Moonpeach

Эта история произошла с одним из постоянных посетителей кафе «Узумаки», которого, пожалуй, невозможно было спутать ни с кем другим – он всегда делал один и тот же заказ. Каждый раз его выбор падал на весьма странный напиток. Кофе с соевым соусом. Он постоянно сидел один в дальнем углу зала, где тень скрывала посетителя, оставляя его незаметным, но при этом открывала обзор на все остальное кафе. Таковы уж были его привычки, оставшиеся после не самого легкого прошлого, заставлявшие его неосознанно, каждую минуту своей жизни контролировать окружение. Он никому не мешал и частенько поглядывал на часы, педантично отслеживая конец обеденного перерыва. Молодой эспер, Тэтте Суэхиро, приходил сюда чуть ли не каждый день. По правде говоря, это был не самый логичный выбор – от места работы идти далеко, да и меню не отличалось разнообразием, но он возвращался сюда и в дождь, и в снег, да что там – случись в Йокогаме страшное землетрясение, Тэтте все равно навестил бы это заведение, и с характерным ему спокойствием сказал бы: «Чёрный кофе с соевым соусом, пожалуйста. И сэндвич». Юноша возвращался сюда снова и снова, даже не задумываясь. Это можно было бы назвать ритуалом, смотря на то, с какой педантичностью он совершал все действия так или иначе связанные с кафе. Все потому, что здесь ему было по-настоящему спокойно. Это место хранило его воспоминания, занимая особое место в подбитой душе мечника. Тэтте сидел за столиком, спокойно отпивая горячий напиток, мирно думая о том, как быстро пролетели события, перевернувшие его жизнь с ног на голову. Прошло целых два года после разрешения самого крупного кровавого конфликта в Йокогаме. По правде говоря, в Йокогаме с удивительной частотой случались “кровавые конфликты”, город был будто бы магнитом для них. Но этот участники запомнят на всю жизнь, что бы не случилось дальше. Одна из преступных группировок едва не стёрла город с лица земли, наслав на него вирус вампиризма. В то время Тэтте, будучи членом «Ищеек», тоже участвовал в расследованием дела – собирал улики и проводил допросы свидетелей. С тех пор, впрочем, многое изменилось. Сейчас он работал на правительство, в особом отделе по борьбе с преступностью. Пожалуй, смена организации была для юноши вынужденной мерой – «Ищейки» прекратили своё существование еще пару лет назад, а каждый из его бывших коллег пошёл своей дорогой. Они разошлись, будучи слишком разными, чтобы следовать одному пути. Тэтте выбрал сторону закона. Понятие о добре и зле было вшито в него, кажется, с детства, а потому он не мог поступить иначе. Талантливый эспер присоединился к команде правительственных агентов, и будни его наполнились новыми задачами. В список его дел, в основном, входило устранение особо опасных группировок и одаренных, не поддающихся контролю полиции, мафии или детективного агенства. Иными словами, он был правительственным убийцей. Порой ему приходилось сопровождать своё начальство на переговорах с темной стороной Йокогамы, и они были уверены – что бы ни случилось, они под защитой. Превосходное владение мечом, выдающиеся физические данные в сочетании с его способностью делали Суэхиро идеальным человеком для подобных задач. А его непробиваемое чувство долга и четкое исполнение приказов могли вселить уверенность и чувство безопасности в кого угодно. Таких воинов, как он, называли истребителями, и достать на них информацию было практически невозможно. Их скорее принимали за городскую легенду, чем за реальное подразделение. В число таких же агентов входило еще несколько эсперов, молодые люди с боевыми способностями и стальной силой духа. На их фоне Тэтте выделялся своей молчаливостью и спокойствием. Он не стремился заводить дружбу, не задавал лишних вопросов и не говорил о себе. Даже в бар с коллегами после работы он ходил из вежливости, а после пары рюмок первым отправлялся домой. Пожалуй, одиночество нравилось Суэхиро намного больше, и шумным посиделкам он предпочитал время наедине с собой. Взглянув в окно, Тэтте не удержался от тяжелого вздоха. На улице уже четверть часа шёл ливень, отчего на витринных окнах появились капли, дорожками стекающие вниз. Маленькие капельки соединялись друг с другом и становились каплями побольше, оставляя за собой след все толще и толще, словно маленькие речушки, вливающиеся в одно русло. Зонтик юноша, как назло, не взял. Кто же знал, что стоит ему зайти в кафе, как пойдет дождь. Тэтте поправил темные прямые волосы, убирая прядку за ухо, и наспех закинул остаток сэндвича в рот. Обеденный перерыв уже почти закончился – нужно было спешить. Коротко поблагодарив хозяина кафе, и получив от него в ответ привычный дружелюбный кивок, Тэтте выскользнул на улицу, дёрнув дверь, чем заставил колокольчик на потолке механически звякнуть. Юноша шёл вперед, прикрывая голову ладонью, но это не помогло — уже через пару минут волосы его стали совершенно мокрыми, да до такой степени, что на его плечи с кончиков стекала вода. Тэтте был одет в самурайское темное кимоно и синее хаори, а на поясе носил катану — самого верного своего друга. Почему-то он не подумал, что у хозяина кафе можно было одолжить зонт, или прикрыться от проклятого ливня накидкой, и теперь он подходил к правительственному зданию насквозь промокший, отдаленно напоминая крысу. Впрочем, это не особенно его волновало. К дождям и любой непогоде он относился с философским спокойствием. Поздоровавшись с охранником и зайдя в лифт, он поднялся на шестнадцатый этаж, даже не взглянув как следует в зеркало. Кабинет Тэтте делил с несколькими эсперами из числа истребителей. Все трое уже давно вернулись с обеда, и дождь почти не застали, а потому на Суэхиро, едва зашедшего в кабинет, уставилось шесть глаз, озадаченно оценивая его внешний вид. От одного из коллег послушался сдержанный смешок. – Ого, ты искупаться решил? – ехидно выпалил светловолосый эспер, кидая нож в стену, в паре сантиметров от пришедшего коллеги, который даже не отреагировал на подобный выпад. Он не шелохнулся и даже не взглянул на лезвие, которое запросто могло оказаться в его теле. – Очень смешно, Минору. – перебил его еще один, кучерявый юноша с татуировкой дракона на руке. Он копался в бумажках, пытаясь найти для себя новое дельце, которое было бы достаточно интересным, чтобы занять его хотя бы на пару дней. Суэхиро лишь пожал плечами, вытаскивая нож из стены и запуская его обратно в кидавшего. – Эй, Тэтте, не хочешь с нами завтра пообедать? – не оставляя попыток, спросил Минору. – Не беси его. Сам же знаешь, мистер молчун всегда уходит есть в гордом одиночестве – скептически сказал Кио, продолжая листать документы. – Да оставьте вы его в покое, как дети малые, ей богу – в разговор вдруг включился самый старший из них, негласный начальник отряда. – Лучше бы делом занялись. – Ах, да будет тебе твой отчёт, Шичиро. – лениво протянули оба, нехотя приступая к работе. Тэтте успел лишь снять хаори, выжав с него воду в мусорное ведро, будто это было самым обычным делом, как в руки ему сунули толстую папку. Это могло значить лишь одно – нужно убрать еще одну цель. – Думаю, тебе будет под силу. Этот человек доставляет нам немало проблем, и рычагов давления на него просто нет. Он из мафии, за пару лет чуть ли не до исполкома поднялся, и Огай на его счет переговоры не ведёт. Он представляет угрозу, разберись с этим. – Хорошо, Шичиро. Это не проблема. Однако, юноша не торопился открывать документ и узнавать, что на самом деле проблемой стать могло. Очередной правительственный заказ не сильно его интересовал — в конце концов, работа наемника редко могла удивить. Можно сказать, она даже отличалась рутинностью. Ему передавали папку с данными на цель, он изучал ее, выбирал наиболее подходящий момент для устранения преступника, а по завершении дела исчезал так же незаметно, как и появился. Уже два года он жил в таком режиме, и особо не жаловался. Платили здесь хорошо, связи с правительством давали свои плюсы, а самое главное — он делал этот мир лучше, и вносил свою лепту в очищение Йокогамы от опасных преступников. Это ведь именно то, чем он мечтал заниматься, во имя справедливости. — Я посмотрю позже, отдел просил поторопиться с предыдущим отчетом. — протянул Тэтте, кидая папку на стол. Остаток дня он провёл за компьютером, оформляя документы для начальства. Вот уж какую работу он не любил, так это отчёты. Муторно и долго. Ему было легко прийти и сделать дело, а вот писать об этом кучу бумажек Тэтте терпеть не мог, да и выходило это у него не лучшим образом. Сейчас он старательно описывал дело об одаренном, который доставлял проблемы Йокогаме уже очень долго — с самого начала кризиса под кодовым названием «Каннибализм». Имя: Иван Гончаров. Бывший приспешник Фёдора, ранее слепо за ним следовавший, теперь остался один, поскольку Достоевский более в нем не нуждался. Он устраивал беспорядки в городе и за его пределами, захватывал заложников и всячески шантажировал правительство, мечтая вновь увидеть своего бывшего босса. Любые попытки переманить Гончарова на свою сторону заканчивались лишь новыми жертвами, тот отказывался вести диалог. И лишь сейчас отделу удалось устранить его. — У него были странные волосы и грустная улыбка. — подумал Тэтте, бросив взгляд на фотографию в досье и вспоминая, как убил этого эспера в Сурибачи на той неделе. — Надеюсь, теперь он обрёл покой. Когда Суэхиро дописал документ, его коллеги уже ушли домой. Они привыкли, что тот частенько оставался на работе допоздна, думая о своём или доделывая отчёты, а потому предпочитали его не беспокоить, и уходили так тихо, что он даже не замечал. Вот и сейчас Тэтте вдруг обнаружил, что сидит один в пустом кабинете, под тёплым светом лампы. Монитор тихонько жужжал, а за окном изредка шумели проезжающие машины, тормозя на светофоре. Устало потерев глаза, Тэтте присел на подоконник и открыл окно. Свет зажигалки мягко обнял его лицо, и через секунду терпкая сигарета, зажатая меж тонких пальцев, послушно загорелась. Медленно затянувшись, агент прикрыл глаза, утопая в клубнях дыма. Он много думал в последнее время. Где сейчас его ребята из «Ищеек»? Все те, с кем он провёл свои лучшие годы — Дзено, Теруко, Тачихара, и даже Фукучи. Он знал лишь о судьбе одного из них, и только потому, что о внедрении Тачихары в мафию было известно с самого начала. Неудивительно, что он метнулся на их сторону. Но все остальные? Дело Фукучи было засекречено, и даже сейчас у Тэтте не было доступа к этой информации, а Теруко и Дзено попросту пропали. Он не слышал о них с тех самых пор, как объявили о распаде «Ищеек». И по правде говоря, он жутко скучал. Работать с ними было порой просто невыносимо, особенно с Дзено. Того раздражал каждый вздох, и собрания группы частенько наполнялись воплями слепого детектива. Особенно, когда Суэхиро, как и сейчас, решал вдруг покурить на рабочем месте. И все-таки, даже с таким характером Тэтте находил его очаровательным. Юноша и не заметил, как сигарета догорела. Он затушил маленький бычок о пепельницу и прикрыл окно. Суэхиро уже собирался уходить домой, все-таки на улице давно стемнело, но вдруг взгляд его упал на папку, назойливо лежащую на рабочем столе. Точно, новое дело. Он бы и хотел забыть о нем, но теперь игнорировать его было совершенно невозможно — честность перед самим собой и чувство внутреннего долга не позволили ему просто уйти, так и оставив документ лежать в одиночестве. Подойдя к столу, Тэтте протянул руку, подняв папку. Ещё секунда – и юноша уже открывал ее, перелистывая первые странички. Желтые глаза скользнули по досье, механически оглядывая документ. Вначале он всегда бегло осматривал бумаги, но в этот раз так сделать не вышло. Тэтте замер, недоверчиво разглядывая то, что было внутри. Его тело прошибло сотней электрических разрядов, от самого сердца до пят. Тэтте пришлось несколько раз пересмотреть документ, присев на ближайший стул. Вдруг ему показалось? Вдруг это какая-то ошибка. Ошибки не было. Юноша безмолвно и неподвижно смотрел на фотографию в начале досье, пытаясь загипнотизировать ее взглядом, словно, если смотреть достаточно долго, она может измениться, и со страниц документов на него будет смотреть другое лицо. Чье угодно еще. Если бы кто-то посмотрел на Тэтте сейчас, он вряд ли бы заметил хоть какое-то отличие от него обычного. Но если знать юношу достаточно хорошо и заглянуть ему в глаза, то в них, пожалуй, можно было заметить отголосок того ужаса, что он испытывал внутри. В его душу воткнулась тысяча маленьких игл, заставляя ее кровоточить, разрывая ее на куски. — Нет… это наверное какая-то ошибка. Не мог же ты и вправду… Казалось, будто бы Тэтте говорит с кем-то невидимым, с кем-то, кто может его услышать. Трясущейся рукой юноша захлопнул папку, сжимая ладонью ее корешок, чтобы прекратить дрожь. Он встал, прошел несколько шагов, но неожиданно понял, что ни руки не хотят держать это злосчастное досье, ни ноги не хотят держать, только уже его самого. Папка выскользнула из его рук, с характерным грохотом упав на пол. В тишине пустого кабинета этот звук был таким неестественным и оглушающим, что Тэтте вздрогнул, а потом и сам опустился на пол, облокотившись спиной на стену. Он не знал, что ему делать. Тэтте сжал кулаки, пустым взглядом уставившись на папку. Завтра он пойдет и откажется от задания. Да, так он и сделает. Впервые за столько лет он решил, что задание слишком тяжело для него. Тьма кабинета окутывала Тэтте, пряча от лишних глаз, а на полу валялся выпавший титульный лист документа: Дело С-0924 Сайгику Дзено. Член Портовой мафии.