Четыре всадника Темного Лорда

Ступеньки под ногами расплывались, противясь каждому шагу. Драко не видел Нарциссу уже около двух месяцев и два дня торговался с собой, чтобы подняться на самый верхний этаж опустевшего Мэнора. Страх и боль не иссякли, но чувство вины внутри ныло и требовало действий. Запах трав, доносящийся из-за двери, ударил по обонянию и моментально разрушил самообладание. Решительность растаяла, сменившись гадким нервным клокотанием под рёбрами. Было труднее, чем он мог себе представить. Переступив порог, Малфой пошатнулся от тошнотворного запаха лекарств, пробуждающего воспоминания. Он помнил только отчаянные стоны и слёзы, которыми можно было наполнить океан. Перед глазами всплывали бесконечные «Круцио» и исхудавшее женское тело, выгибающееся дугой. Крик висел нескончаемым эхом в ушах, вытесняя мысли. Навзрыд. Отчаянно. С хрипом. Лекарша неторопливо выплыла из-за угла, одарив хозяина дома лёгкой улыбкой, и направилась к нему навстречу. Бирюзовые стены создавали неуютное чувство погружения под воду, напоминая беспощадную морскую бездну, утягивающую его всё глубже. И с чего только лекари решили, что оттенки зеленого и голубого успокаивают? Идиоты. — Здравствуйте, — негромко произнесла знахарка, поправляя белый фартук. — Вы желаете справиться о здоровье госпожи Нарциссы? — Добрый день, — выдавил Драко, убирая руки в карманы. — Да. — Последнее время ей стало немного лучше: она чаще выходит гулять в сад и даже начала читать книги. — Она виновато поджала губы. — Но мадам Малфой пока не хватает надолго. Ей сложно концентрироваться, поэтому во избежание истерик мы не уделяем этому больше десяти минут за раз. — Она не общается с вами? — нервно сглотнув, спросил хозяин поместья. — Мало, — сочувствующие произнесла врачевательница. — И больше общими фразами. — Я могу её навестить? — тон Малфоя дрогнул. — Да, но тогда нам стоит спуститься в сад, леди хотела сегодня пообедать там, — подойдя к окну, она отодвинула полупрозрачные шторы. — Я не оповещала её о гостях. — Не стоит её беспокоить, — легилимент ощутил, как мелкая дрожь пробежала по телу. Подойдя к кристально чистому стеклу, он сразу увидел её. Нарцисса ковырялась в одной из цветочных клумб и что-то напевала себе под нос. Весенний ветер играл с её выцветшими волосами, вытягивая из низкого пучка мелкие седые прядки. Глаза защипало солью. Она была похожа на призрака: посеревшее, осунувшееся лицо, круги под глазами, бледная безжизненная кожа, морщины, растëкшиеся по рукам и шее… Сердце болезненно сжалось, и дышать стало сложнее. — Она ни в чём не нуждается? — собрав остатки воли, процедил Драко. — Если ей что-то понадобится… — Не беспокойтесь, — видя растерянность молодого владельца поместья, лекарша успокаивающе улыбнулась. — Всего в избытке. Волшебник благодарно кивнул, не в состоянии выдавить из себя ни слова, и сделал пару шагов прочь от окна. Застрявший в горле комок будто перекрыл кислород, а ноги стали ватными. Он вылетел из комнаты, захлопнув за собой дверь, и лишь тогда смог вдохнуть. Протерев лицо ладонью, Малфой вперился взглядом в дрожащие кончики пальцев и раздражëнно направился вниз. Трус. — Скоул! — гаркнул он, достигнув нижней ступени. — Скоул, блять! Два умиротворяющих дня, которые он потратил на тихий бракоразводный процесс, пошли псу под хвост всего за несколько минут. На часах было лишь десять утра, а день был уже безнадёжно испорчен. Малфою нужна была работа, чтобы переключиться с личного ужаса на чужой страх. Отвратительный и гадкий, который позволит забыть о его проблемах. — Хозяин звал Ско… — Отправь мои вещи в Бирмингем, — буркнул Драко, спешно направляясь по коридору в свою спальню. — Затем вернись обратно и следи за домом. — Скоул всё сделает… — спеша за ним следом, тараторил маленький слуга. — Всё, как велел благородный господин. — Уйди, — отмахнулся он, распахнув дверь настежь. Он не хотел вести никаких бесед, не хотел подбирать слова и думать. Он хотел сбежать. Сбежать подальше от стен, пропитанных страданиями и ненавистью. Вытащив из прикроватной тумбочки небольшой крафтовый конверт, Малфой вскрыл его и стиснул челюсти, увидев на дне небольшую картонную карточку. Блейз уже перестал заморачиваться с предметами для порталов — набрал в магловском торговом центре бесплатных визиток и преобразовывал их при необходимости. Закусив щеку, Драко коснулся пальцами цветастого картона с надписью «нотариус» и ощутил, как пространство сузилось. Тело сдавило, и мир исчез. Эйфория, которая закончилась слишком быстро. Жалкие доли секунд, и вот легилимент уже стоит в незнакомом бежевом холле. Слева раздался грохот, распахнулась дверь и оттуда вывалилась швабра, а затем поддатый Блейз. Он вцепился в дверной косяк двумя руками и, еле стоя на ногах, оглядел своего соратника сверху вниз. — Сейчас десять часов утра, — без удовольствия проговорил Малфой, расстегнув пиджак. — Бля-я-я. Я, получается, опаздываю, — склонившись обратно, возмутился Забини и достал бутылку. — Запой сам себя не организует. — Где моя комната? — уточнил Драко, оглядываясь по сторонам. — Там, — натужно вдохнув, Блейз указал бутылкой в сторону лестницы. — Выбирай любую. «Как в тебя лезет? — бросив ещё один взгляд на шатающегося друга, удивился легилимент и направился вверх по лестнице. — Волшебная печень, видимо». Суммарно по обеим сторонам коридора второго этажа Малфой насчитал семь дверей. В этот раз парни явно переборщили с выбором, сняв огромный особняк. Расправив плечи, волшебник наугад скользнул во вторую дверь слева и стянул с себя пиджак, бросив его на вельветовое кресло. Тёмно-синие обои с шелкографией, электрический камин, огромная кровать и дверь, ведущая в санузел. Оглядевшись, Драко понял: единственное, чего хотелось, — лечь. Усталость так резко свалилась на плечи, что он не смог отказать себе в этой малости. Сев на край постели, он рухнул на спину и прикрыл глаза. Тишина обволакивала, ласкала и целовала разум, разливая по венам блаженство. Под этой крышей не было его страха и навязчивого запаха лечебных трав. Здесь было спокойно. Однако скрипнувшие петли нарушили шепчущий покой. «Твою мать», — пронеслось в голове. Малфой приподнялся на локтях, чтобы рассмотреть вышедшего, и вздрогнул. В проёме ванной комнаты стояла Амелия, обёрнутая в полотенце. Её влажные вьющиеся волосы разметались по плечам, местами прилипнув к тонкой шее. Прозрачные капли медленно стекали по гладкой бархатной коже, заползая под полотенце. Язык онемел, а мышцы под одеждой напряглись. — Если это попытка ограбления, — заметив его растерянность, она скрестила руки на груди и слегка приподняла бровь, — то у тебя не очень хорошо выходит. — Я перепутал комнаты… — выпалил Драко, и получилось грубее, чем он планировал. — Угу, — Буве понимающе кивнула. — И ты, наверное, собираешься встать с моей постели? — Да, — Малфой отвёл взгляд и вскочил на ноги. Хозяйка спальни опустила глаза и сдержанно улыбнулась, когда легилимент оказался в вертикальном положении. На осознание причины её веселья у аристократа ушло около пяти секунд. Долгое отсутствие близости в комплексе с оказавшейся рядом симпатичной полуобнажённой нимфой вылились в эрекцию, излишне заметную в узких брюках. «Класс, блять… — сжав губы в тонкую полоску, он прикусил язык. — Теперь я выгляжу, как больной извращенец, который шарахается по чужим спальням в надежде поглазеть на обнажëнку». Стараясь не думать о произошедшем, Драко попятился к выходу, попутно бросив скомканные извинения. Однако стоило ему вылететь за дверь, как воспоминание об оставленном на кресле пиджаке обдало разум холодом. На висках выступил ледяной пот, и волшебник развернулся на каблуках, нехотя постучав о деревянную поверхность. — Да? — смешливость проскользнула в девичьем тоне, но аристократ поборол своё смущение. — Я оставил вещи, — лёгкая хрипотца пробилась в голосе, стоило лишь ещё раз её увидеть. — Я уже почти привыкла к твоей компании, — искренне улыбнулась Амелия, и Малфой на секунду забыл, зачем вернулся. Плоть снова дëрнулась под невыносимо тесной тканью, и во рту пересохло. Ступив на один шаг внутрь комнаты, он ощутил, как взгляд француженки скользит по его телу, разжигая под кожей пожар. Схватив пиджак, он молниеносно выскочил за дверь и обречëнно застонал. «Какого хера? — издевательски спросил он сам себя. — Тупой вопрос. — Он укоризненно взглянул вниз. — Нельзя было подождать пару минут?» Прошагав в соседнюю, действительно пустую комнату, Малфой быстро восстановил дыхание, но воображение вернуло его обратно в спальню с тёмно-синими обоями. Он почти чувствовал, как кончики пальцев погружаются в огненно-рыжую россыпь волос, собирая их в хвост. Аристократ тряхнул головой, прогоняя от себя наваждение, и направился в душ. Недотрах вылился в идиотскую ситуацию. Даже если волшебница немного и заинтересовала его, реакция организма показалась ему дикой. Он же не Теодор, чтобы снимать штаны, не здороваясь. Спустя пару часов и бесчисленное количество попыток уснуть, Драко решил спуститься вниз. В гостиной он никого не застал, зато на большой кухне прямо на столешнице сидел Блейз, переливающий из бутылки во фляжку бурбон. Хотя слово «проливающий» подошло бы куда лучше. — Ты решил дозировать алкоголизм? — иронично поинтересовался Малфой, и Забини вздрогнул, облив себя горючей жидкостью. — Святые магистры, — недовольно осмотрев пятно на брюках, буркнул Блейз и поднял на него бездумный взгляд. — Амелия сказала, что пора бы уже отправиться на высматривание нежелательных лиц. — Он развёл руки в стороны и плеснул алкоголем на шкаф. — Ну вот я и готовлюсь. «Как ты вовремя… — глядя на его нелепые движения, подумал Драко. — Вот и возможность нормально извиниться…» — Есть предложение, — удостоверившись, что друг почти в дрова, предложил он. — Давай-ка ты останешься дома, а я, пожалуй, проветрюсь. — Премного благодарен, — склонившись в лёгком поклоне, Блейз потерял равновесие и чуть не брякнулся вниз. — Воу, — придержав его, усмехнулся Драко. — Не обязательно падать за это в ноги. Он усадил итальянца обратно и спросил: — Какой район? — Кэдбери, — еле разборчиво проговорил Забини. — Надеюсь, ты отоспишься к нашему возвращению, — убирая руку с его плеча, Малфой удостоверился, что тот не грохнется, и отправился к двери. Услышав негромкое постукивание каблуков, аристократ чуть приподнял уголки губ и поспешил к лестнице. Он встретился с коварной обольстительницей у нижней ступеньки, намеренно чуть не столкнувшись нос к носу. — Я оставила комнату открытой, — отодвигаясь от волшебника, улыбнулась Амелия. — Если ты вдруг вновь заблудишься. — Тогда тебе очень не повезло, ведь дома остаётся Блейз, — загадочно протянул Драко и наклонился к ней ближе. — Если он уснёт в твоей кровати, то тебе придётся переезжать. Ибо его перегар не поможет удалить даже магия. — Ммм, — съязвила Буве, — моя постель сегодня имеет большой успех. — Не буду отрицать, — уклончиво протянул он, — находиться в ней было недурно. — Что ж, если сегодня там ночует Забини, — Амелия резко развернулась к двери, и аромат её волос обдал Малфоя горячей волной, — то мы, видимо, отправляемся на прогулку. — Дамы вперёд, — открыв дверь притормозившей леди, предложил он. Француженка прошла рядом, на секунду столкнувшись с ним глазами, и возбуждение снова лизнуло низ живота. Соблазнительница порхнула мимо, и Драко прошёлся взглядом по фигуре волшебницы сзади. Лёгкое, чуть ниже колена, свободного кроя платье не облегало стан, но демонстрировало хорошие пропорции: длинные ноги, небольшие бёдра, тонкую талию и узкие плечи. Невысокий каблук устойчиво ступал на асфальтированную дорожку, а тонкие кожаные ремешки на щиколотках совершенно не мешали любоваться изящными изгибами. В отличие от агрессивной Паркинсон Буве предпочитала сдержанную, воздушную сексуальность, притягивающую взгляд без вероятности огрести. — Ты решил остаться дома? — обернувшись, поинтересовалась она. — Я оценивал… — пытаясь подобрать слово, Малфой на секунду задумался, — …перспективы грядущей совместной работы. — Не углубляйся в статистику, — приподняла бровь Амелия, когда он поравнялся с ней. — Перенапрягаться вредно для организма. Драко лишь хмыкнул, обращая внимание на одухотворённый девичий взгляд, блуждающий по расцветающим деревьям. Если отбросить её колкие ответы, то выглядела она очень мило. — Нам недалеко идти, — бросив короткий взгляд на её колени, сообщил он, — но если хочешь, можем воспользоваться трансгрессией. — Всё в порядке, я бы прогулялась, — прищурившись от ярких солнечных лучей, бьющих в глаза, ответила Амелия. — А что у нас сегодня за район? — Кэдбери, — нехотя бросил Малфой, осматриваясь по сторонам. — Что-то не так? — с лёгким волнением поинтересовалась спутница. — Ты не знаешь?.. — до него только сейчас дошло, что она и не должна знать. — Этот район назван в честь шоколадной фабрики, расположившейся там. Она является одной из лучших в мире и поводом для гордости… местных жителей. Он заметил, как по девичьему лицу расползлась многозначительная улыбка, а глаза приобрели детское восторженное выражение, напоминающее об оленëнке Бемби. Амелия сцепила пальцы в замок и одарила Драко двусмысленным вопросительным взглядом. — Не-е-ет, — протянул Малфой и попытался смотреть вперёд, чтобы не видеть огромные умоляющие глаза. Однако надолго его не хватило. Когда он снова зацепился взглядом за её лицо, то увидел поджатые губы и надутые щёки. Где-то в глубине души Драко уже матерился, но невыносимая молящая мордашка получалась у волшебницы слишком хорошо. И уже спустя пару минут он сдался. — Ладно, — снисходительно хмыкнул легилимент. — Но только из желания поспособствовать международному сотрудничеству. — Благодарю, — широко улыбнулась Амелия, возвращая себе прежнее мягкое очарование. Малфой тяжело вздохнул и начал историю с рассказа о создании фабрики, о том, как впоследствии она превратилась в большой комплекс, привлекающий туристов со всей страны, а позже — и мира. Естественно, он упомянул, что в основном выставочные залы ориентируются на аудиторию младшего возраста, что абсолютно никак не смутило его спутницу. Она лишь беззвучно передразнила его и показала язык. Это выглядело забавно, особенно с учётом того, что всё остальное время она внимательно слушала, молча хлопая своими пушистыми ресницами. Драко было приятно. Ощущение собственной значимости внутри постепенно возрастало, вызывая удовольствие. Её неуёмный восторг позволил вынести экскурсию по всем отделам кондитерских цехов без рвотных позывов и желания утопиться в чане с шоколадом. Но когда Амелия выразила желание собственноручно изготовить шоколадные фигурки, Драко впал в ступор. Ещё ни одна женщина за его недолгую жизнь не стремилась заставить аристократа что-то делать руками. За исключением петтинга, но это навряд ли считалось. — Если ты согласишься, — загадочно проговорила Буве, — то я не буду вспоминать про покушение на мою постель. — Ла-а-адно, — приподнимая бровь, процедил Малфой. — Но потом мы вернёмся к работе. — Договорились. То, что Драко, мягко говоря, переоценил свои творческие способности, стало понятно почти сразу. Его пальцы явно не предназначались для создания кулинарных изысков: последней каплей борьбы с ненавистным шоколадом стал неожиданно лопнувший в руках кондитерский пакет, неплохо обрызгавший лицо и шею тëплой сладкой массой. Сухожилия содрогнулись, а челюсти непроизвольно сжались, до взрыва темперамента оставалась одна секунда. Детонацию предотвратил заливистый звонкий женский смех, источником которого являлась Амелия. Злость перетекла в негодование, пока она не подошла ближе, сняв перчатку, и аккуратно стерла капли шоколада с его щеки. — Подожди минутку, нам, наверное, нужны салфетки, — она всё ещё улыбалась, разыскивая глазами свою сумку. — Или лучше вода… Да-да, нам нужна уборная. Малфой ничего не ответил, лишь сглотнул, заворожëнно наблюдая, как Буве с ним возится. Там, где только что скользили её пальцы, кожа сохраняла тепло от приятного касания. Большие чёрные глаза вдруг уставились прямо на него, и она дёрнула его за руку, что-то говоря. — Что? — бездумно переспросил Драко. — Я говорю, хватит на сегодня творчества, пойдём, — немного виноватым тоном произнесла Амелия. — Будет странно, если ты продолжишь разгуливать по городу грязным. — Она потупила взор и расстроенно выдавила: — Извини, плохая была идея. «Замечательная», — только и пронеслось в его голове. Амелия потянула его за руку, и Драко послушно проследовал за ней. В его голове будто случилось короткое замыкание, которое развеялось, когда Буве остановилась у какой-то двери. — Так ты пойдёшь в уборную один или мне нужно пойти с тобой? — пытаясь хоть что-то разглядеть на каменном лице Малфоя, допытывалась она. Картинка, наконец, начала проясняться, а связь с реальностью наладилась. Драко сильно толкнул дверь, отчего Амелия вздрогнула, и так же безмолвно направился внутрь. Открыв холодную воду, он взглянул в зеркало, пытаясь проанализировать ситуацию. Застывший шоколад паршиво отмывался, но, как ни странно, это совершенно его не волновало. Малфой умылся и снова бросил взгляд на отражение. Он неуверенно прикоснулся к своей щеке, и мелкая дрожь пробежалась по плечам. Странно и непривычно. Как будто околдован. Отмахнувшись от глупых мыслей, волшебник спешно покончил с водными процедурами и вышел из уборной. Взволнованная леди нервно перебирала свои пальцы с совершенно потерянным видом ребёнка, который выкинул в мусорку ящик мороженого. — Всё в порядке, — Драко постарался быть как можно мягче, но вышло, как обычно, резковато. — Если на сегодня творческие идеи закончились, может, вернёмся к рабочим моментам? — Да, извини ещё раз, — выдохнула Буве. — Я не думала, что такая мелочь… испортит тебе настроение. Прости. — Всё нормально, — членораздельно повторил Малфой, выдавив из себя подобие улыбки. — Я могу рассчитывать, что теперь ты не будешь припоминать мне утро? — Да, я больше слова не скажу против тебя на моей кровати, — слегка ободрившись, выпалила Амелия. — То есть… надеюсь, ты меня понял. — Хорошо, — сделав вид, что не заметил оговорку, Драко кивнул на широкие парадные двери. Они покинули фабрику, направившись на разведку по району, однако весь оставшийся день Драко то и дело бросал взгляды на Амелию, пока она не видела. Их совместные приключения напоминали упаковку «Берти Боттс» — конфеты с любым, даже самым странным вкусом, вызывающие бурю эмоций. «А это лишь первый день, — сглотнув скопившуюся во рту слюну, Пожиратель прикусил щёку. — Что будет через неделю?»