Я помогу

***

— Было приятно с вами познакомиться, — Сокджин приветливо улыбается мужчине напротив и сжимает ранее протянутую руку — Господин Ким, я предлагаю вам обсудить дальнейшие проблемы в более уютной обстановке, Вы не против поехать ко мне домой? — альфа притягивает к себе руку омеги и целует тыльную сторону ладони — Пошёл нахуй, — отвечает с той же улыбкой Сокджин и, разворачиваясь на пятках, уходит в сторону своей машины, в которой давно ждет секретарь.       Омега с шумом выдыхает, расслабляя галстук на шее. — Как же они меня задолбали, — пыхтит он, подавляя в себе злость — Едем домой, Господин? — спрашивает секретарь, получая в ответ лишь кивок.       В машине играет непринужденная музыка, за окном играют огни ночного города. Спокойствие, вот что сейчас чувствует Сокджин. Полное спокойствие, это именно то, что нужно ему сейчас при таких обстоятельствах. — Сколько сегодня было предложений? — спрашивает Тэджун, оборачиваясь к боссу. — Восемь, и это только лично, про почту я даже говорить не хочу. — Трудно быть самым завидным омегой страны, — тихо посмеивается тот. — И не говори, я так устаю от этих назойливых щенков, одному было всего лишь 23, какой брак? В его то возрасте особенно — Кто их знает, эти богатеи довольно странные, — хмыкает бета, останавливаясь у ворот огромного дома, — приехали, Господин.       Сокджин благодарит бету за работу и выйдя из машины уходит в дом, чтобы снова погрузиться в пучину одиночества.       Он проходит в свой кабинет и видит на столе множество конвертов, один из них привлекает больше всего внимания. Письмо из клиники, в которой он хотел сделать ЭКО.

      Здравствуйте господин Ким Сокджин. Мы внимательно изучили ваши анализы и к сожалению сообщаем вам, что операция ЭКО невозможна, в связи с вашей бесплодностью. Письмо остается на столе, а мечты Сокджина лишь мечтами. В его жизни не будет ребенка, не будет семьи. Он всю жизнь будет один.       На автомате он надевает на себя кожаную куртку и выходит из дома, шагая в неизвестность. Ноги сами приводят его к мосту, под которым виднеется течение реки. Она так и манит к себе, завораживая быстрым потоком воды, которая кажется может унести с собой все.. — Унесет ли эта река все мои проблемы, — шепчет он в пустоту, но тут он поворачивает голову направо и видит человека, который лезет через ограждение моста — Эй, — кричит Сокджин, — ты сошёл с ума? Спускайся! — Идите куда шли, — незнакомец вытирает дорожки слез со своих щёк, шмыгая носом — Давай поговорим, смерть не решит твоих проблем — Решит, она решит все мои проблемы, — юноша всхлипывает и утирает рукавом накопившиеся слезы       Сокджин медленно подходит к младшему и тянет его к себе, заключая в объятия. Тот не сдерживается и ревёт ещё сильнее, пачкая чужую одежду. - Я не хочу жить, не хочу, не смогу,- шепчет юноша, словно мантру       Джин старается держать себя в руках и не разреветься с ним прямо здесь, поэтому решает отвезти его к себе домой. Отогреть, накормить. а дальше как получиться.. — Мне всего 19, у меня нет образования, семьи, дома, но был парень, с которым мы долгое время встречались, — он снова всхлипывает и утирает салфеткой свой нос, — этот подонок напоил меня на вечеринке и изнасиловал, позже я узнал, что беременный — Поэтому ты решил избавится от себя? — спрашивает Сокджин, пододвигая ближе к юноше стакан воды, который тот выпивает сразу — Да, у меня нет денег на аборт, не говоря о том, чтобы воспитывать ребенка,я не хочу быть для него ужасным папой, я не хочу для него моей жизни, — он обхватывает руками свой, пока плоский, живот.       Сокджин чувствует, что у него внутри что-то сжимается, не давая нормально соображать, единственное, что он хочет, это прижать к себе этого мальчика и шептать на ушко, что все будет хорошо. Он поможет, если кто-то поможет ему — Намджун, если хочешь, можешь пока пожить у меня, я могу тебе даже работу дать — Не стоит, — снова всхлипывает младший и утирает рукавом нос, — спасибо за заботу, но я справлюсь, прости, что увидел меня в таком состоянии — Куда ты пойдешь в такое время? Останься у меня на первое время, как найдешь квартиру съедешь — Спасибо большое, спасибо, спасибо, — омега прикрыл глаза и уткнулся носом в собственные колени       Ночью Сокджин так и не смог уснуть, мысли о несправедливости этого мира не давали ему спать. Почему у тех кто жаждет ребенка его нет, а тем кому этот ребёнок не нужен везет? Почему? Почему? Омега повернулся на другой бок и чуть не умер от страха, темная фигура стояла у приоткрытой двери и держала в руках сверток с ребенком, он резко подорвался с кровати и включил лампочку у кровати.       Правду говорят, что у страха глаза велики, темной фигурой у двери оказался Намджун, а свертком с ребенком подушка — Намджун? Что случилось? — спросил он, пытаясь отойти от шока — Я, я, можно мне поспать с тобой, мне страшно, прости если тебе это покажется неуместным, — младший перебирается с ноги на ногу у входа в комнату, пока не видит, как Джин приподнимает край своего одеяла, приглашая его к себе — Спокойной ночи, — шепчет Сокджин и проваливается в дрему, вдыхая запах Джуна, вперемешку с запахом его шампуня, прекрасно — Спасибо, — шепчет Джун и засыпает в теплых объятиях мужчины.       Следующее утро нельзя назвать недобрым, просыпаться в обнимку с кем-то максимально непривычно, но комфортно до жути. Намджун переворачивается лицом к старшему и всматривается в черты его лица, получая эстетическое удовольствие, несколько лет в художественной школе явно научили омегу видеть прекрасное. — Прямо как Зевс, — шепчет он, облизывая пересохшие губы — Я? Спасибо, — улыбается Сокджин и подмигивает младшему, любуясь его покрасневшими щеками — К...как давно вы проснулись? — кажется с пробуждением у младшего и смущение проснулось — Я не настолько старый, чтобы разговаривать со мной на «вы», давай перейдём на «ты» — Х.Хорошо, — Намджун все еще смущается, поэтому аккуратно встает с кровати, — я съеду сегодня, простите за неудобства — Какие неудобства, о чем ты говоришь вообще, я еще вчера тебе сказал, что ты можешь оставаться у меня на столько, сколько пожелаешь. Мой дом слишком большой для меня одного, к тому же я здесь почти не живу, лишь сплю в основном и приезжаю на редкие выходные. Считай, что ты арендуешь у меня комнату, но в обмен будешь создавать уют в этом доме -Зачем тебе это нужно, я ведь чужой тебе человек, -младшему хочется плакать от доброты этого мужчины, родные родители для него такого не делали. Они узнав о беременности, выгнали парня на улицу. — Ты мне понравился, — Сокджин тоже встает с кровати и подходит ближе к другому омеге, — считай это родительским инстинктом, мне к слову почти тридцать, а у меня ни семьи ни детей       Именно после этих слов Намджуну стало жалко старшего. За что такому хорошему человеку, как Сокджин такая судьба — Я бесплоден, поэтому у меня никогда не будет своих детей, никакой альфа не захочет себе бракованного омегу, — от понимания всего этого, на глазах омеги наворачиваются слёзы, и он уже хочет отвернуться и уйти в ванну, как чувствует теплые объятия со спины — Я буду с тобой, хен, давай станем друг для друга семьёй? — шепчет он в чужую спину и утирает свои же слезы       Сокджин впадает в шок от этой фразы, ему предложили не просто дружбу или что-то наподобие, ему предложили стать семьей, это ценно, гораздо ценнее всего, что предлагали ему ранее. Он поворачивается лицом к Намджуну и крепко его обнимает, укладывая пушистую голову на свое плечо — Давай, — шепчет он тихо, наконец-то позволив себе успокоиться в объятиях почти незнакомого паренька, от которого сердце трепещет.       Еще вчера вечером он заприметил его, почувствовав в этом пареньке что-то знакомое. Кто мог бы подумать, что этим знакомым будет дикое одиночество, окружавшее их обоих чуть ли не с рождения.       Картина маслом. Две плачущие омеги стоят у большой кровати и улыбаются во все 32, понимая, что теперь они будут не так одиноки.       Первым просыпается Намджун и, жутко смутившись убегает на кухню, на эти действия Сокджин лишь тихо посмеивается, уходя наконец-то в ванную комнату, дабы привести свое лицо в надлежащее состояние.       Спустя минут 15 Джини уже готов покорять вершины, поэтому идет на кухню, где видит готовый завтрак на двоих и Намджуна, который активно перемешивает что-то в кружке — Что делаешь? — спрашивает старший — Кофе, надеюсь ты не против, что я немного похозяйничал на твоей кухне? — спрашивает он, немного опустив голову — Нет конечно, я вообще не помню, когда питался домашней едой в последний раз — Тогда приятного аппетита, — он ставит напиток на стол и его тут же берет старший, пробуя на вкус — Мммм, какой вкусный кофе, спасибо Джуни, — говорит он, отпивая еще немного — Это был мой кофе… — Твой? , — Джин изгибает бровь и смотрит на младшего с укором — Беременным нельзя кофе, особенно на ранних сроках, — Джин выпивает весь кофе и ставит на стол пустую чашку, — хочешь взбодриться- пей зелёный чай. Полезнее будет       От строгого тона старшего Намджуну стало не по себе и на глазах навернулись слезы — П.прости, — шмыгнул он носом, — господи, я плачу, — он начал хаотично смахивать с себя слезы, при этом не переставая плакать — Все хорошо, у тебя гормоны скачут, так будет недолго, не переживай       От слов Сокджина младшему захотелось плакать еще сильнее — Я буду ужасным папой, — Джун понимает, что сейчас разревется, но не может это контролировать, накопилось — Не плачь, ты будешь отличным папой, я уверен, — старший берет его руку в свою и несильно сжимает в знак своей поддержки, — в любом случае никогда не поздно начать учиться, у меня есть много литературы для молодых родителей, я тебе дам почитать — Спасибо хён, спасибо, спасибо, — Намджун готов плакать от счастья, но вместо этого всего лишь прыгает на месте.       Жизнь с этим мальчиком будет превосходна. Сокджин уверен.

      Прошло ровно 4 месяца, как Ким Сокджин привез к себе домой мальчика с непростой судьбой. Можно ли назвать это время лучшим в жизни Джина? Конечно можно. Две омеги идеально ужились в большом доме Кима старшего, уделяя время друг другу. Стали одной семьей.       Намджун чувствовал себя полностью защищённым рядом со старшим, он посвятил себя учебе и дому, получая в ответ похвалу от хёна. Будем честны, последнее ему нравилось больше всего. То с какой теплотой во взгляде на него смотрит Сокджин, заставляет ноги подкашиваться, а сердце биться в несколько раз быстрее.       Джин в свою очередь наконец-то почувствовал себя нужным, нужным этому милому мальчику, с самыми прекрасными ямочки на щеках. Он теперь чуть ли бежит с работы домой, прекрасно зная, что там его ждут теплые обнимашки и вкусный ужин, над которым весь день хлопотал Джун.       Самым лучшим временем для обоих являются их редкие домашние посиделки, во время которых они обычно смотрят сериалы, поедая фастфуд и запивая чаем. Сокджин еле на картошку фри согласился, услышав про колу разозлился неимоверно, но Намджун любит побаловать себя чем-нибудь вредненьким, особенно ночью — Ким Намджун, что я говорил о сладком на ночь? — спрашивает старший, стоя в проёме кухни — Нельзя, — Намджун опускает голову и убирает тортик обратно в холодильник, но с таким лицом будто у него забрали самое ценное в его жизни — Один кусочек, — сдается Джин. услышав тихий всхлип со стороны младшего, — а потом спать, хорошо? — ДА! — кричит перевозбуждённый омега и вытаскивает торт обратно, — Фпафибо, хён.- он улыбается старшему с набитым ртом, что выглядит до невозможности мило       Сокджин, улыбаясь идёт обратно в свою спальню, пытаясь не думать о привлекательном парне, сидящим сейчас на его кухне. Намджун набрал пару килограмм, но, боже, они ушли в самые нужные места. Его бедра стали шире, а попка круглее, как бы не было стыдно это признать, старший на него частенько засматривается, завидуя белой завистью.Его щеки стали пухлее, но ямочки никуда не делись, шикарно, он выглядит как произведение искусства художника 19 века, но Ким Намджун живет в одно с ним время и сейчас неуверенно мнется у порога его спальни, пытаясь что-то сказать — Что такое, Джуни? — Я.не мог бы ты.это.ну самое, — он долго пытается собраться с чувствами и наконец выпаливает на одном дыхании, — погладь мой животик, — он выкрикивает это, кажется слишком громко, что тут же краснеет, собираясь убежать. Неловкость между ними все же осталась — Иди ко мне, — Джин разводит руки и приглашает беременного омегу в свои объятия, — шевелится? — Ага, никак не успокоится, с вечера так, -он облегченно садиться между чужими ногами и опирается спиной о крепкую грудь, позволяя большим рукам уложиться на выпуклый живот       Оба чувствую себя максимально комфортно в этих объятиях, как будто созданы друг для друга — Хён — М? — Я тут недавно статью прочитал, про людей, которые являются родными душами и обязательно встретятся, они могут быть даже не парой, а просто друзьями и т.д. просто они словно чувствуют состояние друг друга на расстоянии, их называют соулмейты. И я подумал, может мы с тобой соулмейты? — Может, иначе я не могу объяснить дикое желание покушать в три часа ночи — Хён! — кричит Джун, легонько ударяя старшего по руке, но тут он чувствует толчок в свою руку и это явно не Джин — ОН ТОЛКНУЛСЯ!!! — кричит Джин, широко улыбаясь — ОН ТОЛКНУЛСЯ, НАКОНЕЦ-ТО, — Джун тоже безмерно рад этому, его малыш первый раз толкнул его и он разделил этот момент с самым дорогим человеком       Они продолжают разговаривать на разные темы, получая дикий кайф в первую очередь друг от друга. Сокджин снова начинает причитать о том, что младший слишком сильно увлекся фрилансом и сидит за компьютером целыми днями, Намджун же в свою защиту показывает баланс карты, суммы на которой хватит на мебель и одежду для ребенка — Я уже заказал ему кроватку, как ты и хотел, полностью белую и которая в будущем станет обычной кроватью, привезут послезавтра, — он тут же укладывает Джуна на кровать и делает вид, что заснул, чтобы его честно говоря, не убили. Ким младший может, уже проверяли.              Утром Намджун просыпается уже один, значит хён на работе, проектов у младшего пока не было, значит сегодняшний день он может посвятить себе любимому.       Сначала он около часа торчит в ванной, делая всякие процедуры со своей кожей, потом долго выбирает чтобы надеть, но не найдя у себя ничего стоящего идёт в комнату старшего, чтобы найти что-то подходящее у него. Он начинает копаться в шкафу и видит какую-то черную коробку, они слишком сильно привлекает внимание младшего, хочется ее открыть, что он и делает. В черной коробке оказывается большой черный дилдо, с крупными яйцами на конце, на вид это все выглядит максимально неприятно, но тут же Намджуну хочется это попробовать.       Он заходит в свою спальню и ложиться на кровать, замечая, что смазка ему явно не нужна. Он нажимает на кнопочку и видит, как игрушка начинает вибрировать и немного изгибаться в руке. неужели это сейчас будет внутри него? Омеге хочется, так сильно, что вход начинает немного покалывать от нетерпения.       Намджун заводит руку за спину и просовывает в попку один палец, понимая, что этого чертовски мало, в нетерпении он вводит второй палец, тихо скуля от того, как пальчики его растягивают. Через пару минут он свободно двигается в себе четырьмя пальцами и решает наконец-то использовать найденную игрушку. Джун проводит ладонью между своих бедер и собирает оттуда смазку, размазывает его по дилдо и наконец-то использует по назначению, он громко стонет от того, как игрушка растягивает его мышцы, принося дикое удовольствие. Омега, заставляя резиновый член изгибаться внутри него, и тут головка достает до его простаты, вознося омегу до нового уровня удовольствия, пот скапливается у него на висках, капая на светлую подушку, смазка капает на простыни также пачкая их, а вдруг это увидит Джин.       От воспоминаний старшего омеги, Намджун сразу вспоминает чей на самом деле дилдо, и им скорее всего уже пользовались… В мыслях об этом беременный омега изливается на свой же живот, содрогаясь от оргазма, накрывшего его словно цунами. Сердце бьётся в несколько раз быстрее, а рукам не хватает сил, чтобы вынуть из текущей задницы вибратор, который не прекращает двигаться, стимулируя стенки еще сильнее.       Ким вытаскивает игрушку из своей попки и идет в ванну чтобы помыть и ее и себя.       Искупавшись и помыв дилдо, он возвращает ее на место и все-таки берет из шкафа хёна большую белую рубашку, что-что а оверсайз старший просто обожает, и кажется эта любовь передалась Джуну. Покрутившись пару раз перед зеркалом и убедившись, что его образ хорош, Намджун выходит из дома и вызывает такси, машина приезжает буквально за пару минут, поэтому он уже сидит в теплом салоне, думая чтобы купить.       Сокджин же тем временем сидит за рабочим столом, все валится из рук, в голове один туман, если одного омегу по имени Ким Намджун можно так назвать. Он крепко поселился в голове, не желая никуда уходить, но кажется сейчас медленно перебирается в местечко пониже, захватывая сердце в свои тиски. Каждая улыбка омеги навсегда врезается в его память, каждый поступок он всегда хранит в своем сердце, каждый смешок, каждое объятие он помнит, как будто это было вчера, хотя многое и было вчера. Он бьёт себя по щекам и сосредоточившись снова принимается за работу.       Намджун приезжает к нужному торговому центру и выходит из машины, точнее пытается это сделать, но живот явно мешается. — Позвольте вам помочь, — раздаётся чей-то голос сверху и в поле зрения появляется крупная ладонь — Спасибо большое, — омега хватается за неё и выходит из такси — Всегда пожалуйста, к тому же я не мог не помочь такому прекрасному омеге, — слова альфы немного напрягают Джуна, но тот старается не подавать виду, — я Чон Хосок — Ким Намджун, приятно познакомиться       Они поспешно прощаются и Джун уходит выбирать одежду для малыша, и возможно что то для себя.              Магазин детской одежды привлекает и одновременно пугает своим богатым ассортиментом, обилие цветов разделяю взгляд, не давая сосредоточиться на чем-то одном, но вскоре омега привыкает и проходит внутрь, ища взглядом консультанта, самому здесь выбрать что-то практически нереально — Я могу вам чем-то помочь, — спрашивает уж больно знакомый голос — О, снова вы, — Намджун удивленно смотрит на альфу в рабочей одежде, — я неимоверно рад вас видеть — Я рад это слышать, если хотите могу помочь вам выбрать что-то для малыша, кого ждете? — Хотелось бы что-то максимально нейтральное, чтобы и для девочки и для мальчика — Конечно, прошу пройдемте за мной, — Хосок лучезарно улыбается приглашая омегу на экскурс по магазину              Минут сорок спустя Намджун наконец-то идет к кассе и расплатившись идет к выходу из магазина, как его пакеты выхватывают из рук, смотря пристальным взглядом — Почему ваш альфа позволяет вам таскать тяжести? — спрашивает Хосок, в душе надеясь получить тот самый ответ — У меня нет альфы, — говорит Джун, чувствуя себя немного неловко, беременный омега без альфы равно позору на всю жизнь — Это отличные новости, поэтому я осмелюсь пригласить тебя на чашечку чая — Прости, не сегодня, у меня есть любимый человек, — Намджун сам не понимает, что только что сказал, но единственный кто сейчас приходит в голову это Сокджин       Намджун влюбился в своего хёна, он влюбился в омегу. — Но ты сказал, что у тебя нет альфы…- искренне не понимает Хосок — Так он и не альфа, — омега подмигивает собеседнику и забрав у него пакеты, идет в ближайшую кафешку, чтобы покушать и купить что-то Сокджину. Снова в голове всплывает образ старшего омеги, полностью опустошая ее и забирая себе все место в ней.       Быстро покупает все нужное и идёт на остановку, на автобусе будет быстрее. Отныне фраза «Несется на крыльях любви» для него стала реальностью.              Спустя 20 минут дороги и 20 минут самокопания, миллионы вопросов, которые он задал себе еще давно, но решился ответить на них лишь сейчас, Намджун доходит до большого здания и заходит внутрь — Господин Ким у себя? — быстро спрашивает на рецепшене у беты, и получив утвердительный ответ идет к лифту, чтобы подняться на нужный этаж, увидеть любимого       Любимый.Любимый…       Как прекрасно это звучит.       Намджун поднялся на нужный этаж и быстрым шагом пошёл к кабинету старшего, даже не стучась зашел внутрь — Я люблю тебя хён, — выпалил он на одном дыхании, стараясь привести себя в порядок, после мини марафона, — Я люблю тебя Ким Сокджин       Джин смотрит на запыхавшегося Джуна и пытается переварить услышанное Он сейчас не ослышался? Ким Намджун любит его? — Я тоже люблю тебя Джуни, — отвечает старший с милой улыбкой на губах, подходя ближе — Ты не понял, я люблю тебя не как хёна или друга, ну так я тебя тоже люблю, но больше я люблю тебя как мужчину, люблю как самого дорогого человека в моей жизни       Обе омеги стоят со слезами на глазах, не в силах сделать даже один шаг на встречу друг другу, они просто стоят и смотрят друг на друга, кажется даже дышать перестают — Я тоже люблю тебя, люблю как самое драгоценное, что есть в моей жизни, — Сокджин подходит ближе к любимому и вовлекает в поцелуй, укладывая руки на большом животе…