Мёртвые Монстры

      Сидя в серебристом автомобиле марки «Ford Crown Victoria», ребята думали только об одном: хватит ли им карманных денег на бензин? Тут уже на небе сгущались темные тучи, а местами даже слышался раскат грома.       — Вы думаете о том же, о чём и я? — коротко спросил Коннор.       — Бензин? — единогласно ответили остальные.       — Да, но первым ответом должны быть деньги, потом бензин. Я думаю, нам придется заправиться сто раз, чтобы добраться туда, а вот обратно мы можем и не вернуться, — тонко ответил Кон.       Большая часть мечт Коннора состояла в том, чтобы выступить с группой в большом городе перед ещё большей аудиторией. Он хотел подольше остаться в Сиэтле.       — Окно приоткрой, жарко, на дворе май! — приказал блондин Маркинз.       — Ну, ладно. Приоткрой, так приоткрой, — сказал Коннор, как только начался дождь. Пахло сыростью, гром и молния грянули.       — Да черт возьми! Закрой задние окна! — крикнул Антонио с заднего сиденья.       — Молния въебёт в нас прямо сейчас! — кричал Чеслин, думая, что все кончено. Он был немного доволен, но такая смерть была бы для него совершенно неприемлемой.       — Что вы кричите, как маленькие дети? — Коннор был возмущен, пока рядом с ним не прогремела молния. — А-а-а-а-а! Она меня чуть не убила! — На эмоциях орал Коннор, показывая всем то, что он сам как малое дитя.       — А теперь выдвигаемся, — сказал Маркинз с заднего сиденья машины.       — Да, мы уже в пути, пристегните ремни, — пробормотал Коннор и нажал на педаль газа.       Прошло несколько часов пути и ребята устали. Они останавливались на заправках, чтобы купить еды, воды и сходить в туалет. Управлять рулём могли только трое, но последнему никто не доверял. Тем был именно Чеслин. Парни не хотят умереть, зная его намерения. Остаются только первые двое: Коннор и Антонио.       Прошёл день, и Коннор был также за рулём, а Антонио спал сзади с Маркинзом. Чес сидел на впереди и думал о том, каким будет Сиэтл.       Парни ехали по темному ночному шоссе. Казалось даже, что машина ребят была единственной здесь. Дорога была усеяна выбоинами и неровностями. На кассете играла та тяжелая музыка, которую парни любили. Она как раз не давала Коннору уснуть за рулем.       Он продержался ещё до десяти утра, после решил съехать на обочину, чтобы отлить и покурить.       Тогда было солнечное утро, без облаков, светило солнце и жарило серебристый Форд. Перед тем как заглушить машину, Коннор открыл окна, чтобы ребята не задохнулись. Он решил разбудить Антонио и Маркинза шуткой, что уже приехали, хотя фактически требовалось минимум ещё три дня.       — Эй! Педики вставайте, мы уже там! — крикнул Коннор парням.       Антонио и Маркинзу не очень хотелось вставать, но пришлось.       — А… Вставать? Мы действительно здесь? Что?! — Антонио от радости обулся и выбежал из машины, увидев пустую дневную трассу. — Так ты меня наебал?       — Вообще-то это нас! — завопил блондин из машины.       — Ты какого хрена обманул нас, ублюдок! — красный агрессивно зарычал на Коннора.       Коннор подошел вплотную к кареглазому Антонио. Никто не ожидал, что он так просто возьмет и засосёт Антонио. Этот недопоцелуй длился не менее десяти секунд. Антонио, покраснев, толкнул Коннора руками и пнул его в пах.       — Ты совсем педик?! — возмущенно закричал Антонио, пытаясь понять, что только что произошло.       — Ах! Зачем по члену-то? — Коннор корчился, пытаясь произнести слова.       Он знал, что Антонио отреагирует именно так. Он обычно не воспринимал такие ужасные шутки в виде какой-то пропаганды.       — Ха, не волнуйся! Я шучу, — сказал Коннор, улыбаясь, держась за пах.       — Сука, ещё одна шутка и я тебя в рот трахну! — Антонио сказал, не подумав, но когда до него дошло, было поздно.       Все остальные ребята, Чеслин и Маркинз, сидели в полном оцепенении. Думали, что сейчас точно будет как в порно.       — Что ты, на самом деле трахаешь в рот? — спросил Кон. — Если это правда, просто предупреди меня. — Сказав это, Коннор он пошел отлить за камень.       — Да ты… У меня даже слов нет! — Антонио крикнул ему вдогонку.       Некоторые ребята в группе курили сигареты; они их вроде успокаивали.Один Чеслин не курил, говоря, что ему уже ничего не поможет, даже таблетки и психотерапевт.       Вскоре Коннор вышел из-за камня и подошел к машине, достал пачку сигарет, взял одну, закурил.       — Хах, как я над ним подшутил? — спросил Кон парней, сидевших в машине.       Оба парня все еще сидели в оцепенении, не могли даже слова сказать.       — Ты совсем дурак? — Чеслин заговорил. Первый, кто осмелился что-то сказать.       — Полностью согласен, ты гей что ли? — задал вопрос Маркинз.       Прислонившись к машине, Коннор с сигаретой, едва посмеиваясь, сказал следующее:       — Много вопросов. Быть геем легко, а притворяться намного сложнее. Поэтому мне трудно.       Пока пацаны разговаривали у машины, Антонио стоял возле. Он думал о том, что случилось,       Он думал, как Коннор мог так с ним поступить. Быстро он подошел к машине и сел на водительское место.       — Ты повезёшь? — сказал Коннор, докуривая сигарету.       Антонио попытался завести машину, но не получилось.       Коннор выбросил бычок и сел на заднее сиденье.       — Что? Машина действительно не заводится? Неужели мы умрем ровно на полпути? — испуганно закричал Маркинз.       — Успокойтесь. Наверное можно как-то решить проблему, — голос Антонио дрожал.       — Мы далеко от заправок, что будем делать? — сказал Кон.       Антонио вышел из машины и открыл капот, чтобы решить проблему.       Прошел час, два, три, четыре, а Антонио все еще мучился, заглядывая под капот и пытаясь найти неполадки. Внезапно у Коннора возникла идея, не совсем идеальная, но хорошая.       — Давай дотолкаем её к ближайшей заправке? — в шутку сказал он, зная, что машина довольно тяжелая и толкать ее незачем.       — Толкать значит толкать, ситуация безнадежна, — крикнул снаружи Антонио.       — Что? Толкать? Ты что, с ума сошел? — бесцеремонно бросил Чес. Такой вес ему был не под силу.       — Придется. Трое толкают, одного за руль. Встаём и выходим из машины. Потом решим, кто водила, — сказал Маркинз и вышел из машины.       Все остальные тоже вышли из машины, но тут у них возник вопрос: кто будет водителем?       — Доверьтесь мне, и все будут живы, — сказал Чеслин, мило улыбаясь, как будто он был самым невинным ангелом.       — Так и быть, садись за руль! — хором закричали остальные.       Чеслин сел за руль и снова попытался завести машину, но опять безуспешно.       — Ох, значит, вы реально будете толкать, — сказал Чеслин.       И так ребята толкали машину до самого вечера. Темнело довольно быстро, несмотря на конец мая. Чеслин мужественно сел за руль, а остальные только толкали машину. Все выдохлись от слова совсем, на заре сил остался только один вокалист. Машину затолкали на какую-то странную заправку. Она была старая и в темноте вечера не казалась совсем заброшенной. Она была ржавая, а ее хозяином был пожилой мужчина, который сидел в кресле-качалке. В руке его, видимо, было оружие. Ребята загнали машину на заправку и пошли спросить у этого дедушки, можно ли починить их машину. Добровольцем оказался Чеслин.       — Здравствуйте, мы можем… — Коннор только сказал это и сразу увидел, что пожилой мужчина не подает признаков жизни.       — Я также вижу, что он мертв? — сказал Чеслин.       Этот человек выглядел ужасно; он был истощен; его кожа уже потемнела; он держал в руках гниющий дробовик. Этого человека нельзя было даже узнать; его тело уже разлагалось и под стулом был трупный сок. Мужчина по всем признакам был уже мертв, даже одежда была дырявая и разлагалась. У этого человека была видна челюсть, его плоть там сгнила, зрачки были белыми, как в фильмах ужасов.       — Да, Чес, я тоже вижу мертвеца, — спокойно сказал Маркинз, но в его голосе была явная дрожь.       — Ага, я хочу пожать ему руку! — Чеслин закричал и подбежал к этому дедушке, чтобы пожать ему руку, но сделал это с большим усилием, чем требовалось.       Он хотел было отойти, но случайно оторвал руку мертвецу.       — Блять, что ты делаешь? Зачем ты оторвал мужику руку? — со смехом сказал Антонио.       Другие особо не смеялись, потому что из полусгнившей руки начали выпадать опарыши. Чеслин тут же бросил эту руку на мужчину. Он ударил его прямо в голову, после чего она отвалилась и покатилась к ногам Коннора, произнося слова хриплым голосом с наполовину разорванными связками:       — Уходите. все уходите. вы… будете прокляты. ремонтируйте машину и уезжайте… вы все… все… умрете… — голова просто развалилась. Из неё текла темная, сгущенная кровь.       — Черт, что сейчас произошло? Может ли отрубленная голова говорить? — сказал Коннор. Он не понял, что произошло, потому что такое бывает только в кино.       — Мы все умрем! — закричал Чеслин, когда из его голубых глаз хлынули слезы. Он присел на корточки позади Маркинза.       Все ребята были в шоке. Им просто хотелось бросить все и бежать куда глаза глядят.       — Итак, давайте быстро починим машину и отправимся в Сиэтл, — призвал Коннор всех успокоиться и собраться с мыслями.       Все ребята даже немного открыли рты от происходящего. Они услышали слова Коннора, но было слишком страшно. Ночь; запах гниющего трупа и полная тишина; на трассе ни души. Иногда слышались даже сверчки и жужжание каких-то насекомых.       — Действительно, давайте соберемся с мыслями, забудем, что только что произошло, починим машину и свалим, — испуганно сказал Маркинз.       Чеслин всё ещё сидел позади Маркинза с закрытыми глазами.       Видимо, не такой он уж и поклонник смерти.       Коннор пошел искать всякие мелочи, а Антонио залез под капот и нашел причину поломки: там всего несколько гаек отвалилось и аккумулятор не выглядел рабочим.       — Кон, принеси болтов, здесь несколько отвалилось, а аккумулятор надо подзарядить, — крикнул Антонио.       Коннор привез все необходимое для машины. Антонио закрутил гайки и зарядил старый аккумулятор серебристого Форда.       Пока красный чинил машину, ребята разбежались по заправке как муравьи, огляделись, но далеко не ушли. Их мучил один и тот же вопрос: «почему мы все умрем?».       Было уже около часа ночи, и Антонио быстро удалось починить машину.       — Ребята, быстрее все к машине, вроде починил! — Антонио кричал ни громко, ни тихо.       Он, не дожидаясь ребят, сел за руль и попытался завести машину. На удивление она завелась. Остальные быстро запрыгнули в салон и хором закричали:       — Поехали!       — Уже, — крикнул Антонио, пристегивая ремень безопасности.       Он нажал на педаль газа и ребята рванули с этого странного места.       Через несколько часов пути уже рассвело. Антонио и Коннор должны были поменяться, но все напрочь об этом забыли. Красный остановил машину и сказал:       — Коннор, ты ведешь машину, а я помочусь пока.       — Эй! Я хочу водить, — крикнул Чеслин не совсем убедительно.       — И правда, берите чувака за руль. Он нас к черту не повезет? — с ухмылкой сказал Маркинз.       — Да, в принципе, он не должен нас везти… Ладно, Чес, садись за руль, только езжай осторожно, а то мы все разобьемся и будет каша, — осторожно сказал Коннор.       Чеслин сел на водительское сиденье с улыбкой, только сказав:       — Пристегнитесь.       В этот момент ворвался Антонио и сел на свое любимое сиденье позади водителя.       Чеслин сразу после того, как увидел, что все готовы ехать, нажал на газ и выехал на трассу, помчав быстрее ракеты.       Все сидели с удивленным видом в полном оцепенении. Чеслин вел машину как сумасшедший. Коннор на переднем сиденье чуть ли не перенес несколько сердечных приступов. Чеслин иногда останавливался так резко, что все летели вперед.       Ребятам предстояло ехать еще 5 часов, почти пол дня.       Они ехали без остановок, но тут Коннора укачало.       — Стой, Чес, стой! — закричал Коннор, прижимая руку ко рту.       На скорости Чеслин попытался остановить машину, но у него это не совсем получилось — автомобиль ехал сзади и могла произойти авария. Коннор больше не мог этого выносить и начал открывать окно.Его рвота прилетела машине сзади в лобовое стекло, и та резко остановилась.       — Ха-ха! Черт, ты их сделал! — закричал Маркинз.       — Чувак, черт их сейчас в жопу трахнет, — смеясь, сказал красный.       Чеслин просто посмотрел на Коннора и ухмыльнулся.       Ребята продолжали ехать. Маркинз рассказывал анекдоты о чертях и крови — чернота была его коньком. На фоне всего этого в машине играла тяжелая музыка. Чеслин и Коннор немного подпевали.       Мимолетно пролетели 5 часов. Перед ребятами открылся вид вечернего Сиэтла. Красивое зрелище.       — Значит, нам нужно заправиться. Рядом должна быть заправка, — сказал Чеслин и указал на нее пальцем.       Другие просто молчали, ожидая чего-то хорошего, но не того, что их будет трахать полумёртвый жмур.       Чеслин подъехал к заправочной станции. Заглушил машину и вышел на улицу посмотреть обстановку. Вроде все спокойно, можно заправляться. Чеслин положил пистолет в бак и пошел платить за бензин.       — Эй, давайте купим краски для макияжа, когда приедем! — предложил Коннор.       — Чтобы фотографа больше впечатлило, что мы грозные металлисты? — спросил Маркинз.       — Да, ты читаешь мои мысли. Наши первые фотографии будут крутыми, — радостно сказал Коннор.       — Надеюсь, у нас хватит денег на макияж. Кстати, сколько у кого осталось? — сказал Антонио и достал из кармана несколько долларов.       Остальные тоже выложили купюры. В общей сложности они было тридцать долларов.       — Нам должно было хватить, — радостно взвизгнул Коннор.       Прошло деясть минут, а Чеслина все еще не было.       — Ребята, вы видели Чеслина возле магазина? — испуганно спросил Коннор.       Антонио и Маркинз повернули головы в его сторону.       — Что происходит? Его действительно там нет, — сказал Антонио.       После его слов кто-то или что-то толкнуло машину. Все дернулись и повернулись в ту сторону.       Ребята находились в ступоре. Оказалось, что Чеслин толкнул машину. Ребята его тоже не сразу узнали. У него была зловещая аура.       Все дружно закричали, чтобы люди, которые были на заправке, обратили внимание на их машину.       Чеслин только рассмеялся, садясь на водительское сиденье.       — Ты кусок дерьма! — кричал Маркинз.       Остальные согласились.       — Я только что решил подшутить над вами, а вы уже были при смерти, — Чеслин смеялся почти с каждым словом, — Вы бы видели ваши испуганные лица в полном отчаянии!       — Давай гони, wandelnder Tod, — угрожающе сказал Коннор.       — Ха-ха, ладно, пошли, — сказал Чеслин, и, нажав на педаль газа, они направились в центр Сиэтла, где, вероятно, мог найтись магазин с красками для макияжа.       Прошло около двадцать минут, и они уже прибыли. Ребята оглядывались временами, чтобы найти хоть какой-то магазин.       — Эй, Чеслин, припаркуйся здесь, — сказал Коннор и провел пальцем по парковочному месту. Очевидно, он заметил магазин.       Чеслин остановил машину, и остальные вышли. Он ответственно дал Коннору ключи от неё.       — Коннор, я полагаю, ты где-то видел магазин? — спросил Антонио.       — Лучше, — почти сразу сказал Коннор и поспешил за угол.       Парни бросились за ним и увидели рок-магазин через переулок.       — Я же говорил, что нашел получше. Там обязательно должны быть краски для блэк-метал макияжа, — радостно сказал Коннор и побежал к зданию.       После того, как все вошли туда, они увидели уютную комнату, где играла тяжелая музыка. Там продавались всевозможные пластинки разных метал/рок групп; для грима остались только чёрно-белые цвета.       Коннор сразу заметил их, схватил и побежал к кассе.       — Эй, здрасьте! Почём эти цвета? — сказал Коннор и показал парням, чтобы они достали все деньги из карманов.       — Здравствуй, молодой металлист. Эти краски стоят всего двадцать долларов, — сказал кассир с довольно угрожающим видом.       Парни вывалили все свои деньги на эту кассу. Поблагодарили ушли.       Ребята чуть не пешком к собрались фотографу от радости. Сели в свой серебристый Форд и поехали искать фотографа. Искали около получаса в конце концов нашли.       — Ура! Это тот самый ресторан, где должна быть встреча, — воскликнул Маркинз.       Чеслин припарковал машину, и парни пошли в ресторан.