Отголоски старого прошлого.

Вару сел на причал и начал смотреть в даль, он не плакал. В: (м) мама умерла… Джокер помог мне, а потом съебался, Пик… а я ведь правда думал, что нужен ему… Ну и похуй. Он закрыл глаза, все грибы давно рассыпались и остались около костра. Ветерок играл прядками зелёных волос, в воде плескалась рыба, слёзы… что такое слёзы? В данном случае это обида, но Вару не плакал, они были где-то в глазах, но не текли. Было больно и обидно. Обняв ноги руками, Вару задремал… Ему давно уже ничего не снилось, но в этот раз… П: Вару иди сюда, смотри какая бабочка. М: Вару, дорогой, я жива иди сюда. Д: Вару, ты куда пойдём к нам, у нас так хорошо. Т: иди сюда, ужин готов. Вару подошёл к этому кругу лиц и тут… М: да кому ты нужен? П: я тебя ненавижу хааххах Д: пошёл вон отсюда Т: ахахахх, получи тварь. Вару проснулся и огляделся. На его плечи была накинута фиолетовая куртка, а рядом спал Пик. В: какого… так, конечно, теплее, но что произошло пока я спал… П: проснулся? Ты дрожал, поэтому я дал тебе куртку. В: спасибо. П: Вару, то, что я сказал… это не правда, я говорил это в порыве злости… и… это … ну… в общем прости. Вару обязался всегда предупреждать если куда-то уходит. П: твои грибы я собрал и положил около костра. В: спасибо. Пик обнял шутника и посадил его к себе на колени. Руками зелёнка обхватил шею, а ногами талию. В: ты правда жалеешь, что я появился у вас? П: нет, я не жалею. У меня появился самый ахуенный валет. Я очень пожалел о том, что наговорил. В: я всегда знал, что я ахуенный. П: пойдёшь грибы жарить или так и будем сидеть? В: пошли со мной, ты-теплый. Они встали и направились к костру, около лежала корзинка с грибами. Вару взял и начал готовить грибы к прожарке, фиолетовый обнял вальта сзади и, если надо было помогал. Грибы получились действительно замечательные. Хрустящая шляпка и твёрдая, но вкусная губка. Ножки были разделены на две части и как бутерброды с рыбой лежали не на тарелочке, а на большом листочке какого-то растения. Вроде бы ничем не примечательный лёгкий перекус, но на столько вкусный, что от одного взгляда на них потекут слюнки. Ф: ого, у нас на ужин «еда Робинзона»? В: не хочешь-не ешь, я сам съем. П: ты где научился так готовить? В: в пизде, иди ешь. Из небольшого бревна Вару соорудил столик и перенёс своё творение на него. Выглядело это и правда, как «еда робинзона», но вместо очищенной воды на столе стоял ароматный облепиховый чай с листочками мяты. Все прошли за стол и попробовали эти «лёгкие кушанья» и конечно все были в восторге, многие хвалили Вару, такие как Феликс, кто-то просто молча наслаждался едой, а кто-то пытался забрать себе побольше этой вкуснятины. Вскоре всё было съедено, и тьма начала разливаться по небу розовым вином, а солнце спешило уйти в ежедневную спячку. Все по тихонько стали расходится. Вару подсел к Пику. В: удивительно… П: что? В: ты заметил, что в этом месте ни одного комара? П: мхм… И правда было на удивление тихо, ни комары, ни лягушки не издавали не звука, только где-то в даль улетающая птица жаловалась на холодную погоду этой ночью. Со стороны зелёнки послышалось тихое унылое пение, он напевал колыбельную, грустно напевал. П: красиво поешь… В: эту песню мне… а забудь… П: договаривай раз уж начал… В: ты мне не поверишь! П: сначала расскажи, потом я уже думать буду верить тебе или нет. В: в общем… у меня было детство и эту песню мне всегда напевала мама перед сном. П: ты был человеком? В: да… П: а те порезы от… В: нет, это другая история, я тебе потом расскажу. П: хорошо. Настала тишина, такая желанная и заветная… Тихо шевелилась трава, в палатках были видны тени и только пиковые сидели на прежнем месте, возле костра и наслаждались тишью. Вару положил голову на плечо короля. П: спой ещё не много… В: хорошо. Его тихий и спокойный голос очень подходил к этой обстановке. Также пение дополняли птицы и журчание воды в ручье. Пик вслушался в слова он пел про какого-то дворянина, влюбившегося в красавицу, но это было не взаимно. Пик опустил голову на макушку Вару и стараясь не прервать пение приобнял его. П: Вару…