Песок над лилиями

— Арсений! — строгий окрик короля заставил придворного мага дернуться, как от удара хлыстом. — Да, Ваше Величество, — весь остальной совет обратил внимание на замешкавшегося мужчину, что еще минуту назад не сводил взгляда с молодого принца. — Ты не думаешь, что тебе пора жениться? — задумчиво протянул монарх. — Если на то Ваша воля, то конечно, — покорно склонил голову Арсений, украдкой из-под ресниц наблюдая за едва вздрогнувшим Антоном, который услышав предложение отца, склонился над столом и углубился в чтение каких-то бумаг, чтобы не показывать своего состояния. — Ну, тогда, выбирай себе невесту до конца зимы, весной все подготовите, а летом и свадьбу справим, — отвернулся к одному из чиновников, а сам маг быстро поднял глаза, сталкиваясь с любимой зеленью напротив. Младший княжич, незаметно повел головой и посмотрел в сторону выхода, сам же уставился на отца, ожидая пока тот освободится. — Ваше Величество, если моя помощь больше не требуется, я бы удалился в дворцовую лабораторию, — обратился к королю Арсений. — Иди, Попов и Антона с собой забирай, у него там какий-то вопрос по магии были, — отмахнулся он, копаясь в бумагах.       Так уж получилось, что второй сын короля родился с искрой магии, что было большой редкостью в их мире, поэтому почти с самого детства мальчишка воспитывался магами, сначала, это был наставник Арсения, потом уже довольно взрослый принц перешел под опеку самого Попова. — Арсений, я против твоей свадьбы! — тихо всхлипнув, прошептал принц, когда они зашли в лабораторию, а маг запечатал дверь особым заклинанием. — Малыш, — Арс протянул руку к лицу Антона, но тот отошел, не давая прикоснуться к своей коже, ведь знает какие ощущения за этим последуют. — Я не могу против твоего отца, ты же сам знаешь, — наблюдал, как по красивому лицу стекает слезинка, почти тут же оборачиваясь чистым хрусталем, из-за не сдерживаемой магической силы принца. — Давай тогда сбежим, я не наследный, трона не видать, как своих ушей, — вскинув голову, загорелся идеей Антон. — Ты же рассказывал мне про другие миры, давай совершим переход, пока еще все можно изменить, — горячо шептал парень, теперь уже сам вцепившись в лацканы чужого камзола, но заметив горький взгляд брюнета, тут же поник, отходя на шаг от возлюбленного.       Их любовь завертелась неожиданно, в один момент Антон понял, что не просто уважает мага, а любит всем сердцем и, не смея скрывать своих чувств, в тот же вечер признался во всем Арсению. Попов, конечно, опешил сначала, оттолкнув парня и отправив к себе, а уже через неделю, в течении которой принц не приходил на их совместные уроки, понял, что невыносимо скучает по этой неугомонной, кудрявой макушке. Не сдержавшись, маг открыл портал прямо в покои принца, вытаскивая того из постели и целуя в немного заплаканные глаза и припухший красный нос. С того момента брюнет не оставлял своего любимого без присмотра ни на минуту, научив того пользоваться магией разума. Все продолжалось три года, до этого злополучного дня, сейчас Антону хотелось лишь одного: забрать своего мага и спрятаться на самый край земли, где их никто не найдет. — Я прошу один последний поцелуй, — потянувшись к ставшим родными губам, тихо проговорил шатен. — Малыш, — уже хотел отвернуться Арсений, но потускневший взгляд не дал ему этого сделать. Мужчина сам прикоснулся к любимым пухлым губам, впиваясь с нежным поцелуем. А Антон цеплялся за него, сразу же запустил руку в темные волосы, пропуская сквозь пальцы тонкие прядки.       Отстранившись, Попов уже собирался отправить парня к себе в покои, чтобы не бередить раны, как тот неожиданно спустился к его шее, проходясь дорожкой мелких поцелуев по изгибам, вдыхая любимый запах. Одна рука с упорством расстегивала камзол, что никак не хотел поддаваться. — Антон, нет! — прошипел маг, отстраняя от себя юношу. — Я тебя очень хочу — глянув на любимого, прошептал тот прикусывая чужое ухо.       Этот шепот заставил Арсения вздрогнуть, чувствуя, как возбуждение бежит мурашками по позвоночнику и скапливается приятным узлом внизу живота. Чуть рыкнув, Попов впился в губы принца злым поцелуем, щелчком пальцем освобождая стол и усаживая на него Антона. Тот уже успел расстегнуть мелкие пуговки и стянуть с плеч брюнета мешающую ткань, скидывая ее на пол вслед за своей белоснежной рубашкой. — Нам нельзя, — как в бреду, наклоняясь к чужой груди, шептал Арс. — Плевать, — принц проводил по чужим ребрам с осторожностью, отмечая рубцы, которые его любимый получил в ходе прошлогодней атаки на всю королевскую семью. Дальше руки спустились к штанам, тут Антон не стал заморачиваться и просто испарил оставшиеся на них тряпки, заслужив удивленный взгляд. — Я слишком долго об этом мечтал, — опуская руку на член Арсения, выдохнул Антон в чужие губы. Легкие поглаживания сменились довольно быстрыми и уверенными движениями, нетерпеливые губы мазали везде, где только могли достать, доводя мага до пика своей неправильностью. В конце концов принц добился своего, Арс одним движением перевернул того на живот, заставляя упасть лицом в стол и застонать от легкого прикосновения к сжатому колечку мышц. Материализовав в руке бутылек с жидким ароматическим маслом, мужчина окунул туда пальцы и аккуратно ввел один, слыша, как зашипел нижний. — Потерпи, малыш, — медленно продвигая палец и давая привыкнуть, прошептал Попов, целуя в доверчиво открытую шею и худые плечи.       Растяжка давалась сложно, Антон пытался максимально расслабиться, но не получалось, поэтому, когда брюнет извлек пальцы посчитав, что его любимый готов, парень только зажмурился мысленно, приготавливаясь к боли. Но почувствовал только приятные поцелуи на внутренней стороне бедра, которые постепенно поднялись к одной из аккуратных половинок. Арсений провел языком по чуть раскрытой дырочке и осторожно ввел кончик внутрь, чувствуя, как по телу Антона прошла крупная дрожь. Продолжая вылизывать своего любимого, мужчина постепенно доводил его до разрядки медленно, надрачивая одной рукой. Когда принц расслабился, Попов осторожно приставил головку и вошел, стараясь не кончить сразу же от невероятной узости. — Давай уже, — через пару минут со стоном протянул шатен, сам легонько подаваясь навстречу Арсу. Тот осторожно вошел до конца и медленно начал двигаться, навалившись на худое тело под ним. Мальчишка протяжно простонал, а после пары неуверенных толчков, проехавшихся по простате, выгнулся дугой и закричал. Арсению снесло голову от таких выходок, он начал неконтролируемо расцеловывать чужую спину, стараясь не причинить большей боли. В последний миг, предчувствуя, что разрядка уже близко, маг вышел и кончил, забрызгивая чужую спину белесыми каплями.       Оставшаяся часть вечера для юноши пробежала в непонятном тягучем ожидании чего-то. Но после того, как Арсений привел их в порядок, он отправил Антона к себе в покои, а сам вызвал капитана дворцовой стражи и решил напиться, как в последний раз.

***

      Через месяц, когда Антон неторопливо завтракал в малой столовой, он краем уха услышал разговор двух служанок, пока те накрывали на стол, для его брата и отца. Ира — одна из девушек, тихим шепотом доказывала другой девушке, кажется, Оксане, что придворный маг назначил свадьбу на первый день первого летнего месяца, а другая же доказывала, что празднества пройдут в первый летний праздник. — Эм, Ира, — протянул принц, подзывая девушку к себе. — А ты не знаешь, где сейчас придворный маг? — Нет, Ваше Высочество, мне это неизвестно, — склонилась девушка в учтивом поклоне. — Хорошо, если встретишь его, передай, что я ждал его в своих покоях. — Конечно, Ваше Высочество, — поклонилась она уже в спину Антону.       В лаборатории было непривычно холодно, но Антона это не насторожило, в помещении чувствовались отголоски чужой силы, не задумываясь, принц распахнул массивную дверь, ожидая увидеть там любимые голубые глаза, но наткнулся только на картину, которая отпечаталась в глазах княжича на долгое время. Арсений — его Арсений целовал какую-то непонятную леди, что доверчиво прижималась к его груди. Мир внутри Антона рухнул, плотину сдерживаемой энергии прорвало в тот же миг и, не сдерживая слезы, парень вихрем перенесся в свои покои. Ему было плохо, магия съедала изнутри, чувства клевали снаружи, хотелось лечь и не проснуться, отрубив больное сердце.

***

      С того вечера прошло почти три месяца, в один из теплых летних дней над площадью зазвучал перезвон колоколов, а с порога храма вышла счастливая пара, брюнет учтиво придерживал свою уже жену за талию, помогая ей спуститься, а из темной королевской кареты на них смотрела вся семья, включая принца Антона, что в последнее время почти перестал спать и есть, без продыху работал и выплескивал излишки магии, которые жгли его сердце.       А на следующий день после прекрасного празднества, флаги королевства омрачились черным цветом. Младший королевский сын, в очередную красивую, но ужасно темную ночь, выпал из окна своей любимой башни, рассыпаясь красивым золотым песком над цветущими лилиями.