Иммортель нарцисса горит ярко

      — Можно один вопрос? — на следующий день за завтраком начинает Лёша.       — Попробуй, — спокойно отвечает Кирилл, перекладывая на блюдце красиво поджаренные тосты.       — Правда не помнишь, где был тогда?       — Ну-у-у… да. Но уверен, что на Международной. — поставив на стол блюдце, Гречкин садится рядом.       — Серьёзно? Тебе с ними правда нравится что-ли?       — Ну тогда это не имело значения, но вообще, да, если Саня не объебанный, то он чуть спокойнее. Да и если перед ним не мелькает раздражитель в виде моего потенциального партнёра, ему вообще на меня похуй.       — Твоего потенциального партнёра?!... — шокировано переспрашивает Макаров, стремительно краснея и возмущённо хмурясь.       — Да расслабься ты, для Сани. Просто ты для него как триггер, потому что ты ещё один пиздюк рядом со мной, а от моих отношений с предыдущим он был в ахуе и в ярости, мягко говоря.       — Я не пиздюк.       — Да-а-а, конечно. Тебе уже целых 18 лет, даже пиво покупать можешь. — саркастично выдаёт Кирилл, посмеявшись на это.       — Да пошёл ты.       — Ну ладно, да, тот чел по факту был младше тебя тогда.       — А сейчас?       — А сейчас… примерно твоего возраста был бы.       — …оу.       Лёша, тушуясь, замолкает. А Гречкин с громким хрустом откусывает кусочек тоста, нарушая тишину.       — Вообще, с ними бывает очень даже прикольно. Особенно с Максом.       — Поверю на слово.       — Погнали к ним? Я обещаю, что все будет окей. Возьму с собой ствол. — как ни в чем не бывало рассуждает в слух Гречкин.       — Кирилл, нет! — возмущённо повышает голос Лёша. Кирилл, да. Он его точно возьмёт.       — Ладно-ладно, я же шучу, — совсем не шутит.       — Давай обойдёмся без убийств, даже в целях самообороны, это все равно нихера не нормально. — как будто не очевидно, что это херовая идея.       Через минут 5 они уже садятся в машину, и Лёша правда не знает, как в очередной раз согласился на это.       В комнате стоит странная для Лёши дымка, в которой приятными лучами распространяется яркий зелёный свет.       — И чё, прям не пьёшь? — наклонив голову набок, спрашивает Макс.       — Ну… скорее нет, чем да. — уклончиво отвечает Макаров.       — И прям не употребляешь? — уже с чуть большим интересом продолжает спрашивать он. Этот вопрос его явно интриговал куда больше.       — Нет. Даже не пробуй, об этом мы уже говорили, — между ними резко появляется Кирилл, грозно смотрящий на Макса. Правда вызывает он этим только тихий смешок у Лёши.       — Успокойся, все нормально, мне пока не предлагают меф, когда предложат – позову.       Гречкин пару секунд хмуро смотрит на улыбающегося Макарова. Вот же…       Во время их первой поездки сюда, он вёл себя куда более закрыто, и перед ним легко было играть героя-долбоеба, который, пусть и по-идиотски, но все же защищает такого правильного Лёшеньку от настойчивых алкоголиков-наркоманов. Сейчас же… он вполне мог что-то внятно ответить, да и Саня пока что не лез, так что всё действительно было под контролем.       От этого было немного… грустно.       — Сыграем в «я никогда не»? Игра тупая, но мне интересно, сможем ли мы заставить Леху хоть раз выпить. — вдруг громко объявляет на всю комнату Макс.       — Хах, вы трое – вряд-ли, — смеётся Паша.       — Ты не против? — поворачиваясь к Макарову, спрашивает Кирилл.       — Мм, ну… вообще можно.       — То есть, пить со мной – не, а с какими-то левыми чуваками, которых ты видишь третий раз в жизни – пожалуйста? — наигранно обиженно спрашивает Гречкин, подсаживаясь на диван к Макарову. Вообще, его очень даже порадовало, что Лёша согласился, но это почему-то тоже задело.       — Я не думаю, что буду много пить, к тому же… они не попытаются меня выебать, если мы останемся наедине, в отличии от тебя, — тихо, ухмыляясь, отвечает Макаров, наклоняясь к Гречкину так, чтобы его точно услышал только он.       — Я бы тоже не стал бы этого делать. — в привычной громкости отвечает Кирилл, они все равно ничего не поймут. Ну может только Паша, но он ничего не скажет.       — Мы это уже проверяли, и ты проебался, — Лёша улыбается, понимая, что это – аргумент, с которым просто невозможно поспорить.       — Ой, ну… это больше не повториться, я же пообещал. — закатывая глаза, все же пытается что-то ответить Гречкин, — Это ты тоже проверял, — уже тише и еле уловимо ухмыляясь добавляет он, — Когда спал со мной на одной кровати, чуть ли не в обнимку… и даже не раз. — уже совсем шёпотом, около самого уха.       Макарову кажется, что он очень явно краснеет от услышанного, настолько сильно у него горят щеки после этих слов. На деле же, все не так уж и плохо, а в затемненном помещении это практически не заметно, тем более совсем не обращающим на них внимание парням. Лишь Кирилл ухмыляется чуть более явно, замечая это.       — Все же знают в чем прикол, да? По очереди говорим «я никогда не делал что-то», что вы реально не делали, остальные, те, кто делал это – пьют. Можем взять… чё-то по-лайтовее или не будем никого жалеть?       — Давай хоть начнём с лайтового, чтоб не сразу в щи. А то я прекрасно понимаю, как вы любите, и в итоге от «игры» нихуя не останется. — здраво отвечает Паша, и Лёша уверен, что про «в щи» правда.       — Ладно-ладно. Есть крафтовое пиво, 6,5. Или совсем лайтово?       — Ну… вообще, хуйня, но ради Лехи можно крепче не брать, нормально для начала, но оно на вкус как ссанина, ты серьёзно хочешь его пить?       — Да не ссанина оно нихуя, чё ты начинаешь-то, блять.       — Бля, ну как хочешь,       — Ладно, могу джин чем-нибудь разбавить, что бы не очень крепко было, окей?       — Другой разговор.       — Хорошо, ща коктейльчики замучу, и погнали.       Макс довольно быстро разливает джин по небольшим разным стаканам, принесённым Сашей, и разбавляет какой-то явно дешёвой газировкой.       — Ладно, я начинаю: я никогда не… заканчивал уник. — Макс решает начать с чего-то простого.       — Бля, ну это скучно, этот вон вообще пиздюк, надейся, что он хотя бы школу закончил… — жалуется Саня, бросив взгляд на Лёшу.       — Ну чё ты ноешь тут? Вот сам нормальное и задашь.       Во время этой небольшой перепалки мало кто уследил за тем, как взяли по стаканчику и выпили Кирилл с Пашей.       — Уж точно по-лучше, чем у тебя будет. Нужно жёстче, чтобы интереснее было, смотри и учись. Я никогда не ебался с Гречкиным. — грубо произносит Саня, мельком глянув на Макарова.       — Придурок, здесь никто со мной не ебался. — смеясь, сразу отвечает Кирилл. А мысленно договаривает «пока что».       — Да неужели? — явно не веря в это, с раздражением отвечает Саня.       — А чё, хочешь стать первым? — усмехаясь, парирует Гречкин, Макс заметно напрягается, ожидая того, что Саня прямо сейчас ещё раз хорошенько врежет Кириллу.       — Да пошёл ты. — насколько это возможно для Сани, тот спокойно выдыхает, успокаиваясь. Только Макаров замечает, как Макс сжал в кулак край футболки друга, как будто что-то ему говоря этим.       — Теперь очередь Кирилла, — обрывает эту перепалку Паша, явно не в первый раз сталкиваясь с подобным.       Гречкин продолжает как ни в чем не бывало, для него это, видимо, мало чем было примечательно.       — Так, ну… — ему определённо нужно время, чтобы придумать ответ, — Я никогда не работал. Не на отца.       — Ну ты и гандон. — скалясь, ругается кто-то.       Пьют все, даже Лёша. Из-за чего Макс и Паша удивлённо смотрят на Кирилла.       Очередь Макарова.       — Я никогда не… — Лёша боялся сказать что-то очевидное, что точно делали все кроме него, либо что-то незаконное, чтобы случайно не узнать ничего лишнего… но ничего кроме этого не хотело приходить в голову, — Не был на концерте. Музыкальном, или что-то такое. Вообще ни на каком. — первое подходящее, Макаров говорит сразу, потому что и так уже слишком долго молчал.       — Тогда у нас есть планы на выходные, — ухмыляясь, отвечает на это Гречкин, забирает со стола стакан и выпивает, — Soda Luv нравится?       — Нет. — Лёша понимает, что Кирилл скорее шутит, но отвечает на это серьёзно.       — Ладно, посмотрим че-нибудь ещё потом.       Макаров не успел заметить, кто ещё выпил, но предполагал, что либо все, либо все, кроме Паши.       Кстати о последнем, сейчас он как раз должен завершить кон.       — Я никогда не ширялся хмурым, — посматривая на Макса с Саней, говорит Павел.       — Ублюдок. — утрированно зло бросает Макс перед тем как выпить.       Саня пьёт за ним. Паша переводит заинтересованных взгляд на Кирилла.       — Что? Нет, — Гречкин хмуро осматривает всех вокруг: кроме Лёши, все смотрят на него в ответ скептично, Макаров же скорее заинтересовано, — Правда, нет, если бы я юзал его, вы бы уже точно знали об этом, а не просто были безосновательно уверены, что это так.       — Ладно, — Паша, лишь на секунду дольше нужного задержав взгляд на Кирилле, переводит его на Макса, — следующий.       — Ох, ну… я никогда не… убивал людей. — говорит Макс, переводя заинтересованный взгляд от одного к другому, почему-то пропустив Лёшу. Что к лучшему, ведь иначе он заметил бы, как тот испуганно замер.       Пару секунд все молчат, ничего не делая.       — Так, нет, это уже слишком. — переводит Кирилл внимание на себя.       — Да, согласен, хуйня, давай другое что-то. — Саня неожиданно его поддерживает.       — Пф, ясно все с вами, вместе кого-то втихую завалили и палиться не хотите. — тупо шутит Макс, ещё больше нервируя минимум троих из присутствующих, — Да ладно-ладно, можете ничего не отвечать, сейчас другое придумаю… Я никогда не… Ой, не, по-другому, у меня никогда не было секса втроём.       Несколько секунд все молчат, выжидающе смотря на остальных, но в итоге все останавливаются на Гречкине.       — Ну… — чересчур наигранно неловко мнется он, — Было такое, — расползаясь в улыбке говорит Кирилл, гордо забирая со стола стакан и выпивая залпом.       Лёше становится как-то неловко от этого вопроса, а главное от полученной информации про Гречкина...       — Бля, стаканы закончились.. — замечает Паша, останавливая уже хотевшего продолжить Саню.       — Уже? Ебать. Ну щас ещё че-нибудь нальем. Чё хотите?       — Вискарик с тоником давай, — сразу предлагает Гречкин.       — Без базара.       — На ком мы остановились?       — На мне. — Саня снова хитро смотрит на Гречкина, — Я никогда не целовался со своими друзьями.       Лёша, знает, что должен выпить, но, кажется, не может даже пошевелиться. Кирилл с вызовом смотрит на Саню в ответ, забирая со стола сразу два стакана, один учтиво протягивает Макарову. Макс смотрит на эту картину с неким замешательством. А Саня зло ухмыляется, явно довольный собой.       — Прекратите. Вам что, по 5 лет? Саня бесится и пристаёт, а Кирилл только рад и продолжает выебываться. Как дети, бесите оба, был бы хоть один из вас поумнее, ничего бы не было. Закрыли эту тему раз и навсегда. Сань, придумай что-то другое.       — Паша прав. Успокойтесь оба. — тихо соглашается Макс и старается не смотреть на Саню, боясь получить по ебалу за свои слова.       — Да вы угараете, — возмущённо начинает Кирилл, но его останавливает Макаров.       — Правда, Кирилл, прекращай..       — ...ладно.       — Сань? — Макс с опаской поворачивается к другу.       — Да пошли вы нахуй. — грубо отвечает Саня и, под внимательными взглядами всех в комнате, уходит.       — Кхм, ну... Я всё испортил? — немного неловко уточняет Паша.       — Нет, все нормально, он перебесится и вернётся, я его знаю, ему просто нужно время, на самом деле он прислушается, — успокаивает его Макс.       — Надеюсь, — тихо говорит Лёша.       — Так вы правда целовались? — заинтересованно спрашиваем Макс.       — Эм.. Ну... — неловко мнется Макаров.       — Ты его смущаешь, так что да, правда, — спокойно заключает Паша, заканчивая разговор на эту тему, — Давайте лучше продолжим, если никто не против.       — Ладно, мы.. остановились на Сане, так что следующий Кирилл.       — Ну, я никогда не… признавался в любви.       — Какой пафосный, я никого не люблю и не буду, да-да-да. — стебёт его Макс, забирая со стола стакан.       — Да завали ты. — улыбнувшись, затыкает его Кирилл.       — Вообще, я даже не удивлён, ты посмотри на него только, по нему же с первого взгляда видно, что он никому ни в чем таком не признавался. — довольно серьёзно говорит Паша, но улыбается.       Макс даже смеётся на это и говорит, что это точно так.       Лёше кажется, что он сейчас умрёт со стыда. Потому что в голове вертится только «это. не. правда.»       — Кирилл. — немного хрипло зовёт Макаров и ждёт, пока на него обратят внимание, — Ты тоже пьёшь.       В комнате пару секунд висит гробовая тишина, пока Макс не начинает, откровенно говоря, ржать в голос с того, насколько сильно Гречкин зависает от этого заявления. Паша спокойно наблюдает за реакцией Кирилла и за тем, что тот будет делать.       — Нам однозначно нужно поговорить наедине. — еле как выговаривает Кирилл и, схватив Макарова за руку, быстро выводит его из комнаты. Чтобы наверняка, из квартиры.       На лестнице прохладно и тихо, каждый звук отдаётся эхом от осыпающейся штукатурки с верхних этажей.       — Что это значит? — прямо спрашивает Кирилл, все ещё шокировано не отводя взгляд от Лёши.       — Ты сказал, что никогда не признавался никому в любви... Я знаю, что это не так... А ты нет, потому что не помнишь...       — Блять. Я это тебе тогда сказал?! Ебать. Ебать! Почему ты не хотел говорить?       — Ну… потому что… тогда ты точно скажешь, что это было по пьяни и это ничего не значило… А так… надежда какая-то была хотя бы… но как-то тупо от такой надежды. Поэтому как-то сейчас так… получилось.       — Пиздец, Лёха… — выдохнув, расслабленно улыбается Кирилл, — Ты такой же идиот, как я. — Гречкин совсем неожиданно для Макарова лезет обниматься, но Лёша не отстраняется, — и что ты ответил мне на это?       — Я… ничего.. Потому что я даже не знал, правда это или нет.       — Сейчас знаешь, что правда.       — Оу... — Макарову кажется, что он сейчас сгорит, — Это… неожиданно. Тем более от тебя.       — Потому что я выгляжу так, будто никогда никому в любви не признавался, да?       — О да, это точно.       — А что на счёт тебя?       — Ну я… мне кажется, мне нужно подумать…       — Просто скажи, можно тебя сейчас нормально поцеловать или нет?       — Можно…       Если Лёше до этого казалось, что он уже целовался с Кириллом, то он однозначно ошибался. Это был не Гречкин, а жалкая пародия, настолько ненавязчиво он целовал его до этого. Нет, сейчас… черт, это настолько настойчиво, что Лёша в этот момент, даже если очень постарается, не сможет думать ни о чем другом, кроме того, что он целуется с самим Кириллом Гречкиным… просто дух захватывает от каждого малейшего движения, и Макаров едва ли замечает, когда его прижимают спиной к стене этой жуткой парадной, всё его внимание направлено исключительно на ощущения от губ и языка Кирилла.       — Нас же могут здесь увидеть... — хрипит Лёша между глубокими тяжёлыми вдохами, когда Гречкин отстраняется, чтобы дать Макарову отдышаться.       — Блять, да ты видел этот дом? Тут люди раз в полгода ходят.       — Нас могут пойти искать пацаны, или вообще Саня..       — Ладно, тогда погнали домой, потому что мне прям нужно пару часов не отходить от тебя и на пол метра.       — Ч-чего? — сбито переспрашивает Лёша, слишком сильно смущаясь.       — Ничего, пошли, — Гречкин довольно ухмыляется и, взяв Макарова за руку, тянет его за собой вниз по лестнице.       — Может хотя бы предупредим их о том, что уходим?       — Да забей хуй. К тому же… у тебя сейчас настолько красное лицо, что будет слишком очевидно, чем мы здесь занимались.       — Блять…