Убырхан

Мёртвые всадники бросились вперед. Кульпа скакал на своей массивной лошади во главе. Он буквально врезался в первые ряды рати «Алексея». Рубить Кульпа начал сразу, даже отсюда князь видел, как летели головы… Андрей хотел броситься за ним, но не вышло. Четверо мёртвых всадников, повинуясь воле своего хозяина, начали теснить Андрея, заключая его в круг и закрывая ему обзор. Кульпа явно не хотел, чтобы князь участвовал в сражении. Что бы Андрей ни делал, как бы ни изворачивался, он не мог преодолеть преграду. Мёртвые - это мёртвые. На них управы не было. Один из всадников держал Рыся Андрея, который так нервничал, что грозился вот-вот встать на дыбы. Двое других взяли князя под руки. Четвёртый следил и пытался оградить Андрея от внешнего мира. Закрывал ему обзор. Возможности освободиться не было. - Кульпа! - заорал яростно Андрей, - Как это понимать?! Я хочу помочь тебе! Никто на князя внимание не обращал. Слышались то гневные, то отчаянные крики… Запахло гарью. Кажется, неподалеку подожгли поле. Краем глаза Андрей видел редкие вспышки. Молнии? Наверное, Чакре карал тех, кто сбегал с поля боя, выдавая это за волю божью. По земле стелился туман, вперемешку с дымом. Коршуны на сером небе опускались все ниже… Андрей начал вырываться активнее. Но на мёртвых его сила не действовала. Кости их трещали, а им было все равно. Когда Андрей в очередной раз попробовал извернуться и вырваться из чужой, «мертвой» хватки, вдали он услышал знакомый голос. - Дружина моя, спасайтесь, кто может! - кричали громогласно, - Брат мой Алексей мертв! Я видел его тело! Погиб он! Дрянной Колдун Чакре предал нас! Притворился братом моим! Принял его облик! Спасайтесь! Не наша это битва! Ни за что мы умираем! То две твари страшные борются! Это был Василий. Андрей воодушевился, услышав его речь. Быть может, сеча закончится! Раздались испуганные вопли. Послышался жуткий грохот. Замелькали молнии. А потом стало тише. Андрей испуганно вздрогнул. Он только надеялся, что молния не попала в Кульпу. Или в его брата. Волнение было таким сильным, что Андрей не выдержал. Решил использовать на мертвецах Кульпы свой меч. Освободиться от их контроля следовало как можно быстрее. Сначала Андрей замер. Вроде как усыпил бдительность. А потом резко дернулся, вырываясь на миг из жесткий хватки, ударил мертвеца по руке и неожиданно скатился с Рыси. Получилось! Мертвецы были сильны, но неповоротливы. Андрей был быстрее. И более ловким. Конечно, они бросились за ним. Но Андрей бежал так стремительно! И петлял как заяц. Ему на руку было то, что сеча продолжалась. Боролись небольшими островками. То тут, то там… Кто-то бежал… Где-то горела трава. Препятствий было много. Но Андрей огибал их весьма стремительно. А мертвецы с тяжелым вооружением, на лошадях, были слишком неуклюжи и медлительны. Иногда они врезались прямо в огонь. На одинокого воина никто не обращал внимание. Не до него было. Он сам ни на кого не нападал и не представлял серьёзной опасности. Никто ему путь не преграждал. Это было на руку Андрею. Он бежал и бежал. Но Кульпы нигде видно не было. Андрей совсем отчаялся, когда внезапно туман расступился, и князь увидел вдали то, что искал. Кульпа гордо восседал на своей лошади и не двигался. Маски на нем не было. Сейчас он выглядел так, как обычный человек. Как молодой татарин с очень живым лицом… Наверное, так он выглядел при жизни. Неслучайно, Кульпа явился в этом облике Андрею, притворившись лекарем. Напротив Кульпы кружил Чакре. В своем истинном обличии. Да, все маски были сорваны. Не было смысла притворяться. Чакре был прекрасен. Как и всегда. Но теперь Андрей знал сердцевину, и красота Чакре казалась омерзительной. Словно князь видел насквозь. Чакре откинул свои развевающиеся на ветру, длинные волосы и мягко сказал: - Ты не сможешь убить меня, тварь. Ты не знаешь, как. - Да, не знаю, - согласился спокойно Кульпа, - Ты древний и могущественный Колдун. Быть может, самый сильный в мире. Но я сильнее. И пленить я тебя попробую. Уже получалось, верно? - А сейчас - не получится, - легко пожал плечами Чакре, - Ты больше не обманешь меня своим лицом. Оно не настоящее. Ты больше не застигнешь меня врасплох! Ты - тварь, которая просто использует это прекрасное лицо. Но я… Сдеру с тебя всю кожу! Это я пленю тебя, а потом снова построю свое капище и уничтожу тебя навсегда! Моему колдовству нет предела! Если бы я знал, что ты можешь спрятаться в кресте, я бы умертвил тебя еще на том капище, как и хотел! - Ну, посмотрим, что ты можешь! - презрительно хмыкнул Кульпа, - Обращайся! Кульпа и Чакре одновременно спрыгнули со своих лошадей. Контуры их тел начали расплываться, превращаясь в густое облако. Только на месте Кульпы дым был зелёным, а на месте Чакре - чёрным. Миг - и из болотного облака выпрыгнул чёрный зверь. Очень знакомый! Тот самый, которого Андрей встретил по возвращению из Орды. То ли медведь, то ли волк, то ли дикий кот… С горящими желто-зелёными глазами. Так вот, кто это был! Андрей вспомнил, как его боднули лобастой головой, и покраснел. Уже тогда… Уже тогда его, кажется, любили. Но думать о прекрасном было некогда. Из чёрного облака выскользнула настоящая змея. С серебристой чешуей и желтыми, жадными глазами. Длина змеи была не меньше семи аршин! Кудесница не обманула! Точно змей! Настоящий! Дивный зверь и змей миг глядели пристально друг на друга, словно беззвучно колдовали, а потом резко бросились друг на друга. Тела их сцепились в плотный клубок. Где и кто, не разобрать. Двигались они настолько быстро, что мелькало в глазах. Дым не пропадал. Это ещё больше ухудшало обзор. Все слилось. Лишь слышались звуки - рычание, шипение, грохот, даже лязг. Тряслась земля. Они драли друг друга настолько сильно, что летели клочья чёрной шерсти и серебряная чешуя. Андрей отчаялся понять, кто выигрывал. Клубок не распадался. Андрей мучился от неведения, не зная, что предпринять, когда существа зачарованные вдруг расцепились. Князь четко увидел, что змей свернулся кольцом вокруг зверя дивного. И начал душить его. Зверь сопротивлялся яростно. Рвал тело змея клыками. Ошмётки чужой плоти летели во все стороны. Но змей не сдавался. Душил и душил зверя… И у того стали закатываться глаза. Страх сковал внутренности Андрея. Неужели, неужели Кульпа проигрывал?! Андрей не мог этого допустить! Он бешено огляделся. Что бы найти, чем бы ударить… Сзади к нему подбирались мёртвые всадники. Андрей почти отчаялся, когда заметил рядом, на земле, свой собственный меч. Тот самый. Выкованный его дедом. Не думая, Андрей схватил меч с земли, столкнул с лошади мертвого всадника, который как раз подъехал к нему, оседлал коня, лишившегося своей ноши, и пришпорил его, заставляя бедное животное прыгнуть. Андрей надеялся, что достанет. Прыжок был такой резкий и высокий, что Андрей слетел с лошади. Но это того стоило. Он попал туда, куда целился. Воткнул лезвие в шею змея. А сам повис на его теле. Раздалось яростное шипение. Его издавал змей. А ещё - его обожженная плоть. На мече был крест. И он уничтожал зло. Змей перестал душить зверя. Клубок распался. Андрей думал, что сейчас упадёт на землю вместе с мечом - змей начал двигаться. И он был в животной ярости. Но на руки Андрея легли вдруг другие. Бледные, с чёрными когтями… Кульпа превратился. Он был в своем истинном обличии. Кульпа, придерживая змея своими коленями, не давал Андрею отпустить меч. Он помогал ему своей нечеловеческой силой. Змей начал конвульсивно дергаться. От его дикого вопля затряслась земля. Но они не отпускали меч. Подпрыгивая на кольцах змея, как на строптивой лошади. От тряски Андрея затошнило. Кажется, все внутри него перемешалось. Но Андрей и не подумал разжать пальцы! Сейчас или никогда! Рана змея становилась все больше. Из неё текло так много крови… - Ты молодец, Андрей… Ты такой молодец, - шептал ему в ухо Кульпа, - Самый умный. У этого Колдуна сердца нет. Да, надо было рубить ему голову. Твоим мечом. Он освященный, верно? Вроде да… Этот меч делали с любовью и верой. С желанием спасти и сберечь. Но в действиях Андрея не было скрытого умысла. Он сделал первое, что пришло ему в голову. Хвалить его не стоило. Змей, между тем, начал уменьшаться в размерах. Он терял свой облик. Пока не обрёл контуры человека. Прекрасного и ужасного Чакре. Колдун лежал на земле и хрипел. При такой ране человек должен был давно умереть. Но тот был жив. Ещё жив. - Волхвы… Волхвы предсказали мне тысячу лет… Тысячу лет назад… - еле говорил Чакре, постоянно прерываясь, - Что мою жизнь заберёт простой человек. Это не правда! Не правда! Этого не может быть! Такого просто не может быть! Я не верю! Я их убил! Убил всех, чтобы доказать это! - Но они оказались правы! Не в силе правда, а в любви! - дернул плечом Кульпа, он надавил на руки Андрея сильнее, и лезвие вошло куда глубже - почти проткнуло шею насквозь. - Молчи… Молчи, тварь! - голос Чакре был едва слышен - практически шелест, - Ты сожрал того, кого я любил! Ты уничтожил его! И сейчас используешь чужой облик! - Ты не только злобен, но и туп, - рассмеялся горько Кульпа, - Ты никогда не любил меня. И при жизни, и после смерти… Я всегда знал это и даже ни разу не подумал, чтобы ответить тебе взаимностью! Если бы ты любил меня, то ты бы не не стал способствовать смерти моего рода, чтобы добраться до меня! Ты просто не смог заполучить меня сразу, вот и злился… Ты перепутал любовь с желанием обладать. Мне жаль тебя! Потому что даже такая тварь, как я, знает, что такое любовь, а ты - нет! Лезвие меча, будто повинуясь чужой воле, двинулось сначала влево, а затем - вправо. С несокрушимой силой. Чужая плоть оглушительно зашипела. Чакре издал последний крик, полный ненависти, а потом его голова отделилась от тела. На лице Чакре застыл отвратительный, жуткий оскал, а потом оно стало меняться. Сморщилось, кожа на нем обвисла, вместо пухлых губ образовался ужасный провал, волосы стали седыми, нос показался огромным, крючковатым, а глаза - маленькими и очень злыми. Даже после смерти. Чакре был не просто стар, но ещё и страшен. Вся его красота оказалась не настоящей. Была она наколдованной. Как он всем дурил головы! Это было и страшно, и печально, и смешно! То, как люди верили красивым. Судили по цветастой одежке. По прекрасной обложке. Не обращая внимание на остальное. Да даже братья Андрея… Сразу поверили Чакре. Пользовались его услугами. И что теперь с их дружиной? Как он с ней поступил? Сколько людей осталось в живых? Сколько умерло? Алексей погиб. Василий был неизвестно где. И все почему? Потому что Чакре был прекрасен, велеречив и обходителен. Кульпа-хан, страшный, жесткий, прямой, не стесняющийся своих пороков, рубящий головы своим врагам направо и налево, казался на его фоне чистым злом. Но злом он не был. Да, люди судили по обложке. Андрей и сам судил так. Он считал Марию той, которой она не являлась. Андрей ее себе придумал. Больше он не будет так поступать. Андрей будет верить не своим глазам, а своему сердцу. Хорошо, что рано или поздно правда выплывает наружу. И хорошо, что Андрей докопался до неё. Хоть было это и сложно. Хорошо, что Чакре, наконец, показал свое истинное лицо. Свою суть. Наливное яблоко не было наливным. Просто надо было рассмотреть ближе. Просто надо было подождать. Подождать того момента, когда гниль дойдёт до шкуры… И она покроется пятнами, как и сердцевина. Кульпа обнимает Андрея крепко-крепко. Прижимается всем телом к его спине и дышит свободно. Они вместе смотрят наверх, на небо. Уродливое тело Чакре обратилось в пепел. И сейчас темную пыль медленно уносит ветер. Знакомая картина. Андрей помнит, как уже однажды наблюдал за пеплом от другого тела. Тогда он плакал и молил о спасении. Сейчас по лицу Андрея тоже текут слезы. Но от счастья. И он говорит своему Богу: - Спасибо! Кульпа тогда выжил. А Чакре сейчас - не сможет. Андрей не сомневается в этом. Потому что Кульпа любил, и его любовь дала ему спасение. Чакре не спасёт никто. Такую судьбу он выбрал сам. Ничто в мире не предрешено. Андрей уверен - судьбу изменить можно. Но для этого ты должен сначала поменять себя, саму свою суть… Чакре меняться не стал. И сейчас пожирает то, что посеял. Поделом ему. Андрей улыбается. Кульпа обнимает его сильнее. Князь думает, что может простоять так вечно. Андрей до этого не знал, что такое любовь. Теперь он думает, что знает. Любовь - это не страсть и не восхищение. Не долг. Хоть и не без этого… Любовь - это так много. Всего так много в одном! Любовь - это абсолютная преданность. Это желание быть рядом, чтобы сберечь. Это способность ставить чужие интересы выше своих. Это абсолютное самопожертвование. Понимание, что есть нечто, что стоит дороже собственной жизни. Это то, ради чего стоит рискнуть. Любовь - добродетель и благодарность. Благодарность за то, что однажды этот человек встретился на твоём пути. Просто мелькнул. Этого хватит, пусть и хочется большего. Отныне ты ставишь себя на второе место. Как сделал Кульпа. Когда простил Андрея и перестал его ненавидеть, а потом спасал и спасал, чувствуя боль от разбитых надежд. В слове «любовь» кроется так много. Теперь Андрей понимает это. Он любит в ответ. Теперь ему можно позаботиться о другом человеке. Потому что его самого есть кому защитить. Иногда даже чересчур защитить. Андрей морщится, вспоминая дядьку. Вот надо было это Кульпе? Иногда он был совершенно невыносим! Хотя нет, без своего дурного характера - это был бы просто не он. Андрей улыбается, четко понимая это. Любить - это значит признавать то, какой человек есть.