Под бескрайним небом

Сколько Айли была уже вдали от дома? Она не понимала, почему все еще оставалась жива. Ее вернули в камеру, правда, предварительно зашив пулевые ранения, и она снова проводила дни напролет в промозглой сырости подземелья. Ее больше не расспрашивали, не пытали — ничего. Лишь периодически заходил кто-то из марлийцев, постоянно разные, и вкалывал ей какой-то препарат. В первый раз девушка испугалась и пыталась сопротивляться, не понимая, что вводят в ее организм: яд, сыворотка по обращению в Титана, наркотик? На второй и третий продолжала относиться к этому с подозрением, но уже не дергалась. Сейчас… сейчас она ждала этих уколов, после которых проваливалась в странные сны, такие реалистичные, что после возвращения в камеру единственное, чего ей хотелось — получить еще одну дозу. Черч была бы не против уснуть навечно после этого из таких уколов, потому что каждый сон возвращал ее на Парадиз. Юношество в Разведкорпусе, три года в Кадетском училище, ее жизнь как полноценного солдата — любой из этих отрезков ее жизни был несравнимо лучше чем то, с чем сейчас приходилось сталкиваться. Она не ела, изредка лишь пила воду, которая горчила на вкус от того, что стояла на полу камеры по паре дней к ряду, но ничего из этого не имело значения. Пока в своих снах она возвращалась к Ханджи, воодушевленно рассказывающей ей о том, с какой легкостью она подняла голову Титана и швырнула ее на несколько метров; к Эрвину, который просил ее помощи на следующей миссии, иначе им не справиться; к троице из Шиганшины, которые с уверенностью рассуждали о том, как совсем скоро перебьют всех Титанов и обязательно увидят море… к Леви. Леви всегда молчаливой тенью присутствовал в ее снах, но даже просто увидеть его было достаточно. Каждый раз открывая глаза и упираясь взглядом в темный, сырой потолок ее камеры, Айли готова была выть от безысходности. Так не хотелось возвращаться сюда. Вот и сейчас. Она мысленно считала капли, которые с оглушающим звоном падали на пол, пытаясь занять себя хоть чем-нибудь. Стоило вдалеке послышаться шагам, она тут же села на кушетке, немигающим взглядом уставившись на решетки. Шаги все ближе, сердце готово выпрыгнуть из груди. — Уже очнулась? — холодные карие глаза с отвращением изучали Айли, которая мяла в ладонях ткань своей одежды и прикусывала сухие потрескавшиеся губы. — Если будет так часто получать дозу, то скоро откинется. — Да не наша это уже проблема. Коли и пошли отсюда. Несет… грязью, — мужчина криво усмехнулся. Тяжелые шаги показались Айли слишком медленными. Так хотелось снова уснуть. Какую часть своей жизни она увидит на этот раз? Игла легко вошла в руку, на которой уже места живого не было, но боли девушка не почувствовала. Наоборот, невероятную легкость. Комната закружилась и она упала навзничь, спеша закрыть глаза. *** Маленькая квартирка с трещинами по стенам, которые паутинкой рисуют хаотичные линии: можно рассматривать часами, пытаясь угадать скрытый мотив. Мебель старая, даже ветхая, но все предельно чисто и аккуратно. Уже почти позабытые вещи, например, лоскутное одеяло, которое сама же Айли сшила когда-то со скуки в ожидании брата. Все пальцы тогда исколола, на и выглядел результат ужасно, но выкинуть рука ни у кого не поднялась. — Айли! Ужин готов? — голос такой знакомый и родной. Айли выбежала в коридор и сердце пропустило пару ударов: Фарлан. Живой, улыбается ей как раньше с теплом и заботой. — Пока ты придешь, уже все остынет, — голос Черч слишком взрослый, а приблизившись к брату она поняла, что они практически одного роста. А еще легкие морщины нарисовали причудливый узор в уголках его глаз и губ. Волосы растрепаны, взгляд уставший, но ничего из этого его не портит. Что может навредить человеку, когда самое важное в этом жестоком мире — просто быть живым. И вот он, стоит рядом, Айли может заметить, как вздымается его грудь и слышать дыхание с едва заметной хрипотцой. — Не ворчи. Ты с возрастом все больше напоминаешь мамочку, — рука мужчины легла на русые волосы Айли и растрепала их. Как когда-то давно, в прошлой жизни. Но правда ли та жизнь прошлая? — Я сегодня с гостями. — Гостями? — едва девушка успела спросить, как за спиной Фарлана заметила Леви. И какую-то девушку рядом с ним, цепляющуюся за локоть так, словно Леви ей принадлежал. Внутри что-то сжалось как пружина. — Помнишь Леви? Соизволил заглянуть сегодня, — брат рассмеялся, проходя глубже в их квартиру и освобождая проход для людей позади себя. Младшая Черч с трудом поборола желание захлопнуть дверь перед незваными гостями. — Давно не виделись, Айли, — голос такой, каким она его и помнила: спокойный и ровный. Лицо точно такое же, как и было, разве что синяки под глазами стали чуть меньше. То же телосложение, тот же рост, те же серо-голубые глаза, которые всегда заставляли ее сердце плясать в бешенном темпе. Только вот женщины рядом быть не должно, она здесь лишняя. Разве это не сон Айли, разве все не должно быть так, как хочется ей? Или все же не сон? — Это Кассандра. — Проходите, — девушка выдавила из себя улыбку и как можно скорее отвернулась, следуя за братом. Кассандра? Ну и что Айли с ее имени, она не хотела видеть ее в своем доме. Рядом с Леви. Они… вместе? Черч могла поклясться, как услышала внутри себя звон стекла, словно что-то с противным дребезгом разбилось. Склеит ли, соберет? Или будет безрезультатно ранить душу об осколки? Так дело не пойдет, ей стоит собраться и взять себя в руки. Леви встречался с кем-то, это ведь естественно. Правда, вопрос вызывало то, чем именно его могла зацепить такая непримечательная женщина. Тут Айли немного лукавила: незнакомка была красива до умопомрачения: светлые, практически пепельные волосы волнами спадали на хрупкие плечи, обрамляя лицо с миниатюрным вздернутым носиком, острым подбородком и скулами. И глаза, кристально голубые глаза, в которых можно утонуть. Не в сравнение с самой Черч, которая на ее фоне и вовсе показалась бы бледной молью. Но разве Леви купится на одну лишь красоту? Он не такой, вот вообще ни разу. Он умный, рассудительный, доверяет только тем, кто действительно этого заслуживает. И почему она? Почему не Айли сейчас стояла рядом, обнимая его крепкую руку. В сердце явно всколыхнулась ревность. Разве не Айли знала его с самого своего детства, практически боготворила? Разве не она долгим упорством смогла растопить его сердце много лет назад? В те годы Леви даже улыбался ей, а девчушке никакой другой награды и не нужно было. А теперь он появляется все реже, отдалился. Вовсе привел какую-то прошмандовку в ее с Фарланом квартиру! Фарлан. Айли подошла к брату и схватив его за рукав, уволокла в комнату, соседствующую с кухней-гостиной. — И как это понимать? — и как ей об этом спросить, чтобы не вызвать лишь больше вопросов со стороны Фарлана? — Ты злишься, что я не предупредил? Прости, мы столкнулись на улице и я подумал, что ты будешь рада увидеть Леви, — он растерянно заморгал глазами, не понимая, что не так. Никогда не понимал, не замечал очевидного. — Леви — да! Но… что это… что за девка? — злобно прошипела Айли. Сдерживать свои эмоции у нее не было сил. Ресурс закончился на приветливой улыбке незваным гостям. — Это Кассандра, его невеста. Почему ты бесишься? — Фарлан нахмурился, пытаясь разгадать, что стояло за странным поведением сестренки. — Ты идиот? Почему? «Почему» спрашиваешь? Я его люблю, это я должна быть рядом с ним! — признание, брошенное в порыве злости, не приведет к счастливому концу. Но о каком счастье теперь оставалось мечтать Айли, когда любимый ею мужчина был отдан другой? Невеста. Это слово резало как самый острый нож, захотелось взвыть. — Любишь? — вполне понятное недоумение, настолько гармонично вписывающееся в диалог, что Айли не сразу поняла в чем подвох. Это спросил не Фарлан. Глаза брата расширены от удивления, рот приоткрыт, но губы сейчас не двигались. И голос не его. Совсем. Айли резко обернулась, чтобы столкнуться взглядом с Леви, лицо которого оказалось в паре сантиметров. Слышал. Слышал, и что теперь? На секунду в сердце забилась надежда, что он ответит на ее чувства, которые были с девушкой так давно, что она уже и точно сказать не могла, когда именно поняла, что именно испытывает к лучшему другу своего брата. Словно птица, почувствовала свежий ветер, обещающий свободу, надежда взмахнула крыльями, готова воспарить вверх, но через мгновение навзничь упала на сырую землю, убитая стрелой — взглядом Леви. — И чем ты думала, говоря подобное? Ты несмышленный ребенок, за которым вечно нужно следить, — его нос сморщился от отвращения. У Айли задрожали губы. — Надоедливая, бесполезная и никчемная. Разве такая как ты может хотя бы подумать о том, чтобы быть рядом со мной? Даже не вздохнуть. — Думаешь, мне раньше доставляло удовольствие возиться с тобой? Я вздохнул с облегчением, когда ты перестала вертеться под ногами. Больно. В ушах звенит, но даже этот противный треск слышать приятнее, чем его слова. Глаза щиплет от слез, и уже плевать, что Айли ненавидит плакать, когда ее видит кто-то. В горле ком, даже нормально не вздохнуть. Это все нереально. Это неправильно! Ей просто кажется. Фарлан мертв. Она покинула Подземный город уже давно, последовав за братом на поверхность. Леви бы такое никогда не сказал. Не сказал бы? После того, как сама же Айли оттолкнула мужчину? Кажется, эти слова единственное, что она может принять за правду из всего происходящего. *** — Леви. Леви… Леви! — мужчина сильнее зажмурил глаза, сопротивляясь голосу, который пытался вырвать его из объятий сна. Казалось, он уснул-то минут двадцать назад максимум, до этого несколько часов безуспешно ворочаясь в кровати. Вот так и меняй свои привычки: потрепанное и удобное кресло на холодные простыни. Голос не замолкал, его обладатель так просто не уйдет. Когда теплая ладонь дотронулась до плеча, Леви резко открыл глаза, желая прогнать незваного гостя. Грубости и направление движения застряли в горле, а рука невольно поднялась, растирая глаза кулаком. Он точно проснулся? — Сколько можно спать? Уже полдень на дворе, — Айли задорно улыбнулась, а ее пальцы чуть крепче сжали мужское плечо. — Знаю, выходной, да и ты заслужил поспать подольше, но я от скуки уже на стенку лезть готова. — Ты здесь? — он резко сел и потянул ее за запястье, заставляя приземлиться рядом на матрас. — Еще не проснулся? Я вернулась из Каранеса вчера к ужину, — Айли чуть наклонила голову вбок и покачала ей из стороны в сторону. — Видимо, тебе и правда стоит больше отдыхать. Леви растерянно смотрел на девушку, не веря своим глазам. Разве она не погибла? Разве он не оплакивал ее последние недели? Разве не боролся с горечью потери, лишь бы вверенные ему ребята не закончили, как она? — Или ты совсем не соскучился? Меня две недели не было, а ты как будто не рад меня видеть, — она вздохнула, притворно, и бросила на него хитрый взгляд из-под ресниц. Может все эти часы, наполненные страданиями, были просто сном? Очень долгим, до головокружения невыносимым и наконец-то закончившимся. Леви обнял ее, прижимая к себе. Слишком резко, кажется напугал, но ему было все равно. Тепло ее тела, которое сразу же стало греть изнутри, было важнее. Пальцы сжались, сминая ее рубашку в складки, Леви боялся, что Айли вот-вот растворится из его рук подобно туману. Если схватит покрепче, посильнее, это ведь не произойдет? Чужое дыхание на шее. Леви чувствует, что Айли улыбается и удобнее устраивается в его руках. — Я скучала, — тихий шепот, но они были так близко, что громче и не нужно. И словно в доказательство — практически невесомый поцелуй. Такое знакомое чувство на губах. И ощущается все до простого правильным. Стоит ли Леви тратить время на лишние мысли после того кошмара, который он испытал, уверенный в ее смерти? Хоть раз в жизни хотелось не мучаться выбором, а отпустить ситуацию и плыть по течению. Айли можно довериться, с ней он не утонет. И пусть весь мир подождет, пока он не успокоит душу ее поцелуем и близостью.