звезда, заменившая солнце

— Смотри куда прёшь. — Чуть ли не прокричал парень напротив, на что Минхо со всем переполняющим его раздражением ответил: — С дороги, пьянь.       Услышав это, незнакомец взбесился лишь ещё больше. Он подошёл к Минхо почти вплотную, заставляя того попятиться назад и закатить глаза. — Не подходи ко мне, пока проблем не навлек. — Пригрозил Ли, надеясь, что до чужого пьяного мозга дойдет хоть что-то, но тщетно. Парень схватил его за запястье и потянул на себя, наклоняясь и опаляя горячим дыханием чужие губы. — А если нет? Что ты мне сделаешь? — Шепотом спросил парень, вызывая у Минхо табун мурашек. Он попытался вырвать руку и отойти, но незнакомец оказался намного сильнее, что было ему совершенно не на руку. — Если ты сейчас же меня не отпустишь, я сообщу в полицию. — Затуманенный взгляд напротив упрямо прожигал в нем дыру и заставлял съеживаться, а по крови распространяться едкий страх.       Парень хотел что-то ответить и уж было открыл рот, как только сзади донёсся громкий возмущенный голос: — Хан Джисон, ты что творишь, твою мать! — К ним подошёл человек где-то на сантиметр ниже самого Минхо и потянул другого на себя, заставляя его отпустить запястье Ли. — Примите мои извинения за двоих, прошу. Я не уследил за ним, а он уже к людям полез, мне жаль. — Парень низко поклонился. — Впредь следите за своим другом получше. — Минхо поправил свою одежду, смотря на то, как пришедший ругает своего пьяного друга, а после уводит его в неизвестном направлении.       Минхо еле заметно для самого себя хмыкнул, передергиваясь в желании забыть последние десять минут его жизни как можно скорее.       Вернувшись в кафе и забрав оттуда свои вещи, он решил пойти домой пешком, хоть идти и было достаточно долго. Хотелось развеяться. Хотелось, чтобы прохладный ночной ветерок сдул с него всю тяжесть почти что закончившегося дня, а после, добравшись до своей квартиры, лечь под одеяло, укутав тело в тепло и крепко заснуть. Идя по пустынной улице, Минхо разглядывал ночное небо также, как и в том переулке. Только сейчас ему не мешали бетонные стены многоэтажек. Чувствовалась та самая свобода, о которой грезил его мозг. Он хотел быть таким же свободным, как и звёзды в бескрайней вселенной. Хотел быть в миллионах километрах ото всех. Хотел быть один, наедине с самим собой.       Но пока что мечты оставались мечтами, которым вряд ли было суждено сбыться. Но надежда умирает последней, ведь так? Его надежда ещё жила, продолжала тускло гореть где-то в глубине сердца.       Чуть пару раз не пропустив нужный поворот, но с горем пополам Минхо добрался до своего дома.       Хотя называть это место домом у него язык никогда не поворачивался. Это больше походило на пристанище, всего лишь место для сна и ничего больше.       Но большее позволить он себе и не мог.       Небольшая старая многоэтажка встретила его привычной сыростью в грязном подъезде, который никто никогда не моет. Темнота такая, что хоть глаз выколи — ничего не увидишь. Все лампочки давно перегорели, но жильцы и не собирались на них тратиться. И без света в подъезде хорошо жилось. Каждый вон был дорог. Но Минхо и не жаловался, лишь понимающе кивал, ибо у самого денег едва хватало чтобы сводить концы с концами.       Жизнь это не та сказка, которой она казалась ему в детстве. Жизнь — это суровый мир, где тебе нужно бороться, чтобы выжить, а если повезёт, то добиться большего. Минхо в этой жизни однозначно не везло.       Наконец-то поднявшись на третий этаж, парень, уже еле стоящий на ногах, ввалился в свою квартиру. Ли нажал на выключатель, и над головой раздался тихий писк, а после небольшую прихожую накрыло тусклым жёлтым светом.       Ну хоть работает, подумал Минхо и, сняв обувь, прошел в гостиную с небольшой кухней по совместительству. Если это вообще можно было назвать кухней: плита, мини бар и мойка со столешницей пятьдесят на пятьдесят сантиметров. Даже чайника не было, как и продуктов в этом самом мини баре, только одинокая и, кажется, просроченная пачка рамена на криво прикрепленной полке.       Живот предательски урчал, требуя себя заполнить хоть чем-нибудь. Минхо даже забыл, что за весь день съел только одну булочку и выпил пол стакана кофе. Он, конечно, много экономил, но приемы пищи старался не пропускать. Просто ел он чаще всего не дома и далеко не домашнюю еду.       Но сейчас идти даже в местный круглосуточный сил не было никаких, как бы сильно не требовал подзарядки живот. Минхо нужен был душ и полноценный сон. Поэтому парень, тяжело вздохнув, направился в ванную комнату.       Холодные капли стекали по усталому телу, вырисовывая на нем никому неизвестные мокрые узоры и заставляя организм невольно взбадриваться. Горячая вода шла крайне редко, но учитывая условия, в которых он живёт и здание, было скорее удивительно, что она вообще шла. Как говорится, во всем свои плюсы.       Выдохнув, Минхо упёрся лбом в такой же холодный, как и вода, кафель. Голова была забита всякой ненужной мелочью до самых краев. С горем пополам помывшись, он вышел из душа, сразу же кутаясь в огромное полотенце, чтобы не замёрзнуть ещё больше. Парень медленно подошёл к небольшому, местами потрескавшемуся, зеркалу. Он выглядел просто ужасно потрёпанно: бледная кожа, огромные мешки под глазами, потухший взгляд. Сразу видно, что Минхо не спал нормально уже очень давно. Умывшись и надев пижаму, он ушел в свою комнату, в сию же секунду заваливаясь на односпальную кровать, которая под тяжестью мужского тела, жалобно проскрипела. Минхо кинул сонный взгляд на окно, уже лёжа под теплым пледом, который был единственной вещью в доме, несущим хоть какое-то тепло и уют. Звезды на небе пылали настолько ярко, что их было видно даже сквозь грязное стекло. Парень нежно улыбнулся и наконец-то закрыл тяжёлые веки, мгновенно проваливаясь в крепкий и долгожданный сон.

***

      Звонок телефона молотком бил по ушам, заставляя корчиться и зарываться головой под одеяло. Надеясь, что это скоро прекратится и звонящий успокоится, Джисон упорно игнорировал и не поднимался с кровати, мечтая поспать ещё часиков двенадцать. Но вопреки желаниям, звонящий был слишком настойчивым, поэтому Хан, ругаясь себе под нос, поднялся с постели и взял в руки лежащий на тумбочке телефон. Звонил, очевидно, Чан.       Голова с похмелья ужасно гудела и поднимать трубку совершенно не хотелось, но Джисон слишком хорошо знал своего друга, тот по итогу мог просто вломиться к нему домой и силой заставить поднять зад и заняться делами.       Просто ответить на звонок выглядело куда привлекательнее. — Слушаю, — Сонно пробормотал Хан, услышав в ответ мгновенный тяжёлый вздох. — Что случилось? — Твой отец, блять, случился. — По голосу было понятно, что Чан достаточно злой и лучше его не провоцировать. — У меня иногда такое ощущение, что это я его сын, а не ты. — Все настолько плохо? — Джисон зажал телефон между плечом и ухом, наливая себе стакан воды, чтобы хоть немного прочистить горло. — Мне кажется, тебе устроят разнос. — Прямо ответил друг. Хан замер, держа стакан с водой в паре сантиметров от губ, а после хрипло спросил. — Как долго он требует моего появления? — Крис по ту сторону трубки громко выдохнул. — Уже несколько часов без перерыва. — «Пиздец», подумал Джисон. Отец требовательный, но такую настойчивость проявляет только в экстремальных случаях.       Выпив весь стакан воды залпом, Хан уже предвкушал трудный разговор и даже догадался о чем. — Я буду готов через час, мне самому добраться до его компании или ты поедешь со мной? — Я уже битый час сижу в холле компании твоего отца, Джисон. Приезжай сам. — Парень согласно промычал, а после завершил звонок, быстрым темпом направляясь в душ.       Нужно было освежиться. Ни в коем случае нельзя было предстать перед отцом в даже немного неряшливом виде, тем более в его собственной компании, где каждый второй будет прожигать его оценивающим взглядом. Только с иголочки, будто он только вышел из салона красоты. Джисон заучил, как нужно одеваться и вести себя в публичных местах ещё в детстве. Это была своего рода аксиома, которую ему рассказывала вместо сказок на ночь мать. Джисон ее почти не помнил, потому что она умерла от рака ещё когда ему было восемь. Но даже то мизерное скопление воспоминаний, что остались в его голове, были наполнены равнодушием. Джисона никогда не любили, и он не любил. Разве что Чана. Он единственный человек, которого Джисон когда-либо мог назвать семьёй.       Быстро приняв душ, Хан побежал в свою комнату и вывалил из шкафчиков все уходовые принадлежности для лица, фен и утюжок. Высушив волосы, он достал из гардеробной новый костюм, сшитый на заказ. Это был подарок отца. Как иронично. После того как Джисон оделся, он приступил к лицу. Крем, нанесенный ранее, уже впитался, осталось только замазать огромные круги под глазами и немного придать цвет губам, чтобы те не выглядели настолько мертвецки бледными. Последним штрихом стали наручные часы, которые Хану тоже подарил отец. — Идеально. — Вслух сказал Джисон, рассматривая свое отражение в зеркале. Совершенно другой человек.       Когда парень уже надевал обувь, его телефон вновь зазвонил. Хан даже не стал смотреть, кто это. Ему в принципе могут позвонить не так много людей. — Я уже готов, выхожу из дома. — Крис довольно промычал. — Я позвонил, чтобы ты не забыл купить что-нибудь по дороге для отца. Ты уже давно к нему не заходил, будет очень некрасиво, если придёшь с пустыми руками. — Джисон для самого себя кивнул, сделав пометочку в голове. — Хорошо, спасибо. — Чан на последок сказал, что будет ждать его у главного входа в здание и отключился.       Джисон сел в свою любимую черную ламборгини и глубоко вдохнул, сжав пальцами руль настолько крепко, насколько было возможно. Нервозность увеличивалась с каждой минутой в геометрической прогрессии, что совсем не помогало. Но выбора не было, либо он едет сейчас, либо потом ему устроят разнос похуже.       Он не открыл окно, чтобы встречный ветер не испортил его укладку. В машине было ужасно душно, не хватало свободы.       Заехав в ближайший магазин с дорогим шоколадом, он взял целую коробку бельгийского, зная, как сильно отец его любит.

***

      Высотные здания сменяли друг друга, эта часть города была похожа больше на муравейник, считал Джисон. Он никогда не любил здесь находиться, потому что все было слишком искусственным. Начиная от аккуратных деревьев вдоль дороги, заканчивая людьми. Даже воздух. Слишком чистый, правильный и приторно тяжёлый.       Остановившись у одного из самых главных зданий этого района, Джисон вышел из автомобиля, не забыв подарок. Чан уже стоял снаружи и прожигал его взглядом. — Бельгийский шоколад? — Спросил он, указывая на пакет в руке парня. — Настолько очевидно? — Ты всегда покупаешь только его. — Джисон на это лишь пожал плечами, мол, как будто был толк покупать что-то другое.       Они вошли в здание, что внутри было отполировано до блеска. Все в стиле его отца. Белый мрамор от потолка до пола. Настолько белый и настолько чистый, что слепило глаза. Джисону хотелось блевануть.       Лифт быстро поднимался на тридцатый этаж, где и находился нужный кабинет. Когда мелодичный звон наполнил помещение, извещая о прибытии, Хан напрягся и поджал губы. — Все будет хорошо, Хани, не переживай слишком сильно. — Крис ободряюще похлопал его по плечу, а после вытолкнул из лифта. — Я буду ждать себя в главном холле. — Не проводишь до двери? — Ну нет, ещё не хватало, чтобы твой отец заметил меня, тридцати звонков за несколько часов вполне хватило. — Чан улыбнулся и еле заметно подмигнул, перед тем как автоматические дверцы закрылись. — Вредина. — Еле слышно прошептал Джисон и, собрав волю в кулак, пошел вперед.       Коридор казался бесконечно длинным, кабинет отца находился строго посередине левого крыла. Тревожность нарастала, но за столько лет Джисон умело ее скрывал, чтобы даже камеры, установленные по всему зданию, не засекали даже малейшего волнения. Такая же раздражающая, выработанная до совершенства система, как и остальные. Все вокруг было бездушно серым, но, по мнению Джисона, куда лучше приторно белого холла. В небольших проёмах, где располагались кожаные кресла стояли большие комнатные растения. И это наверное единственное, что было здесь живым и разбавляло всю эту строгую напыщенность. Остановившись прямо у входа в кабинет, Джисон уже ощущал едкий привкус отчаяния на языке. Деваться было некуда, поэтому, вдохнув побольше воздуха, он потянулся к ручке и открыл дверь.       Высокий взрослый мужчина сидел за своим излюбленным рабочим столом и листал какие-то очередные документы. Позади него панорамное окно во всю стену и книжные полки по обе стены вместе с комнатными растениями. С двух сторон от входа стояли декоративные лампы, слева, в углу, были полки чуть ли не от пола до потолка, но уже с рабочими документами, а справа тоже полки, только с коробками, что служили своего рода небольшим архивом. Мужчина, будучи полностью погруженным в свою работу, даже не заметил вошедшего Джисона. — Кхм, отец, я пришел, ты вызывал. — Мужчина поднял голову, хмурясь, а после жестом руки наказал подойти к столу. — Сколько раз я должен говорить, что в этом здании ты должен обращаться ко мне на «вы»? И… — И даже за пределами, если мы встречаемся по делам работы, я помню. Простите отец, каждый раз вылетает из головы. — Джисон поклонился в знак извинения, но мужчина все также был нахмурен. Он потер переносицу, и поправил очки на лице, а после отложил бумаги, с которыми работал, в сторону. — Почему же это постоянно вылетает у тебя из головы? Так сильно занят? По моим данным ты не появлялся в своей компании уже почти месяц. Слышишь меня? Целый месяц, Хан Джисон. — Парень не знал, что на это ответить, не спорил, потому что было чистой правдой. Он просто поджал губы, но взгляд в пол не опустил, это бы показало его слабость и страх перед отцом, чего допускать нельзя. — Продажи твоей компании упали, мне стыдно смотреть в глаза совету директоров и инвесторам! Все компании и филиалы LordHan Group показали себя отлично в этом месяце. Все, повторюсь, Джисон, кроме твоей. А ты не то что не следишь за делами компании, как следует, так ещё даже не появляешься там и игнорируешь все предупреждения! — Мужчина срывался на крик и размахивал бумагами перед глазами Джисона, он был ужасно зол, сын, которому место директора досталось просто за то, что он есть, не оправдывал никаких ожиданий. — Иногда мне кажется, что Бан Чан глава твоей компании. Он знает о ней больше, чем ты. И заправляет всем.       Это было правдой. Чан занимался всеми делами компании, в то время как Хан знал минимум происходящего там, знал план работы, бизнес его никогда не интересовал. Он существовал просто так, для формальности, появлялся на каких-то деловых вечерах, фондах, выступал на публике. Но не больше. — Скажи мне, Джисон, что тебя не устраивает, почему ты не хочешь работать? Я дал тебе компанию, связанную с твоими любимыми машинами. Так в чем проблема? — Проблема в том, что меня интересуют машины, а не машиностроение отец. И вы прекрасно это знаете. К тому же, Чан говорил, что они начали работать над ещё одной моделью машины и отправили две новые ещё неделю назад на осмотр, и ещё две выпустили три недели назад на продажу, я честно не понимаю, почему прибыль ушла в минус. — Отец ухмыльнулся, но по его глазам было видно, что разозлился он ещё сильнее. — Тебе объяснить? Вы выпускаете новые машины одну за другой, но плохо продвигаете выпущенные. Не работаете над рекламой, как следует. Тратите много средств на создание новой модели, когда прошлые себя даже не оправдали и не окупили. — Мужчина снова потёр переносицу. — Это самое очевидное и простое, понимаешь? Ты вообще слышишь меня?! — Он выбросил документы и те разлетелись в разные стороны, парочка из них ударила в нос джисона, и упали на кафельный пол. — Это основы, база, даже неопытный предприниматель поймет это. Ты специально губишь эту компанию, хочешь, чтобы я отстранил от дел? Чего ты добиваешься?! — Вы всегда знали, что я ненавижу эту компанию и эту работу, что не хотел учиться на экономическом. Ты знал, что меня тянуло к гонкам и творчеству, но все равно делал так, как тебе нравилось. За столько лет ты ни капельки не изменился. Я не появлялся в компании целый месяц и игнорировал тебя, чтобы ты задумался. Но тщетно, ты не видишь дальше своего носа и кошелька! — Терпение закончилось.       Хан глубоко дышал, а после поставил пакет с бельгийским шоколадом на чужой рабочий стол. — Это вам. Знаю, что вы от него в восторге.       А после Хан развернулся и покинул кабинет, громко хлопнув дверью. Такое случалось до жути редко. Всего лишь во второй раз в жизни Джисон позволил себе сорваться. В первый раз, когда отец без предупреждения отдал его в Сеульский университет на экономический факультет, и вот теперь снова. Он, мягко говоря, заебался.       Лифт ехал вниз раздражающе медленно, хотя, скорее всего, Хану просто так казалось. Когда колокольчик наконец-то прозвенел, парень пулей вылетел в холл, где его, как и было обещано уже ждал Крис. Джисон не сказал ни слова, просто пролетел мимо, словно торнадо, и вышел на улицу, сразу же направляясь к своей машине. У самого авто его догнал явно запыхавшийся Чан и грубо развернул к себе за плечи. — Что произошло? — Он не стал задававать вопрос по типу: «Что-то случилось?». Все было ясно, как день, написано на лице и реализовано в действиях. — Джисон, отвечай. — Я сорвался. — Хриплым и надломленным голосом сказал Хан, опустив глаза на асфальт. — Я так устал. — Образ непробиваемого парня рассыпался в пух и прах. Джисон тихо всхлипнул, а слезы покатились по пухлым щечкам, после падая на сухой и серый бетон.       Крис вроде как удивился этому, но и вроде как нет. Рано или поздно это должно было случиться, дело было только во времени. Он не стал давить на друга расспросами, понимая, что тот и так ужасно подавлен, поэтому просто обнял его, прижал, как беззащитного котенка, в попытке уберечь от всего гнусного в этом мире.       Вскоре Хана, к счастью, немного отпустило. И он уже не плакал, а лишь прижимался ближе к чужому телу, в попытке забрать больше тепла. — Хочешь чего-нибудь? Покушать или съездить? Может в клуб? — Джисон отрицательно покачал головой. — Я хочу хорошенько выспаться, а потом устроить новый заезд. Предупреди парней и сделай объявление. — Заезд вторую ночь подряд? Хорошо, как хочешь. Думаю, все будут только рады.       Крис усадил Джисона в машину и попросил ехать аккуратно. Тот кивнул и быстро умчался домой, в то время как Чан ушел разбираться с незаконченными делами.

***

      Минхо проснулся ближе к обеду. Тело все ещё ужасно ныло, моля дать ему ещё отлежаться хотя бы пару суток. Голова немного побаливала, но не критично. Жить можно, значит все отлично, думал Минхо.       Живот жалобно пропищал, напоминая своему хозяину о том, что он больше суток нормально не ел. Ли закатил глаза, когда вспомнил, что завтракать нечем и придется выходить из дома. Настроения хоть как-то приводить себя в порядок не было, поэтому парень просто надел первые попавшиеся спортивки и ушел.        Солнце сегодня светило противно ярко. Слепило глаза и грело больше нужного. Время было около двенадцати дня, поэтому оно находилась на своем пике, а тени словно и не существовало. Минхо шел вдоль дороги к ближайшему круглосуточному. Радовало, что тот был недалеко, от силы минут десять ходьбы. Сильно не выдохнешься. А с его состоянием даже небольшая прогулка казалась чем-то убийственно страшным и невыносимым.       Парень наконец вошёл в чертов магазин. Прохлада окутала почти мгновенно, расплылась по телу, заставляя мурашки бегать табунами. На секунду закружилась голова из-за резкой смены температуры, но, когда живот в очередной раз проурчал, словно рукой сняло. Вяло шагая между рядами, Минхо все же добрался до отдела с раменом и взял сразу штук двадцать разных вкусов. Большинство из них были максимальной остроты. Он уж было хотел направиться к кассе, но понял, что дома слишком пусто, и нужно будет хотя бы для приличия взять ещё продуктов. С одной стороны деньги тратить не хотелось, но с другой он понимал, что этого ему хватит чуть ли не на два месяца, если не растянет на три, все остальное время он питался бесплатным обедом на работе, там же пил дешёвый порошковый кофе перед началом работы и ел ту же самую булочку, что вчера заменила ему и обед и ужин.       С горем пополам набрав в небольшую корзинку продуктов по типу колбасы, сыра, риса и чистой воды, Минхо пошел оплачивать. Очередь была длинной, даже слишком, а терпения и желания стоять тут битый час не было никакого совершенно. День с самого начала пошел по пизде. Минхо фыркнул.       Он достал телефон, чтобы хоть как-то скоротать время, листая соцсети. В итоге настроение стало ещё хуже.       Почему кому-то достается все, даже если им это нахуй не нужно, а другим не достается абсолютно ничего, когда они так нуждаются? Что за ебаный закон подлости? Минхо ведь по сути для счастья много не нужно, только нормальная работа и зарплата, чтобы хватало хоть на какие-то потребности. Но жизнь та ещё сука.       Всю жизнь в книгах, тв шоу и школе ему говорили, что если стараться, то ты всего добьешься, все твои старания окупятся. А что по итогу? Минхо закончил школу на отлично с прекрасными результатами на экзаменах, у мальчика из трущоб появился шанс поступить в лучшие университеты страны. Казалось, все налаживается… только вот все далеко не всегда идёт так, как по мнению многих должно было быть. «Просто не повезло», — сказала мама тогда, а Минхо был готов сигануть с крыши. — Наличкой или картой? — равнодушно спросила кассирша, бросая невесомый взгляд на Ли. — Наличкой.       Оплатив все, Минхо заказал кипятка и заварил рамен в том же магазине. Голод был слишком невыносимым.       Сидя на ветхом деревянном стульчике под небольшой беседкой у круглосуточного, парень уплетал острую лапшу так, будто вкуснее на этом свете быть ничего не может. Солнце немного спустилось с вершины, и мягкая тень легла на дороги. Поблизости был парк, и Минхо бы, возможно, в силу заполненного желудка и чуть поднявшегося настроения, даже прогулялся. Но мышцы все ещё пульсировали и требовали отдыха. Доев и посидев ещё минут пятнадцать, он ушел домой.       В квартире, естественно, все лежало также, как и перед его уходом, срач был неимоверный. Недолго думая, Минхо направился в ванную за тряпками и ведром с водой. Хотелось лечь на любимую кровать и проспать весь остаток дня, но вряд-ли у него в ближайшее время будет возможность прибраться. Чистота этого помещения одна из немногих вещей, которая ему подвластна в этой жизни, так пусть он хоть об этом позаботится.       Сначала казалось, что это никогда не закончится, и Минхо в тысячный раз пожалел, что начал это дело, но шли часы, а серая квартира приобретала хоть какой-то вид. Спустя долгих и мучительных пяти часов парень закончил. Честно, даже стало легче дышать, несмотря на усталость.       Окна так и остались открытыми, впуская внутрь свежий летний воздух, какая-то навязчивая песня играла совсем тихо, чтобы не наседать в ушах. Довольный собой Минхо лег на кровать и растворился в любимом пледе. Даже скрип при каждом движении никак не волновал. Усталость же брала верх, и постепенно сон настиг напряжённое тело. Но поспать, как следует, видимо, было не суждено. Когда в дверь постучались, Минхо подскочил, а потом громко проскулил. Точно проклят, подумал Ли перед тем, как посмотреть в глазок. Удивление окатило его лавиной, когда он понял, что там стоит Сынмин. Немного покопавшись с замком, Минхо все же открыл дверь. — Что ты тут забыл? — Ли правда любил Сынмина всем своим сердцем, но прямо сейчас, смотря на стоящего перед собой парня, хотелось лишь свернуть ему шею. — Пришел проверить, не умер ли ты. — Спокойно ответил Сынмин, без приглашения проходя внутрь и разуваясь. — Ну живой, как видишь. — Пробурчал Минхо, но закрыв дверь и обернувшись, друга перед собой не увидел. А спустя пару секунд из гостиной донёсся восторженный возглас. — Ты прибрался?! Неужели я дожил до этого дня. — Не говори так, будто я всю свою жизнь жил в свинарнике. — Когда Минхо зашёл в гостиную вслед за Сынмином, тот уже раскладывал пакеты с гостинцами на небольшой столешнице. Честно, Минхо только сейчас понял, что тот что-то с собой принес. — Ты ужинал? — Спросил парень, доставая из пакета пару бутылок соджу и несколько пачек рамена. — Ещё нет, потратил весь день на уборку и лег спать. — Значит поужинаем прямо сейчас! — у Сынмина явно было хорошее настроение. — Зачем ты купил рамен? У меня полные полки. — Ты закупился едой? Ахуеть, мы что спим? Мне точно это мерещится. — Разложив все необходимое на столе, он открыл холодильник. — Ты даже колбасу с сыром купил!       Минхо на это лишь хмыкнул и подошёл ближе, чтобы помочь приготовить ужин. Глаза немного слипались, но смотря на радостного друга перед собой, это уходило на второй план.       Включив какую-то незамысловатую передачу с телефона и приготовив лапшу, парни сели на маленький коврик на полу. Сынмин с энтузиазмом рассказывал интересные истории, произошедшие за последнее время, а также о какой-то гонке, на которую его пригласили сегодня ночью. Последнее Минхо как-то пропустил мимо ушей. Парень не мог перестать улыбаться, потому что смотря на счастливого друга, у самого глубоко внутри разливалось тепло и смеялось сердце. Вскоре рамен был съеден, а пол бутылки соджу выпито. Минхо думал, что после небольшой уборки, Сынмин уйдет, но уж точно не ожидал, что тот предложит ему пойти с ним. — Пошли, развлечёмся. — Не хочу, — Прямо сказал Минхо, на что друг лишь закатил глаза. — А я не спрашивал. — Сынмин схватил парня под локоть, потащив к двери — На гонку ты пойдешь со мной, и это не обсуждается. — На какую гонку? — Опешил Минхо, в попытке вырваться из крепкой хватки. — Я тебе рассказывал про нее уже, ты меня вообще слушал? — Парень цокнул. — Хватит торчать дома каждые выходные, тебе нужно развеяться, ночью поспишь.       Не без труда, но Сынмин смог вытащить Минхо из квартиры и закрыть его ключами дверь, спрятав их после в свой карман, чтобы тот не подумал сбежать и вернуться обратно. Парень недовольно прожигал его глазами, но наконец сдался и, понимая, что тот не отстанет, поплёлся следом.       Ночь все ещё была любимым временем суток Минхо. Он шел за другом, разглядывая старые, но рабочие, светящиеся вывески магазинов. Один район сменял другой, идти было достаточно долго, потому что место проведения гонки находилось рядом с кафешкой, где работали парни. Звёзды сияли на небе также ярко, как и вчера, отметил Минхо, будучи не в силах оторвать глаз от ночного неба. Ветхие здания уже давно остались позади, и на замену им пришли не новые, но, хотя бы, целые многоэтажки. — Когда будем проходить мимо кафе, лучше сделать это максимально незаметно, чтобы, не дай бог, не попасться на глаза администраторше. — А что будет, если она нас увидит? У меня вроде законный выходной. — А у меня нет, я отпросился у шефа, чтобы зайти к тебе, а после смотаться на гонку. — Ты сейчас серьезно?! Она же тебя убьет. — Минхо шел, разинув рот, и даже не знал, что ещё сказать. Такое поведение было слишком несвойственным для друга, но допрашивать он не стал. Все равно рано или поздно обо всем узнает.       Пробежав мимо здания кафе за доли секунды, парни смогли выдохнуть и спокойно пойти дальше. Все отчётливее становился слышен шум и громкие разговоры ночной молодежи. Минхо немного занервничал, когда они вышли на более открытую местность и перед глазами открылся вид на большое скопление людей. Но Сынмина, кажется, это никак не волновало. Он наказал Минхо не отпускать его руку и потащил вперёд, прямо в гущу. Парни аккуратно протискивались между людьми, стараясь задевать кого-либо как можно реже и не оглохнуть от резких криков прямо под ухом. В воздухе пахло сигаретами, и было очень душно, а в совокупности с теплой летней ночью, было просто адски жарко. Ещё немного и Минхо бы точно задохнулся. Но, к счастью, вскоре они вышли из всей этой гущи, оказавшись прямо перед трассой, где на старте уже стояли готовые к заезду машины. Минхо разглядывал каждую из них, зацепившись за черную ламборгини, глянцевая поверхность которой отражала все яркие огни вокруг и, казалось, даже звёзды. Парень сглотнул, он впервые видел такой автомобиль. Кажется, в его глазах даже засверкали искорки. Из потока мыслей его вытянул Сынмин, что снова потянул его куда-то. Они шли вдоль трассы, все ближе к небольшой сцене для ведущего. Минхо смотрел из стороны в сторону, а потом взгляд упал на парня, перед которым они с Сынмином остановились. Ли даже на пару секунд испугался, но когда неизвестный мило улыбнулся, показывая свои ямочки на щеках, стало легче. И только потом Минхо понял, что этот тот самый парень, который не углядел за своим пьяным другом. Сынмин отпустил его руку и поприветствовал того крепким рукопожатием. — Я так рад, что ты всё-таки пришел! — Воскликнул Чан, не переставая улыбаться ни на секунду. — Да, я тоже. Пришлось, конечно, слинять с работы, но не смертельно. Не смертельно. Минхо хмыкнул. «Да начальница с тебя три шкуры спустит за побег, а потом лишит выходного и урежет зарплату просто из вредности.» — Я привел с собой друга, ему как раз стоило развеяться. — Сынмин указал за спину, и Крис встретился с Ли взглядом. — Это Минхо. — А после обратился уже к другу. — Минхо, это Бан Чан, мой старый друг. — Парни неловко пожали друг другу руки. — Да, мы уже сталкивались. — С насмешкой сказал Минхо, в то время как Чан покраснел от стыда. Сынмин же вопросительно поднял бровь. — Да, мой лучший друг напился и в стельку пьяный пристал к Минхо. — Крис немного нервно почесал затылок. — Стой, лучший друг? Ты имеешь в виду Джисона? — Чан кивнул. — Ты говорил, что он гонщик. — Да, Хани основатель этих гонок, главная звезда. За столько лет не проигрывал ещё ни разу. На трассе ему нет равных. Сынмин впитал информацию и продолжил говорить с Чаном на какие-то известные только им темы. Минхо же стоял и обдумывал сказанное. Не проигрывал, значит. Ему почему-то стало интересно. — Ой, я заговорился, гонка начнется с минуты на минуту. Мне нужно обговорить некоторые детали со стаффом, можете пройти ближе к старту или остаться здесь, я в любом случае вас найду. — Сынмин ответил довольное «хорошо», а после повел Минхо чуть ближе к машинам. — Хочу получше увидеть, как они начнут. Чан говорит, что зрелище потрясающее. — Минхо не ответил, но снова уставился на черную ламборгини.       Толпа позади вдруг подошла ближе и начала гудеть ещё сильнее. А в следующую секунду заговорил ведущий. — Всем привет! Гонка вторую ночь подряд, редко такое бывает, не так ли? — Люди положительно промычали и зааплодировали. — Участники те же, что и вчера, объявлять их не буду. Другая у нас сегодня трасса! Заезд на тридцать пять километров, гибкий маршрут, где важно не просто уметь хорошо гонять, но и мастерски владеть дрифтом и уметь справляться с крутыми поворотами. — На большом экране, через который зрители наблюдали за ходом заезда, пока гонщики и из авто были вне поля зрения, была отображена карта, где красной линией отметили нужные дороги. — Ну так что, пришло время начинать! Гонщики готовы? — Рев двигателей ударил по ушам. — Зрители готовы? — Толпа начала громко гудеть. — Отлично! На старт. Внимание. Марш!       Машины тронулись с места за мгновение и унеслись далеко вперёд, Минхо не успел даже глазом моргнуть. В то же время на экране началась прямая трансляция происходящего, камеры были установлены повсюду, что давало возможность следить за каждым движением гонщиков и лицезреть гонку от самого начала до самого ее конца. Потрясающе. Минхо прежде так сильно залипал только на звёзды.       Черная ламборгини ехала впереди всех, а за ней сразу же другая иномарка. Минхо не помнил названия. Другие две машины были недалеко, но сзади. Но первый поворот немного изменил ситуацию, две последние машины отстали еще сильнее, но поменялись местами. Две первые же сохраняли свои позиции и с каждой секундой лишь ускорялись.

***

Минхо потерял счёт времени.       Казалось, что с начала гонки прошло только пять минут, но при этом она будто шла уже целую вечность. Больше половины трассы было позади, но ничего толком не поменялось. Лидировала все та же черная ламборгини. Близился самый крутой и сложный поворот, все затаили дыхание. Понимали, что этот самый момент будет решающим в гонке. Получится ли у другой иномарки обогнать «черную кошку» (именно с ней Минхо сравнил эту машину, уж сильно напоминала)? Он волновался так, будто от этой гонки зависела его жизнь. Бросив мимолётный взгляд на Сынмина с Чаном, Минхо не смог сдержать очередной улыбки. Парни не отводили глаз от экрана, но при этом постоянно обменивались фразами и что-то обсуждали. Они смотрелись чересчур мило вместе.       Когда его внимание снова вернулось к происходящему на экране, до крутого поворота оставались жалкие метров двадцать. И в тот самый момент «черная кошка» затормозила, дав иномарке себя обойти. Люди вокруг зашумели. Обе машины вошли в дрифт, плавный и красивый. Поначалу, у Минхо не было даже сомнений в том, что из этой битвы победителем выйдет иномарка, но в процессе самого дрифта «черная кошка» прошла поворот у внутреннего угла, а иномарка у внешнего, из-за чего расстояние вышло бо́льшим, а кошка смогла вновь вырваться вперёд. Минхо смотрел на экран с круглыми от удивления глазами, не в силах издать ни звука. Громкие аплодисменты вокруг звенели бились о ребра, но сам он был слишком обескуражен мастерством гонщика. В то же время напряжение нарастало, все прекрасно понимали, что гонка близится к концу.       Когда машины выглянули из последнего поворота, даже Минхо победно воскликнул, но после от непривычки стыдливо поджал губы. Трение колес об асфальт звучало лучше любой мелодии. Секунда. Первые две машины пересекли черту, а после с дрифтом остановились. «Черная кошка» победила.       Чан с чувством похлопал, но не удивился. Десятки людей рванули вперёд к машинам, окружая выходящих из них гонщиков. — Победителем сегодняшнего заезда стал всеми любимый и неповторимый Хан Джисон! Второе место, наша восходящая звезда — Чо Джахен!       Минхо в упор смотрел на черную ламборгини и ждал, когда из нее выйдет гонщик. Очень хотелось взглянуть на него хотя бы глазком. Тот же долго ждать себя не заставил.       Роскошная дверь машины открылась, и из нее вышел невысокий парень. А Минхо в который раз за сегодня потерял дар речи.       Он ожидал увидеть кого угодно, но точно не парня, что к нему вчера приставал. А после он вспомнил слова Чана о том, что его лучший друг, основатель и звезда этих гонок. Вот так сюрприз. — Джисон сейчас подойдёт к нам, и мы пойдем праздновать победу. Вы приглашаетесь автоматически, потому что вы со мной. — Сынмин радостно завизжал, а потом посмотрел на Минхо. — Гонка была потрясающей, такое нельзя не отпраздновать. Я с вами. — Чан заулыбался и поблагодарил. — А вот и Хани. — Крис указал двум друзьям вперёд и сложил руки на груди. В где-то пятнадцати метрах от них был тот самый Хан Джисон. Парень был одет в черные рваные Джинсы и огромную такую же черную футболку с ахуенным ярким принтом на английском языке. С ним у Минхо было плохо, поэтому зацикливаться не было смысла.       Через мгновение у него зазвонил телефон. Минхо немного удивился, потому что звонить ему в принципе было некому. На экране смартфона высветилось имя соседа, что насторожило лишь ещё больше. — Ли Минхо, слушаю. — Сынмин обернулся на голос и посмотрел на друга. — Все понял, сейчас буду. — Что-то случилось? — Меня ограбили. Значит, всё-таки проклят.