думаю о том, как буду его искать, так теперь ещё и буду винить себя за то, что не предугадал такой сценарий! Феликса можно было бы оставить здесь, блять, с ним бы ничего не случилось за эту неделю! У меня было бы больше времени на то, чтобы придумать, как спасти его, но вместо этого он ходит где-то там, и я даже понятия не имею, как буду искать его! Сана подошла к нему, мягко обхватывая руками его лицо и заглядывая ему в глаза. — Не смей винить себя. Ты сделал то, что посчитал нужным, и никто не знал, что так получится. Ни ты, ни кто-либо другой не мог предвидеть это. Никто не знал, что Чонхо так поступит. Чан повернулся к ней в профиль, мягко, но настойчиво качнув головой, чтобы она убрала руки, и сжал челюсти. Сана заметила блеснувшие в уголках его глаз слёзы. — Чан... Он отрицательно покачал головой, часто моргая, но от слёз это не помогло избавиться. Крис опустился на пол рядом со своей кроватью, устало проводя ладонями по лицу. Сана села рядом. — С Феликсом всё хорошо. И ты найдёшь его, — в её голосе проскользнула грусть. — У вас всё будет замечательно. Бан шумно сглотнул, посмотрев на девушку слезящимися глазами. Та опустила голову, прикусив губу.       Они просидели в тишине минут пять. У Чана голова шла кругом и в ушах шумело, он всё ещё не мог поверить в то, что случилось. Что же так сломало психику одного из их Смотрителей, если он считался самым жестоким из них? Крис не знал точно, но что-то ему подсказывало, что это было связано с убийством Ёсана. Он и не подозревал, насколько был прав. — Кстати, знаешь, — Сана вдруг усмехнулась. — Мне ведь нового андроида вырастили. Чан снова молча посмотрел на неё. — У него родинка на лице. Прямо под глазом. Крис почти истерично засмеялся, закрыв руками лицо.       Феликс открыл глаза, почему-то чувствуя себя так, словно качается на волнах, и обнаружил, что весит на ветви, проросшей сквозь камень скалы. Едва смог заставить себя не закричать, боясь, что так упадёт вниз, а он и так не знал, сколько ещё метров осталось до земли. Над ним по голубому небу плыли крупные кудрявые облака, яркое солнце слепило глаза. Где-то метрах в семи в высоту виднелся край скалы, с которого Феликс упал ночью. Он вспомнил, как почти сразу же потерял сознание от испуга, и ему очень повезло, что он упал так удачно. Видимо, ветка была очень крепкой, раз смогла удержать его вес и не сломаться. Нужно было как-то спускаться.       Андроид как можно аккуратнее перевернулся на бок, дрожа всем телом и кусая от волнения губы, а после смог улечься и на живот, пальцами цепляясь за хвою. И — о чудо, — до земли оставалось всего метра полтора-два. Феликс неверяще выдохнул, радуясь тому, что он такой везучий хотя бы здесь, и, крепче схватившись за ветку, так, как если бы он схватился за турник, свесился вниз. Ветвь пригнулась к земле от его веса, и он почти достал носочками до мягкой зелёной травы. Разжал пальцы, и ветка встряхнулась вверх, немного осыпав его хвоей. Ли облегчённо выдохнул и расслабленно упал на траву, раскинув руки и ноги в стороны в форме звезды. Нужно было полежать немного, чтобы восстановить силы.       Вокруг пели птицы, где-то недалеко стрекотали кузнечики, а неподалёку, кажется, совсем рядом, журчал ручей. Стоп, ручей? Андроид подскочил, мигом забыв об отдыхе, и увидел в паре метров от себя бежащую куда-то узкую полоску воды. Прозрачной и чистой, а это сейчас было важнее всего. Подбежав ближе, Феликс набрал воду в ладонь и отпил. Она оказалась холодной, и с губ андроида слетел вздох облегчения. Напившись, он умыл лицо и смочил шею, и только потом понял, что чего-то не хватает. Подвески не было. — Вот чёрт, — Ли испуганно огляделся по сторонам, прошарил руками траву вокруг, но на подвеску так и не наткнулся. — Нет-нет-нет, пожалуйста, — зашептал он, чувствуя, что начинает задыхаться. Не хватало ему ещё и эту вещь Чана потерять. Он от пропажи толстовки ещё не отошёл, он впадёт в истерику, если не найдёт подвеску. Это всё, что у него осталось от Кристофера.       Его посетила ужасная мысль. Что, если подвеска упала в ручей, и вода её унесла? А если он вообще потерял её ещё ночью, когда убегал от собак? Что тогда? Ли схватился за голову. Грудь сдавило волнением, и Феликс почти беспомощно огляделся вокруг. Мысли лихорадочно всплывали в мозгу одна за другой. Он в отчаянии поднял голову, почти заплакав, но тут же наткнулся взглядом на что-то поблёскивающее на той ветви, с которой он спустился пару минут назад. Подвеска. У Феликса аж от сердца отлегло, и он, облегчённо выдохнув, подошёл ближе. Шнурок запутался в хвое, держась на добром слове, так что достать его не составило особого труда — Феликс просто подпрыгнул пару раз, задев ветку пальцами. Подвеска упала в траву, и андроид надел её на шею. Стало намного спокойнее, как только мягкий шнурок коснулся его кожи. Ли спрятал подвеску под рубашку. Она высохла, да и на дворе стоял день, так что Датчик, к счастью, не было видно.       Он направился дальше. Придёт он в деревню или нет — это уж как повезёт, да и, тем более, если подумать, зачем ему вообще эта деревня? Даже если ему удастся отдохнуть у кого-нибудь, он всё равно не задержится там надолго. Да и встречи с отрядом Юнхо он всё ещё опасался. Кто знает, как далеко Юнхо может зайти. Феликс вдруг понял, что сможет окончательно остановиться только тогда, когда на все сто процентов будет уверен, что Юнхо не найдёт его. А когда это случится — не известно никому. От этой мысли стало немного грустно, и Ли стал осматриваться по сторонам, чтобы больше об этом не думать.       Природа вокруг как всегда успокаивала его, и это было прекрасно. Высокое небо с крупными облаками, жаркое солнце, лёгкий ветерок и щебет птиц вокруг — всё это избавляло андроида от чувства тревоги, как бы говорило, что именно сейчас, в данный момент, всё хорошо. И действительно — сумасшедшие старики со своими псами остались где-то там, позади, и, скорее всего, были уверены, что Феликс погиб, раз собаки его не вернули, а люди Чонхо были где-то явно не здесь. Слишком тихо было в лесу для их шумных квадроциклов.       Отвесные скалы, сквозь которые прорастали древесные ветви, уходили ввысь с левой стороны от андроида, нависали над ним, но совсем не угрожающе, а на их вершинах росли ели и сосны. С правой стороны — уже совсем редкие для леса деревья, а ещё чуть дальше — огромная зелёная равнина, на сколько хватало взгляда. Феликс чувствовал себя великолепно. Он прошёл туда. Ноги окутывали цветы и высокая трава, и Ли, подумав, снял кроссовки, держа их в одной руке. Трава приятно щекотала босые ступни, и андроид широко улыбнулся, вдыхая полной грудью свежий летний воздух. Как же хорошо.       Он так и пошёл дальше, держа обувь в руке. Вокруг стрекотали кузнечики, жужжали жуки, летали шмели, бабочки и божьи коровки, ползали муравьи и гусеницы. Феликс шагал всё дальше и дальше, вперёд, туда, куда вечером должно будет зайти солнце. Он чувствовал себя почти единым целым с природой, и, если бы он был уверен в том, что у него предостаточно времени, он бы просто лёг в траву и пролежал бы так, может, часа три. Он чувствовал себя почти счастливым. Не хватало только Чана рядом.       Вечером, когда солнце уже опускалось, а его лучи окрашивали в розовый с золотым небо, стало прохладнее, и Феликс надел кроссовки обратно на ноги. Трава стала холодной и чуть влажной, как обычно бывает вечером, ветерок усилился. Да, без толстовки было не так хорошо. Не то чтобы Ликсу было совсем уж холодно, в конце концов, на улице лето, но по ночам всё равно становилось холодновато для того, чтобы спать в одной рубашке. И что ему теперь делать? Мало того, что он мог замёрзнуть, так ему ещё и есть хотелось. Всё-таки он совсем мало поел ночью из-за волнения после того, как нечаянно раскрыл бабушке Чо свою личность, а после ещё и бежал так быстро, как только мог. Словно и не ел вообще.       Однако, долго унывать ему не пришлось: через какое-то время, может, где-то через час, он набрёл на одиноко стоящий домик. Произошло это настолько неожиданно, что Феликс даже сам удивился, поняв, что забрёл на чужой двор. Но в его оправдание можно было сказать, что забора вокруг дома не было даже самого пустякового; да и в целом хозяйство выглядело довольно бедно. Рядом находились хлев и курятник, насколько Феликс понял.       На крыльцо неожиданно вышел парнишка лет девятнадцати с пустым железным ведром. Видимо, хотел набрать воды из колодца, который андроид заприметил рядом с домом в огороде, но остановился, увидев Феликса. — Привет... — растерянно пробормотал он, оглядываясь, словно находился не у себя во дворе. — Ты кто такой? — О, привет, извини, — так же растерянно ответил Ли. — Я просто... нечаянно забрёл сюда, я сейчас уйду, — он уже развернулся, и правда собираясь уйти, но мальчик окликнул его. — Хэй. Ты издалека пришёл, верно? Ближайший населённый пункт почти в дне пути отсюда. Феликс кивнул, неловко покусывая губу. Парнишка мягко улыбнулся, поставив ведро на крыльцо. — Я Сынмин. Проходи.       — Юнхо, сворачивайся. Возвращайтесь с ребятами обратно. — Что? — Чон непонимающе нахмурился. — Минги, какого чёрта? И почему мне звонишь ты, а не Чонхо? — Чонхо умер, — Минги, судя по всему, попытался сдержать тяжёлый вздох, что у него очень плохо получилось. — Так что давай, прекращай эти кошки-мышки. Вы в Корпорации нужнее сейчас. — Но андроид!.. — Юнхо! — Сон повысил голос, и Чону пришлось отодвинуть трубку от уха, чтобы не оглохнуть. — Между прочим, я тоже Смотритель, если ты забыл. И ты должен меня слушаться. Я приказываю вам вернуться, немедленно. Не делай глупостей. Мы ждём вас. Минги отключился, и Юнхо неверяще уставился вдаль, сидя на своём квадроцикле. Чонхо умер? Когда? Как так получилось?       Чон не мог поверить. Он устало зарылся пальцами в свои розовые волосы, лихорадочно соображая, как ему поступить. Не делать глупостей? Как же. — Чон, всё в порядке? — спросил кто-то из команды, видя его поменявшееся настроение, и Юнхо поднялся, развернувшись к ребятам лицом. — Планы немного изменились. Возвращайтесь обратно в Корпорацию, Чонхо умер. — Что? А ты что будешь делать? Юнхо нахмурился и отвернулся, смотря за горизонт, словно пытался выследить там свою жертву. — Искать андроида.