Под бескрайним небом

— На тебе лица с самого приезда нет, Айли. Это из-за Оруо? — с толикой понимания в голосе поинтересовалась Петра. Сегодня была их очередь проводить уборку в замке. Не сказать, что все успело зарасти пылью, но привычки капитана распространялись и на подчиненных, а это означало крайнюю педантичность в плане чистоты в первую очередь, когда отряд не был на миссии. Айли не привыкать: когда Фарлан и Леви стали жить вместе, ей пришлось изучить все требования Леви к порядку в доме, чтобы не раздражать его неряшливостью. — О чем ты? — Айли отвлеклась от протирания окон, на которых остались разводы из-за недавнего дождя. — Ну, он ведь говорит всякое вам с Эреном, — девушка неопределенно пожала плечами, явно не горя желанием все это повторять. Добрая и мягкая даже после всех ужасов, которые произошли на ее глазах, Петра искренне сочувствовала этим двоим, которые часто незаслуженно получали порцию унижения от товарища по отряду. Пусть доверие к Эрену было хрупким, но он все равно был частью их группы, а значит уже заслуживал к себе человеческого отношения. Человечность по отношению к Титану. Довольно иронично. — Он просто идиот, который хочет выделиться на фоне других перед капитаном, — Черч сморщила нос. Стиль одежды, манера речи. Жалкое подобие Леви, не идущее ни в какое сравнение с оригиналом. И снова Леви, черт. От мыслей о мужчине просто невозможно скрыться: ни днем, ни ночью. Сама виновата, импульсивная идиотка. — Вот, точно! — Петра согласно закивала головой. — Уверена, капитан так не думает, иначе бы не взял тебя в отряд. Только вот в элитный отряд ее скорее навязали. Но Айли осеклась не только поэтому. У Петры так загорались глаза каждый раз, когда она говорила о Леви. А может, Черч просто включила паранойю. В любом случае, ей ничего не будет за что, что она поинтересуется. — Петра, а ты… — Я тоже думаю, что ты хороший солдат. — Нет, я не об этом. Ты влюблена в капитана? — эта догадка неприятно кольнула внутри. Слышать ответ не хотелось, словно именно от него зависели отношения Айли и Леви. Впрочем, какие отношения, между ними был только устав. — Глупости, с чего ты взяла, — девушка смутилась и стала с особым усердием стирать пыль с мебели. — Меня просто восхищает то, какой он человек: сильный, надежный, верный своему слову. Понимаешь? Учитывая, откуда он… вы оба. — Что, Леви не похож на отброса из Подземного города? — иронично хмыкнула Черч. Отбросом она никогда его не считала, но прекрасно знала, насколько глубокие метки в его душе оставил город. Сломанный жизнью еще в раннем детстве, Леви все равно шел вперед с высоко поднятой головой. На самом деле достойно восхищения, но только ли оно вводит Рал в такое возбуждение? — Совсем не похож. И ты тоже! И я совсем не это имела ввиду. И капитан, я совсем не… — Петра судорожно тараторила, пытаясь оправдаться. Айли лишь засмеялась. — Не волнуйся ты так, все нормально. Я просто спросила. — А если да. Как думаешь, у меня есть шансы? — голос до смешного безразличный, словно они ведут разговор о погоде. Рука Айли дрогнула. Что она могла ответить? Что шансов у Петры явно побольше, чем у самой Черч? Чтобы и думать забыла о Леви, потому что Айли познакомилась с ним раньше? Прав на ревность и собственничество девушка явно не имела, даже если мысль о появлении в жизни Леви кого-то важного выбивала из нее дыхание. Да и наверняка это только из-за того, что они больше не общаются. Переживет, перерастет. Просто период, не может ведь она на самом деле рассматривать мужчину в качестве любовного интереса. Не может, правда? Иначе Айли обречена. — Не знаю даже. Я как-то не интересовалась раньше, какие женщины ему нравятся. Да и вряд ли бы он захотел обсуждать это со мной, — это и еще ворох тем. Теперь только Титаны, экспедиции и ее неподобающее уставу поведение. Стоило Черч договорить, как дверь комнаты открылась. Вспомнишь солнце — вот и лучик. Хотя Леви скорее навевал мысли о грозовых тучах, даже мог метать молнии взглядом. Попадись случайно на глаза — точно пришибет. — Вы до сих пор возитесь тут? — мужчина обвел строгим и недовольным взглядом помещение: недостаточно чисто. У Айли от его голоса словно ток прошел по всему телу, та самая молния. Пусть стояла к нему спиной, но ей и поворачиваться не было нужно: и без того видела его суровый и в остальном безразличный взгляд, обращенный в ее сторону. На службе нет места личным обидам, но Леви ведь имел ввиду то, что Айли ранила его шесть лет назад. А что насчет боли, которую он доставил ей тем разговором? Лучше бы она не пыталась извиниться: муки совести в данный момент прельщали больше, чем растоптанные чувства и теряющие ценность воспоминания. — Почти закончили, капитан, — смущенная разговором Петра продолжала стирать давно несуществующие пылинки. — Петра, уборка на тебе. Айли, ты нужна Ханджи. Шевелитесь обе, — он закатил глаза, раздраженный их медлительностью. Словно ему было мало остолопа Бозарда и ходячей бомбы Йегера. Но что за реакция на него у Айли? Ее спина напряглась, стоило мужчине заговорить. Настолько сильно не хотела сталкиваться с ним? Возможно, мысль о ходатайстве Эрвину на счет ее перевода была верной. Так ведь будет лучше для них обоих? Он не будет раздражать девушку своим присутствием, а она не будет путаться под ногами, сбивая годами наработанный контроль за собственными эмоциями. Как так вышло, что он ни за что бы не стал пресмыкаться перед кем-то вопреки рангу, статусу и силе, но перед ней едва не терял всю спесь? — Так точно, сэр, — Айли медленно отложила тряпку на подоконник, не желая поворачиваться и сталкиваться лицом к лицу с капитаном ее отряда и причиной ее подавленного настроения. Она бы с удовольствием дождалась, пока мужчина уйдет, но звука удаляющихся шагов так и не последовало. Лишь нервное постукивание носком сапога по деревянным половицам. Раздражать его еще сильнее было не лучшей идеей. На пятках девушка развернулась, резиновая подошва противно скрипнула по полу и Черч чуть поморщилась. Для Леви же это выражение лица было лишь дополнительным подтверждением того, что его общество для Айли крайне неприятно. В несколько шагов Айли преодолела расстояние до двери, оказываясь с Леви лицом к лицу. Мужчина так и не сдвинулся с прохода, кажется, даже не подумал об этом, увлеченный внутренними терзаниями. Для Айли это выглядело скорее издевкой, потому что ей пришлось аккуратно обходить его боком, чтобы поскорее сбежать из этой комнатушки. Близко, очень близко. Настолько, что можно было почувствовать тепло, исходящее от тела мужчины, и уловить аромат чая, который пропитал его одежду. Кажется, у нее даже чуть закружилась голова от этого запаха. О чем ты только думаешь? О глупостях всяких, Фарлан. Словно он сам не знал ее мыслей. Она тонула в ранее неизвестном и сколько бы не гребла руками и ногами, продолжала лишь барахтаться и задыхаться. Девушка поспешила в подвал, где обосновалась часть исследовательского отряда для работы. — Айли, отлично! Сегодня мы хотим провести один эксперимент и Леви сказал, что ты поможешь. У меня мурашки по коже только от мыслей об этом, — Ханджи восхищенно закатила глаза, обхватив себя руками и ежась словно от сквозняка. — Хоть представляешь, как странно это звучит? — девушка вопросительно выгнула бровь. — Ты вообще-то собираешься проводить эксперименты на живом человеке, моем друге. — Я же совсем немного! И больно ему быть не должно, вроде как, — с искренним недоумением возмутилась Ханджи. — Слушай, а ты не заболела? Выглядишь просто ужасно. — Да что мне все говорят одно и то же? Неужели все настолько плохо? — она растрепала свои русые волосы, которые тут же стали похожи на гнездо. А ведь Айли казалось, что ее ночные переживания останутся незаметны для окружающих. Но нет, видимо на лице все написано: любой приходи, читай и топчись в ее душе. — Да ты бледная как стенка, глаза опухшие и безжизненные. А еще спина сгорбленная, плечи сутулишь, да и вообще… — скорее на автомате перечисляла Зое, загибая пальцы на своей руке и внимательно рассматривая Айли, пытаясь подметить, что же еще выглядело не так. — Спасибо за столь красочное описание, — она сморщила нос, после чего вздохнула. — Все в порядке, не бери в голову. — Ты можешь просто сказать мне, — кажется, женщина теперь не собиралась оставлять в покое эту тему. Ханджи знала Айли уже как 6 лет: поддерживала, помогала, один раз даже споила алкоголем. Это было так естественно — волноваться о ком-то близком для себя. Подавленное настроение и отсутствие концентрации могли привести к гибели девушки на скорой миссии, да и просто видеть ее разбитой было не по себе. — Просто я пыталась поговорить с капит… с Леви. Попросить прощения. И как-то по-другому я все это себе представляла, — пробормотала под нос Айли, растирая собственный локоть от ощущения неловкости. Но ведь перед Ханджи она могла не скрываться? Кому еще, кроме женщины, ей оставалось всецело доверять? Она не может снова отталкивать от себя дорогих ей людей из-за того, что было плохо. Хреново, больно настолько, что хотелось выть в потолок. Детская блажь, хватит для нее одной ночи в слезах. Зое понимающе кивнула головой. Она бывала болтливой, но давить на больное не хотела, уж точно не со зла. В конце концов, это ведь именно Ханджи первой признала Айли, когда та попала под опеку Разведкорпуса, и она была очень привязана к девушке. Точно также ей прекрасно известно, как Черч дорога Леви: застала его жаркий спор с Эрвином после возвращения из экспедиции, в которой три года назад участвовала Черч. Но это было той темой, в которой этим двоим нужно разобраться самостоятельно, без вмешательства третьих лиц. Когда-нибудь обязательно разберутся, уж в этом женщина не сомневалась. — Ханджи, я могу спросить кое-что? — помедлив, выдохнула Айли, бегая взглядом по столу, на котором были разложены заметки о Титанах: рост, способности, классификация, уязвимости. Не густо, она все это знала, но на автомате вчитывалась в текст, чтобы отвлечь свои мысли от фразы, которая была готова вот-вот сорваться с языка. — Что угодно, — еще один плюс их общения: оно не изменилось. Пусть Айли была лишь новобранцем, а Ханджи уже получила звание майора, девушка могла не думать о соблюдении устава и субординации в ее присутствии. — Как понять, что ты влюблен в кого-то? — голос едва заметно дрожал. Спрашивая подобное она автоматически признавала тот факт, что ее чувства к Леви могут быть чем-то большим, чем просто детская привязанность. Но как иначе, если он постоянно был в ее мыслях, словно навязчивая идея не желая покидать ее ни на секунду? — Леви? — глаза Ханджи округлились, а губы расплылись в глупой улыбке. Других вариантов в голову и прийти не могло, иначе почему она так резко перепрыгнула с одной темы на другую? — Да почему сразу он? В кадетском училище было много парней между прочим. И симпатичный, и умных, и сильных, — фыркнула Айли. Да, разные были, но в сравнении с Леви каждый проигрывал. Ханджи засмеялась от такой нелепой отговорки. — Конечно, именно в училище, — ее слова так и были пропитаны сарказмом. — Помочь я тебе тут все равно не смогу. Хотя если сравнивать любовь с восхищением Титанами… — Нет, не надо, — Айли пришлось перебить женщину и сложить ладони вместе в умоляющем жесте. — У меня это и так уже от зубов отскакивает, Ханджи, сжалься. — Других примеров у меня нет, уж извини, — в ответ женщина лишь пожала плечами. — Ладно, забудь это все. Просто глупости, думается о всяком. От нервов перед экспедицией наверно. Только подумать: вернуть Стену Мария! Если мы сделаем это, то каждый разведчик обязан получить медаль от короля. — А ты в мечтах не мелочишься, да? — улыбка добрая, понимающая. — О Стены… давай просто вернемся к эксперименту. Для чего я была тебе нужна? Самый верный способ отвлечь Ханджи от чего-либо — спросить о работе ее исследовательского отряда. Зое тут же уносило в невиданные ранее дебри, с сотнями теорий и размышлений. А в какое возбуждение она приходила от того, что могла наблюдать за Эреном — даже и не описать, это нужно видеть. Лучше обсуждать Титанов, чем того, что мог справиться с этими тварями с закрытыми глазами. Что угодно лучше, чем думать о Леви, который отверг ее предложение дружбы. А как он станет относиться к Айли, если узнает, что та задумывается о нем в совершенно новом для самой девушки смысле? Определенно, Титаны. Эрен, хватающий ложки своей силой, пугающий всех вокруг из-за неизвестной природы своего происхождения. Нужно сосредоточиться на этом, иначе голова просто взорвется от обилия мыслей, которые не могут привести ни к чему хорошему.