Рыжий шампиньон

Пасмурная погода за стеклянной дверью напоминала о серости будней пуще прежнего. Несмотря на летнее время года, ощущение апатии и рутины с самой зимы так и не покинуло мысли, а ещё с приходом тепла появилась тревога и досадное чувство, что жизнь пролетает мимо и кипит у всех, кроме тебя одного. Уже середина лета, люди общались о своих вылазках на природу, на море и просто делились впечатлениями о заурядных пьянках, что вызывало внутри грустные сожаления. Не то что бы сильно хотелось тусить и бухать где-то с кем-то, расстраивал сам факт дискомфорта в любых компаниях более, чем из двух человек. Ли Минхо подрабатывал в магазинчике своей тёти и это позволяло совмещать попытки получить хоть какую-то денежку на скромную жизнь и помощь родственнице. Магазин был в странном месте, в проулочке, зажатом небольшой церквушкой с огромными чёрными куполами, и пожарной частью. Место шумное и за окном то и дело с грохотом и сиреной проезжали пожарные, звонили колокола церкви, шныряли местные жители, громко разговаривая по телефону и матерясь. Минхо давно бросил какие-либо попытки увлечься чем-то по-настоящему. Ему так хотелось делать что-то в полной уверенности и с энергичным порывом, но то ли не хватало смелости просто взять и сделать первый шаг навстречу новым искрам интереса, то ли действительно ничего в этой жизни уже будто не могло зажечь его в достаточной мере, чтобы вдохновение превалировало над сомнениями. Большинство его друзей были собеседниками лишь в соцсетях, а в реальной жизни все было далеко не так просто. Он понимал, что установить эмоциональную связь с рандомным человеком с возрастом становится только сложнее. Любая новая случайная компания заставляла ещё больше отдаляться, ощущая вселенское одиночество. Этот депрессивный эпизод начался довольно давно, но иногда бывали небольшие непродолжительные просветы и ощущение складывалось, что жизнь это не чёрные и белые полосы, а огромное чёрное полотно с небольшими хаотичными вкраплениями белого. Если бы он хотел нарисовать свою жизнь, то это была бы картина глубокого чёрного мерзкого болота с разбросанными по нему шляпками милых белых шампиньонов разного размера. Он очень любил шампиньоны и поэтому ассоциировал их с чем-то удивительным и радостным. Иногда в его болоте попадались милые ничем не примечательные, но ядовитые экземпляры, отравляющие его, но он всё равно считал их некими подарками судьбы. Время близилось к закрытию, впереди выходные, а все планы куда-то выбраться и что-то успеть резко отменились в силу полной потери энергии и настроения. Передумывать что-то делать в последний момент стало системным приколом и это невероятно разочаровывало. Отправив отчёт о выручке и закрыв магазин, Минхо направился в сторону дома, ожидая в очередной раз бездарно проебать два свободных вечера, валяясь в кровати за ноутом/телефоном. Всё чаще в голове вспоминалась привычка курить, несмотря на то, что последняя попытка бросить 8 месяцев назад стала самой рекордной по продолжительности. Он знал, что если выпьет ему сильно приспичит закурить и одной сижкой дело не закончится, поэтому старался вообще забыть об алкоголе и других вещах, притупляющих сознание. Иногда после работы он отдавался во власть своих многочисленных поверхностных хобби, среди которых фильмы, сериалы, танцы, видеоигры, гитара, рисование и даже попытки делать какой-то контент в соцсетях. Всё меньше и меньше хотелось делать что-либо на улице, где есть хоть какие-то люди. В нём боролись желание остаться абсолютно одному в мире, чтобы ощутить уверенную свободу и желание покончить с этим затворническим образом жизни, участвовать в бурной молодежной жизнедеятельности. Разобравшись с домашними делами, пролистав всю ленту не в состоянии уснуть, ближе к часу ночи возникло какое-то желание выйти на улицу под музыку в наушниках. Раньше он часто так делал, катаясь на качели на детской площадке под падиком и похуй, что "великовозрастная дылда", качельки это святое. Ночью было приятно прохладно и после разгорячённого вечера с душной маршруткой, суетливыми квартирными делами и прохладным душем было очень уютно напяливать тёплые вещи. Перед выходом глянул в зеркало: обычный чел, двадцати трёх лет, худое лицо, прямой аккуратный нос, каре, как у настоящего дэдинсайда, уставшие глаза, кроссы, спортивки и любимое худи. Обшарпанная панелька выглядела всё так же уныло, на детской площадке было темно, как никогда. Район был не шибко благополучный, со своими отбитыми персонажами, которые изо дня в день деградируют и травятся. На выходных чаще всего режим сбивался из-за желания подольше попинать хуи, поэтому не было ничего удивительного в том, чтобы в такое позднее время пинать хуи. На улице не было никого, ближе к пивнухе по улице выше изредка слышались какие-то возгласы. Сев на качель, Минхо надел наушники и предался своим пессимистичным мыслям под плейлист с пост-панком, время от времени как бы наблюдая себя со стороны. Парень старался не отождествляться с этим унынием и держаться отстранённо. Ну грустно и грустно, как будто в первый раз. Примерно минут через сорок мечтательных раскачиваний под лирические песни из дома напротив показалось движение: человек в шортах, шлёпках и чёрной толстовке вышел из подъезда, выпуская за собой на улицу собачонку. Он застегнул молнию, накинул капюшон, закурил и сунул свободную от сигареты руку под мышку, встав прямо под фонарём. Он почти сразу заметил вдалеке Минхо и, присматривая за собакой иногда поглядывал на странного парня в таком же чёрном капюшоне. Минхо наблюдал за собакой, которая не сразу заметила его, подбежав, испугалась присутствия незнакомца и начала очень агрессивно и громко лаять. Минхо испугался не меньше, выдернул наушники и поджал ноги, закинув их на сидение качели. Человек позвал: "Берри! Ко мне!", но собака не реагировала и продолжала надрывно гавкать, прыжками подаваясь вперёд, тогда парень быстро выкинул сигарету в урну и помчался к эпицентру ночной собачьей истерики. Подбежав к качели, он взял собачонку на руки и та постепенно начала успокаиваться, изредка возмущённо буркая и тявкая. — Совсем на себя не похож, он обычно самый спокойный и дружелюбный пёс, - сказал, виновато оправдываясь, хозяин собаки. Минхо сидел в ахуе, чувствуя вину за то, что стал причиной нарушения ночной тишины. Пёс был и правда очень милый с забавными ушками и блестящим в полумраке носиком. — Он не сразу заметил моё присутствие, наверное испугался, извините, - сказал, неловко улыбаясь, Минхо. — Да, ничего, - заразительно и искренне улыбнулся парень. Чего так поздно тут сидишь в одиночестве? - поинтересовался с некоторой растерянностью в голосе. — Та захотелось свежим воздухом подышать, - ответил Минхо и спустил ноги обратно на землю. — Живёшь, значит, где-то здесь? Я Бан Чан, - протянул руку парень. — Да, в доме напротив. Ли Минхо, - ответил рукопожатием. Чан выглядел как обычный парень лет двадцати пяти, с худыми ногами, рыжими слегка кудрявыми локонами, торчащими из-под капюшона и солнечной улыбкой, которая, кажется, освещала всё пространство детской площадки. Он опустил Берри на землю и пёс, успокоившись, осторожно приблизился, чтобы понюхать штанину Минхо и как бы извиняясь, виновато покачал хвостиком. — Вот и познакомились, - задорно подметил Чан. Ли неловко улыбнулся, подумав про себя, каким же приторно жизнерадостным может быть человек его возраста. Минхо был больше похож на интровертного, грустного эмо, а Бан Чан на самого что ни на есть весёлого экстраверта-панка. Но всё же они с Чаном были даже немного похожи, оба в чёрных капюшонах, в какой-то неподходящей локации и времени суток, только черты лица у Чана были более широкими, как показалось в полумраке ночи. Пёсик убежал шнырять по траве и кустам около лавочек, а парни продолжили знакомство. Чан казался очень общительным и счастливым. — Я вот смотрел сериал, как вдруг Берри приспичило, думаю заодно покурю выйду, как раз серию досмотрел. Там такой смешной момент в конце, ахахах, я еле оторвался, ща приду буду дальше смотреть - тараторил Чан. — Что за сериал? - спросил едва улыбаясь Минхо, удивляясь такой впечатлительности и разговорчивости. Парень даже заподозрил, что чел просто обкурен, иначе как можно быть таким открытым и беспечным с незнакомцами. Чан начал увлечённо рассказывать сюжет и подробности последней просмотренной серии, речь шла об истории одной рок-группы. Они говорили минут пятнадцать и Минхо очень заинтересовался пересказом, так как был любителем сериалов и тяжёлой музыки в частности. — Слушай, прикольно, я обязательно гляну, - воодушевился Ли. — Давай, может как-нибудь обсудим, - улыбнулся Чан и позвал Берри. — Доброй ночи, - попрощался тот и пошёл к подъезду, оставив Минхо еле покачиваться на качеле ещё какое-то время. Отвлекаясь от раздумий, парень посмотрел на время: 2:20. Пора бы тоже идти в квартиру и пытаться поспать, всё таки день был утомительный. Впечатления от ночной беседы были противоречивы: одновременно было забавно и приятно разбавить свои неинтересные будни знакомством со странным ночным гостем, но также было немного раздражающе видеть такого жизнерадостного человека. Последнее Минхо списал просто на усталость и поганый настрой, ну не виноваты же люди вокруг, что он унылая какаха. На следующий день Минхо спал аж до часу дня, а вечером сел за просмотр того самого сериала и в итоге был очень рад, что решил глянуть его. Забавная история музыкальной группы его очень воодушевила, юморные приключения панков подняли настроение и ему даже захотелось разучить одну из песен, звучавших в сериале. В воскресенье он продолжал смотреть сериал, а вечером занялся домашними делами, пошел выбросить мусор и сходить в магазин. На припаркованных машинах под подъездами спали разноцветные коты и так хотелось их всех погладить, жаль, что хозяйка квартиры не разрешает заводить животных. В небе звонко кричали ласточки, лаяли собаки и пердели мопеды местных малолеток. Около десяти вечера Минхо пошёл на качели, полон ярких впечатлений от просмотра сериала, но ночного незнакомца всё не было и ближе к полуночи он решил идти спать, так как завтра на работу.