Счастье цвета солнца

Прогремел звонок, и из дверей кабинетов повалили усталые и сонные людские тела. Итэр поднял голову с парты и с трудом разлепил глаза. Первым, что он увидел, было школьное растение, стоявшее здесь уже лет сто, если не больше, и как только оно выжило, стерпев все притирания со стороны не столь умных голов, населяющих школу, было, наверное, одной из главных загадок этого века. Юноша перевел взгляд на окно, в которое стучалось зимнее солнце. Не очень тёплое, не очень яркое, в общем, полноценный середнячок. Неплохой такой, учитывая, что сейчас всего лишь середина декабря. Через сонные веки он разглядел уходящих одноклассников и учителя. Только что завершился урок классового воспитания. Итэр не любил этот предмет. Он считал его унизительным как для омег, так и для бет. Здесь учили подчинению сильному альфе, стереотипам, которым должен следовать порядочный омега. На этом занятии про бет словно забывали, изредка упоминая об их существовании, как бы говоря, что они есть, но как бы и нет. Итэр не понимал, как и зачем брали альф на должность преподавателей. Он побаивался этот ранг скорее на уровне инстинктов, чем на уровне собственных желаний. Светловолосый юноша вздохнул и вышел в коридор. Наступало время урока философии. Учитель опять будет подолгу смотреть на него в полной тишине класса, а затем снова оставит у себя в кабинете, в то время как все остальные ребята ринутся домой. Итэр чувствовал себя неловко с этим высоким и взрослым мужчиной. Однако, все же господин Чайльд был обаятелен. Тёплая улыбка, не сходившая с его губ, была не более, чем фальшивка, и Итэр это знал. И зачастую недоумевал, как другие люди об этом не догадывались. Мальчик чувствовал, что внутри его учителя взывает что-то зловещее. Но девчонки как сходили по нему с ума, так и не переставали. Итэр обречённо вздыхал, слыша очередной разговор о просто прекрасном учителе философии. Вздрагивал, вспоминая, что господин Чайльд являлся альфой. Альфой, среди юных омег. Отвратно. Итэр потянул лямку рюкзака, висящего на плече. Он нерешительно вглядывался по сторонам, словно не узнавая стены, в которых он жил, не переставая, уже одиннадцать лет. Вздохнул. Последний седьмой урок обещал быть таким же неловким, как и обычно. Юноша со звонком вошел в класс и занял свое место у окна. На четвёртой парте было комфортно, никто не доставал его. Да и в принципе его никогда не трогали. Итэр был своеобразным изгоем, только без травли и прочего. Нет, иногда альфы обращали на него внимание, почуяв слабый запах феромонов, но Итэр быстро ретировался, так как проблемы ему были не нужны. А вот с учителями альфами бежать было некуда. Да, они были опытнее в умении сдерживать себя, но иногда Итэр ловил взгляды, от которых мурашки бежали по коже. Он достал пенал вместе с тетрадью и положил на парту. Задумался над тем, каким будет его следующее действие. Прилечь отдохнуть, чтобы не видеть внимательно разглядывающее его лицо учителя, или все же направить взгляд в окно, сделав вид, что он ничего кроме этого окна и не видит. Он поставил локоть и уперся щекой в ладонь, задумчиво разглядывая проезжающие машины и скачущих на ветках снегирей. Улыбнулся, заметив, что один из бойких птичек упал на снег и, взъерошившись, отряхнулся. Это действительно выглядело забавно. Из всей это картины его вырывал лишь монотонный и теплый, как горячий шоколад, голос Тартальи. Тот что-то рассуждал на тему вечного и духовного, словно проповедник из средневековой церкви. Итэр вновь усмехнулся про себя, переводя взгляд на учителя, никак не ожидая, что в этот момент его окликнут. — Итэр, как прошло твое наблюдение за птицами? Итэр молчал. Послышались смешки одноклассников. Нужно было что-то ответить, однако светловолосый юноша просто кивнул. Уводя пристальное внимание от Итэра, учитель продолжил: — По сути, птицы для человека всегда являлись связью с небом, с ветром, со стихией, с который связан один из семи Архонтов. Дальше Итэр не стал слушать, а лишь зевнул и вновь принялся разглядывать зимние пейзажи. Снегири куда-то улетели и юноше оставалось лишь смотреть на шоссе и виднеющеюся вдалеке макушку церкви. Загремел звонок, и Итэр потянулся, разминая спину. Начал отсчет. «1…2…3…» — Итэр, останься, пожалуйста. Нам следует поговорить. Вышли последние одноклассники, хлопнула дверь, и наступила тишина. «Начинается…» — Подумал юноша.