Глава 1. В ее глазах
16 июля 2022 г., 21:09
Больничные палаты после войны — зрелище не для слабонервных. Раненные были повсюду. Мест в палатах не хватало катастрофически, также сильно не хватало и врачей. Освобождения одной из операционных никак не могли дождаться. Уже много часов подряд над железной дверью красным горела надпись «Не входить». По обратную сторону этой двери из последних сил Сакура старалась спасти жизни двух самых близких ей людей. С собой на операцию медик взяла только пару медсестер для поддержки и помощи. Правильным вариантом было бы пригласить Цунаде или Шизуне, но девушка посчитала, что другим больным их помощь куда важнее.
Руки дрожали, Сакура металась от Наруто к Саске. Обоим была необходима незамедлительная помощь. Оба были без сознания. Лучший друг или человек, которого девушка слепо любила столько лет. Она должна была помочь обоим. Зеленое свечение сконцентрировалось над Учихой. Все его внутренние органы были превращены в решето после той ужасной техники стихии ветра Наруто, которая в свое время чуть не лишила его руки. Узумаки лежал с подобными травмами с тем исключением, что его органы пронзили иглы стихии молнии.
«Только живите», повторяла в своей голове Сакура по кругу все это время. Наруто будет долго ее благодарить, вешаться к ней на шею и смущать своей болтовней. В итоге, она непременно предложит снова его отправить на больничную койку. Эти мысли согревали ее душу и придавали сил, когда она стояла сгорбившись от усталости над его кушеткой.
Наруто стал ей за эти годы самым близким человеком. Именно ему она могла доверить все свои секреты, раскрыть свои эмоции, при этом ей не нужно было говорить и слова. Он видел все сам. Между ними уже давно установилась прочная связь, которую этот дурачок путал с влюбленностью. Сакура часто злилась на него, кричала, избивала. Но оба понимали, ей нужно выплескивать эмоции, самого же Наруто это только забавляло. Он стал для нее подобием брата, потеряв которого, она потеряла бы себя. Узумаки всегда защищал ее, был готов прийти на помощь, сделать что угодно по первой ее просьбе. И вот сейчас ей нужно было оказать помощь ему, будь у Сакуры возможность, она отдала бы собственную жизнь, только бы этот болван выжил.
Наступает время перейти к лечению второго пациента. На уже негнущихся ногах Сакура подходит к нему. Человеку, прикоснуться к которому так хотелось на протяжении многих лет. И вот он, лежит перед ней. Его жизнь находится полностью в ее власти. В голове начинают всплывать те случаи, в которых Саске пытался ее убить. В первый раз ее спас Наруто. Глупая Сакура хотела перехитрить Учиху. Но старое воспоминание стиралось болью от совсем недавних событий, в которых ее раз за разом пронзала щебечущая чидори Саске. И пусть это была всего лишь иллюзия, она была настолько натуральна, что приносила ощутимую физическую боль. Глупая Сакура вновь думала, что силой своих чувств сможет остановить Учиху.
Что он скажет, когда придет в себя? Поблагодарит ли? Может попросит прощения? Сакура тяжело выдохнула, встряхнув онемевшие от долгой работы руки. «Надо быть реалисткой. Ты же знаешь Саске. В лучшем случае он сделает вид, что меня не существует».
В глазах уже темнело и Сакура все больше сомневалась в том, что в таком состоянии сможет закончить двойную операцию за которую она взялась со словами: «Кто, если не я?». Когда сил уже совем не оставалось, состояние парней не улучшалось и паника в сумме с отчаянием начинала нарастать, дверь в операционную распахнулась и в комнату влетела разгневанная Ино, на ходу натягивая халат и ругаясь с персоналом, который отказывался ее пропускать.
— Лобастая, ты сдурела? Ты решила нас разом угробить? Тебе самой бы сейчас в палате отдыхать под аппаратами и чакру восстанавливать, а ты этих безнадег с того света вытащить пытаешься, — Ино своими действиями показывала, что не собирается терпеть возражений Сакуры и готова приступить к лечению.
— Другим больным тоже нужна помощь… — слабо пролепетала Харуно.
— Здорово. Ты, конечно, любимая ученица пятой, но я тоже кое-что смыслю. Спасай своего горячо любимого, а я займусь Наруто. Только опиши мне ситуацию вкратце.
Сакуру часто раздражала такая напористость подруги. Но в этот раз она была благодарна ей за появление. Устало потерев виски медик принялась излагать информацию, при этом продолжая свою кропотливую работу.
***
После окончания операции, удостоверившись, что все в порядке, Сакура тут же потеряла сознание. Последнее, что она чувствовала, это руки Ино, которые ее подхватили. Эхом издалека слышалась ругань блондинки. Спустя сутки Сакура пришла в себя. Палата, заботливо подготовленная для нее Шизуне, не смогла удержать её даже на пару минут. Множество цветов, расставленные по всей палате, так и не привлекли внимание. Единственное, что ее сейчас волновало, это самочувствие товарищей. Наруто достаточно быстро после операции пришел в себя и уже активно перемещался по территории больницы, игнорируя возражения медперсонала и убеждая всех в том, что ему уже пора покинуть это злосчастное место. Больше всего удручало то, что в больницу ему не позволяли проносить рамен. Саске же все ещё оставался без сознания. Сакура, как медик, прекрасно понимала причину этого. Если Узумаки подпитывала сильная природная чакра, доставшаяся в наследство от матери и лис, находящийся внутри, то у Учихи все было труднее. Израсходовав все свои резервы до предела, ему, словно батарейке, предстояла долгая подзарядка. Все свободное время девушка проводила у постели Учихи. По долгу всматриваясь в его лицо, даже сейчас казавшееся холодным и отстраненным. Почему она полюбила именно его? Почему продолжала любить не смотря ни на что? Могло ли у них что-то выйти в будущем? Там, в долине завершения, когда она нашла их еле живыми, Саске довольно добродушно с ней беседовал и, казалось, искренне просил прощения. — Возможно сейчас, когда Саске-кун придет в себя, то мы снова станем командой №7 и все станет как раньше? — украдкой смахивая одинокую слезу как-то поинтересовалась Сакура у Наруто. — Не станем. Не забывай, его все ещё считают преступником. Он объявил войну пяти Каге, хотел уничтожить Коноху, пытался свершить свою революцию. — Говоришь так, словно не ты пытался спасти его все эти годы. Вот он, в Конохе, в больнице. И что ты говоришь? Признаешь его нукенином и преступником? — возмутилась девушка. Поведение и слова Наруто казались ей странными. Беззаботный паренек, которым он был до войны остался лишь маской, привычной для окружающих. В разговорах с ним Сакура все чаще слышала слова взрослого человека. Но, похоже, ни она, ни даже сам Наруто не хотели признавать то, что Узумаки повзрослел. — Да. Но не я буду решать его судьбу. А все те же пять Каге. И если Какаши сенсей в любом случае выступит в защиту Саске, то вот Райкаге будет явно просить высшей меры, — грустно потупил взгляд парень. — Сакура-чан, ты не подумай, я каждый день болтаю с множеством людей и пытаюсь отстоять его. — Странно получается. Сражались против Мадары и запечатывали Кагую вместе. В итоге, ты герой войны, кумир всего мира шиноби, в Коноху выстраивается очередь, чтобы встретиться с тобой. А его, как только он придет в себя, отправят в тюрьму. Не дав даже достаточно времени на восстановление. По щекам Сакуры текли слезы, она больше всего хотела, чтобы брюнет наконец-то очнулся, но в то же время она безумно боялась этого момента. Она боялась вновь потерять его и переживала за то, что же с ним будет дальше. Впервые за всю жизнь Саске Учихи он не коим образом не мог повлиять на свою судьбу. Наруто было нечем ответить Сакуре, он отлично понимал и разделял ее боль. Они делили с Саске одну палату. И каждый раз возвращаясь ему было тяжело смотреть на двух своих друзей. В его представлениях, после войны, чествовали в равной мере четырех героев. Всю их команду. Но Какаши сенсей стал Хокаге и тут же исчез из внимания за кипой бумаг и работы, принимая дела от Цунаде. На Саске ополчился, казалось, весь мир. А про Сакуру и вовсе забыли, позволяя ей прозябать безвылазно в госпитале, то занимаясь лечением пострадавших, то дежуря у кровати Учихи. И только Наруто в одну секунду стал самым популярным человеком. Мальчик-изгой из воспоминаний, что целыми днями сидел на качелях под деревом возле академии грустно улыбался, глядя на это. Он получил именно то, чего хотел. Но вновь чувствовал себя одиноким. Рядом с ним вновь не было никого. Утро нового дня Сакура вновь встречала у кровати Саске. Она завороженно глядела на то, как еле заметно трепетали черные ресницы, расстроено отмечала темные круги, что залегли под его глазами. Но даже такое измотанное и осунувшееся лицо казалось ей самым прекрасным, что могла создать вселенная. Нет, она любила его далеко не за внешность, но каждая его черточка виделась ей прекрасной. Тонкие губы юноши были сомкнуты, а подбородок напряжен. Сакуре казалось, что сейчас ему снится что-то плохое и ей очень сильно хотелось отогнать эти кошмары. Невесомо и нежно она прикоснулась самыми кончиками пальцев к его скуле, неторопливо проведя дорожку по щеке и заостренной челюсти и подбородку, помешкав, решилась чуть затронуть такие манящие губы. Такое простое касание казалось чем-то невероятно трепетным и волнительным, в эти короткие секунды она словно не отдавала отчета своим действиям, пытаясь сконцентрировать все свои ощущения на кончиках пальцев и запомнить гладкость и прохладу его кожи. — Сакура… Что ты делаешь? — от долгого молчания голос Саске был хриплым и сбивчивым. Неожиданное пробуждение порядком напугало девушку. В мгновение ее щеки залились алой краской, а сердце бешено застучало. Наконец-то он пришел в себя. Но в каком же противоречивом положении сейчас была сама Сакура. Оцепенев от бури эмоций в груди, она совсем позабыла о руке, ласково покоящейся на его подбородке. Саске же это замешательство явно напрягало и, недовольно скривившись, он поспешил отвернуть голову в сторону, избавляясь от тактильного контакта, словно прикосновение его обжигало или было омерзительным . — Саске-кун, наконец-то ты очнулся! Как себя чувствуешь? — как только девушке удалось побороть смущение от пикантности момента она принялась расспрашивать юношу и проводить осмотр, припрятав досаду от ответной реакции до лучших времен, мгновенно превращаясь в собранную куноичи-медика. Простейших слов благодарности в то утро, как и позже, Сакура и впрямь не услышала.
