Цветение вишни

В номере холодно, не смотря на отопление. Я уже уложил голову на плечо Володьки, утыкаясь ему ледяным носом в щеку. Интересно, что будет когда ты глаза откроешь? Чувствую, просыпаться начинаешь. Руку свою мне на плечо укладываешь, может вовсе забыл что мы тут с тобой в этой гостинице спим? Хочешь небось чтобы Лилька рядом лежала, а тут я. Глазенки свои приоткрываешь, тепло, да? Ну так это я рядом сплю, тебя грею. Приятно? Сердце трепещет? Ты голову поворачиваешь и вздрагиваешь. Напугал я тебя что-ли? С плеча спихиваешь, но аккуратно. Не так, что тебе прям противно со мной лежать, а скорее заботливо. Голову мою тяжёлую на подушку опускаешь, а сам уходишь, дабы в порядок себя привести. А меня разбудить не? Или жалко стало? Ну хорошо, ещё есть пару минут подремать, завернувшись в тёплое одеяло. Ты выходишь из ванной, уже с прилизанными волосами, весь при параде. Рубашка только помятая. Тут ты прокололся. Я на другой бок в это время поворачиваюсь, ибо щека уже болеть начала. К кровати самой подходишь, разглядываешь меня пару минут. Понравился что-ли? Чувствую что стоишь рядом и пялишься. Владимир выпрямляется во весь свой рост, и громко говорит, когда я уже не могу сдержать улыбку, притворяясь спящим. - рота подъем!! Ах ты скотина! Вскакиваю, кулак тебе показываю. - Маяковский ты с ума сошёл? Я щас не удержусь, и отомщу за прошлый литературный вечер. Будешь ты теперь с синяком ходить. Гадина! Потягиваюсь, поправляя чёлку, которая лезет на глаза. - нечего было так долго лежать. - а у нас договорённость какая-то что-ли, чтобы вставать вместе? Сейчас вообще времени сколько? Он смотрит на свои дорогие часы, которые ему видимо подарил Бурлюк на день рождения. - шесть тридцать. Я всплескиваю руками, уже подходя к ванной комнате. - а я смотрю ты реально дурак, нахера было в шесть утра вставать? Он хмыкает, не собираясь отвечать. Мол, у меня на это свои причины. - да пошёл ты. Ухожу в ванную, дабы умыться. Воду холодную включаю, взбодриться хоть как-то надо, а то сегодня точно останусь без горячего крепкого чая. Ну или без водки. Толя обычно с самого утра мне рюмку наливал. Закатываю рукава в два раза, чтобы капли на рубаху не попали. Набираю в ладони водицы, лицо ей освежаю. После, руку к полотенцу белому, махровому тяну, вытираюсь, а затем и руки промакиваю. Выхожу, потирая виски. А ты что расселся там? Тебе ещё жилье нам предстоит искать. - так. Я складываю руки на груди, подходя к окну, прислоняясь к его подоконнику. - ты помнишь о том, что я вчера тебе говорил. Володя кивает, деловито оглядывая мой силуэт. - ну вот, я думаю какая нибудь хозяюшка уступит квартирку самому Владимиру Маяковскому. Ты ж у нас знаменитость. Гляжу на тебя в ответ после этих слов, ты уже брови начинаешь хмурить. Что опять не так? Рука тянется к сигаретам на столике. Зажигалку свою из пиджака чёрного цвета, лежащего у тебя на коленях вынимаешь. На ней вижу гравюру «маяковский». Закуриваешь. - Володя, я с тобой разговариваю вообще-то. Обиженно выдыхаю, замолкая и переводя взгляд на окно. Что ж ты зараза такая? Разговаривать не хочешь. Думаю, что уже все кончено, тут ты речь свою начинаешь. - я услышал. Квартиру найду. Молчишь немного, делая затяжку. Взглядом по стене с картиной пробегаешься. - я слышал тебе тоже жить, так скажем негде? - да, дома своего у меня нету. - тогда вместе будем. Нервно смеюсь, переминаясь с ноги на ногу. - а чего это ты решил меня к себе под крыло взять? Маяковский меняется в лице, ему точно такой вопрос не понравился. - а зачем ты меня вчера из квартиры выпихнул? Я думаю не станешь отвечать на это. Молчу, давя улыбку. - вот и решили. Вещи соберёшь и сюда прийдёшь, я номер до завтра бронировал. Володя поднимается, зажимая теперь сигарету меж зубов. - удачи что-ли.. Выпаливаю неожиданно и для себя и для него. Оборачиваюсь ему в след, и ловлю лёгкую улыбку. Выходит из номера, прикрыв дверь. А я остаюсь в ступоре. Маяковский умеет улыбаться? Удивил.