Вечный октябрь

Утро — это самое лучшее время дня. То самое время, когда мы просыпаемся ото сна и начинаем очередной отличный день. То самое время, когда птички с радостью поют, словно бы рассказывая друг другу новые истории.       — Рики, я тебя убью!       Звонкий голос раздавался по всей квартире, где двое парней бегали вокруг да около.       — Хён, не кричи, я все объясню! — японец время от времени останавливался, чтобы уклоняться от всяких вещей, что летели ему на голову. — Хён! Пожалуйста!       — Пожалуйста?! — Ким готов был поклясться, что убьет младшего, если тот попадается ему на руки. — И что ты объяснишь?! Иди сюда, кусок говна!       — Хён! Я правда могу все объяснить! — второй чуть было не падал каждый раз, когда сворачивал; он случайно надел не те носки, а они сильно скользили. — Это мой друг!       — Друг?! — голос Сону звучал так, будто он вот-вот взорвется. — И какой друг пишет «люблю тебя» по тысячу раз?!       — Он просто волнуется за меня! — Нишимура зашел в спальню и понял, что попался, отсюда убежать не получится. — Это правда мой очень хороший друг. Его зовут Хисын, мы работаем вместе. Я вас познакомлю, если хочешь.       — Я, блин, не хочу с ним знакомиться! — старший держал в руках чужой тапочек, готовый в любой момент нанести удар. — Я убью вас обоих.       — Хён, я люблю только тебя. Ты ведь знаешь, — нужно было идти напрямую, поэтому темноволосый сделал пару шагов вперед. — Давай ты опустишь это, и мы с тобой позавтракаем. Там яичница стынет.       — Я сейчас из твоих яиц сделаю себе завтрак, — а тот был явно настроен на конфликт. — Иди сюда.       — Ну хён, — японцу не хватало убедительности, когда парень ревнует, ничего сделать не получится. — Я говорю правду, — он все же быстро подошел к собеседнику, обнимая того за талию. — Он мой друг. А ты мое счастье, мое сердечко и мое сокровище.       — Пытаешься мне льстить? — блондин прищурился, но все-таки обнял парня в ответ за шею, бросив предмет на землю. — Он точно друг?       — Конечно, мне не нужен никто, кроме тебя, — младший, убедившись в своей победе, оставил на чужих губах мимолетный поцелуй, ярко улыбаясь. — Ну что, идем кушать?       Как же может измениться жизнь человека за каких-то четыре месяца. Время меняется, как и люди.       Наступил долгожданный октябрь. Дни становились все прохладнее, а одежда теплее. В такое время горячий кофе помогал лучше всего. Но объятия тоже были хорошим лекарством.       Сону с Рики начали встречаться всего-то два месяца назад. А они уже чувствовали себя как молодожены. Сцены ревности у них были редкими, но такими шумными, что порой жаловались соседи.       Отойти от бывшего, для японца, было тяжело. Он плакал днями и ночами, не мог нормально работать и есть. Словно бы умирал где-то изнутри, но никто этого особо не замечал.       Ким был рядом с ним постоянно. Отпрашивался с работы пораньше, брал отдых, и делал все, чтобы младший не чувствовал себя одиноким. Казалось, что он являлся единственным источником света в дождливые дни.       Отношения после долгой дружбы — это что-то особенное. Человек уже полностью знает тебя. Знает, что ты любишь, а что нет. Понимает твои чувства и никогда не сделает что-то, что тебе неприятно. Вы будто уже прошли все этапы развития отношений и уже успели пожениться.       Как начались отношения этих лучших друзей? Все просто. Они решили выпить.       Старший сильно напился и дал волю своим чувствам. А второй и не был против. Ким для него уже был кем-то особенным. К тому же, он не мог отрицать того факта, что тоже испытывал к нему что-то, кроме дружбы.       Их отношения можно назвать ассоциацией к слову «комфорт». Совместные завтраки, ради которых блондин просыпался раньше на час и готовил. Милые свидания, которые обычно устраивал Рики, чтобы сделать приятно своему парню. Разговоры обо всем на свете за ужином. И просто компания друг друга.       — Солнышко, я пошел, — Нишимура стоял в прихожей, ожидая, когда второй что-то скажет. — Вроде все взял.       — Все равно ты кое-что забыл, — голос Сону звучал глухо, значит он где-то в спальне. — Тебе что, телефон не нужен?       — Точно… — японец устало выдохнул, понимая, что старший уже несет к нему предмет. — Прости, пожалуйста, что отвлекаю тебя. Я слишком забывчивый.       — Уже который раз говорю, что все нормально, — блондин хмыкнул, поправляя шарф на шее своего парня. — Ты меня не отвлекаешь, и это абсолютно нормально, что ты порой что-то забываешь.       — Какой же ты у меня чудесный, ну, — Рики приподнял уголки губ, быстро целуя того в лоб. — Я побежал, милый. Увидимся вечером.       — Увидимся, — Ким закрыл за парнем дверь и снова зашагал в спальню, где разбирал постиранные вещи.       Погода сегодня была довольно-таки холодной. На небе собрались темные тучи, закрывая собою солнце. Про дождь в прогнозе погоды не было ни слова. Но, все-таки, все держали при себе зонт.       Как говорится, нельзя верить трем вещам: банку, который предлагает кредиты без процентов, странным звонкам, которые сообщают, что вы должны кому-то большую сумму денег, и, самое главное, прогнозу погоды.       — Привет, — Хисын тихонько пил свой утренний кофе, он выглядел уставшим, значит снова спал только пару часов. — Как дела?       — Да все отлично, — младший улыбнулся коллеге, снимая свое пальто. — А ты как? Почему так выглядишь?       — Относительно нормально, если считать, что завтра должна поступить зарплата, — Ли зевнул и, выбросив уже пустую бумажную чашку, потянулся. — Не спал до четырех, чтобы проверить все работы своих детей. У них такой прогресс.       — Чудесный прогресс, ведь кто-то раньше не умел считать, — японец пустил смешок, когда собеседник скривил рожицу. — Кстати, хватит писать мне всякие милые сообщения.       — Тебе не нравится что-ли? — шатен нахмурился, явно не понимая чужую логику. — Никто еще не жаловался.       — Дело не в том, что мне не нравится, а в том, что Сону ревнует, — прояснил второй, получая осуждающий взгляд. — Почему так смотришь?       — Потому что ты говоришь о нем двадцать четыре на семь, — выпалил старший, чуть массируя кожу на шее. — Вы не устаете друг от друга? Живете вместе, кушаете вместе, с утра до вечера вместе. Господи боже.       — Ты не понимаешь прелесть всего этого, потому что сам не в отношениях, — Рики театрально махнул рукой, эпично развернувшись на сто восемьдесят градусов. — А сейчас, мне пора. Меня ждут мои ученики.       Стоило парню открыть дверь кабинета, как десять школьников вскочили с мест.       — Good morning! — они по привычке говорили хором.       — Good morning, — японец ответил им в точно такой же манере, довольный началом дня. — Как ваши дела? Давайте мы с вами сначала запишем число, а потом проверим домашнее задание. Сегодня у нас с вами четырнадцатое октября. А значит, завтра долгожданная суббота.       Каждый день был одинаковым. По сути, они особо не отличались друг от друга. Группы детей приходили и уходили. Нишимура проводил одну и ту же тему десятки раз в день, пытаясь не заскучать. А к концу дня вообще был как выжатый лимон.       Профессия учителя довольно-таки тяжелая. Как можно совместить в себе человека, который должен полностью соответствовать стандартам, и того, кто умеет думать необычно и ладить с детьми? Это как быть электриком и врачом одновременно. Что-то практически невозможное.       — Аккуратнее! — Рики сразу побежал в сторону Ли, замечая, что тот вот-вот ударится головой об дверь. — Тебе точно нужно отдохнуть. Такими темпами и до обмороков недалеко.       — Я скоро получу отпуск, так что жить можно, — тот лишь мило заулыбался. — Ты домой идешь?       — Да, последняя смена сегодня не придет. Скорее поеду домой и удивлю Сону, — парень был уже в своем пальто. — Мы не виделись всего-то восемь часов, а я уже так соскучился по нему. Думаю, он сейчас…       — Я понял, что ты его любишь и скучаешь по нему, — у Хисына на лице было написано: «умоляю, хватит». — Но, пожалуйста, не забывай, что кое у кого, в отличии от тебя, нет никого. Не сыпь соль на рану.       — Молчу, — младший лишь рассмеялся на такие слова, схватив со стола свой шарф. — Все, я пошел. Поспи нормально. И вообще…       Мало случаев, когда Нишимура может так резко замолчать. Его нелегко заткнуть, раз уж он начал что-то рассказывать. А раз это случилось — значит что-то не то.       — Привет, — голос был совсем родным. — Не мешаю?       — Мешаешь, — темноволосый тяжело выдохнул и медленно спустился вниз по лестнице. — Что тебе нужно?       — Мы не виделись несколько месяцев, а ты так ко мне относишься? — Сонхун хмыкнул. — Сильно обиделся?       — Разочаровался, — скрывать второму уже ничего не надо, ему больше нет дела до чужих чувств. — Скажи, зачем пришел, и мы разойдемся. Я спешу домой.       — Хотел попросить прощения, — заметив в глазах напротив какую-то искру, Пак решил не тянуть; кажется тот вообще не рад его видеть. — Тогда я был не прав. Я сильно уставал и был морально в подвешенном состоянии. Я не знаю, из-за чего именно ты захотел расстаться. Но если есть шанс всё вернуть…       — Шанса нет, — отрезал Рики, даже не дослушав этот монолог. — Это все, что ты хотел узнать? Тогда я пошел.       — Послушай меня, — старший схватил своего, уже бывшего, парня за руку, не желая отпускать. — Давай поговорим и решим эту проблему. Если дело в том, что был холоден к тебе, то я изменюсь.       — Я слышал это от тебя трижды, — японец сразу же стряхнул руку парня со своей, отходя на пару шагов назад. — Каждый раз ты клялся, что «все будет хорошо», что «больше не будешь так себя вести». Но через пару недель опять двадцать пять. Ты не меняешься, Пак Сонхун. Признай это. Поэтому я бросил тебя. Поэтому я…       — Прости меня, я…       — Не перебивай меня, — голос Нишимуры стал на тон ниже. — Если ты хочешь, чтобы я тебя простил. То пожалуйста. Ты прощен. Но я больше не желаю тебя видеть. Я начал новую страницу своей жизни.       — Ты нашел уже кого-то, да? — блондин скривился в улыбке. — Не прошло и полугода, а ты уже…       — Когда мы с тобой начали встречаться? — Рики задал такой вопрос, на который собеседник явно не смог бы ответить. — Один год и месяц назад. Ровно четырнадцатого сентября. Когда мы расстались? Четыре месяца назад. Пятого июня. Я помню все до мельчайших деталей. Как мы начали дружить, как проводили время, как вместе гуляли, как игрались. Но конец я встретил один. Я плакал в тишине, потому что не мог до тебя достучаться. Этот огромный груз я поднимал один. Поэтому просто бросил, — он на секунду замолк, собираясь с мыслями. — Думаю, ты сможешь найти того человека, которому сможешь отдать всего себя. Но это не я. Я просто тот, к кому ты привык. Тот, кто всегда был рядом и помогал. Но меня больше нет. Так что, двигайся вперед.       Старший опустил голову вниз, прикусив щеку изнутри. Его внутренности словно бы перевернулись и снова встали на свои места. А когда он решился что-то сказать, то Рики уже не было.       Холодный воздух дарил свежесть. Он как глоток воды после долгого марафона. Он помогает думать, помогает прийти в себя.       Японец сейчас казался сумасшедшим. Не только тем, кто шел рядом с ним, но и самому себе. А все потому, что он наконец-то полностью смог отпустить.       Самое сложное после разрыва — это отпустить человека. Воспоминания о нем окружают вас. Вы невольно открываете архив инстаграмма и смотрите давние сторисы, листаете галерею и невольно даете грусти охватить вас с ног до головы.       Но как только вы отпускаете, жизнь снова становится красочнее. Наконец-то можно дышать полной грудью и дать себе возможность жить по-настоящему.       Всему есть конец. Дружбе, отношениям, и даже жизни. Все когда-то заканчивается. Это точка невозврата. Но нужно помнить одно: «когда что-то заканчивается, начинается что-то новое, что-то более прекрасное».