Я не играю с огнем

В самолете до Александрии Блум упивалась ощущением предрешенной трагедии. Так всегда происходит, когда она вынуждена иметь дело с тем, чего боится. Машины, корабли, грозы, самолеты. Все это вполне реальные вещи, которых иногда невозможно избежать. Конечно, она боится не их самих, а того, что может произойти при определенных обстоятельствах. Аварии случаются, корабли тонут, самолеты разбиваются, молнии бьют в случайные места. Это вызывает в ней противоречивые желания покончить со всем или сбежать куда подальше. Иногда забвение смерти манит ее также, как и в прошлой жизни. Ей не может быть больше тридцати шести, но иногда девочка чувствует себя слишком старой. Ей двенадцать. В этом году даже не должно случиться ничего особенного. Однако, до появления Стеллы на Земле осталось всего четыре года, и с этого момента Блум боится, что больше никогда не сможет наслаждаться простой жизнью, не обремененной чужими проблемами и амбициями. Другие миры и злодеи, гоняющиеся за властью, кажутся просто нелепыми на фоне того, что через два года девочка закончит школу и поступит в университет. Она так и не поняла, кем хочет быть. Сколько бы времени ни проходило, существование Блум остается бесцельным и пустым. Может быть, ей стоит просто продавать фигурки и перестать беспокоиться. Однако Оскар уедет учиться, и последовать его примеру — единственный способ выбраться из-под удушающей опеки Майка. Блум любит его, честно. Но она слишком устала быть ребенком. Иногда ей просто хотелось быть похожей на Оскара. Его всегда завораживала человеческая природа. Он смотрит на людей и видит кладези историй и судеб, словно это древние реликвии. Блум видит в людях только угрозу. Ей не приходилось на собственной шкуре испытать всю глубину человеческих жестокости и безразличия, но она видела достаточно. Не нужно быть жертвой, чтобы начать бояться того, что любой может сделать при желании. Поэтому она предпочитает компанию детей и боится подростков. Жестокость детей импульсивна, подростков — изощрена. Взрослые лучше лишь тем, что научились контролировать себя под страхом закона. «Почему я думаю об этих мелочах? Все равно это не имеет никакого смысла. Нужно сосредоточиться на более важных вещах. Например, на том, как найти в пустыне подземную библиотеку». Объявление о заходе на посадку прервало меланхоличные размышления Блум. Она страдальчески вздохнула, и, словно слыша ее мысли, Векша беспокойно извернулась в сумке. Перепады давления — отстой. Единственное утешение в магии, которая убережет их бедные уши от боли и временной глухоты. Когда самолет приземляется, Блум убеждает родителей подождать, пока толпа рассосется, а сама позволяет Векше и Аберте улизнуть. Предполагалось, что животные останутся на попечении Оскара. Их перевозка влетела бы в копеечку, а Майк и Ванесса не готовы тратить столько ради двухнедельного отдыха. Блум в который раз говорит себе, что нужно по-быстрее освоить телепортацию. Они выбрали отель на побережье. Погода в июле в Египте располагала проводить как можно больше времени в воде, будь то море или бассейн. Александрия не тот город, где ты потратишь много времени на достопримечательности, за что Блум благодарна. Ей и так предстоит много работы по поиску в пустыне, не хотелось бы еще тратить энергию на мотание туда-сюда. Если родители будут в отеле, Векше будет легче подменить девочку. Оскар, большое ему спасибо, привязал иллюзию к кулону, который нужно регулярно заправлять. Так что, снабдив белку мобильным, Блум оставила ее наслаждаться курортом, а сама с Абертой двинулась на поиски нужного направления. Первое препятствие в миссии Блум обнаружила еще давно, когда исследовала Александрийскую библиотеку в интернете. В реальности от знаменитой библиотеки не осталось ничего, она находилась почти у побережья, а на ее месте сейчас отстроена новая библиотека. В мультсериале же Винкс начали поиски с каких-то руин вдали от воды, засыпанных песком и окруженных пальмами. Единственным ориентиром для Блум стали колонны и прокат воздушных шаров, но искать что-то такое специфическое об иностранном городе в интернете сложно. Ей остается только облететь все вокруг города и надеяться найти что-то похожее. Есть предположение, что это где-то на юго-западе, поскольку только в ту сторону не встречаются другие города. Кроме того, это не должно занимать больше часа или двух пути. Мягко говоря, это утомительно. Через два дня Блум сдалась искать место из мультсериала, его просто нигде не было, даже в соседних городах. Она может только гадать, было ли то искаженным изображением в руинах Ком Аль-Дэкка. На третий день, полная отчаянной решительности, она принимает решения лететь в пустыню вслепую и надеяться почувствовать… что-то. Ее магический радар и раньше улавливал магическое излучение как от людей, так и от мест. Но это очень ненадежный способ, Блум нужно находиться всего в нескольких метрах от источника. Вход в библиотеку находится где-то в каменной расщелине, и это знание единственное, которое дает девочке возможность лететь у самой земли. Так проходит первая неделя, по итогу которой нет никаких подвижек. Она начинает нервничать. Блум никогда не приходилось жаловаться на свою удачу. Любая ее неудача, каким-то чудесным образом, всегда исправлялась или оборачивалась в плюс. Настойчивость и упрямство в таких ситуациях ей только вредили. Но в этот раз девочка готова пойти против потока, с которым нашла гармонию. Ей нужна эта книга. Какой бы проблемой ни является Ашерон, Легендариум — гарантия безопасности. Блум не может просто довериться судьбе, как раньше, и надеяться, что все закончится хорошо, ведь ее жизнь больше не простая. — Я думаю, мы и вправду родственные души. Ты такая же трусливая, как и любой грызун. Но ты и так же упрямо борешься за свою жалкую жизнь, — говорит ей Векша тем же вечером, когда Блум без сил падает в кровать в своем номере и заворачивается в одеяло, чтобы выспать из себя всю усталость. — Спасибо на добром слове, — без обиды хмыкает девочка. — Я к тому, что и без книги ты найдешь способ выкарабкаться, — вздыхает белка, расстроенная ее истощенным состоянием. Блум не хотелось думать об этом. О том, как сильно она цепляется за жизнь, при этом так страстно желая, чтобы она просто закончилась. Как сильно она полюбила друзей и семью в этой жизни, и как отчаянно скучает по тем, кто остался в прошлой. Недавно жизнь казалась приятнее, ярче, проще, но вот Блум вновь ступает на ту же нисходящую спираль, с которой боролась все ранние годы здесь. Должно быть, подростковые гормоны сводят с ума ее мозг. Кто сказал, что пубертат в этот раз пройдет так же легко, как в первый? Постоянный ужас от скорой не иллюзорной борьбы за свое существование похож на отдающийся в костях гул барабанов. А она хотела бы только колокола Оскара. — Ты знаешь, что дикие животные живут в два-три раза меньше одомашненных собратьев? — зачем-то спрашивает Блум. — Да, — Векша мрачнеет и отворачивается. — Без тебя меня давно сожрали бы хищники или болезнь. — Я чувствую себя так. Диким зверьком, который может только полагаться на свою стаю, но у которого нет большого человека, чтобы забрать в безопасное место. Подальше от всех опасностей внешнего мира. Я знаю, что и меня, и Майка с Ванессой, и тебя с Оскаром очень легко сожрать. Поэтому, если у меня нет зубов или когтей, я хочу хотя бы надежное убежище, — Блум сильнее сворачивается под одеялом. — Знаешь что? Я не твой психолог! Я не понимаю аллегории, — Векша фыркает. — Страдаешь и убиваешься, как будто уже сдалась, признала поражение. Если хочешь быть загнанным в угол зверем, то и веди себя соответствующе. Борясь за свою жизнь, мы корчим самые страшные рожи и кусаемся, как бешеные, а не опускаем головы. — Знаю. Смотреть на меня противно, — самоуничижительно улыбается девочка, поворачиваясь к белке, чтобы провести руками по ее пушистому хвосту. — Это точно, — закатывает глаза Векша. — Так что прекращай ныть и развлеки себя. Если мне придется провести еще хоть день, притворяясь тобой, я сойду с ума! Ты знаешь, я не умею читать! Как я должна выбирать себе еду, когда в меню нет картинок? — Зато Вани очень горда, что я полностью отказалась от соцсетей на время отдыха, — хихикает Блум, затем вздыхает. — Но ты права. Я истощена физически, психологически и магически. А от листьев лануссий меня уже тошнит. Мне нужен настоящий перерыв. Поваляюсь завтра у бассейна, никуда эта библиотека не денется. — Почему не у моря? — Векша лениво изогнула бровь, устраиваясь рядом. — Не питаю особой любви к соленой воде, а на пляже можно полежать и в Гардении, — пробормотала Блум, на сам деле не желая продолжать разговор. Белка только кивнула, уловив ее настроение. Она обратилась в свой истинный облик и юркнула на соседнюю подушку, устроившись на ночь, свернувшись рядом с Абертой. Блум с нежностью наблюдала за ней. Всегда есть шанс, что ее не найдут, если не отсвечивать. Наверное, ей и в прям следует меньше волноваться.

***

«Меньше волноваться не получается. Неа. Вообще». Оставался всего день, один жалкий день. Послезавтра днем вылетает их самолет, а Блум все еще топчется на месте. Сегодня вечером пришлось принять трудное решение — не ложиться спать, а продолжать искать ночью. Это сложнее и опаснее, землю с высоты не видно так уж хорошо и потеряться намного легче. Тем не менее, Блум возвращается, чтобы поесть и оставить Аберту под прикрытием вместо Векши, а затем улетает, не давая себе соблазниться удобством кровати. Если бы погода не располагала, она бы никогда не рискнула, но полная луна и ясное небо давали некоторый шанс. Блум очень хотелось бы иметь способности Текны, чтобы отслеживать проверенные территории. Иногда кажется, что она летает кругами со всеми этими песком и камнями. Вместо этого, когда луна начинает опускаться, девочка выдыхает свои нервы и закрывает глаза, действительно начиная летать наугад. Если она не нашла ничего за две недели, то есть ли смысл расстраиваться из-за последнего дня? Неа. Она просто будет наслаждаться ночным холодом пустыни, контрастирующим с внутренним огнем Дракона и волшебством ночи. Как бы Блум не боялась высоты поначалу, есть в полетах нечто терапевтическое. — Я постоянно забываю, что мир огромен. Тяжело принять это, когда всю жизнь сидишь на одном месте. Но, если подумать, найти одного конкретного человека на Земле сложнее, чем иголку в стоге сена, — меланхолично рассуждала девочка. — А ведь есть и магическое измерение, и множество других. Если прижмет, мы найдем, где укрыться от нежелательного внимания. Векша согласно зарокотала, и Блум продолжила полет в чуть более приподнятом настроении. «Если бежать, то куда лучше? С одной стороны, Земля — отдельное измерение, если я все правильно понимаю. Отследить меня до сюда уже достаточно сложно. Но вот, если знать, что я уже здесь — легко. На Земле сейчас мало магических следов, и я должна быть очень заметной на их фоне. Кроме Магикса, другие измерения едва ли пригодны для жизни. Нужна густонаселенная планета, желательно со своей армией, готовой противостоять злым силам. Так что какое-нибудь королевство. Я знаю Эраклион, Андрос, Солярию, Линфею, Мелодию, Зенит, но все они тесно связаны с главными героями. Если когда-нибудь окажусь в волшебном измерении, нужно узнать подробнее». Предупреждающий писк Векши возвращает Блум к настоящему, и она неохотно снижается к очередным скалам. Поначалу она считала все эти места, запоминала приметы, но к концу третьего дня плюнула на это неблагодарное дело. Девочка не знает, посещала ли это место раньше, но проверить нужно. Единственная проблема, ночью эти камни выглядят не так уж безопасно. Соблазн просто оглядеть сверху велик, но Блум заставляет себя спуститься и осмотреться как следует. Это место больше похоже на скалистую равнину, чем на часть пустыни. Однако, если пройти чуть дальше, скалы становятся выше, создавая расщелину. — Неужели нам повезло? — затаив дыхание, шепчет девочка в темноту. Она зажигает в руке огонь, чтобы осветить местность. — Пойдем и посмотрим, — отвечает Векша уже в антропоморфной форме и смело идет вперед. Блум несколько опасается, нет ли в библиотеке ловушек или охраны, даже если в мультсериале единственной проблемой были существа, призванные Селиной. Они продвигаются некоторое время, стены сужаются, но ничего не происходит. Наконец пара достигает ровного каменного среза в виде арки, и только тогда Блум начинает чувствовать слабое жужжание магической силы поблизости. Это наполняет ее радостным предвкушением. — Отойди подальше, я собираюсь сделать БУМ, — предупреждает девочка, неловко, но нетерпеливо ухмыляясь. Это будет первый раз, когда она использует магию, как атакующую силу. Векша без пререканий сделала десять шагов назад и спряталась за спиной феи. Блум расставила ноги и сложила руки перед собой, концентрируя огненную силу. Когда магия начала обретать форму, она начала разводить руки, позволяя огню между ними скрутиться в плотный шар. Почувствовав, что этого достаточно, Блум замахнулась и бросила сферу, мысленно направляя ее к стене. Бум действительно раздался. Девочка почти инстинктивно сформировала вокруг них щит, укрывая от осколков камня. — Это было мощно, — с широко раскрытыми глазами сказала Векша через пару мгновений, когда все успокоилось, крепко сжимая Блум за плечи. — Можем мы еще что-нибудь разрушить? — Не в библиотеке, — чуть не запинаясь ответила девочка, прижимая дрожащие руки к груди, болезненно осознавая, как быстро бьется ее сердце. Как же ее напугал весь этот грохот, но в то же время часть ее полностью согласна с белкой. Пытаясь сосредоточиться, Блум снова прислушалась к слабому гулу магической силы, пытаясь распознать какие-нибудь барьеры или чары, но ничего. Казалось, библиотека не защищена никаким волшебством от проникновения. Будто кто-то настолько уверен, что библиотеку и без этого никогда не найдут. Или же магию специально не использовали, чтобы ее было сложнее почувствовать или отследить при помощи заклинаний или индивидуальных способностей. — Где-то в правой стене снизу есть кнопка, открывающая дверь, — сообщает Блум напарнице, и они вместе начинают прощупывать поверхность. Это препятствие они преодолевают быстро и выходят в поражающий воображение волшебный сад. Но у них нет времени наслаждаться красотой и выяснять, как искусственное освящение продержалось здесь так долго. До рассвета всего несколько часов, а им нужно еще отыскать книгу. — Нам нужно найти комнату или часть зала, где хотя бы с трех сторон книжные шкафы тянутся до потолка через три или больше этажей, а сверху светит яркий свет. Там должна быть коричневая книга с кольцом на корешке и фиолетовым кругом на обложке. Сначала ищем место, затем книгу, — Блум понадеялась, что этого простого плана из двух шагов будет достаточно, чтобы выйти победителями. Было бы намного сложнее, если бы воспоминания из прошлой жизни померкли. Блум никогда в жизни не вспомнила бы столько деталей. Она не всегда помнит, что делала вчера, что уж говорить о двенадцатилетней давности. Подходящих места оказалось всего два, но выглядели они совершенно одинаковых. Никаких подсказок, на какой именно полке скрывается Легендариум. Белка и девочка разделились, перебирая тома один за другим в поисках нужной обложки. — Пыльно. Долго. Скучно. Вот уж точно, хочешь спрятать что-то ценное, смешай с бесценком, — сетовала Блум, быстро вытаскивая книги и ставя их на место, не заметив внешнего сходства. Она начала с нижних полок, но не особо надеялась закончить рано. Как известно, она не славится оптимизмом. — Блум! Это оно? Оно?! — Векша прибежала, потрясая очень похожей обложкой над головой, когда девочка прошла уже половину пути наверх. В реальности Легендариум выглядел далеко не так просто, как в минимализме мультсериала, но Блум сразу поняла по появившемуся на языке вкусу, что это он. Магия книги напоминала вдыхание мяты и спертого, пыльного воздуха. Обложка выполнена из кожи и расшита фиолетовыми и золотыми нитями. Дорого, очень дорого. Книга наверняка неразрушима ввиду своей природы окна в другое измерение, а потому ее относительная презентабельность не может говорить о возрасте. Легендариуму могут быть тысячи лет, создан он на Земле (скорее всего), а значит фиолетовый тогда был дороже любого золота. Ашерон был богат? Или украл? Или научился создавать? В любом случае, ни один простой человек в те годы не стал бы уничтожать то, что может обеспечить тебя на всю жизнь, какие бы приказы ни отдавал лидер. «Могут ли не волшебные существа использовать Легендариум?» Блум нерешительно открыла первую страницу. Не успев испугаться перспективе расшифровки неясных символов, текст на бумаге засветился розовым и преобразился в доступный английский. Это было небольшое введение-предупреждение о последствиях использования Легендариума, но читать все это не было времени. Девочка открыла оглавление, к счастью, в алфавитном порядке и принялась искать одну единственную запись. Ашерон. К счастью или нет, такая там действительно есть. Блум тут же закрыла книгу и прижала ее к груди, глубоко вздохнув. Вес тысячи страниц ощущался, как перышко. — Это он. Пошли скорее домой, — облегченно вымолвила девочка, заслужив подбадривающее похлопывание по плечу. Возвращение показалось еще более утомительным, чем сам поиск. Теперь, когда стресс не давил так сильно, Блум чувствовала, как напряжение прошедших недель наваливается на нее, как лавина. Был велик соблазн просто приземлиться где-нибудь и не вставать часов пятнадцать. И все же она заставила себя добраться до отеля. Уже наступил рассвет, и она могла слышать как в соседней комнате сонно переговариваются Майк и Ванесса. Сунув Легендариум в чемодан и сняв с Аберты иллюзию, Блум упала в кровать и отключилась.

***

Блум сказала родителям, что хочет отдохнуть в номере и с удовольствием проспала до обеда, наконец избавившись от сокрушительного стресса. Не спеша она насладилась поздним завтраком, приняла расслабляющую ванну и как следует почистила мех Векши и Аберты. Наконец, когда способы прокрастинировать себя исчерпали, девочка положила тяжеленую рукопись себе на колени и начала медленное и непоследовательное исследование того, что заперто внутри. Первое, что она обнаружила, так это то, что страниц там намного больше, чем кажется на первый взгляд. В оглавлении значились тысячи наименований, для каждого из которых выделен хотя бы один разворот. Блум тяжело сглотнула, представляя, что все эти существа сделают с миром, если дать им возможность бродить свободно и сеять хаос. Здесь ей пришла мысль, что следующим пунктом в ее плане будет создать ключ, чтобы никто не смог использовать Легендариум против нее. Нельзя быть уверенным на сто процентов, что какой-нибудь коллекционер артефактов не решит тебя обчистить. Вторым приметилось огромное количество мифических существ и богов из Земной мифологии. Однако, из тех, что знала Блум, их краткое описание не давало им столько могущества, как религия, мифы и фольклор. Ей еще предстоит выяснить, как много страниц в Легендариуме пришли с Земли, а пока есть только море вопросов, как вообще так получилось, что приличную часть наполнения забрало себе немагическое измерение? И как монстр Франкенштейна и вампиры, словно вышедшие из Сумерек, оказались среди прочих опасных тварей? Откуда они взялись и кто поместил их в Легендариум? Самыми любопытными Блум выделила три страницы. Первая рассказывала о трех ведьмах, но страница с иллюстрацией пустовала. Связаны ли три сильные ведьмы и три Древние ведьмы, погубившие Домино? Это одно и то же? Но кто выпустил их и натравил на планету? Это был Даркар или кто-то иной? Для чего? А если это и не они, то куда делись три сильные ведьмы? Если они все еще бродят по Земле, это может быть опасно. Блум боится, если Древние ведьмы действительно пришли из Легендариума, то там может быть больше существ, способных поставить волшебные измерения на колени. Значит, книга еще опаснее, чем казалось в начале. — Какого черта никто не защищает эту штуку? Почему она так легко доступна любому настойчивому безумцу? — пробормотала Блум недовольно, теребя страницу. Вторая страница рассказывала о Тир Нан Ог и Фейри (не Феях), обитающих там. И это интересно, потому что по канону сериала именно маги Черного Круга запечатали их, но точного способа никто не называл. Использовали ли они саму книгу или есть заклинание, заставляющее вещи исчезать в измерении Легендариума? И если маги знали о Легендариуме, то почему не воспользовались, если хотели власти над планетой? Опять же, почему о них никто не слышал сотни лет после исчезновения Земных фей? Что-то не сходится. Наконец, страница с Ашероном, создателем книги. Мультсериал слил его, но в реальности нельзя относиться легкомысленно к тому, кто создал Легендариум. Блум изучает свою магию несколько лет и все еще едва ли представляет, как с ее помощью сделать что-то сложное. Создать тюрьму для мифов и легенд? Неа, невозможно. Маги, должно быть, долго живут. Ашерон мог запросто потратить сотни лет на оттачивание мастерства. Такое нельзя недооценивать. Как и то, что он единственный во всем Легендариуме способен по собственной воле взаимодействовать с внешним миром. Прослеживая напряженным взглядом его реалистичный портрет, Блум на мгновение показалось, что изображение слегка сдвинулось. Не долго думая, она захлопнула книгу и сунула ее в чемодан. Девочка не собирается иметь с этим дел ни сегодня, ни завтра. Для такого ей нужен Оскар.