Волки

      Время тянулось медленно. Бяше уже начало казаться, что это ненормально медленно, и к утру он успеет состариться.       Тоха взял трубку с первого же раза. Выслушав сбивчивый рассказ кореша (о том, какой природы волка видел, Бяша решил не упоминать) смутился, и сказал, что попробует позвонить Полинке — чтобы та дома, на всякий случай, сидела.       — Да иди ты в жопу со своей Полиной, Романыч трубу не берет! — парень сорвался на крик.

***

      В нос ударил резкий металлический запах крови и дерьма. В соседней комнате лежало растерзанное тело. Настолько изуродованное, что если бы Бяша не знал, в чей дом пришел, никогда не узнал бы в нем Ромкинового отца.       — Бл*ть, — Он отшатнулся, сделав шаг назад. Судорожно схватился за вымазанный в крови дверной косяк. Блевать, казалось бы, уже нечем, но его все равно вывернуло какой-то желчью и слюной, — с*ка. Ромка!!!       Парень уткнулся носом в сгиб локтя, и пытаясь не дышать, обогнул тело по краю комнаты. Не наступать на ошметки было просто невозможно. Они были повсюду.       — Рома!!! — вновь выкрикнул Бяша. Голос предательски сорвался.       Он вошел в соседнюю комнату.       — Бл*ть, — беззвучно слетело с его губ. Бяша быстро сбросил с себя куртку, скомкал в руках шапку и подлетел к старому дивану. Его зеленая обивка почернела от впитанной крови, — Бл*ть, бл*ть, бл*ть!       Ромка, весь бледный и синюшный, словно сама смерть, смотрел куда-то в одну точку. Рухнув перед ним на колени, Бяша с облегчением услышал, что тот еще дышит. Сипло, надрывисто. Серые глаза друга смотрели куда-то в пустоту.       — Бяш… — практически одними губами выдохнул тот.       — Заткнись, заткнись, — просипел парень. Его голос снова сорвался в крик, — только не сдохни мне тут!       Он подскочил, рванул на летнюю кухню. Где, бл*ть, у них аптечка?! С грохотом перевернул несколько полок. Банки падали, разбивались, застилая пол осколками. Пох*й. Пох*й. Вот она, металлическая коробочка. Таблетки, таблетки, и одна сраная пачка бинтов. Вата! Большая пачка ваты. Схватив еще несколько полотенец, Бяша рванул обратно.       — Держись, держись, — он убрал руки Ромки с его живота. Бледные и неестественно холодные. Прижал к ране полотенца, надавив. Пятифанов мучительно выдохнул, но даже не выругался. Плохой знак, — держи, бл*ть, говорю!       Его взгляд снова заметался по комнате.       — Труба у вас бл*ть куда делась?       — Отключили за неуплату, — синюшные губы Пятифана дрогнули в слабой улыбке.       — С*ка, он еще скалится, — Бяша всхлипнул. Отчаяние комом подступало к горлу, паника захватывала последние уголки разума. — Держи, с*ка, крепче.       — У бати в куртке мобилу поищи, — слова из Ромки лились неестественно медленно, неестественно спокойно.       Бяша подскочил, едва не споткнувшись о порог ломанулся в прихожую. Только бы телефон там действительно был!       Выбежав в проходную комнату, парень поскользнулся на обрывках кишок и едва удержался на ногах, наступив на безжизненную руку старшего Пятифанова.       — С*ка, с*ка, с*ка, — хныкал он, добравшись до прихожей. Руки дрожали, не слушались. Он ощупывал карманы старых курток. Да!       Какой, бл*ть, номер у скорой?!       Паника с новой силой сжала легкие, лишив возможности дышать.       — Ромка!!! — Бяша ринулся обратно в комнату.       — Ноль три, — одними губами произнес Ромка, — *блан.       Женский голос закончил диалог на сухом «бригада уже выехала, ждите». В трубке послышались гудки.       — Мрази, — простонал Бяша, отшвырнув телефон в сторону. Он сел рядом с диваном, впиваясь руками в свои короткие волосы.       Сколько до их села ехать? Минут тридцать?       — Ты только не подыхай, Романы-ы-ыч, — простонал он. Бяша не успевал смахивать рукавом бегущие слезы, — только не подыхай.       В любой другой ситуации Ромка отпустил бы что-то колкое. Слезы — не достойно настоящего пацана. Но, кажется, на колкости у него уже не оставалось сил. Он даже не удостоил Бяшу презрительно поджатыми губами.       Из проходной комнаты послышались тяжелые шаги. Бяша радостно подскочил, ожидая увидеть фельдшеров, но перед ним выросли только две угрюмые фигуры местных охотников.       — Да-а, натворила же нечистая делов, — протянул старик.       И тут Бяшу осенило.       — Жигуль ваш здесь?!       Если скорая не едет к ним, они, бл*ть, сами поедут к скорой!       Но охотники ничего не ответили.       Старик неспешно подошел к дивану.       Бяше показалось, что и без того свернувшийся в запятую Ромка сжался. Его взгляд затравленно скользнул по незваным гостям.       — Ты проверил, от чего эта рана?       — Гонишь что ли?! — выкрикнул Бяша, — помоги его дотащить до машины!       Старик осторожно убрал багровое от крови полотенце, оглядывая Ромкину рану.       — Это пуля, Дим, не укус.       — Вы с*ка гоните что ли?! — взревел Бяша. — Какого х*я вы замерли как х*й в лесу?! Его в больницу надо!       Прежде, чем до парня дошел смысл сказанного охотника, второй заломал ему руку за спину.       — Не шуми, пацан, не шуми. Не надо его уже в больницу.       — С*ки! — взревел Бяша, — с*ка, отойди от него!       — Долго прятался, очень. Умный больно, — протянул старик, присев на корточки перед диваном. Их с Ромкой глаза оказались на одном уровне. Пятифанов смотрел на него с ненавистью и вызовом. — Сколько с последней жертвы прошло? Пять лет?       — Пожалуйста! — Бяша отчаянно пытался докричаться, но никто будто бы не слышал его.       — Волколак твой кореш, ты еще не понял? — вздохнул старик. Перекрикивать паникующего подростка у него не было желания.       — В п*з… — он примолк, с ужасом наблюдая, как старик достал из-за пазухи широкий охотничий нож.       — Бл*ть!!! кто-нибудь! Мрази! На помощь!!! — Бяша рванул вперед, пытаясь вырваться из захвата. Так пытался, что с очередным рывком послышался неприятный хруст в плече, — Ромка!!!       — Бать не тяни уже, а то этот придурок сейчас… — послышался голос Димки.       Пятифанов смотрел на охотника холодно, спокойно. Как всегда смотрел на всех, с кем когда-то дрался, кого бил и от кого получал сам. С трудом приподнялся, подминая под себя подушку. Выдохнул с нарывным стоном. Так и не смог встать.       — Прости, пацан, — слова звучали спокойно, с некой глубокой печалью. Тяжелая рука легла Ромке на плечо, останавливая отчаянные попытки хотя бы отползти к стене. Нож тяжело, медленно погрузился в грудину, останавливая волчье сердце.       — Ромка!!! Убью, твари!!! — Бяша кричал так громко, что на последнем слоге его голос сорвался. Он брыкался, хрипел, не обращая внимания на боль. Не обращая внимания ни на что.       Даже если его самого сейчас положат рядом, ему было все равно.       — Да пусти ты его уже.       После этих слов Бяша едва ли не кубарем рухнул к дивану. Здоровая рука уперлась в грудь друга в отчаянной попытке остановить кровь. Но та упрямо просачивалась между пальцами.       — Не ссы, Бяш, прорвемся, — холодная рука легла поверх его ладони. Серые глаза Ромки стремительно теряли всякие намеки на жизнь, а напряжение на лице разглаживалось.       — Ромк…       Рука друга ослабла.       — Бл*дь…